Глава вторая, в основном, бытовая

— Послушай, у вас несчастные случаи на стройке были?

— Нет, пока ещё ни одного не было…

— Будут! Пшли…

«Операция «ы» и другие приключения Шурика».

— Проспала! Вот же черт! — проворчала Вишня, рассматривая обои в цветочек, залитые ярким солнцем. — А собиралась встать пораньше, чтобы помочь гостеприимным хозяевам с завтраком… Кажется, невезение из вчерашнего дня перешло за мной следом в сегодняшний… Невезение?

Что-то вертелось в голове, и от желания поймать мысль за хвост слегка покалывало в кончиках пальцев.

— Почему у меня такое чувство, что я что-то забыла сделать? — спросила Вишня у своего умывающегося отражения. — Молчишь, зараза? Эх…

Раздавшийся стук в двери отвлек девушку от грустных мыслей. Она резко повернулась, неловким движением смахнув на пол все, что лежало на туалетном столике.

— Проклятье!

Одновременно со звоном от разбившихся баночек и флаконов в спальню вошла госпожа Флора.

— С добрым утром, доченька, — она честно попыталась улыбнуться, но брови сами по себе хмурились на учиненный разгром.

«Доченька? — с тоской подумала Вишня. — Давайте уж лучше Вишеславой называйте… Только бы без этой слащавости».

— Как спалось? Спустишься к завтраку? — хозяйка распахнула окно и повернулась к девушке, убирающей последствия своей внезапно появившейся неуклюжести. — Флорианчик что-то задерживается. Так что придется тебе сегодня без жениха поскучать.

«Совсем обнаглели! Да, в гробу я вашего Флорианчика видела! В белых тапочках! Но позавтракать надо…»

— К завтраку спущусь, но госпожа Флора, насчет вашего сына…

— И слышать ничего не хочу! Давай по-родственному! Называй меня просто «мама», — женщина радостно улыбнулась, демонстративно не замечая Вишниного недовольства.

Это что шутка такая? Дурной сон? Кажется пора расставить все по своим местам.

— Я за вашего сына замуж не пойду, даже если он талантлив, бесподобен и красив, как бог, — хмуро поделилась мыслями девушка, спускаясь за хозяйкой на кухню.

— Ой! Кто ж тебя теперь спрашивать-то будет? Ты в нашем доме без опекуна ночевала? Ночевала, — и подмигнула нагло, оглянувшись через плечо. — И теперь мы, как порядочные люди, должны защитить твою репутацию. А то ж слухи пойдут. Уж я постараюсь тебя на весь свет ославить.

Вишня мысленно взвыла, проклиная свою лень. Надо было внимательнее слушать, что рассказывал учитель на лекциях по «Немагическому социуму».

— Так что к вечеру Флорианчик приедет и храмовника с собой привезет. Бумаги подпишете, браслетами обменяетесь… — в голосе хозяйки дома звучало такое самодовольство, что у Вишни появилось непреодолимое желание со всей силы пнуть шантажистку так, чтобы она покатилась по лестнице вниз. А что, с такой фигуркой знатно полетит… Но уважение к возрасту не позволило девушке этого сделать…

Аппетит пропал. И ни кружевные блинчики, ни густая сметана, ни даже ароматный чай с кровавым малиновым вареньем его не вернули. Мало того, вслед за аппетитом исчезло и хорошее настроение.

После того, как выяснилось, что традиции местных жителей не особо отличаются от традиций, известных Вишне с детства, отношение хозяев дома к девушке резко изменилось. Не было больше вчерашней заботливости и услужливости. Было только наглое довольство и раздражающие улыбки людей, хитро обтяпавших выгодное дельце и облапошивших при этом глупого простака. Именно этим простаком Вишня себя и ощущала, пока господин Ивар и госпожа Флора, совершенно не стесняясь, расписывали девушке своего младшего сына в самых красочных тонах.

— Ты носом не вороти, девонька, — укоризненно качал головой давешний возница, облизывая лоснящиеся от жира губы. И Вишня мысленно пожелала ему подавиться.

— Познакомься сначала, погляди на сынка нашего. Он парень хороший, не смотри, что из простых.

— И что, что из простых? — возмущалась госпожа Флора, тайным желанием которой было женить младшего сына на благородной девице. — Он у нас и выучен, и музицирует, и учителя танцев мы ему из самого Белого Города выписывали.

Вишня смотрела на хозяев дома отстраненно, думая о своем. Им же виделось в ее чертах легкое превосходство и это просто доводило их до бешенства.

— Да что мы ее уговариваем! — госпожа Флора начала выходить из себя, искренне не понимая, почему какая-то замухрышка не горит желанием выходить замуж за ее мальчика. — Девка без стыда, без совести, одна шляется по дорогам в мужском платье. Флорианчик ее быстро слушаться научит!

Это начинало утомлять. Но что делать? Не объяснять же этим добрым людям, что она сбежала от одного жениха не для того, чтобы немедленно найти себе нового. Можно было бы отделаться от хозяев, сообщив им о своем магическом резерве, но где гарантия, что они никому не скажут? Как говорится, тайна, известная одному — известна одному, тайна известная двоим — известна всем. И за какое время слухи о том, что в Грушевке мелькнула девушка из Высших дойдут до Белого Города? А обещанный храмовник? Ему на глаза точно нельзя показываться.

Нет, говорить правду опасно. Не сейчас, когда на след выйти так просто. Вот доберется Вишня до надежной глуши, прояснит ситуацию… Впрочем, до этого еще так далеко!

Девушка решительно встала из-за стола и поискала глазами свой заплечный мешок.

— Где мои вещи?

Госпожа Флора поджала губы и покачала головой.

— Если ты будешь упрямиться, я тебя запру! — пригрозила она.

— Советую вам выбросить из вашего заплывшего жиром мозга идеи породниться с кем-то из благородных. От ваших замашек свинарником несет за версту! — ласково посоветовала Вишня и схватила лежащий на столе помидор.

— Да я тебе за такие слова рот с мылом вымою! — возмутилась госпожа Флора.

— Идите на …! — придав конкретики своим словам и указав направление движения, девушка вцепилась в сочный овощ зубами.

— Да как ты… — попробовал было возмутиться господин Ивар, но помидор был действительно сочный. Он лопнул под давлением зубов, прицельно выстрелив соком хозяину дома прямо в левый глаз. — Уй! Что ж ты безрукая такая!

— Безрукая, — с готовностью согласилась Вишня, наблюдая за тем, как мужчина промывает пострадавший орган зрения. — Невоспитанная, на музыкальных инструментах не играю. И еще у меня рука тяжелая… я своему бывшему жениху бронзовой статуэткой череп раскроила.

Госпожа Флора после последних слов замерла, забыв на секунду о травмированном томатом муже, и удивленно глянула на девушку. И господин Ивар тоже глянул. Одним глазом. А Вишня только зловеще бровями поиграла. Обеими.

— Флориан еще найдет на тебя управу… — неуверенно пробормотала потенциальная свекровь, а Вишня только головой покачала.

— Ну, зачем я вам? Вы со мной еще хлебнете горя… Отпустите меня, а? Где мои вещи?

— Нет! — женщина категорично скрестила на груди руки. — Я так решила. Если наелась, то иди мой руки и будешь мне помогать обед готовить.

И Вишня решила, что тянуть нельзя и перешла на магическое зрение. Она одним пальцем выхватила из воздуха едва заметную зеленоватую нить земли и велела той искать мешок. Через несколько секунд палец мелко задрожал, с трудом удерживая струной натянувшуюся магию. Значит, сумку они просто спрятали в шкаф?

— Еще раз говорю, отдайте вещи по-хорошему и разойдемся, — девушка не могла не сделать последнюю попытку договориться.

— Хватай ее! — неожиданно пронзительно закричала госпожа Флора и первой же бросилась к девушке.

— Стойте!!!!

Но было поздно. Удержать струну не хватило бы сил и у трех сильных магов, а Вишня не была сильной, и она было одна. Поэтому магическая нить сработала, как отпущенная пружина, и рюкзак, проламывая себе дорогу сквозь двери деревянного шкафа и сметая все на своем пути, выскочил из тайника и устремился прямо Вишне в руки.

— А-а-а-а-а! — закричала девушка, памятуя о том, что лучшая защита — это нападение. — Колдуны!!!

— Где?!! — взвизгнула хозяйка дома и на нее тотчас же посыпались баночки и склянки, стоящие на полках по периметру кухни.

— Вы колдуны! — взвыла девушка, дергая за магические нити. — Мамочки! Спасите!

— Да что же это! — охал коварный возница, отряхиваясь от муки и соли.

— Я догадалась! — паясничала Вишня, прижавшись спиной к стене. — Вы решили меня съесть! Нам рассказывали о ваших диких нравах!

— Утихни, малохольная! — госпожа Флора сделала один крадущийся шаг, но девушка бросилась в коридор, крича на ходу:

— Убивают! Помогите!!

— Чего ты стоишь? — крикнула хозяйка мужу. — Беги за ней!

Господин Ивар выскочил за девушкой в сени, завывая и проклиная себя за то, что взялся подвезти эту сумасшедшую, жену свою за светлую мысль заиметь благородную невестку и тот день, когда он решил ввести в свой дом красавицу Флору женой.

Вишня бежала красиво, громко, но недолго. Зацепившись за порог, она пролетела вперед и больно стукнулась головой в дверь, ведущую из коридора на улицу. От резкого движения дверь вздрогнула и лошадиная подкова, висящая в самом центре на удачу, все-таки осчастливила владельцев дома, свалившись Вишне на голову и лишив ее сознания. И перед тем, как провалиться в боль и темноту, девушка успела вспомнить князя Ольхевича. Теперь-то она поняла, почему он больше не захотел ее видеть.

***

Утро началось с проклятий, озвученных Каем вслух. Потому что сон на голой земле — это не то, что Наследник умел переносить со стоическим терпением. Болело все тело. Мышцы, кости, даже лицо. И еще мурашки. Кай, бывало, отсиживал себе ногу, или рука затекала. Но голова?! Бегающие по затылку и ушам мурашки придавали жизни оригинальной остроты.

А еще очень сильно хотелось есть.

Злился Кай, в первую очередь, на себя самого, конечно, удивляясь, почему он не просчитал все на несколько ходов вперед? Его поступки, как правило, не опережали мысли. Спрашивается, что стоило перед тем, как вскочить на коня, забросить в седельные сумки хотя бы одну булку хлеба и флягу с вином. Хорошо бы там еще оказался сыр или сушеное мясо, от пары фруктов тоже не было бы вреда.

Желудок издал протестующий громкий звук, и Кай прошипел сквозь зубы, почесывая своего коня между ушей:

— Черт! Вот ты-то сыт, лошадиная морда…

Лошадиная морда всхрапнула довольно и покосилась на хозяина, ни на секунду не прерывая жевательного процесса.

— Может, и мне перейти на подножный корм?…

Под удивленным взглядом коня, Наследник сорвал длинную травинку и зажал ее между зубами.

— Мммм… я так долго не протяну, — доверительно сообщил своему молчаливому собеседнику Кай. — Я, видишь ли, в некотором роде, хищник. Поэтому, друг мой, либо ты шевелишь копытами так, чтобы мы успели в эти Богом забытые Винограды, если не к обеду, так, хотя бы, к ужину. Либо на ужин у меня будет конина.

Наследник широко улыбнулся, от чего на щеках образовались очаровательные ямочки, и поиграл бровями. Жеребец не оценил тонкой иронии, махнул хвостом, задев хозяина, и с независимым видом снова потянулся к траве.

— Ну, хватит уже! Совесть имей! — Кай схватил коня под уздцы и, ведя его в поводу, двинулся с поляны, на которой ночевал, к желтеющей за кустами дороге. — И если ты еще не понял, то имей в виду, я слов на ветер не бросаю, так что, добавь газу. — замолчал, но через мгновение продолжил раздраженным тоном:

— Я разговариваю с конем… Если ты расскажешь об этом, хотя бы одной живой душе, я буду вынужден тебя убить!

Веселье весельем, но вопрос завтрака по-прежнему оставался насущным, а надежды на то, что дорога к Малым Виноградам будет пролегать через гостеприимные деревни и села, где радушные хозяйки накормят Наследника пирожками, напоят свежим молоком и соорудят мешок с провизией на оставшуюся часть дороги, растаяла еще вчера вечером. За шесть лет жизни в Гарднии Кай пока еще не встречал такого заброшенного тракта.

— Вернусь в Белый Город и озабочусь вопросом дорожного сервиса, — ворчал Наследник. — Виданное ли дело! Ни тебе заправок, ни забегаловок… Хоть бы одна харчевня… Не подохнуть бы в погоне за собственным счастьем… Ну, Вишня… Вот же я тебе всыплю, дай только добраться!

Жеребец оглянулся и смерил седока презрительным взглядом.

— А ты перебирай помидорами и не ехидничай, — огрызнулся Кай и слегка сжал бока транспортного средства коленями, стараясь не думать о том, что делать, если интуиция подвела, и в Малых Виноградах Вишни не будет.

Вишня же и слыхом не слыхивала о населенном пункте, к которому держал путь Наследник. Непосредственно в данный момент девушка пришла в себя и в первую секунду подумала, что ослепла, ибо тьма вокруг была непроглядная.

Головная боль помогла вспомнить предшествующие события, а запах колбасы намекнул на то, что гостеприимные хозяева заперли свою будущую родственницу в кладовой.

— Заразы… — проворчала Вишня и пошевелила руками. — Хоть не связали. И на том спасибо.

Девушка пошарила руками вокруг себя и, к своей радости, обнаружила тот самый заплечный мешок, из-за которого все и началось. Ни господин Ивар, ни его предприимчивая супруга, по всей вероятности, не озаботились проверкой содержимого рюкзака, потому что в боковом кармане нашелся заряженный кристалл, и уже через секунду кладовую залил мягкий желтоватый свет. Все остальные вещи тоже были на месте.

Вишня приложила ухо к двери, надеясь понять, что происходит в доме, но ничего не услышала.

— Может, я и не в доме вообще, — пробормотала девушка, закидывая мешок за плечи. — Кто знает, где эти варвары свои колбасы хранят… Кстати, о колбасах…

Что-то из еды с собой не дурственно было бы взять, потому что провиант лишним не бывает. Вишня схватила мешок с мукой и, не раздумывая ни секунды, высыпала его содержимое на пол, после чего в образовавшуюся тару стала забрасывать все, что подворачивалось под руку: головку сыра, два кольца колбасы, краюху хлеба, связку чеснока, баклажку кваса и еще какую-то мелочь.

Закончив со сборами, девушка замерла, раздумывая над тем, каким образом выбраться из кладовой. Самым простым решением было бы выбить дверь магически и дать отсюда деру. Тем более, неизвестно, имеет ли смысл по-прежнему скрывать свою принадлежность к Высшим после устроенного на кухне представления.

Мысль о том, что хозяева могли отправить в Белый Город весточку, придала Вишне ускорения. Девушка резким движением выхватила из воздуха зеленую, едва заметную паутинку магии, успев испугаться, представив себе, что здесь могло бы не оказаться ни одной магической нити. «Кстати, надо будет спросить у мэтра Лина, есть ли в бесконечном множестве миров мир, полностью лишенный магии», — автоматически отметила про себя девушка и тут же нахмурилась недовольно.

— Пора бы выкинуть из головы мысли о замке и Белом Городе. Никто туда не собирается возвращаться! — произнесла она вслух и потушила кристалл.

Дернуть за нить, чтобы открыть дверь девушка не успела, почувствовав знакомое движение воздуха и легкую прохладу.

«Здесь есть дверь?!» Метнувшись в угол, Вишня спряталась за огромным сундуком, прислушиваясь к происходящему. Кладовая осветилась желтым светом и девушка отметила про себя, что пришедший обладает таким же, как у Вишни кристаллом. Интересно, где он его взял? Свой-то она давно украла у школьного храмовника. Впрочем, эти не столь важные размышления девушка отбросила почти сразу, поняв, что в помещении, помимо нее находится еще не один, а два человека.

— Все-таки скажи родителям, чтобы они перенесли кладовую в какое-то другое место, — раздался усталый голос. — Почему здесь такой свинарник?

— Простите, мэтр… Я говорил матери, но она настаивает, что кладовая — лучшая маскировка.

— У твоей матери болезнь мозга, которая называется паранойя. От чего она маскирует дверь? В вашей Грушевке все равно нет ни одного человека, кто мог бы ею воспользоваться.

— Да, мэтр.

Послышался тяжелый вздох и Вишня, не выдержав, выглянула из убежища. Увиденное заставило ее немедленно нырнуть обратно. Потому что один из мужчин был одет в плащ храмовника и сейчас с раздраженным видом пытался отряхнуть свою одежду от муки. Храмовник, судя по цвету одежды, не принадлежал к числу служителей храма Слова в Белом Городе. А значит, он прибыл сюда не для того, чтобы вернуть Вишню Каю, а для того, чтобы заключить брак между ею же и, очевидно, присутствующим здесь Флорианом.

— Чего ты ждешь, Флориан? — словно подтверждая догадки девушки, спросил храмовник. — Я не собираюсь торчать здесь вечно. Открывай дверь и показывай мне, кого твоя мать собралась принести в жертву браку и семейному благополучию.

— Здесь почему-то заперто, мэтр, — извиняющимся голосом пробормотал молодой человек.

— О, Изначальный! Зачем мне такой слуга, если все приходится делать самому?!

— Простите!..

Храмовник повторил трюк Вишни с магической нитью и спустя миг мужчины покинули кладовую.

Девушка широко улыбнулась и выбралась из укрытия. Судьба преподнесла неожиданный подарок. Оказаться сейчас не на улицах Грушевки, а в любом другом населенном пункте Гардии, где есть храм Слова, о чем еще можно мечтать? Радуясь тому, что теперь-то ее след запутается окончательно, Вишня привычным жестом открыла невидимую дверь и тихонько выскользнула из кладовой.

Храмовая дверь не привела в другой мир. Этого Вишня и не ожидала, прекрасно зная о сети коридоров, настроенной храмовниками на то, чтобы иметь возможность в любой момент очутится в каждой точке страны. В школьные годы они с подругами частенько тайно использовали секретные двери в своих совершенно не праведных делах. Конечно, был небольшой риск, что именно этот коридор приведет в Белый Город, но, учитывая цвет плаща пришедшего с Флорианчиком храмовника, опасность была минимальна. Бросив быстрый взгляд по сторонам, девушка поспешила убраться подальше от двери, прекрасно понимая, что те, с кем она только что так удачно разминулась, вскоре будут здесь.

Выскочив из храма, Вишня слегка ослепла от полуденного солнца. «Полдень. Это хорошо, значит, не так долго я провалялась без сознания в кладовой!» — подумала девушка, оглядывая окрестности.

Храм Слова окружали симпатичные деревянные домики, выкрашенные во все цвета радуги. И это многоцветие било по глазам не хуже яркого солнца. В центре площади стояли распахнутые настежь резные ворота, что говорило об открытости местных жителей.

Впрочем, о том, что на воротах может висеть замок, Вишня только читала, видеть такого ей не доводилось. Если уж быть до конца откровенной, то и сами ворота, так сказать, вживую, не на картинке, Вишня видела впервые. В Гарднии их давно уже нигде не ставили.

В учебниках по истории рассказывалось, что традиция ставить ворота в центре города восходит к периоду первой всемагической войны. Именно тогда возникло утраченное позднее заклинание, позволяющее строить непреодолимую стену вокруг любого города. Достаточно было поставить на главной площади ворота и вручить старосте зачарованный ключ. В момент опасности старосте достаточно было повесить на ворота замок — и в тот же миг город накрывало невидимым куполом, преодолеть который не могли ни люди, ни маги.

С любопытством глядя на памятник старым традициям, Вишня обошла ворота вокруг. Створы когда-то давно были празднично выкрашены в красно-золотой цвет. Сегодня же на левой половине на красном фоне было написано слово «Малые», на правой — красным по золотому — «грады». И все это потрескалось, измучилось ветрами и непогодой и пожухло от старости.

— Малые грады… — пробормотала девушка. — Удручающее зрелище…

Хотя, почему, собственно, удручающее? Может, это и есть то самое захолустье, о котором она так мечтала!? Только надо убраться подальше от храма.

Вишня свернула в первую же улочку и быстрым шагом стала удаляться от центра города. Ну, если селение из трех десятков домов, стоящих на крестом пересекающихся улицах, можно назвать городом.

Поселок был просто сказочный. Все домики выдержаны в одном стиле, все раскрашены яркими красками, все оснащены ажурными ставнями, цветущими палисадниками, крыльцом с качелями и тенистым фруктовым садом. Во дворе крайнего слева домика приятная женщина кормила рыжую козу.

— Добрый день! — вежливо поздоровалась Вишня.

— Здравствуй! — женщина почесала козу за ушами. — Муха, поздоровайся!

— М-э-э-э! — выдала коза и тряхнула бородой.

— Хорошая девочка, — похвалила хозяйка и улыбнулась Вишне, от чего девушке показалось, что последние слова были адресованы ей.

— Скажите, — преодолевая неожиданное смущение, выдавила из себя будущая гроза всех темных сил. — А есть ли в вашем селении маг или магичка?

Женщина рассмеялась.

— Откуда!!! Что им здесь делать. У нас и храмовник-то один на целую область.

— Но как же… — Вишня облокотилась на калитку и недоуменно посмотрела на хозяйку козы. — Я же видела храм на площади…

Тут девушка решила благоразумно промолчать о том, что она не только видела храм, но и побывала внутри.

— Храм-то есть. Да только работает он только один раз в месяц, когда у мэтра Киноса на нас время появляется.

Отличная новость! Нет, познакомиться с храмовником, конечно придется. Но до этого много чего можно сделать и придумать.

— А я вот хотела в вашем городе поселиться… Я как бы магичка… — неуверенно проговорила Вишня, а женщина взмахнула руками.

— Вот радость-то!!! Проходи скорее, чего же ты ждешь!?

— Мне бы к старосте…

— Ну, правильно. Я и есть староста.

— Вы?

Вишня замерла, осознав вдруг, что фраза «отвисла челюсть» для нее утратила свою фигуральность. Потому что челюсть действительно отвисла.

— М-э-э-э! — насмешливо мэкнула Муха и умчалась вприпрыжку в яблоневый сад.

— А что тебя удивляет? Да, ты проходи, не бойся… — и женщина гостеприимно распахнула перед девушкой калитку.

Вишня несмело шагнула на усыпанную кирпичной крошкой дорожку.

— Но как же… Вы же не… в смысле, я хотела сказать, вы же… ээээ… женщина?

Последнее слово девушка почему-то произнесла с вопросительной интонацией и немедленно досадливо поморщилась.

— Ой! Я не хотела вас обидеть!

Женщина удивленно выгнула бровь.

— То есть я ничего такого не имела в виду… — Вишня окончательно запуталась, издала громкий пыхтящий звук и все-таки покраснела. А староста Малых градов только рассмеялась весело:

— О! Это, наверное, я должна извиниться. Мне сразу надо было предупредить, что у нас необычная деревня. Мы своих мужчин выгнали вон.

— Что, вообще? — прошептала Вишня.

— А что?

Нет, в свои-то годы девушка уже успела понять, что от мужчин одни неприятности, но как-то женщины солидного возраста, ее в этих идеях, как правило, не поддерживали. А в том, что староста пребывает в возрасте солидном, Вишня не сомневалась: «Ей же лет тридцать пять, а может даже и все сорок…» — подумала девушка, окинув быстрым взглядом ладную фигуру.

— А сколько вам лет?

Женщина рассмеялась. И девушка поняла, что снова дала маху. Ох, как нехорошо получилось-то…

— Мне 38. И два мои сына ушли вместе с отцом… Ты хочешь, чтобы я тебе все рассказала здесь и сейчас? Давай так, ты проходишь в дом, мы подписываем договор, я селю тебя у себя, временно, а там решим, где тебе лучше будет… И вообще, за обедом поболтаем и я все объясню?

И протянула к Вишне руку, добавив:

— Милена.

Вишня радостно потрясла ладонь, представившись, а затем гордо потрясла украденным мешком и похвасталась:

— У меня и к столу кое-что есть…

— Вот и славно. Проходи в дом.

В дом-то, оно, конечно, хорошо… Но вот пройти мимо висящих на крыльце качелей, не бросив на них вожделенный взгляд, было абсолютно невозможно.

— Покататься хочешь, — догадалась Милена.

Вот еще! Вишня гордо мотнула головой, еще раз грустно посмотрела на висящую на цепях скамейку и совершенно неожиданно для себя самой произнесла:

— Очень хочу… А можно?

— Ну, конечно можно!! Зачем же они тут тогда?

С тихим довольным вздохом девушка опустилась на деревянное сидение, зажмурилась, подставила лицо солнцу, легко оттолкнулась от земли ногой и полетела. Но не вперед и вверх, а вниз и влево. Потому что в цепи что-то звякнуло, хрустнуло и качели вместе с седоком оказались лежащими на земле.

— Да, ё-моё!!!

— Не ушиблась?

— Я нечаянно! — от обиды Вишня чуть не плакала. Ну, надо же! Познакомилась, называется, со старостой деревни… В первый же миг ей качели разломала…

— Да плюнь ты на эту рухлядь! Мальчики починят, когда в гости придут. Будет, кстати, повод лишний раз доказать им, что и от них польза бывает… — Милена хитро улыбнулась и помогла Вишне подняться.

— Правда? — девушка шмыгнула носом, который уже успел немного покраснеть, готовясь к слезам.

— Правда! Идем в дом. Будем обед готовить.

Готовка обеда обернулась катастрофой. Для Милениной кухни и Вишниного чувства собственного достоинства.

Совершенно все падало из рук, ноги цеплялись одна за другую, тарелки разбивались, а картошка… О с картошкой был вообще казус.

— Даже не знаю, чем же ты можешь мне помочь… — пробормотала староста, задумчиво рассматривая погром, учиненный Вишней в кухне за десять минут. — Может картошку почистишь?

И посмотрела на девушку с сомнением, словно прикидывая, стоит ли этому безрукому существу нож в руки давать. И еще спросила унизительно:

— Справишься?

Вишня почувствовала, что краснота с ушей плеснула на подбородок и щеки. Хороша из нее магичка! Качели поломала, кухню разгромила, теперь еще и с картошкой не справится…

— Да в храмовой школе я миллион раз картошку чистила! — выпалила она и быстро выхватила картофелину из корзины.

— Ну-ну… — женщина все еще смотрела на нее с сомнением.

— Честное слово!

Первый корнеплод был лишен шкурки в мгновение ока. Вишня даже решила показать мастр-класс: очистила картофелину в одно движение, не отрывая ножа от овоща. Еще минут пять Вишня чистила картошку в тишине, а затем потянула руку к корзине и, глядя на Милену, которая в это время занималась мясом, спросила:

— А вот вы говорили, что…

Девушка замолчала, не договорив, потому что корнеплод, который в данный момент сжали ее пальцы, был холоднее остальных и почему-то мягкий. «Гнилой? Фу!» Вишня бросила мимолетный взгляд на овощ прежде, чем отправить его в мусорную корзину и громко завизжала, сообразив, что овощ смотрит на нее маленькими желтыми глазками с черным вертикальным зрачком:

— Аааааа!

Милена вздрогнула, оборачиваясь на крик, от неожиданности уронила себе нож на ногу и выдохнула сквозь зубы:

— Черт!

— Ку-а-а-а! — поддержала ее картофелина.

— Аааааа! — на одной ноте тянула Вишня, отбрасывая говорящую глазастую картошку в сторону. — Что это такое?

— Понятия не имею! — Милена рассматривала рану на ноге и в сторону двигающегося по кухне овоща даже не смотрела. — Земляная жаба, наверное, залезла в дом и спряталась в корзине… Ой, не кричи так, ради Изначального! Она, по-моему, испугалась тебя больше.

— Я просто… — Вишня смутилась и поняла, что сейчас расплачется. — Я не понимаю, что происходит… Это просто какое-то фатальное невезение! Да со мной за сутки больше мелких неприятностей случилось, чем…

Она застыла, испуганно глядя на Милену.

— Не переживай так, со всеми бывает.

— Мелких неприятностей… — медленно повторила Вишня. — Фатальное невезение… за стуки… — а потом больно ударила себя ладонью по лбу и протянула:

— Твою ма-а-а-ать…

— Что? — Милена растерялась от такой импульсивности..

— Ууууй!!! Вот же я курица!!! Тупица!!!

— Да не расстраивайся ты так, подумаешь, жаба! Ничего же страшного не произошло…

— Ой! Простите меня, пожалуйста! — Вишня бегом бросилась к двери на улицу. — Мне надо… Я только на минуточку! Я сейчас вернусь!

Милена проводила ее удивленным взглядом..

— Интересно, маги все не от мира сего или только эта? — поинтересовалась она у пробирающейся к выходу жабы.

А маг тем временем, спрятался за углом дома и поймав правой рукой голубую нить ветра проговорил злобным голосом, глядя в пустоту:

— Вылезай сам, а не то хуже будет!!!

— Чевой-то, хуже? — послышалось возмущенное бормотание.

— Вылезай, говорю, вредитель мелкий!

— Ничего и не вредитель… Это я тебя так жизни учил…

— Ну, все!!!

— Эй, только без резких движений!! Вот он я… — и прямо у ног девушки появился недовольный, лохматый, с всклокоченной бородой, он. Хозяин дорог.

— Убивать будешь? — спросил он жалобным голосом.

Убить его хотелось очень сильно. Но еще больше себя. За то, что забыла отвязать существо вовремя. Ведь точно знала, как надо делать по учебнику. Да у Вишни по мелким пакостникам всегда «отлично» было! И надо же было так опростоволоситься! Хозяина дорог она поймала-то правильно, а вот отвязать его от своей ауры вовремя забыла.

А он и доволен.

— Сама виновата, — проворчал низший полудемон. — Что я тебе сделал? Ну, сломал бы колесо в телеге… Так починили бы и дальше поехали…

— Вредитель ты!

— Вредитель! — согласился Хозяин дорог и бороду косматую почесал. — Но не я такой — жизнь такая… Я вашими отрицательными эмоциями питаюсь. А стыд и расстройство, знаешь, какие вкусные… — он блаженно зажмурился, а Вишня еле удержалась от желания пнуть его, как следует

— Отожрался уже на моей невнимательности… — проворчала она.

— Сама виновата, — согласился старик. — Ну, лишила дедушку обеда, так зачем же было тащить меня через всю страну? Кто по здешним дорогам ездит-то!? Может, не будешь пока отвязывать, а?

Он скорчил умильную рожицу и томно посмотрел на Вишню разноцветными глазами.

— Вот еще! — фыркнула та. — С меня хватит! Я тебя отвязываю — и чтоб исчез сразу. А не то…

— Ой, строгая какая… Я может с тобой уже сродниться успел…

— Я не шучу!

— А если я тебе лично пакостить не буду? Ну, слушай… — старик схватил Вишню за ногу двумя руками. — Ты девка молодая, смущаешься и без моей помощи часто. И очень, кстати, вкусно!

— Да, зачем ты мне нужен!? У меня и без тебя проблем хватает!.. — сопротивлялась девушка. — Вознице идею со свадьбой ты всучил?

— Не ему, — грустно вздохнул Хозяин дорог. — Жене его.

— А штаны мои? Ты мне штаны порвал, старый извращенец!

— Чего сразу извращенец!! Весело же было..

— А качели? — Вишня грозно нахмурилась, а старик покаянно повесил голову.

— Пожалуйста, — жалобно промычал он. — Хотя бы до первого дальнего путника, а?

Начинающая магичка обреченно вздохнула. И что теперь? Она что, будет со всеми темными силами договоариваться и жалеть их? Какой из нее тогда маг и борец за справедливость?

— Но только до первого путника… — проворчала она. — И ты его это… не долго мучай, а?

— Только пока он меня на большой тракт не выведет! Клянусь Изначальным.

Вишня махнула рукой.

— Но чтобы я тебя не видела!!

— Договорились! — выкрикнул старичок и растворился в воздухе.

— И если только хотя бы одна пакость… — девушка потрясла кулаком.

— Да, понял я, понял… Иди уже извиняйся… Извиняешься ты тоже очень вкусно.

— Убью!

— Молчу…