Глава 19 · Кто убил Изольду Лихт?

На пороге белели фигуры Снежка и Козетты.

– Где ж ты раньше ходила, когда была так нужна? – с осуждением спросил Андреас.

– Ме-е-е, – недоумённо проблеяла коза.

– Снежок!.. Я и забыла, что, если развеять чары, они снова станут козами. – Лара ласково погладила рожки козлёнка, но потом её взгляд столкнулся с бессовестным взглядом его матери. – И что прикажете, опять пасти эту стерву?

– Не хочешь – не паси, – сказал Андреас, выводя коз наружу. – Я загоню их в сарай и пойду за лошадью.

– Конюшни больше нет, – напомнила Лара. – Где будет жить твоя лошадь?

– В ведьминой комнате.

– Что?!

– Дверь закрой, сентябрь на дворе.

Андреас повёл Снежка и Козетту к сараю. Тот почти целиком закрывала карета, чья безвкусная аляповатость ещё сильнее выделялась на фоне окружающей бедности. Спустя некоторое время над лесом пронёсся зычный голос:

– Адская Тьма! Адская Тьма!

Крэх бросился к окну.

– Что он творит?

– Зовёт свою лошадь. – Встав у окна, Лара подняла подсвечник, но двор и без того ярко освещался луной. – Мы отпустили её в лес, чтобы она не умерла от жажды.

– Разве можно столь безбожным именем называть живое существо?

– Уж тебе ли толковать о безбожии?

– Всё равно это неподобающе, – настаивал старик.

– Адская Тьма никогда не возражала против своего имени. Очень интересная особа, между прочим. Она считает, что люди смешны.

– За семьдесят девять лет жизни я пришёл к тому же выводу.

Калитка отворилась, и во двор шагнул человек. На статной фигуре развевался длинный серый плащ, голову венчала чёрная шляпа с пряжкой на высокой тулье. Волосы, белые, но не седые, достигали пояса. То, что человек не стар, было видно и по твёрдой походке, и по гладкости бледного лица. Однако чем ближе мужчина подходил к дому, тем более странными казались Ларе его глаза. Она даже решила, что он слепой. По меньшей мере на один глаз.

Пока Лара с интересом разглядывала незнакомца, стоявший рядом Крэх восторженно бормотал:

– Это ведь с… с…

– А?

– …с-сам Библиотекарь!

– Библиотекарь? – удивлённо переспросила Лара. – А чего он ночью пришёл? Он что, распространяет запрещённую литературу?

– Ха-ха! Лучше и не скажешь, – блестя глазами, засмеялся старик.

– Книжный контрабандист?!

Куда больше она удивилась, когда Крэх распахнул дверь и поспешил ему навстречу. Со двора потянуло несентябрьским холодом.

– Приветствую вас, господин! Вы меня помните?

– Не имею чести, – безразлично ответил странник.

– А я вас ждал. Я перед вами, я – тот, кто вам нужен.

– Нет, не ты. Не мешай.

Минуя растерявшегося старика, незнакомец переступил порог и наткнулся на Лару с подсвечником в руке.

– Здравствуйте, – ещё не зная, как вести себя с гостем, сказала она.

Их взгляды встретились, и Лара обомлела. Один глаз у странника был прозрачно-голубой, а другой – чёрный.

«Господи боже, что у него с глазами?»

Над голубым глазом дрогнула бровь.

– И не боишься ты имя Господа всуе поминать? – Человек раздвинул тонкие губы в полуулыбке.

Лара замерла, словно её застали за чем-то непристойным. Где-то вдали хлопнула дверь.

– Что же ты меня не дождалась? – спросил незнакомец.

– А вы, собственно?..

– Ещё и книгу, глупая, сожгла. Ведь это ритуальный отказ. Теперь и прав на неё не имеешь.

– Я… – Лара замолкла, потому что незнакомец требовательно впился ей в глаза. Она старалась не думать, но получалось только не дышать.

«Что со мной? Наверное, так чувствовали себя замороженные Андреасом аристократы…»

Ни с места сойти, ни отвернуться она не могла. Лишь попеременно глядеть то в голубой, то в чёрный глаз, словно делившие худое лицо человека на добрую и злую половины.

– Это ж надо, десять человек за раз, – хрипло протянул странник. – А ты сильнее своей бабки. Плохая память – это поправимо. Сила духа, вот чего никакая память не заменит. Жаль. Хорошая бы ведьма получилась. – Не отводя от Лары взгляда, он склонился к подсвечнику, который она держала в руке, и дунул на пламя. – Не люблю яркий свет.

За спиной незнакомца раздался скрип – лунный свет вырезал из тьмы квадрат, и в дом, покусывая травинку, вошёл Андреас. Все взгляды обратились к нему.

– Адскую Тьму я не дозвался, завтра с утра пойду поищу. Чего у вас так темно? – Бывший кот чиркнул огнивом и зажёг свечу. – А ты кто такой? – без церемоний сказал он человеку.

Крэх замахал на него рукой, призывая к вежливости.

– Наш дом почтил своим приходом сам Библиотекарь!

Андреас указал подбородком на Лару:

– Ты библиотеку обставлять хотела. К тебе, что ли?

Та посмотрела на него со всей выразительностью, на какую была способна, и беззвучно, одними губами произнесла: «Осторожно, он читает мысли!»

Странник глянул на неё через плечо.

– Я ещё и будущее знаю.

– Да?.. – Лара показала на серую от пепла кухню. – А вы можете убрать этот бардак?

Бывший ворон закатил глаза.

– Что, вы разве не колдун?

– Простите их слепую дерзость, господин, – с подобострастием вмешался Крэх. – Прошу вас, чувствуйте себя как дома.

– Ну, если как дома, то не станем медлить. – С этими словами человек снял шляпу и отдал её старику.

Услышав знакомое «ох ты ж», Лара мысленно согласилась. Из светлых, гладко зачёсанных волос незнакомца пробивались два изогнутых рога.

«Мне следовало сразу догадаться!» – онемев от ужаса, подумала она.

– Сперва ответьте на вопрос. – Библиотекарь обвёл их троицу внимательным взглядом. – Кто из вас убил Изольду Лихт?

Андреас повернулся к Ларе и Крэху.

– Кто такая Изольда Лихт?

– Это бабушка, – пролепетала Лара.

– А-а, так у ведьмы было имя… Ясно.

– Я повторюсь, – тихо, но твёрдо молвил рогатый. – Кто убил Изольду Лихт?

Голос Лары дрожал, когда она заговорила:

– Никто её не убивал… Она сама упала в бездну.

– Нет, не сама, её толкнули. Намеренно или случайно – значения не имеет. Мне довольно посмотреть вам в глаза, и я узнаю ответ. Но я хочу, чтобы этот человек назвал себя сам.

– Раз так, признаюсь. – Андреас выступил вперёд.

– Нет… – прошептала Лара, и это всё, что она могла.

– Это я её убил. Она заслужила. Что, наказывать будете?

– Зачем? – обиделся Библиотекарь. – Напротив. Убийца ведьмы становится наследником её книги.

– Как?! – вскричал Крэх.

– Но она сожжена! – вырвалось у Лары.

– Кто она? Ведьма?

– Книга!

Библиотекарь достал из-под полы плаща бабушкину книгу.

– Эта? Сожжён только экземпляр, договор всё равно остался. – И так же ловко он вытащил мятую жёлтую бумагу. – Мы перезаключим договор с Андреасом, а чтобы не тратить времени даром, просто изменим имя, дату и подпись.

То, что происходило дальше, было вне понимания и власти Лары. На неё не обращали никакого внимания, и это обескураживало ровно до того момента, пока ей не захотелось исчезнуть.

– А подписывать кровью придётся? – полюбопытствовал Андреас.

– Зачем же кровью? Красными чернилами. Каким-то кровожадным вы меня рисуете, право. – Библиотекарь протянул Андреасу договор. – Читай, дружок. Читать-то умеешь?

– Умею. – Андреас пробежал глазами по алым буквам и усмехнулся. – Нашли дурака. Я это подписывать не стану.

– Отчего же?

– Да отчего же нет? «Настоящим я соглашаюсь на то, что моё имя будет вычеркнуто из книги жизни и записано в книгу смерти», – прочитал он. – Ведь вы за эту книжонку душу требуете.

Библиотекарь недоверчиво приподнял бровь.

– И за чем же дело стало?

– За тем, что мне моя свобода дороже вашей колдовской силы.

– И что же в ней такого дорогого?

– Только глупцу непостижимо, что дороже свободы ничего не бывает, и никакая магия с ней не сравнится!

Библиотекарь закивал и как бы невзначай заметил:

– А ещё у нас проходят шабаши с полуголыми ведьмами.

– Насколько полуголыми? – заинтересовался Андреас.

– Позвольте… – оттеснил его Крэх. – Позвольте мне как мужу стать наследником Изольды, прошу вас! Я столько ждал! Если Андреас не хочет, не пропадать же добру…

– Тебе нельзя, – оборвал рогатый. – Насчёт девчонки я б ещё подумал, не проведи она ритуал отказа. Это ведь ты, старый лис, её надоумил?

– Я лишь…

Библиотекарь похлопал его по спине.

– Можешь не отпираться, я по глазам всё вижу. А душа твоя и так моя, не беспокойся. Ты уже продался за другую книгу и пропустил семь жертвоприношений.

– Но меня жена заколдовала!

– Это она по любви, не со зла. Кстати, я бы на твоём месте не жаловался. Тебя Изольда хоть в живых оставила, а вот первого муженька она со свету стёрла.

«Ещё один муж?» – поразилась Лара.

– Изольда не говорила про другого мужа, – опешил Крэх.

– Конечно, не говорила, она и сама про него не знала. Изольда тогда молодая была. Как ни таилась, муж догадался, что она колдует, почувствовал над ней свою власть и стал поколачивать. А когда она побоям противилась, грозился выдать инквизиторам, что как раз в их деревне гостили. Убивать мужа было опасно, и Изольда решила его стереть. Потом три дня лежала без сил, понимала, что кого-то стёрла, но кого? И спросить не у кого. Мужа забыла, а страх остался – потому и в лес ушла жить, и мужчин избегала. Тебе доверилась лишь потому, что влюбилась – да так, что ночами спать не могла.

Крэх в смятении опустил седую голову.

«Бабушка сделала то, на что мне не хватило духу», – осознала Лара.

– Андреас, – вкрадчиво начал Библиотекарь, – ты можешь стать могущественным колдуном. Ты не так силён, как твоя подружка, но, насколько я вижу, у тебя исключительная память, да и ум с хитростью имеются.

– Вот именно, что имеются, – кивнул Андреас. – Я шесть лет был котом по вине старухи. Я только-только стал человеком, а вы опять хотите втравить меня в свою чёрную магию?

– А я – сорок, я сорок лет был вороном! Я заслужил!

– Верно, Андреас, – не обращая на Крэха внимания, произнёс Библиотекарь. – Ты невероятно прав. Ты шесть лет был рабом моей книги, поэтому будет вполне справедливо, если я дам тебе месяц на раздумья.

– Не стоит.

– Ещё как стоит. Ведь, кроме того, я даю тебе книгу.

Лара даже не заметила, как увесистый фолиант оказался в руках Андреаса.

– Пользуйся, пробуй, колдуй…

Тот перелистнул первые главы.

– Она что, совсем новая? В прежней книге не хватало одной страницы.

– Это та же самая книга. Страница, которую съела коза, была бережно восстановлена.

Лара отступала к двери. Сначала инстинктивно, потом сознательно.

«Если Андреас станет колдуном, мне не жить».

Библиотекарь подошёл к бывшему коту и по-отечески положил ладонь ему на плечо.

– Но есть одно незначительное условие: если по прошествии месяца ты заключишь со мной договор, то тебе придётся немедленно принести мне жертву…

«Бежать!»

Очевидно, она слишком громко открыла дверь, потому что за спиной раздался оклик Андреаса:

– Лара!

«Не смотри назад!»

Только луна её и спасла. Если бы не лунный свет, Лара бы наверняка споткнулась и упала, пока бежала по ночному лесу, не разбирая дороги.

В ушах звенел низкий бесчувственный голос: «Ещё и книгу, глупая, сожгла. Ведь это ритуальный отказ… Жаль. Хорошая бы ведьма получилась».

– Вот почему Крэх настаивал на том, чтобы книгу сожгла именно я.

«Нет! – Она тряхнула головой. – Я никогда не хотела быть ведьмой».

– Но ещё меньше я хотела, чтобы колдуном стал Андреас.

Лара в изнеможении опустилась на пень. Погони за ней, к счастью, не было. Вероятно, Библиотекарь остановил Андреаса своими уговорами.

«Неужели он согласится? Неужели сможет приносить в жертву людей?»

– Сможет, – выдохнула она. – Это я всех сужу по себе, даже когда понимаю, что меня предали.

Лара приложила руку к корсажу, за которым держала бабушкино письмо.

«Пойду в столицу искать родителей. Отец научит меня мебельному делу, и я наконец-то исполню свою мечту. А всё, что здесь было, забуду… Это я и без магии могу».

Когда небо слегка засветлело, Лара отправилась в путь.

Проходя мимо деревьев, за которыми раскинулось озеро, она услышала плеск воды и фырканье. На берегу кто-то шумно умывался.

«Солдат?»

Лара оцепенела, но последовавший за этим диалог был несравнимо страшнее:

– Чешется всё – не могу!

– Дома отмоешься. Скоро солнце взойдёт, пришла пора навестить нашу ведьму.

– Она, верно, и так подохла, иначе как объяснить это чудо?

– Поступай как знаешь, а я к тому дому на пушечный выстрел не подойду.

– Откуда в вас эта необъяснимая трусость? Шпаги при нас, чего бояться?

– Я бы предпочёл вернуться домой. Какая жалость, что у нас нет лошадей.

– Разве вы не жаждете отомстить за своё унижение? – Раздался свист металла. – Лично я не уйду, пока не уверюсь, что ведьма мертва!

Лару будто парализовало.

«Не может быть… Он их не съел?!»

– Глядите, там кто-то стоит.

– Где?

– За деревьями.

Лара бросилась бежать. Три дворянчика, судя по стуку сапог, не отставали.

– Это она!

– Со спины похожа.

Несмотря на то, что Лара знала лес, страх быть убитой нёс её вперёд быстрее, чем она могла соображать. Погоня закончилась на краю обрыва. Спрыгнуть – значит сломать себе ноги и всё равно принять смерть от преследователей.

«Я не могу так глупо умереть!» – запаниковала Лара.

Все трое паршивцев стояли перед ней, но близко не подходили. Худой, коренастый и стройный. В тех же дорогих одеждах и шляпах, только растрёпаны, грязны, чумазы, без прежнего лоска и напыщенного самодовольства.

– Это точно она, – выпалил коренастый и опёрся руками о бёдра, чтобы перевести дух.

– Как поступим? – глядя на Лару, осведомился стройный красавец. – Сбросим вниз, задушим или заколем?