Глава 27

В отличие от сверхзамотивированного принца, который рванул так, что даже если бы на его пути разверзлась земля, он не только продолжал в том же темпе, но и вообще бы не заметил столь совершенно незначительного препятствия, мне, наоборот казалось, что вся болотная флора и фауна сговорилась против меня. Каждый камушек, грибочек, пенёчек и сучочек так и норовил броситься мне под ноги, чтобы заставить меня споткнуться, каждая травинка изо всех сил пыталась замедлить мой бег. Что же касается деревьев-стервятников, которые по мере приближения к Наводящему ужас лесу, стали появляться на моем пути всё чаще и чаще, то они полностью соответствовали и своему имени и названию леса. Посудите сами, ни одному из них даже в голову не пришло — уступить мне дорогу! Ну просто ужас какое стервозное коварство и жутко вопиющая злонамеренность!

Так я и бежала. Солнце слепило в глаза, ветки подлых и недобрых, то есть по-садистки-настроенных по отношению ко мне деревьев, больно стегали меня по лицу и вообще везде, где только у них получалось достать; зловредные травинки преграждали мне дорогу; злопакостные камни, пеньки и сучки ставили подножки. В ушах стучало набатом. В груди жгло огнём. Горло пересохло…

Я однозначно понимала, что взяв меня в плен, жабы используют меня как рычаг давления на Рауля, с целью добиться от него поцелуя. Поэтому я бежала хотя и из последних сил, но на всех парах. Сил, однако, с каждым камушком, пенёчком, сучочком становилось всё меньше и меньше и соответственно паров тоже. Что неумолимо приближало момент, когда я свалюсь совершенно обессиленная наземь, и жабы получат упомянутый мной выше рычаг. И момент этот, должна я отметить, не заставил себя ждать. Перецепившись в очередной раз через очерёдной пенёк, я вступила в яростную схватку с силой земного притяжения, отчаянно цепляясь руками за воздух и совершая сложнейшие бальные па ногами… Но всё было напрасно, сила земного притяжения оказалась сильней. К слову, притяжение её оказалось таким сильным, что упав, я уже не смогла от неё оторваться.

Однако вместо всеобщего жабьего ликования неожиданно наступила совершенно нелогичная … тишина. В том смысле, что жабы за моей спиной больше не только не ликовали, но и не квакали надрывно-свирепо-обиженно и жутко-злобно-недовольно, как тысяча кратеров вулканов, грозивших вот-вот извергнуться, осыпая Его Высочество упрёками и требуя от него соблюдения условий сделки, заключённой с ними от его лица распорядительницей королевского отбора.

Впрочем, объяснение этому феномену нашлось почти сразу, едва я взглянула в небо. Двенадцать драконьих голов, каждая величиной почти с леденящее кровь болото, секундой ранее лишившие жаб дара речи, раскрыли свою пасть и извергли страшный рык. Рык этот прогремел с небес как предзнаменование неминуемого КОНЦА СВЕТА. Рык такой громкий и грозный, что пять или шесть десятков жаб сразу же то ли упали замертво, то ли прилегли отдохнуть после долгого бега на травку. Рык, по сравнению с которым оскорбленный жуткий ор, невыносимый гвалт, редкостный галдеж-кваканье-клекот жаб казался писком новорожденного комара. Но и это было ещё не всё: двенадцать пар горящих жёлтым огнём рептильих глаз, перед тем как зарычать жесткое: «— Всем стоя-а-а-а-а-ать!» — сузились в злобные щелки. Жесткое, потому что дрожащие жабьи ножки их совершенно не держали. И посему тысяча жабьих глоток, даже тех, что только что секунду назад притворялись мертвыми, дружно, но очень тихо и жалобно — ахнули…

— И куда это мы бежим, мальчик? — поинтересовались с явной издёвкой в громовом, зычном голосе все двенадцать драконьих голов у Рауля.

Наивные претендентки в принцессы решили, что Звёздный Дракон прилетел защитить их честь и достоинство, попранные коварным принцем, и посему тут же подняли жалобный ор, причитающий гвалт и плачущий галдеж-кваканье-клекот, изливая свои обиды, горести, чаяния и надежды…

— Жабы, вопрос был не к вам, а к Тубан! — раздраженно осадил их Звёздный Дракон тоном, не терпящим возражений.

Ни одна из жаб, разумеется, не поняла, кто или что такое «Тубан». Но так как самоубийц среди них не было, то все жабы, как одна, сделали вид, что им не только всё понятно, но они ещё и со всем согласны.

— Итак, куда бежим?! Меч, насколько я знаю, вон там! — насмешливо поинтересовался Звёздный дракон, указав кивком в обратном направлении.

— Да мы просто от жаб бежим куда-нибудь! — честно ответила Маркиза (правда, при этом в тоне её звучал явный вызов, подразумевающий: что Дракоша, совсем тупой, сам не видишь?). Кошка моя не была Тубан, но зато была или слишком смелой или слишком болтливой. Я лично склоняюсь ко второму «или».

— Неправильный ответ! — прогремел Звёздный дракон, полыхнув огнём, который, как я подозреваю, совершенно не случайно опалил кончики усов моей кошки. Усы Маркизе были дороги, поэтому намёк она поняла сразу и посему заткнулась.

— Я ничего не буду тебе объяснять, Звездун! — раздраженно бросил Рауль. — Во-первых, потому что пользы от тебя ноль, только вред! — выплюнул он, в очередной раз, намекая на то, как Звёздный Дракон поступил со мной. — А во-вторых, что касается твоих никому ненужных советов и идиотских, без всякого на то основания, насмешек, то я от них… ОЧЕНЬ устал! Так что пошёл ты!

И наступила ЗЛОВЕЩАЯ тишина.

Объясняю различие, когда я ранее сказала, что наступила тишина, я имела в виду относительную, а не абсолютную тишину. В том смысле, что жабы — замолкли, но ветер, растительность и насекомые продолжали совсем тихонечко, почти беззвучно, но всё-таки пошумливать. Что же касается зловещей тишины — то это тишина, при которой стук твоего сердца грозит порвать твои же барабанные перепонки, а звук твоего дыхания многократно отражается эхом. И больше ничего. Совсем ничего. Абсолютная пугающая и совершенно невыносимая тишина…

— Мальчик наш, ну будет тебе злиться! — неожиданно примирительно засюсюкалась с ним центральная левая драконья голова, которая, очевидно, совершенно неверно истолковала источник раздражения Рауля. — Мы же предупредили, что мы не дезертируем, а скоро будем. И дезерт…, тьфу ты, отбыли мы только потому, что видели, вы и без нас прекрасно справитесь! Просто нам ну очень узнать закортело, права ли наша девочка касательно того, что тебе, мальчик наш, просто лапшу на уши навешали…

— И я, конечно же, оказалась права?! — скорее утверждающе, чем вопрошающе поинтересовалась я.

— Угу, — кивнула центральная левая драконья голова. — Уш и Ыш сказали, что какой бы силы не было заклятие, наложенное на Меч-кладенец, нет такого заклятия, которое бы контролировало каждый шаг каждого претендента на Меч-кладенец. В общем, так как ключевое — это «пройти» три круга защиты, то всё что от претендента на меч требуется это добраться до меча пешим ходом и всё! И абсолютно неважно будет он один или с кем-то и какая помощь при этом ему будет оказана. В сказочных реальностях вообще, кстати, не принято, чтобы герой всё делал сам. Даже Иванушка-дурачок и тот всё сам не делал!

— В общем, малыш, до тех пор, пока ты идёшь по направлению к мечу, а не бежишь от меча, как это ты только что делал, — не упустила случая, чтобы подколоть принца центральная правая драконья голова. — То меч от тебя никуда не денется! И это, единственное условие! Ха-ха-ха-ха! Аха-аха-аха-аха-аха! — надрывно-заливисто захохотала она, высоко оценив собственное чувство юмора и остроумие.

— Ха-ха-ха-ха! Аха-аха-аха-аха-аха! — подхватили её сотоварки драконьи головы, которым шутка центральной правой тоже весьма пришлась по вкусу.

— Спасибо, что разъяснила то, что и без тебя было яснее ясного! Но при этом совершенно невыполнимо! — ядовито заметил Его Высочество. — А теперь разъясни мне также как пересечь болото, цена за проход через которое — тысяча жабьих поцелуев?!

— Ква-ква-а-а-а-а-а! — дружным хором подтвердили своё намерение таки получить причитавшиеся им поцелуи до этого момента тихо сидевшие жабы.

— Тык… — попыталась было внести предложение центральная левая драконья голова.

— Надо, чтобы без руко-, мече-, когте-, зубо- и огне-прикладства! Короче, ни одна жаба не должна пострадать! — припечатал мой благородный принц, прекрасно поняв, что за предложение сейчас последует от Звёздного Дракона. — Они и так уже пострадали! Их жестоко обманули! — и он кинул хмурый взгляд на Маркизу. На что, та ответила ему недоуменным взглядом, ясно говорившим, что она мало того, что не раскаивается в своем поступке, но и если понадобится, то снова поступит также. — Кому, как ни мне, знать, каково это! — добавил он, но уже бормоча себе под нос.

— Ква-ква! — закивали жабы, пожирая своего доблестного защитника и просто доброго, душевного, внимательного кандидата в будущие мужья влюбленными глазами.

— Хмммм, если без когте-, зубо- и огне-прикладства, — глубоко задумался Звёздный Дракон. — То другого выбора нет, придётся целовать… — глубокомысленно выдала центральная правая драконья голова.

— Ква-е-э-э-э-эй! — радостно-торжествующе взквакнули жабы, все как одна, мнящие себя царевнами-лягушками. — Ква-е-э-э-э-эй! Ква-е-э-э-э-эй! Ква-е-э-э-э-эй! — скандировали они.

— Чччччто? — заикаясь, переспросил побледневший мой Высочество, которого заметно передернуло. Желудок его взбунтовался. Дыхание покинуло его. Бедный мой принц, он прям не знал за что в первую очередь хвататься: за сердце или за живот. И в связи с этим он выбрал ни то, ни другое. Зажав руками рот, дабы сдержать подступившую тошноту, он протестующе-жалобно просипел: — Так время же дорого! Пока я их всех перецелую, вечер настанет, а…

— Но только тут вот какое дело леди-жабы, — продолжила центральная правая драконья голова свою мысль, прерванную скандированием жаб и причитанием Рауля. — Этот принц — женат!

— Ква-ква! Ква-ква! Ква-ква! — требовательным хором застрекотали влюбленные жабы, всем своим видом показывая, что им без разницы, всё равно пусть целует!

— Но вам повезло леди-жабы, — не обратив внимания, на стрекот жаб, продолжила центральная правая, — потому что здесь есть и неженатый принц. Это я! Да-да! — ухмыльнулись все двенадцать драконьих голов, заметив как обалдели жабы. — Не верите?! — окинул дракон взглядом тысячу пар до такой степени булькатых глаз, что они грозили вот-вот выскочить из орбит. Более того, в глазах этих застыл ужас и абсолютный отказ верить своим ушам, да и глазам тоже. — Что ж, значит пришла пора представиться: Его Высочество Дракон Горыныч, старший сын Верховного Повелителя Огня и Камня Горыни. — Новоявленный принц вытянул свои толстенные змеиные шеи, в длину метров десять каждая, и приблизил двенадцать огромных зубастых драконьих челюстей к жабам, продемонстрировав каждой из них, что все двенадцать голов его венчает — самая, что ни на есть настоящая, корона из звёздного света. Однако при этом из каждой драконьей пасти капала липкая, слизкая, зловонная слюна. — С языком будем целоваться или как? — ехидно поинтересовались головы принца и, все как одна, продемонстрировали двенадцать длиннющих раздвоенных языков, которые в мгновение ока достигли передние ряды претенденток в принцессы, обслюнявив им мордочки. В связи с чем, обласканные передние ряды претенденток не выдержав подобного счастья, потеряли сознание. Что же касается Дракона-принца, то его двенадцать пар рептильих глаз с вертикальными зрачками ожидающе уставились на задние ряды претенденток, то есть жаб, до которых не дотянулся язык и которые не лишились чувств. И это заставило оставшихся в сознании жаб искренне завидовать павшим в обморок подругам. — Ну, что ж приступим, леди? — Двенадцать драконьих пастей вытянули жирные губы трубочкой, из которой валил густой дым, из которого то и дело выскальзывали прожилки пламени. Зрелище это было, должна я отметить, не просто жутким, а чрезвычайно, до ночных кошмаров, жутким. И леди-жабы полностью разделяли это мое мнение. Ничком-бочком-ползком они отступали и отступали. Причём достаточно резво отползали даже те, которые типа находились без сознания. — Я что-то не понял, леди, вы замуж за принца хотите или нет? — ехидно вопросил Дракон, подмешав в свой рык для пущего эффекта оттенок горечи отвергнутого существа.

— Кв-в-в-в-веээээээт! — дружно проблеяли все как одна тысяча жаб, продолжая ничком-бочком отползать подальше от драконообразного принца и его поцелуев, которые с дымком да огоньком.

— Обидно! — вздохнул Дракон. — Чесссс слово, обидно! Неужели ни одна даже самая захудалая жаба не позарится на моё Высочество?! Я же принц! Честное слово, принц я! Неужели для такого горячего и страстного, как я, принца не найдётся ни одного поцелуя?! Я же аж горю весь, так хочу поцелуев! И любви! Я так хочу любви-и-и-и-и! — издевался над жабами Дракон, печально-тоскливо и, в то же самое время, томно вздыхая.

— Кв-в-в-в-веээээээт! — снова дружно проблеяли все как одна тысяча жаб, продолжая ничком-бочком отползать подальше от предлагающего себя им на блюдечке с огненной каёмочкой принца.

— То есть, вы хотите сказать, что отказываетесь от поцелуя ПР-И-Н-ЦА?! — жалобно вопросил Звёздный дракон, с великолепно разыгранной горечью в голосе. Произнося слова «принца» он даже всхлипнул.

— Ква-а-а-а-а! — все как одна виновато подтвердили жабы, которые хотя и прониклись состраданием к принцу, но, тем не менее, не находили в себе сил согласиться на его поцелуй.

— Что ж леди! Это ваша потеря станет чьей-то находкой! — проревел Дракон в адрес жаб, сделав вид, что оскорблен до глубины души. — Малыш, ну, чего стал, уши развесил?! — мгновенно выйдя из образа несчастного и отвергнутого, шикнул он на Рауля. И шёпот его зашелестел ветерком над нашими головами. — Вперёд! Меч-кладенец не ждёт! Путь свободен! После чего, косо взглянув на отвергнувших его жаб, с хорошо разыгранной смертельной обидой в голосе громогласно рявкнул: — Я ведь правильно Вас понял, леди, вам поцелуи принца больше не нужны?!

— Квя-а-а-а-а-а! — жалобно подтвердили-проскулили жабы, успевшие к этому времени не только отползти подальше, но и попрятаться за кочки и коряги.