Глава 20

— В этом лесу больная земля, — тоном эксперта выдала Маркиза, как только она и Рауль вплотную приблизились к кромке леса. — Поэтому, Ваше Высочество, давайте по-быстренькому через него проскочим, а то не ровён час подцепим ещё какую-нибудь заразу.

Я могла слышать и видеть всё то, что видела и слышала моя кошка, благодаря телепатической связи, существующей между хозяином и фамильяром. Так что когда Маркиза мне сказала: «… а ты всегда можешь присмотреть за мной» — она имела это в виду в буквальном смысле.

— Спасибо, Изи, но мы и сами с усами! — недовольно буркнул всё ещё злой на неё за непослушание Рауль, который в этот момент творил заклинание, покрывавшее инеем ветки Деревьев-Стервятников, как если бы в Наводящий ужас лес внезапно пришла зима.

— Я надеюсь, вы знаете, что делаете, Ваше Высочество? — Маркиза опасливо покосилась на заиндевевшие деревья, торчащие из чёрной земли как костлявые руки скелетов. — Бррр, холодно! — съежилась кошка.

— Я бы не сказал, что я знаю, что делаю! — честно-необнадёживающе признался Высочество. — Поэтому, Изи, я тебя, как нормальную кошку, прошу — марш к Диане и оставайся с ней! И ты права, действительно, холодно! — он развязал котомку, которую нёс на плече и достал оттуда тёплый, отороченный мехом, кафтан, который тут же и одел на себя.

— Эх, Ваше Высочество, — нарочито тяжело вздохнула Маркиза и заметила тоном, которым обычно выражают искреннее соболезнование, — уйму книжек прочитали, а всё без толку, потому что до сих пор нормальную кошку от ненормальной отличить не можете! Бррррр, как же ж-ж-жутко, ж-ж-ж-жутко х-холодно, а!

— Ладно, раз уж от тебя не избавиться, то давай тогда, залезай мне в кафтан, ненормальная кошка, — усмехнулся Его Высочество, присев на одно колено, чтобы кошке удобней было забраться за пазуху его верхней одежды, — так мне и теплей и спокойней будет.

— И мне! — радостно согласилась Маркиза, залезая в тёплый кафтан. У-а-а-а-а! — вдруг завизжала она, заметив, что все ветки мёртвых деревьев, как будто бы мошкарой, окутаны чёрным маревом. Это не было заметно, когда ветки Деревьев-Стервятников были чёрными, но теперь, когда они стали белыми — это сложно было не увидеть. — Вы видели это, Ваше Высочество? Что это, как вы думаете?

— Не знаю, — покачал он головой. — Но вполне возможно, что это и есть дыхание ужаса, которым славится этот лес.

— Тогда давайте не дышать, — предложила Маркиза.

* * *

— Эй ве-ээдьма! И на что это ты там уставилась?! — резкий, визгливый голос птицы Могол заставил меня разорвать телепатическую связь с моей кошкой. — Не твое дело! — огрызнулась я.

Огромная птичья туша с важным видом прошагала мимо меня, скептически всматриваясь в находящиеся в ста метрах от нас плотные ряды деревьев-Стервятников. — Хмммм, по-о-о-онятно! — с умным видом протянула она. — Принца своего высматриваешь, надеешься хоть одним глазком заприметить в чаще лесной! — предположила она. — Только зря! Зря надеешься! — авторитетно возвестила Могол. — Принц твой, если и вернётся вообще, — сказав это злобная птица, разумеется, взяла многозначительную паузу, — то не раньше, чем Вечерняя Заря заявит свои права на землю и небо и потеснит День…

— Девочка наша, Дианочка, не переживай, он вернётся! Мы проследим за этим! — воспользовался моментом Звёздный Дракон, чтобы попытаться искупить хотя бы часть своих грехов передо мной. — Как только для нашего принца дело запахнет жареным, мы его сразу же выдернем, причём выдернем чего бы это нам не стоило, вплоть до того, что сделаем это даже против его воли! — хором прокричали драконьи головы и отправились выполнять собственное обещание.

— Вообще-то можно было и меня с собой взять! — недовольно проворчала я вслед Звёздному Дракону. Однако тут же вспомнила, что посредством телепатической связи, я в любой момент смогу телепартироваться к своей фамильяре, — А впрочем, ладно, — сразу же расслабилась я. — Я вполне могу и тут посидеть и подождать до тех пор, пока Вечерняя Заря не потеснит день…

— А вот и не угадала! Не можешь! — яростно взвизгнула птица. — Не для того тебя Санёк Тьме подобной сделал, чтобы ты тут истуканом стояла, а для того, чтобы ты смогла проникнуть в резиденцию Тьмы Нечестивой в неприступную Тьма-Тауэр и вернула мне моих птенцов…

— Что-о? — машинально переспросила я одними губами, однозначно предчувствуя, что ответ мне стопроцентно не понравится. — Что Санёк сделал? — этот уточняющий вопрос прозвучал уже громче, злее и выразительнее. Тем не менее, это даже близко не означало, что я уже не знаю ответа наверняка, скорее наоборот. Просто, по мере того как в моей голове крутились колёсики, складывая разрозненные части пазла в единую весьма нелицеприятную для меня картину, картину того, как меня обвели вокруг пальца, я заводилась всё больше и больше. — Для чего-о-о-о-о-о?! — произнося этот свой последний риторический вопрос, я уже практически рычала, как раненый медведь. Сжав руки в кулаки, я сделала глубокий вдох и выдох, пытаясь совладать с охватившей всё мое существо яростью. — О чём это она? — приторно-сладким голосом кобры, уже загипнотизировавшей свою жертву и уверенной, что она от неё никуда не денется, поинтересовалась я у Сатаны. И сама же ответила на свой вопрос. — Наверное, о том, что вы с самого начала планировали обратить меня в нечто подобное Тьме?! О том, что, на самом деле, вам абсолютно не нужна была моя помощь! Так как, ВСЁ, что вы хотели от меня, Ваше Адовство, это использовать меня! — Я с силой топнула ногой и по обеим сторонам от меня, образуя полукруг, завихрились несколько десятков воронок земляных смерчей. — Так вот, Ваше Адовство, у меня для вас новость! Я вас раскусила! И с этого момента, я больше не играю по вашим правилам! Теперь я устанавливаю правила игры!

— Санёк, ты прав, я таки трепло! — виновато склонила голову птица Могол. — Вот кто меня за язык дёргал, а?! — бичуя собственную болтливость, проворчала она.

— О Геенна Огненная! — закатил глаза Сатана. — Ну что опять я сделал не так, моя прекрасная Диана? Чем снова не угодил? — очаровательно-безневинно улыбнувшись, уточнил Сатана, нарочито глупо хлопая ресницами. — Мало ли что я там мог себе напланировать или запланировать, ведь были ещё и вы, моя прекрасная Диана. И я точно помню, что свободной воли я у вас не отнимал…

— Но вы втёрлись мне в доверие, — оскорблённая в лучших чувствах возразила я. — Вы сделали вид, что нуждаетесь в моей помощи. И я поверила вам! Вы спасли меня и Рауля и всех остальных от верной смерти, причём дважды. И я подумала тогда… — я сглотнула, не решившись произнести вслух, что в какой-то момент я действительно поверила в благие и бескорыстные намерения Его Адовства. Ну не верх ли наивности и глупости с моей стороны?! — В общем, я потеряла бдительность и доверилась вам! — продолжила я, слегка подкорректировав свои показания. — А вы… вы… — я почти захлёбывалась от возмущения, — поступили как истинный вы, то есть низко и подло!

— Простите, моя прекрасная Диана, — обескуражено-невинно-растерянно улыбнулся Сатана, хлопая ресницами округлившихся глаз. — Но я всё равно не понял, в чём именно вы обвиняете меня, в том, что я — поступил как истинный я?! Или в том, что вы забыли, с кем имеете дело? — с каждой произнесенной буквой его улыбка становилась всё более самодовольной. — И уж тем более я не собираюсь извиняться за то, что действовал исходя из соображений наивысшей эффективности тогда, когда действовать согласно любым другим соображениям — было нельзя. Как только мне сообщили о похищении птенцов Могол, я сразу же знал, что это дело рук Тьмы Нечестивой. У меня не возникло ни одного сомнения в том, что кража грифа РДАДО, бегство Аббадона и похищение птенцов, случившиеся в один и тот же момент — не совпадение, а события связанные между собой. Я доходчиво и обстоятельно объяснил Могол, что требование выкупа — это лишь отвлекающий манёвр, но у неё на почве материнского горевания временно помутился рассудок, поэтому она, к сожалению, не была способна какое-то время мыслить здраво. В связи с чем, когда я ей отказал в тонне золота, она взбесилась и предприняла окончившуюся неудачей попытку проникнуть в мою сокровищницу силой. Учитывая такой её настрой, оставлять Могол на свободе было опасно, прежде всего для неё же самой, так что пришлось посадить обезумевшую от горя птицу под замок до тех пор, пока она не придёт в себя, а дело вызволения птенцов взять на себя. Вот тут-то у меня и созрел план, неотъемлемой частью которого стали вы, моя прекрасная Диана, вернее то, как я могу вас использовать наиэффективнейшим способом. Думаю, вы и сами понимаете, что честностью и прямолинейностью я вряд ли бы так быстро достиг необходимого мне результата. Я знал, что как только я заикнусь о том, что для пользы дела я должен обратить вас в демона подобного Тьме, вы захотите узнать обратимый ли это процесс. Разумеется, я легко мог бы вам солгать, что процесс обратимый, чтобы вас успокоить. Вот только я понимал, что вы не настолько наивны, чтобы поверить мне на слово. Из чего вытекало, что вы обязательно посоветуетесь с Хранителями Межпространственной Библиотеки. А это, во-первых, время, которого у меня не было, а во-вторых, их ответ вам бы сто процентов не понравился…

Мне внезапно стало абсолютно нечем дышать, я издала сдавленный скулящий звук, похожий то ли на писк, то ли на всхлип. Нельзя сказать, что я была удивлена, услышав о том, что теперь я демон на веки вечные, аж до самой моей смерти. Дело в том, что в глубине души я уже знала, что процесс демонизации вряд ли обратим. Тем не менее, я надеялась на чудо, и именно поэтому не спешила задать этот вопрос сама. И вот я потеряла надежду. Вернее, нет, не потеряла, у меня её отняли. И тот, кто отнял — стоял сейчас передо мной, самодовольно ухмыляясь, уверенный в своей правоте.

Мои ярость и отчаяние были настолько велики, что воздух вокруг меня в буквальном смысле затрещал, заискрился и заклубился единой огромной воронкой, которая объединила в один страшный и могучий смерч все танцевавшие вокруг меня земляные смерчи. В это же время, холодная, злобная энергия уничтожения, изливаемая моей одновременно страдающей, негодующей и проклинающей Сатану душой росла и росла внутри меня, заполняя всё моё существо. И о Боги, когда она, наконец, вырвалась наружу и вступила в контакт с земляным смерчем — разразился самый настоящий земляной тайфун, грозивший подобно океанским волнам, снести всё вокруг и погребсти под толстым слоем земли…

— Вот именно, — скучающим голосом, практически зевая, удовлетворенно кивнул Сатана. Он изящным движением раскрытой ладони левой рукой описал в воздухе полукруг, собрав в кулак, ураган, порожденный моими разбушевавшимися эмоциями. — Именно так я и подумал, что вы однозначно откажитесь от моего предложения. Вот поэтому-то, моя прекрасная Диана, я и поступил так как поступил. И результат говорит сам за себя! Мне нужен был кто-то, кто смог бы проникнуть в Тьма-Тауэр и я его, верней её, уже получил, а ведь не прошло и полдня!

— Вы… вы… вы просто монстр отвратительный, эгоистичный, бессердечный, мерзкий, подлый, своекорыстный! — перечисляла я, посылая в Сатану один земляной смерч за другим, которые снова затанцевали вокруг меня, как только ураган, устроенный мной, потерял свою силу. К моей превеликой досаде и разочарованию, земляные вихри оказались столь же бессильными перед Владыкой Пандениума, как и ураган, поскольку натыкаясь на его защитное поле, они осыпались на землю, не посмев коснуться даже кончиков его лакированных, начищенных до блеска, сапог.

— Абсолютно верно, я именно такой! — ослепительно улыбнувшись, подтвердил Сатана, при этом в его голосе звучала искренняя гордость. — А ещё я — расчётливый, предусмотрительный и дальновидный. А теперь, будьте добры, отключите хотя бы на пару секунд эмоции и включите мозги, моя прекрасная Диана. И тогда вы вспомните, что Тьма не только мой враг или ваш или вашего прынца, но и враг — всего живого!!! — он на мгновение замолчал, после чего добавил назидательным тоном: — И поймёте, что я действовал не только в своих интересах, но во имя Высшего Блага!

Открывая и закрывая рот, как рыба, выброшенная на берег, я застыла, уставившись на Владыку Пандениума не зная, что и сказать. Согласиться с ним — я не могла априори, но и аргументировано возразить — тоже не могла. Оскорбить его было невозможно, для этого достаточно было посмотреть в его синие как июльское небо глаза, в которых светилась искренняя вера в собственную правоту…

— Вау! Его Подлейшее Адовство — только, что заявил, что он действовал во имя Высшего Блага! Вау, ну и завернул! — восхитился мой Меркурий. — По части софистики13 и казуистики14 этому падшему ангелу просто нет равных!

— Вот-вот, — согласил мой Юпитер. — И причём аргументировал так, что и не подкопаешься! Вот как после этого можно продолжать обвинять его в эгоистичности и своекорыстии? Да уж тот ещё философ! Боюсь, что меня он уже почти убедил, что он действовал не только в своих, но в общих интересах!

— А как насчет подлости и коварства? — скептически поинтересовался Меркурий. — Хочешь сказать, что это можно списать на то, что «в любви и на войне — все средства хороши»?

— Не совсем, — ворчливо заметил Сатурн. — Будем откровенны, мы все знали, с кем имеем дело, но не все из нас оказались хорошими советчиками.

— Знали и предупреждали! — согласились с Сатурном мои Солнце, Марс и Плутон.

— Это да-а-а-а! — виновато-печально-покаянно вздохнули Луна, Венера и Нептун. — Наивные мы, доверчивые, нас так легко обмануть!

— Эй, да подождите вы каяться! — мой Меркурий ухватил вдруг за хвост мысль, ускользнувшую ранее из его внимания. — Нам так и не предоставили доказательств того, что столь кардинальные меры были так уж и необходимы! Кроме того, совершенно неизвестно сказал ли нам Сатана правду насчёт необратимости обращения. Что касается меня, я бы предпочёл получить информацию из более надежных источников, то есть, из уст Уша и Ыши!

— Блажен, кто верует! — скептически прокомментировал Сатурн. — Хотя, с другой стороны, с точки зрения стадий горевания всё закономерно, сначала шок, теперь вот отрицание…

— Кстати, мне так и не объяснили, зачем Тьма похитила птенцов Могол? — следуя совету моего Меркурия и, одновременно, игнорируя комментарий Сатурна, я вопросительно посмотрела на Сатану и Могол.

— Как только Тьма приручит птенцов Могол, она сможет перемещаться не только между Явью и Навью, но также и Правью. И в результате этого в войну с Тьмой обязательно вмешается мой отец, будь он не ладен! — не сказал, но выплюнул Его Адовство. — А это то, чего я абсолютно не могу допустить! Допустить, чтобы мой папочка спасал мою задницу! Ну уж нет! Этому никогда не бывать!

— Как благородно! — злобно-иронично хмыкнула я, поджав губы.

— Если Тьма приручит моих птенцов, то они будут первыми кого уничтожит небесная армия под предводительством Архангела Михаила, — печально вздохнув, известила меня птица Могол о последствиях войны для своих детей, если в неё вмешается Небесное воинство. — Санёк прав, нельзя допустить, чтобы Тьма приручила моих птенчиков…

— А что если он ошибается? И дело действительно в выкупе? Ты ведь и сама ещё несколько часов назад была уверена, что всё дело в тонне золота… — напомнила я птице.

— Я изменила своё мнение, после того, как услышала от тебя, что Тьма Нечестивая явилась в этот мир собственной персоной после восхода Солнца. Именно по этой причине Санёк так заинтересовался тем, что она явилась тебе среди бела дня. Потому как знал, она не смогла бы этого сделать, если бы её не доставил один из моих птенцов.

— Ой мамочки! Это же получается, что Тьма УЖЕ приручила одного из твоих птенцов? — ужаснулась я, почувствовав, как сжалось в груди мое сердце. Непроизвольным движением я прижала обе ладони к груди.

— Нет, к счастью, — покачал головой Могол. — Для того, чтобы добраться из Нави в Явь, совсем необязательно, чтобы наездник нравился птице, более того, необязательно даже, чтобы птица вообще хотела лететь. Ты, ведьма, мне, например, тоже не нравилась, тем не менее, ты прекрасно доставилась в целости и сохранности!

— Да, я доставилась в целости и сохранности, — кивнула я. — Но не благодаря тебе, Могол! Или ты уже забыла, как потеряла меня по дороге?

— Честно говоря, забыла, — округлила глаза Могол, изображая святую невинность. — Ничего себе, ты злопамятная, ведьма! Это ж когда было?! — закатила она глаза.

— Вообще-то несколько часов назад? — ядовито напомнила я.

— Ладно, ведьма, возможно, я тебя разок и уронила, но мои птенцы не роняли тебя ни разу, так ведь? Однако это именно их жизнями ты сейчас беспечно жонглируешь, мелочно лелея свои обиды и выясняя со мной отношения!

— Ты права, — кивнула я. — Это было мелочно с моей стороны, — искренне признала я. — Я хочу помочь твоим птенцам, но просто не знаю как. Потому что я понятия не имею, что я могу противопоставить такой могущественной ведьме, как Тьма, на её же собственной территории? — задала я волнующий меня вопрос, переводя взгляд с Сатаны на Могол.

— Тьма очень даже неслучайно заинтересовалась вами, моя прекрасная Диана, — хмыкнул Сатана. — В чисто биологическом смысле, вы и на самом деле плоть от плоти её, потому что, во-первых, у вашей и её плоти один и тот же создатель, то есть я. А во-вторых, вы с ней созданы из одного и того же материала, а именно: из конденсированного до твёрдого состояния адского огня. Поэтому цитадель Тьмы признает вас, Диана, за свою хозяйку. И благодаря этому вы сможете беспрепятственно передвигаться по всей территории башни. Охранные чары Тьмы — всевозможные западни, ловушки, магические камуфлеты и тенёта, а также прочие козни — окажутся абсолютно бесполезными против вас, потому что будут «думать», что вы это она. И это делает вас идеальным кандидатом для проникновения в Тьма-Тауэр для того, чтобы организовать побег птенцам. Единственное условие, вы должны будете оставаться невидимой всё время своего пребывания в Тьма-Тауэр и постараться избежать столкновения с самой Тьмой, потому что она то вас точно почувствует.