ГЛАВА 4

Рано утром, оставив хозяйство на своих помощников, Марица поехала к родителям. Встретили её весьма прохладно. Создавалось такое впечатление, что она перед ними в чём-то виновата.

Первым начал расспросы отец:

– Коли ты прям с ранья пожаловала, то, видать, пожар случился?

– Пока нет, но я на пути к этому.

– А позволь узнать, это как же понять?

– Заявился ко мне огромный детина, весь в шрамах, и сказал, что в нашем поместье будет жить. Я могу выйти за него замуж и остаться или собрать манатки и пойти на выход.

Услышав объяснения дочери, отец побледнел и, задыхаясь, спросил:

– А обо мне он что-нибудь спрашивал?

– Когда в первый раз приходил, то интересовался, где прежний хозяин.

– А ты что сказала?

– Как есть, что, мол, в городе живёте, отдыхаете от работы.

– Вот же дура, и кто тебя просил первому встречному обо мне рассказывать?

– Я не пойму, что ты так расходился? Ты что, имеешь какое-то отношение к этому человеку? Его, кстати, Айгир зовут. Его имя тебе знакомо?

– Не смей меня допрашивать! Никакой помощи тебе не будет, управляйся сама. Иди с глаз долой. Надо же принести такую поганую новость! Иди, сказал, не мозоль мне глаза!

Мать пошла провожать дочь и сказала:

– Знаешь, твой отец, наверное, ума лишился. Заполнил целый комод своими камнями и золотом, и часами сидит и на всё это смотрит. Если спрошу, почему он из них изделия не делает, то такого наслушаюсь. А наши запасы денег невелики, работать надо или просто камни продавать, так нет, не даёт. Что-то его тревожит. После твоего посещения я теперь полностью уверена, что у него есть какая-то страшная тайна.

– Так а мне, матушка, что делать? У вас же есть родственники, хорошие знакомые. Может, кто за меня слово замолвит?

– Да негоже к людям с плохими вестями ходить. Ты уж сама управляйся.

– Да как же так? Мы же семья?

– Иди, милая, с миром, иди, ты теперь сама свои проблемы решай.

После этих слов мать закрыла дверь прямо перед носом дочери. Это была словно пощёчина, которую она не заслужила.

Не теряя времени, Марица направилась к Тагире.

Та, как всегда, пребывала в хорошем настроении, но, увидев гостью, сразу сказала:

– Мне сегодня снилось, что ты дом поджигаешь. Да всё так явно было, что я аж проснулась и пошла посмотреть, нет ли где огня.

– Вы мне подали отличную мысль. Надо это тщательно продумать, на всякий случай.

– Что ты такое говоришь? Что случилось? Говори скорей, а то я сейчас начну наливочку пить.

– Да тут впору и мне выпить. Ноги, руки у меня словно ватные, до сих пор отойти не могу. А случилось вчера поздно вечером то, что меня посетил тот огромный человек, который, по нашим гаданиям, моего мужа убил. Он не просто так зашёл, а с предложением выйти за него замуж. Ему, видишь ли, очень наше поместье нравится, и он хочет там поселиться, и ему всё равно, со мной или без меня. Я, конечно же, воспротивилась такому нахальству. Тогда он мне предложил биться до первой крови. Кто ранен, тот и отступает. Мне так страшно, что я вас умоляю налить мне наливочки, а то я сейчас от всего этого ужаса сознание потеряю.

Дав выпить гостье наливки, шаманка продолжила разговор:

– А он хоть как-то представился, кто он такой?

– Да, уходя, он сказал, что его зовут Айгир.

Тагира аж подпрыгнула на месте и сказала взволнованно:

– Да это же тот парень, про которого я тебе говорила. Который пропал с товаром, и его долго искали.

– Так вы говорили, что он красавчик и очень добрый, ни того, ни другого я у него не заметила.

– Так, видать, его в пропасть, как и твоего мужа, сбросили, вот он так долго лечился, а теперь хочет с обидчиком посчитаться. Видать, его и ищет.

– Так я тут при чём?

– Устал человек, хочет по-человечески пожить. Однако он справедливости хочет. Испытав людскую подлость, и сам стал чёрствым. Да и прознал, что тебя защитить некому, вот к тебе и подался, а с ним никто связываться не захочет. А ты к отцу обращалась, может, он родственников позовёт и всё миром уладится?

– В первую очередь и поехала, так меня чуть пинками не вытолкали. Отец меня обругал, а мать сказала, что отец от богатств с ума сходит, и попросила меня решать свои проблемы самой.

– А какие такие богатства у твоего отца могут быть, если он всего лишь проводник?

– Да я ж уже рассказывала. Однажды он сказал, что весной в овраг провалился, а там увидел вход в пещеру, а там полно разных камней, вот он потихоньку и собирал. В другой раз сказал, что спустился к незнакомому ручью, который в овражке протекал, и увидел блестящий на солнце камешек. Взял его в руки и понял, что это золото. Стал выбирать время, чтобы золота намыть.

– Ох, сильно везучий твой батюшка, да только люди, что сами все эти богатства собирают, от них сразу и избавляются, это же деньги, а что толку на них смотреть, от этого богаче не станешь.

– Да пусть он хоть в гроб их заберёт, мне-то что теперь делать?

– А помнишь, я тебе говорила, что ещё тебе хорошую службу сослужу. Так вот час пробил. Пойдём к речке да попросим у Тайги тебе чудо-меч подарить.

Подошли они к реке, и стала Тагира по воде руками водить да странные песни петь, а то волком выть. Сама в этот момент так преобразилась, что не было понятно, мужчина песнь заводит с Тайгой или женщина. Потом и вовсе вместо шаманки вроде дерево возникло, но на нём было лицо, и оно говорило:

– Что от Тайги получишь, то при тебе и останется. Биться надо по чести, силу меча зря не использовать. Только для защиты твоей жизни. Если уговор нарушишь, меч исчезнет.

После этого вновь появилась шаманка, она окунула руку в воду и вытащила оттуда меч. Он был такой изящный и красивый, словно предназначен только для украшения, но в нём заключалась большая сила.

Очень измученная, Тагира проговорила:

– Бери, владей, теперь ты защищена от любого врага.

– Только мне так не кажется. Меч будет рубить там, куда рука направит, а это всё рассчитать надо. Без умения им пользоваться я однозначно проиграю, тем более что мой противник такой большой и явно в бою не раз бывал.

– Ты разницу в росте сочти за преимущество. Крутись, вертись вокруг него. Он наверняка не очень поворотлив, а потом, улучив момент, и нанесёшь удар.

– Так мне надо потренироваться, а с кем?

– А со мной. Я любым оружием неплохо владею. Вот возьмём две палки и будем отрабатывать разные приёмы боя. В нужный момент твоё тело вспомнит, что надо делать.

Тренировались довольно долго, потом Тагира сказала:

– А теперь домой, выпей снотворного и спать. Восстанавливай силы и ничего не бойся. Я твоих рысей увеличу в пять раза, так что поскачешь на рыси. Да и если возникнет критический момент, они тебя отобьют. Мы с моими подругами из лесу будем за всем наблюдать и в нужный момент появимся.

Придя домой, Марица резко затормозила у калитки. С той стороны стояли три огромных лохматых существа. Уже смеркалось, глаза зверей светились зелёным огнём, но они не проявляли агрессии, да и волки молчали.

На крыльцо вышла младшая повариха Реян и проговорила:

– Да вы не робейте, это ваши рыси вдруг выросли, и им пришлось выйти из дома, так как они все вместе тут теперь не вмещаются. Мы с тётушкой тоже страха натерпелись, но потом поняли, что без Тагиры тут не обошлось, и успокоились. Но тут же возник вопрос, а зачем это нужно, ведь они и так вас могут защищать?

Хозяйка вошла во двор, обласкала своих любимиц, а затем, пройдя в дом, попросила её накормить, а затем ответила на вопрос:

– Мы со вчерашнего дня с вами не виделись, а тут столько всего произошло, что не знаю, с чего и начать, но если коротко, то слушайте, как обстоят дела. Один весьма неприятный человек хочет отобрать мою усадьбу, я, естественно, ему категорически отказала, тогда он мне предложил бой. Тагира мне подарила меч и увеличила мою лохматую защиту. А через два дня в полдень мне предстоит бой с этим чудовищем двухметрового роста.

Поварихи запричитали, а старшая со слезами в голосе сказала:

– Да где ж это видано, чтобы вот так у людей имущество забирать? А что, на него управы нет?

– А у кого мне защиты искать? Родители категорически помогать отказались, а к городничему как идти, что говорить, а вдруг он в нужный срок не придёт? У меня даже свидетелей разговора и угроз нет. Видать, такова моя судьба, буду биться за наше тихое счастье.

Едва притронувшись к еде, лишь выпив компота со снотворным, Марица пошла спать. Уснуть она не могла довольно долго, она всё продумывала разные варианты своего спасения, а когда нашла нужное решение, то сразу же уснула.

Назначенное утро было сумбурным и весьма нервным. Выйдя на улицу, Марица сразу увидела перед собой рысей и волков. Они чувствовали приближение беды и очень волновались.

Тогда хозяйка решила поговорить со своей охраной в надежде на их понимание:

– Я буду говорить с вами, и я очень надеюсь, что вы хоть что-то поймёте. У нас общая беда. Мне предстоит неравный бой, но мне надо победить, и потому я надеюсь на вашу помощь. В бой я вступлю верхом на тебе, Кая. Мой противник наверняка придёт со своим зверем, и ты должна его победить. Если мне будет угрожать смерть, то сделайте всё, что сможете.

После этого хозяйка велела Кае лечь, а затем, оседлав её, помчала на ней по большому двору, обегая все постройки и прыгая через препятствия. Учение прошло успешно, и Марица велела всем отдыхать.

В назначенный час, когда солнце было в зените, хозяйка подошла к Кае и сказала:

– Нам уже пора!

Все остальные сразу же примкнули к ним. Вскочив на рысь, она направилась к камню, на котором любили погреться все её питомцы. С его небольшой вершины хорошо было видно небольшую поляну, которая являлась проходом как с скалам с левой стороны, так и к лесу с правой. Минут через десять из леса вышел человек, его сопровождал волк, которого они уже видели. Без хозяина и он был вполне миролюбив, но при команде хозяина он поведёт себя совершенно иначе. По телу Марицы предательски побежали первые мурашки страха, но тут она вспомнила, что у неё теперь есть три рыси такого же размера, и сердце вновь стало биться немного спокойней.

Между тем мужчина с волком приблизились к середине поляны, и он крикнул:

– Если не передумала, то я предлагаю начать!

Марица в ответ подняла меч, а мужчина дал команду вперёд, и волк кинулся к ним на встречу. Кая тут же, расставив широко лапы, бросилась вниз с камня. Она уже решила, что будет делать, и её план вполне сработал. Сблизившись с волком, она двумя лапами ударила его по ушам, а его морда уместилась в её пасти. Волк попытался вырваться и встать на задние лапы. Марица вовремя соскочила с рыси, и та своим весом повалила его набок, при этом задними лапами ранила его в живот, но хозяйка дала команду стоп. Кая с большим неудовольствием отпустила волка, и он моментально побежал за ближайшие кусты зализывать свои раны.

Айгир снова откликнулся:

– Да, охрана у тебя знатная, но теперь в бой вступаем мы. Поднимаем мечи вверх и бежим на сближение, упрямая девчонка!

Посмотрев на бегущую на неё скалу с огромным мечом, Марица на секунду замешкалась, а потом с громким криком ринулась вперёд. Она, как и её рысь, уже приняла решение и почти была уверена в его удачном завершении.

Не добегая до столкновения буквально полтора метра, отважная воительница резко упала на колени, и противник потерял её из виду, а она в это время проскользнула на коленках вперёд и со всей силы ударила врага по выставленной вперёд левой ноге чуть выше голени. Она даже не услышала ни единого звука, только заметила, как её меч вышел с другой стороны. Поражённый враг, в состоянии шока и растерянности, тоже ничего не понял и стоял как вкопанный. Воспользовавшись его замешательством, Марица отскочила как можно дальше от человека, который сейчас рухнет на землю.

В конце концов он шагнул вперёд и упал, только теперь, почувствовав невыносимую боль, он понял, что произошло. Оглянувшись вокруг себя, он увидел стоявшую в стороне от него ступню, которая так неожиданно отделилась от его тела. Затем он издал душераздирающий крик, к концу походивший на рычание. Это был крик боли с примесью отчаяния и разочарования.

Он начал лихорадочно снимать с себя пояс и перетягивать рану, и в то же время он нашёл в себе мужество, чтобы объясниться с победительницей:

– Я совсем не так хотел! Я даже не собирался тебя касаться. Мы бы потом поговорили, и я бы тебе объяснил, почему всё так. Это твой отец сбросил меня в пропасть и украл три ящика камней, золота и платины. Я хочу очистить своё имя.

Пока он говорил, к ним из лесу бежали шаманки, вероятно с помощью, поскольку с ними были сани, запряжённые четырьмя оленями.

Айгир тоже это видел и спешил договорить:

– Да, это я сбросил твоего мужа в пропасть, но я думал, что это его сын, ведь он всегда с ним ходил и он называл его сынком. Я хотел, чтобы его сын испытал ту же боль, что и я. А ваши рассказы, что усадьба твоя, посчитал ложью. Но я всё объяснил хозяину артели, он мне поверил и объяснил, что у твоего отца дочь, тут только я понял, как виноват. Завтра к тебе заедет хозяин артели с его людьми. Тебе придётся их отвести к своему отцу, там ты ещё многое узнаешь про происхождение этой роскошной усадьбы.

Договорив, он стал терять сознание, в этот момент к нему подскочила Тагира и заставила его выпить какой-то напиток. Она гладила его по голове и приговаривала:

– Мы всё исправим. Теперь ты будешь среди друзей в тепле и уюте, и больше не будет боли.

Она сама засыпала отрубленную ступню снегом и бережно положила её в белый мешок. Все вместе они положили его на сани, и они тронулись в путь.

Тагира на прощание сказала Марице:

– Ему надо будет выговориться. Прошу тебя, дня через три заходи ко мне. Нам есть что обсудить, да и новости мне расскажешь, о которых он сейчас говорил.

Домой хозяйка поместья возвращалась в таких же расстроенных чувствах, как и уходила. Сказанное Айгиром просто не укладывалось в голове, но последние события в родительском доме подсказывали, что правда кроется именно там, и она весьма страшная.

Дома её ждали все работники усадьбы, ожидая приговора по поводу их работы, но стол был накрыт, и в первую очередь они поздравляли её с победой, ибо наблюдали за боем.

Чтобы не мучать её верных помощников долгим ожиданием, она, стараясь поддерживать весёлый тон, сказала:

– Дорогие мои, моя победа не совсем меня радует, и со временем вы поймёте, почему, но ваше положение остаётся прежним. В нашем мире по большому счёту ничего не поменяется. Завтра утром у нас будут посетители, но они лишь заедут за мной, и я уеду с ними по делам. Когда вернусь, точно не знаю, так что все дела оставляю на вас.

В это время в дверь поскреблись, потом дверь открылась, и в дом на вечернее дежурство прибыли рыси, они, конечно, были уменьшены, но были немного больше прежнего, и это даже радовало, поскольку в Тайге, где водятся браконьеры, всегда нужна серьёзная охрана. И вдруг появилась отличная мысль озаботить работой ничего не делающего заведующего надзором за лесом и совершить поход на базу беспредельщиков, но это она сделает потом…

Утром, часов в девять, к воротам прибыли две крытые кареты. Из них вышли важного вида люди, одетые в шубы из соболя, самого дорогого меха, который добывают в тайге. Они проследовали к дому, где им открыла двери горничная и попросила их присесть за стол. Марица уже сидела на противоположной стороне, на ней была прекрасная шубка из песца и меховые сапожки. Она с интересом наблюдала за столь важными особами. Таких она видела впервые.

Она кивнула им в знак приветствия и проговорила с напряжением в голосе:

– Я вас очень внимательно слушаю.

– Нам бы, конечно, хотелось послушать вас, юная хозяйка, да видать, судя по вашему возрасту, вы и понятия не имели, как ваш батюшка добром прирастает. Так что не будем тратить времени и поедем к тому, кто под натиском наших расследований расскажет нам всем правду. Мы понимаем, что миссия у вас весьма неприятная, но вы должны знать правду из первых уст, чтобы потом понять ход дальнейших событий.

Её разместили в роскошной карете, удобной и тёплой, так как она была вся обита мехом, в придачу к большему удобству на колени набрасывались меховые накидки. На эти кареты смотрели все городские зеваки, а некоторые и сопровождали их, а потому и остановились вместе с каретами у дома её родителей.

Едва все вышли из карет, матушка уже стояла на пороге и обращалась к дочери:

– Ну, как я вижу, ты гостей к нам привела, и по какому поводу?

– Они, матушка, всё сами объяснят, меня они в свои дела не посвящали, просто сказали, что я должна присутствовать при разговоре.

Гости разделись в прихожей и вошли в гостиную, где по-хозяйски расположились в креслах, не спрашивая разрешения у хозяина.

Хозяин же, не узнавая прибывших в его дом людей, начал говорить с искренним возмущением:

– И что это вы себе позволяете? Пришли, расселись словно у себя в доме! Я вот гостей не жду и ублажать вас не собираюсь! Так что подите к выходу! Пока по-хорошему прошу!

Ответить взялся старший из прибывших:

– Да ты, хозяин, так не разоряйся. Сначала надобно узнать, кто к тебе пожаловал, а уж потом и думать, что говоришь. Знаешь артель Спиридонова Владимира?

– Да его вся Сибирь знает, а ко мне-то он каким боком?

– Так вот это я, этот самый Спиридонов! И всё дело-то как раз в тебе. Да дело серьёзное. Мои люди уже почитай как пятнадцать лет всё искали, кто же из проводников наших охранников убивает да караваны грабит?

Отец моментально побледнел и дрожащим голосом спросил:

– А как это ко мне относится? Я человек честный, вот весь на виду.

– А вот лукавишь ты, людям в глаза глядя, да нехорошо это, ибо за каждым грехом следует кара. Последняя твоя жертва, видимо из-за могучего здоровья, даже в расселине с хрусталём выжила. Правда, долго парень лечился и сильно лицо изуродовано, но он не хотел, чтобы его считали вором, и прибыл к нам с повинной и рассказал, как ты его санями в обрыв сбросил и повернул назад сани, к своему дому. А потом мы стали всех опрашивать, кто в разные годы по горам ходил, дак все и сказали, что тебя в аккурат видели с теми людьми, что пропали. Ловко ты всех, кроме себя, виноватыми сделал. Мол, ворьё кругом, а у тебя палаты растут. А тут незадача, Айгир к нам пришёл, чтобы справедливость восторжествовала. На твоей душе семь загубленных жизней, вернее шесть, но парень такое претерпел, что он уже на тяжёлой работе работать не может, а это гибель для мужика. Ну что молчишь? Поведай нам, что тебя толкнуло на убийство невинных душ и воровство?

– Да жить мне хотелось красиво да вольготно, чтобы всё было лучше, чем у других. А потом понял, что это довольно легко сделать при моей-то работе. Первый раз всё прошло. Обвинили перевозчика в воровстве, а там и пошло. А у Айгира на перевоз аж три ящика было. Я по дороге во время привала один ящик слегка ковырнул, а оттуда золото посыпалось, тут я и обезумел. Уже на выходе припомнил узкое ущелье, так вот туда парня и столкнул. Знал, что его хрусталь сильно поранит и он кровью истечёт.

– Ты так спокойно об этом говоришь, да в тебе, что, и вовсе души нет? А об ответе не думал?

– Да если бы не этот Айгир, с его могучим здоровьем, так всё бы и было хорошо.

– И это ты называешь хорошо? А я вот вижу, что твоей жене и дочери не хорошо. Они вон какие бледные стоят.

– А как жили, так на добро не жаловались! Всё красную рыбку ели, да блины с икоркой ели, да шубки красивые носили.

Не выдержав упрёков, жена ответила мужу:

– Так ты же нам врал, что нашёл пещеру с сокровищами и периодически ездил туда за добычей, а перед свадьбой дочери решил набрать побольше, нам на безбедную старость, чтоб привычек своих гастрономических не лишаться. Мы же верили тебе! А разве плохо мы в своём первом доме жили? Всего нам хватало, и так же мы рыбку красную ели, и изредка и икру, да разве в еде да барахле счастье? Счастье – это когда семья едина. А теперь какая у нас семья будет? Думаешь, эти люди поговорить с тобой приехали? Они приехали долги взыскать. Они не только твои камешки заберут…

Тут отец не дал ей договорить и закричал:

– А что им ещё надо?

После этого он вскочил, открыл все ящики комода и снова закричал:

– Забирайте ваше барахло, и вон из моего дома! Вон! Вон!

После его слов снова заговорил Спиридонов:

– Да ты, видать, совсем не в себе, если ты думаешь, что смерть моих сотрудников тебе простится. Тут только два варианта. Первый – я отвожу тебя в наш городок и отдаю тебя их родственникам. Не думаю, что ты проживёшь более получаса. Второй – тебя отвезут за Урал в мою рыбацкую артель. Там кругом на сотни километров Тайга, так что побег закончится мучительной смертью. А так в артели будешь рыбку ловить, ту, красную, что ты так любишь. Солить будешь её и икорку. Летом на небольших кораблях эту рыбку по заказам будете развозить. Но, когда команда будет сходить на берег, ты будешь заперт в трюме. Вот такие у тебя варианты. Я думаю, что ты выберешь второй. Согласись, это гораздо лучше, чем быть забитым насмерть или быть сброшенным в пропасть.

Отец стал рвать на себе рубаху и кричать:

– Вы не посмеете, да что вы тут судей из себя корчите?

– Ты судей хочешь, да пожалуйста. Тебе светит двадцать лет каторги на урановых рудниках. Самые крепкие заключённые выдерживают шесть лет. Оттуда ещё никто живым не выходил. А так поработаешь лет десять, я там и решу, отпускать тебя или нет. Так что ты старайся, чтобы в дом родной вернуться да жену с дочерью увидеть. Женщины, соберите ему тёплую одежду, несколько пар обуви. Мы его забираем. Пять минут на прощание.

Мать и дочь бросились собирать сумку, потом протянули её отцу и стояли перед ним в замешательстве.

Он разрешил эту проблему тремя словами:

– Будьте вы прокляты!

После его яркого прощания зашли два здоровых парня, надели на голову отца мешок и увели его. Потом они вернулись с ящиками и стали собирать содержимое комода.

Когда всё было завершено, Спиридонов подошёл к растерянным женщинам и сказал:

– Мне очень жаль, вам нелегко это будет пережить, но я немного смягчу завершение этого дня, – он вложил каждой из женщин в руку по три внушительных рубина. И продолжил говорить: – Цена этих камушков велика. В час нужды продавайте по одному, но я думаю, что теперь у вас будет всё хорошо. Вашей вины в том не было, и люди вас судить не будут. Чуть поговорят, а потом каждый своими проблемами займётся.

Он поклонился им и вышел со своим попутчиком на улицу. Там стояла огромная толпа и следила за каждым движением, происходившим возле дома, а может, ещё подслушивали у окна.

Марица обратилась к матери:

– Там столько народу, что выходить стыдно. Расспросами завалят, не давая проходу. Я подожду немного, пока толпа любопытных схлынет.

– А мне тут жить. Как мне от разговоров отбиваться? Может, я у тебя пока поживу? Должна же ты матери помочь?

– Что-то я не помню, чтобы вы мне помогли, когда мне угрожала смерть. Тогда вы совсем забыли о родственном долге, а теперь из-за каких-то там расспросов я должна вам помочь. Как-то несправедливо, вам не кажется?

– Ну не убили же!

– Но это не благодаря вашим стараниям. А знаете, я пойду и на расспросы скажу как есть. Мол, мой отец оказался вором и убийцей, а вы наивной дурой. Ну, скажите, что я хоть в чём-то не права! Несколько дней назад я шла выставленная вами из этого дома, и мне было так страшно, что меня тошнило. Тогда я осознала, что в час беды я одна. Вы мне преподали отличный урок. Относиться к людям надо так, как они относятся к тебе. Всего хорошего, матушка!

Выходя из дома, дочь на прощание громко хлопнула дверью, будто проведя какую-то черту.

На удивление, люди проявили сдержанность. Видимо, все уже знали о битве и понимали, что она ещё не в том состоянии, чтобы вести беседы. Марица была очень рада, что все расспросы достанутся её матери. Это весьма оживит её жизнь, ведь многие, лицемеря, будут проявлять сочувствие и затягивать разговоры, чтобы выудить побольше сведений.

Через день, немного отдохнув и разложив все мысли по полочкам, Марица решила пойти к Тагире. Эта мысль её очень пугала, ибо ей предстояло встретиться с человеком, которому её семья причинила столько боли и горя. Она собиралась перед ним повиниться, но какие можно найти слова в этой ужасной ситуации?

Выходя через заднюю калитку, она встретилась с волком Айгира, который прижал уши, выражая свою полную покорность и добродушие. Она была очень рада этой встрече, приютив этого беднягу, она хоть как-то отплатит добром Айгиру. Она пригласила его пройти за ней во двор. Вся стая тут же их окружила. Марица несколько раз повторила, что это теперь друг и жить он будет здесь. После этого она повела голодного и израненного волка во второй загон для овец, где ему вполне хватало места. Она велела ему её подождать. Минут через десять она вернулась с большой миской рубленого мяса и чашей с водой, а затем, прикрыв дверь, направилась по ранее намеченному маршруту, прихватив с собой своих волков.

Подходя уже к чуму Тагиры, она замедлила шаг, собираясь с духом, чтобы увидеть дело рук своих.

Предательский хруст снега под ногами оповестил о её приближении, и шаманка уже встречала её у порога со словами:

– Ну я прямо вся уже измаялась без новостей. Ну-ка поведай мне скорей, что там произошло, когда к тебе купец со своей свитой приехал?

– Ох, как сложно, дорогая моя, признаваться в непомерных грехах. Вам Айгир что-нибудь рассказывал?

– Да ты что, мы его с той поры на снотворном держим, чтоб он боли не чувствовал. В тот день тут такие чудеса творились, что даже меня искусство одного шамана поразило. Представляешь, он кости скрепил железными скобами, а потом под стеклом, которым пользуются ювелиры, стал сшивать все вены, сухожилия, а уж потом сшивал кожу. После наложения повязок соорудил для него деревянную опору для ноги, чтобы он во сне не мог её повредить. Вот такие дела. Каждый день этот шаман тихонько стаскивает дерево и делает ему массаж, чтобы кровь по венам пошла, чтобы застоя не случилось, а то ногу придётся отнимать. Так что давай говори всё как на духу. Видать, не зря я тебе тяжёлые времена предрекала.

– Ой, да всё даже страшней, чем я бы могла себе представить. Помните, у нас всё о пропавших посыльных говорили? Подолгу их искали, а потом объявляли ворами. Так все эти посыльные работали у одного купца, Владимира Спиридонова. Так вот и Айгир на него работал, и вёз он тогда с моим батюшкой очень большой груз, состоявший из камней и золота. О нём тоже слух пошёл, что он пропал со всем грузом, что тоже, мол, соблазнился и груз украл. А люди купца всё время на протяжении многих лет вели расспросы, чтобы докопаться до истины, так это или нет. Уж слишком много воров, а люди-то все проверенные были. А тут им и повезло, поскольку Айгир выжил. Сильно пострадал, долго его знахари лечили, но после того, как он меня посетил, он сразу направился к купцу, чтобы честь свою восстановить. Поведал он ему ужасную историю. В том походе именно мой батюшка столкнул Айгира в хрустальное ущелье. Он знал, что острые как иглы конусы хрусталя сильно поранят парня и он истечёт кровью. Поскольку почти год о нём ничего не было слышно, отец решил, что всё удалось. Добыча была очень большой, вот он и решил так рано уйти на покой. И это не самое страшное, поскольку парень жив. Оказывается, выяснилось, что и всех предыдущих посыльных тоже мой отец загубил, а на наворованное добро нашу усадьбу расстраивал. Нам же с матушкой он говорил, что нашёл пещеру с большими залежами разных камней, вот на этом везении, или, как он говорил, даре от Урала, мы и жили, не тужили. Я теперь в город никогда и не поеду. Стыдно-то как, аж до дрожи в теле. Мало того, что мой отец Айгира загубил, так ещё и я добавила, так что ещё неясно, чем всё это кончится. Я вот сегодня шла ему в ноги броситься да прощения просить, но, раз он пока спит, приду в другой раз. А как придёт в себя, то скажите ему, что его волка я приютила. Всё с ним будет хорошо.

– Да, вот уж ты меня удивила так удивила. Жил рядом человек, и добрый с виду, и приветливый, а на деле душегуб и вор. И кто б подумал о нём плохо? Всем помогал, ко всем с приветом. Мне сколько жил, столько подарки и посылал. Видать, задабривал, чтобы я на него в воды наши не посмотрела. Да, тяжко жить с такой ношей на душе, но в том вины твоей нет. Вот перед Айгиром покаешься, и немного легче будет. Теперь тебе надо мужа дождаться и жизнь с нового листа начать, делая добрые дела, а у тебя их на счету немало, так ты и снимешь с себя печаль.

– Вы меня простите, но я пойду домой. После пересказа этой жуткой истории на меня вновь накатил такой стыд и боль, что мне просто необходимо побыть одной.

– Ступай, деточка, с миром. Теперь всё плохое на убыль пойдёт, и начнутся новые времена.

Прибыв домой, она встретилась с младшей поварихой Реян. Она доложила, что к ним прибыли три путника. Она их только накормила и отправила по номерам.

Хозяйка поблагодарила её и сказала:

– А давай-ка мы с тобой поужинаем. У меня и наливочка брусничная припрятана для таких случаев. Вы уж поди на базаре все новости услышали. Так ты можешь себе представить, как мне стыдно и больно? Видимо, много времени понадобится, чтобы всё это пережить.

Реян быстро накрыла стол, а Марица разлила наливку и сказала:

– Давай выпьем за новые времена, за новые надежды!

Когда молодые женщины выпили, хозяйка обратилась к Реян:

– Ты меня прости за любопытство, но почему ты не выходишь замуж? Если я не ошибаюсь, то тебе уже двадцать пять лет.

– Да тут секрета большого нет. Просто природа на нашем роду хорошо отыгралась. Все у нас крепки да высоки. Для парней это, конечно, хорошо, а вот мне все парни по плечо. Ну что мне с таким дитятей делать? Пока парня по себе не найду, то и замуж не пойду. Вот ведь вы такая миниатюрная, для вас любой парень – жених, а мне всё за горизонт смотреть, может, кто и появится, пока я не состарюсь.

– А мне вот почему-то кажется, что после этого лета твоя судьба устроится.

– Ох, хозяюшка, ваши бы слова да к счастью привели! Вот-то радости-то было бы!

Вот на такой позитивной волне девушки пошли отдыхать.

Встав поутру в непонятном расположении духа, Марица решила наведаться к главному лесничему. Весьма было удачно то, что он жил на окраине города и у него была задняя калитка. Которая не давала увидеть любопытному глазу, кто пожаловал к Тимофею Петровичу. Лесничему уже было за сорок, и он не проявлял большого желания бегать со своими подручными по лесу и выявлять браконьеров. Все жалобы он просто оставлял без ответа. Им многие были недовольны, но вот впрямую сказать никто не решался.

В это утро Тимофею было не суждено засидеться за самоваром с сушками да блинами. В дверь решительно постучали, а затем перед ним предстала Марица и прямо с порога заявила:

– Будьте здоровы! Да я вижу, у вас всё в норме, а вот в лесу, за который вы отвечаете, полный бардак. Что ни тропка к водопою, то стоят капканы на крупного зверя. Сколько раз я вам писала? А вы хоть раз прошлись по лесу? Нет! Видать, в капкан попасть не хочется! А как зверям быть? Вы же их на мучительную погибель обрекаете. Эти браконьеры не стреляют, чтобы себя не обнаружить. Они зверя рогатиной добивают. Сама тому свидетелем была и того браконьера подстрелила. Он поднял молодого медведя из спячки. Мишка теперь у меня спит. Рысь на сносях вытащила из капкана, теперь у меня три рыси живут. Не могу же я всё время по лесу вместо вас ходить и устраивать в своём доме убежище для зверей. Я предлагаю незамедлительно собрать команду охотников человек шесть и отправиться в прибежище браконьеров. Надо забрать всех и наказать прилюдно, чтобы у других соблазну не было. Да стоит по рынкам пройтись и посмотреть, кто мех крупного зверя скупает, и на них большие штрафы накладывать. Если не будут покупать мех, то и зверя не будут бить. Жду вашего ответа.

– Ну ты прям глашатай народный! Прям надо вскочить и в лес бежать, а то что?

– Да поеду к Владимиру Спиридонову и попрошу, чтобы вас освободили от должности, – это раз. Оштрафовали на десять зарплат за невыполнение своих обязанностей – это два!

– Ну зачем так круто замешиваешь? Тут подумать надо.

– Я уже всё продумала. Идти надо к заходу солнца, чтобы они были заняты ужином да все у костра сидели. Так их легче будет брать. Мои питомцы и доведут нас к ним и взять помогут.

– Сказывать-то оно легко, а вот делать – это дело иное.

– А не делать – так это дело третье.

– А ты прям сказки рассказываешь, вот так пошли и так прямо взяли.

– А что там сложного, коли мужиков полно, да ещё в помощь три волка и три рыси?

– А пошто тебе тогда мы? Вот пошла бы сама, да и привела их ко мне.

– Да, а вы б все лавры собрали и гоголем ходили? Да нет, такого не будет. Моё дело было помощь предложить, а ваше – принять. Вот и весь сказ. А теперь кушайте не обляпайтесь, а я пойду думать, как вас с этого тёплого места убрать да найти человека, который за Тайгу душой болеет, а не чаи вместо дела распивает.

– Ой, да иди! Глянь, какая смелая выискалась!

Не простившись, но сильно хлопнув дверью, Марица направилась домой. Она была такая злая, что аж зубами заскрипела. Войдя домой, словно порыв ветра, она села к столу.

Тут же выбежали поварихи, и Реян спросила:

– Неужто ещё что приключилось? Да на вас лица нет!

– Да я просто по душам с нашим старшим лесничим поговорила насчёт облавы на браконьеров. Так нет. Они, видите ли, должны подумать и так далее. А что тут думать? Скоро медведи из спячки выйдут и будут ломиться по лесу, иди на шум да ставь капканы. Не могу я быть спокойной, душа у меня болит. Плевать я на них хотела. Возьму свою стаю и сама пойду к их стоянке. Звери их потреплют, а я их потом свяжу в цепочку, друг за другом, да в город на площадь рыночную поведу. Пусть их люди судят. А нашему градоначальнику опишу, как у нас в лесничестве дела делаются.

– Ох, как я вас понимаю. Вон вы сколько зверья спасли, и я их очень жалею. Вот что я вам скажу. Вы когда соберётесь, то мне обязательно скажите. Я с вами пойду. Я и силой как два мужика буду, и стреляю отлично. В подростковом возрасте мы с батюшкой любили охотиться на уток да перепёлок.

– Вот это удача! Я сгоряча хотела прям сегодня пойти, да у меня от расстройства руки трясутся. Ну тогда мы с тобой завтра к вечеру отправимся, чтобы их всех вместе окружить. Нам с тобой звери помогут, а мы так, у них на подхвате будем.

– Ну вот и порешали. Всё быстро и ясно. И на что нам мужики нужны? Пойду ружьё почищу и немного настроюсь на военный лад, а то я всё больше с тестом воюю.

Утром Марица навестила больного волка, прихватив с собой еду. Он встретил её очень приветливо и даже лизнул руку. Она ему рассказала, что им предстоит большая охота в лесу на людей, и это очень важно:

– Если понял меня, то можешь следовать за стаей.

Ей очень хотелось, чтобы он понял, поскольку один его вид может обездвижить противника на несколько секунд, а этого хватит для меткого выстрела. Она говорила и со своей стаей, убеждая их быть осторожными и объясняя, что этот бой очень важен, чтобы их братьев не убивали, заставляя застревать в капканах. Она показывала лапу Каи, и та оскалилась, словно давая ей понять, как она зла и всё помнит. После этих разговоров было как-то спокойней. Теперь оставалось надеяться, что Кая помнит запах чужих и поведёт их куда нужно.

Когда уже вечерело, перед Марицей предстала Реян, и была она похожа на настоящего воина. Она была вся в коже, с головы до ног. У неё даже щит был обтянут кожей.

Видя удивление хозяйки, она сказала:

– А вы думали, что только вы вся в коже по лесу ходите? В лес только так и ходить, а то ещё, не сделав дела, весь пораненный ветками будешь.

– Да, я очень рада, что ты так хорошо подготовлена. У меня полно кожаных изделий, но я, к сожалению, не могу ими с тобой поделиться, а потому очень переживала за тебя. Но всё так отлично складывается.

В пять вечера они вышли за ограду усадьбы, и Марица направилась по обычному маршруту, где встречала капканы. Животные шли цепочкой за ней, чтобы не попасть в капкан. Они прошли не более двадцати минут, как Кая зарычала. Все перевели взгляд на неё. Она, тихонько ступая, пошла в сторону. А потом остановилась.

Реян подошла к ней и сказала:

– Она нашла капкан. Это очень хорошо. Я его сейчас обезврежу, и пусть все его понюхают, и тогда все возьмут след. Нам не придётся идти наугад.

После удачной находки вперёд пошли животные, а их подопечные дамы следовали за ними. Через полчаса все звери остановились. Шерсть на их загривках поднялась, это говорило о том, что враг обнаружен.

Марица прошла вперёд и увидела перед собой картину, которую и ожидала. Пять мужчин сидели у костра и хлебали похлёбку из большого котелка, запивая из кружек каким-то горячительным. Они весело разговаривали, не подозревая, что за ними следят. На поляне, где они расположились, на поднятых на метр от земли брусьях висели страшные трофеи. Три медвежьих шкуры, шесть волчьих, пять рысьих и множество мелких шкурок. Эти трофеи стоили больших денег, и потому у браконьеров было отличное настроение.

Марица пыталась показать животным, что людей надо окружить, но тут появился большой волк и сразу пошёл на противоположную сторону, за ним последовали дворовые волки, а рыси остались на месте. Когда волки бросились к костру, рыси тут же сорвались с места. У компании не было шансов на сопротивление, но вдруг Реян заметила, как из чума высунулась голова с ружьём. Она тут же вскинула винтовку и выстрелила. Единственный защитник бурной компании был сражён метким выстрелом. Теперь девушки вышли из тени деревьев и стали оттаскивать животных от сильно израненных браконьеров. Реян взялась вязать им руки, а потом всех соединила в цепочку. Если кто-то пытался вырваться, Реян била его по голове кулаком и возмутитель спокойствия тут же погружался в небытие.

Когда все пленные были готовы к походу, Марица обратилась к своей напарнице с вопросом:

– У нас возникает немалая проблема. Нам надо решить, что делать со шкурами животных. Их бы сжечь, чтобы в будущем по ним не топтались чьи-то ноги. Но в то же время они являются подтверждением того, что мы избили и пленили не любителей отдыха в лесу, а именно браконьеров.

– А мы когда представим горожанам этих нелюдей, то тогда прилюдно и сожжём эти шкуры, а пока я их свяжу и поволоку по снегу.

– Нет, не будем спешить. После предъявления их людям верни все шкуры домой. Я наведаюсь к Тагире. Я слышала, что шкуры являются их тотемами, ритуальными предметами. Они молятся на них, давая душе умерших уют и покой в своих чумах.

Пока воительницы разговаривали, около них толпилась вся стая в ожидании благодарности и своей порции ласки. Девушки стали всех целовать и хвалить каждого помощника. Но по настроению стаи было видно, что они и сами довольны своей охотой на людей, которые уничтожили столько их собратьев. Теперь им предстояла задача довести пленных до их сарая, чтобы разместить их там на ночлег. Путешествие прошло без приключений. Никто и не собирался сходить с тропы, ибо знали, что могут попасть в свой же капкан. По приходе в усадьбу всех отвели в сарай, где затопили печку буржуйку, чтобы пленные не замёрзли, а охранниками оставили волков.

Утром, одевшись, как и накануне, в кожаную одежду и взяв с собой ружья, молодые охотницы повели пленных в город. Вид был у браконьеров ужасный, они были все в шрамах, и одежда на них висела лохмотьями. Это шествие окружали верные стражи. Которые и были главными героями дня. По мере их прохождения на базарную площадь их движение обрастало зеваками.

Остановившись в центре площади, Марица взяла валявшийся неподалёку ящик и, встав на него, начала свою речь:

– Смотрите все! Я привела к вам браконьеров, которые уже полгода убивают в нашем лесу зверей! Они не обращают внимания на то, что везде стоят таблички, что это заповедник. Мои многочисленные письма к главному по надзору за исполнением порядка в лесу остались без ответа. Белее того, когда я пришла к нашему лесничему с предложением произвести захват этих мерзавцев, он предложил это сделать мне самой. Как видите, у меня в помощниках только одна женщина и моя стая. А теперь смотрите, сколько животных они обрекли на мученическую смерть. Они не стреляют в них, чтобы их не обнаружили, они добивают добычу, попавшую в капкан, рогатинами. Вот мы вам представляем шкуры, капканы и рогатины. Мне вот интересно, а кто-нибудь за городничим сбегает, чтобы всё было по закону, или мы сами их приговорим, и делу конец, да и другим неповадно будет?

И тут к Марице подскочили и городничий и лесничий.

Кричать начал городничий:

– И что ж ты, морда твоя бесстыжая, мне всё время докладываешь, что у нас в лесу тишь да благодать? Да вот только я гляжу, что этого у нас и вовсе не видать. Сегодня же манатки свои собирай и ищи себе работу на лесоповале, там чаи не погоняешь. На твоё место найдутся люди, что Тайгу-матушку любят и будут в ней блюсти закон. А то что у нас получается, две девицы отправились на войну с браконьерами, а мужики у нас, что, перевелись? Срам, да и только! Этих нелюдей отвести в камеры, они у меня скоро на лесоповал отправятся на пятнадцать лет. Ну а вас, девицы, представлю к награде за проявленное мужество.

Девушки раскланялись, быстро собрали шкуры и отправились к дому, уже почти подойдя к воротам, хозяйка внесла предложение:

– А давай-ка, чтобы два раза не ходить, сразу направимся к Тагире. Шкуры ей покажем и больного навестим. Уж больно душа моя о нём печалится. Так хочется как-то смягчить свою вину. Вот пойду прямо сейчас прощения у него просить.

Реян была не против, её тоже интересовал этот загадочный персонаж, про которого столько говорят, а потому даже рада была случаю его увидеть.

Когда они подошли к жилищу, их никто не встречал. По-видимому, хозяйка отлучилась, и девушки вошли в чум. На белых оленьих шкурах лежал полуодетый молодец. Рельеф его мышц был таким чётким, а лицо при ярком свете керосиновой лампы было не таким уж и страшным, а даже наоборот. Его волнистые чёрные волосы разметались по подушке, и девушки замерли в изумлении. Марица тайком взглянула на Реян и поняла, что ту сразила стрела любви. Она решила молчать и дать девушке насмотреться на этого рослого красавца.

Видимо, почувствовав, что на него смотрят, Айгир открыл глаза и сказал:

– Ой, девушки пришли, а я тут валяюсь неодетый.

Марица подошла к нему, немного прикрыла его покрывалом и заговорила:

– Не знаю, как и в глаза вам смотреть, как прощения просить. Уж столько моя семья вам боли причинила и моральной и физической. Но я всё же взываю к вашей душе и молю о прощении. В будущем насколько смогу, настолько и буду вам помогать вновь обрести уверенность в жизни.

Айгир немного приподнялся и с горечью в голосе сказал:

– Да и я тоже не ангел. Не смог совладать с гневом и решился на месть, да не того человека обрёк на страдания. Вот ещё не знаем, каким он вернётся. А у меня вроде всё хорошо идёт. Кровообращение восстанавливается, ну а кость, она по-любому через месяц срастётся. Лекарь только сказал, что при моём весе лучше подержать ногу в колодке два месяца. Только вот возникает проблема. Не могу же я всё это время с Тагирой жить. Она, бедная, там в уголочке мостится, неудобно мне пожилую женщину стеснять. Да, я хотел спросить, а мой волк к тебе пришёл?

– Да, я и от него в восторге. Он так красив и так умён, просто душка.

– Ну подержи его у себя, пока я на ноги стану. Кстати, его зовут Байкал.

– Какое красивое имя, вероятно, оно что-то значит?

– Да, в Восточной Сибири, очень далеко от нас, есть большое озеро под таким названием. Местные говорят, что его воды целебные и вообще он полон загадок. Мне об этом озере давно рассказывали, и его название так и засело у меня в голове, поэтому я своего любимца так и назвал.

За разговором молодые люди не заметили, как шаманка зашла в чум и включилась в разговор:

– И кто это тут про пожилую женщину говорит да про Байкал? Да я ещё всем вам тут фору дам. А вот что для молодца этого надо удобное жилище найти, да с большой кроватью, так это он правильно говорит.

Марице сразу пришла в голову отличная мысль, и она её озвучила:

– У меня есть предложение. У нас есть отдельный небольшой домик, пригодный для одного или двух человек. Вот мы сейчас поедем с Реян домой и собьём две кровати в одну, а завтра поутру и приедем за нашим больным.

– Вот и отлично, ребятушки. А я как раз от лекаря пришла. Он для своего больного соорудил ходули. Эти палки надо под мышки упирать, а внизу переставлять и самому за ними ноги передвигать. Вернее, первое время переставлять только здоровую ногу. Тренироваться три раза в день по десять минут, чтобы тело не усохло да пролежней не было. Лекарь три раза в неделю будет приходить массажи делать, а то и вас обучит. Старому человеку уж не так легко мотаться по дорогам.

Поглядывая опытным взглядом на молодых людей, пока она говорила, она тут же добавила:

– Почему-то мне кажется, что больной будет находиться в нужных руках. Нам не придётся за него излишне переживать.

Айгир тоже не отводил глаз от Реян, поэтому оба после её слов покраснели. Реян поспешила выйти из чума. Марица показала шаманке на ворох шкур и посвятила её во все последние новости.

Тагира была очень довольна и сказала:

– Какая же ты внимательная, ну до всего-то тебе есть дело. Как это хорошо, что рядом со мной поселилась настоящая дочь Тайги. За такие славные дела тебе отмолятся все грехи твоей семьи. А моя душа-то как радуется, что дурные люди наказаны. Ты даже не знаешь, какой это великий подарок, эти шкуры. Это будут наши тотемы. Через них молитвы быстрее до духов Тайги доходить будут. Да и души животных обретут покой и свой дом. Ну пусть тебя благословят духи Тайги на долгие годы, ступай с миром.