Глава 24 АБНЕР

Толпа у Северных ворот не удивила. Этот вход в резиденцию втихомолку звали "пьяным" или "похмельным" — из-за того, что под утро через него возвращалось большинство придворных, ну и гвардейцев, тоже, кутивших в городе — как известно, кратчайшее расстояние между двумя точками это прямая. "Золотой вол", "Золотой пес" и даже "Золотая коза" находились отсюда почти в прямой видимости.

Удивил шикарный воздушный щит — мощный, даже с искорками. Не пожалел маг силы, постарался как для родного!

Щит рухнул прямо перед носом, Марк едва успел отступить. Он обвел взглядом площадку перед воротами — полтора десятка "синих мундиров", две какие-то девицы, троица придворных не самого высокого, но и не самого мелкого ранга.

Кого успели насобирать к завтраку?

Щит держал темно-русый мужчина, с глазами слегка навыкате и поджатой нижней губой. Явно рисуясь перед зрителями — двумя растопыренными пальцами… Выглядело, конечно, дешевым пижонством, но сил требовало немало и мастерства — серьезного. Винкер оценил.

— Господин Абнер? — спросил Марк, быстро перебрав внутреннюю картотеку. — Мне, кажется, оказана немалая честь?

— Именно так, щенок.

— Благодарю, — он учтиво поклонился, — но, может быть, окажете еще одну небольшую услугу: просветите, как это следует понимать? Я плохо улавливаю намеки.

— Понимать тут нечего, — нахмурился маг, — лефараты не летают!

— Спорный тезис, господин Абнер. Все зависит от заклинания левитации…

Послышались смешки. Абнер нахмурился еще больше.

— Маг-воздушник с четвертым уровнем не мог взорвать портал Шиара. У тебя бы просто не хватило сил. Это все равно, что пытаться поднять лошадь.

— Я это сделал, — просто ответил Марк, пожимая плечами и продолжая улыбаться. Почему-то эта его улыбка, спокойная и ничуть не дерзкая, бесила придворного мага до черных звездочек в глазах.

— Докажи! — бросил он.

— У вас есть еще один ненужный грузовой портал, господин Абнер?

Смешки стали громче. Марк заметил, что та троица, с которой он пересекся на награждении, тоже здесь — парни ненавязчиво комментировали столкновение двух магов и, похоже, не слишком лестно для Абнера.

— Меня устроит, если ты, на глазах у свидетелей, заслуживающих доверия, уберешь мой щит. Он — всего лишь пятого уровня…

"Полноценный шестой", — навскидку определил Марк.

— Или?

— Что "или", наглый лжец? Убираешь мой щит или тут же, при всех называешь имя настоящего героя, кому на самом деле следовало вручить твой орден!

А вот это было уже нешуточным оскорблением. Практически, аналогом пощечины.

— Нарываетесь, господин маг? — поинтересовался Винкер, понизив голос до шепота.

— Жду. Все ждем. Либо щит, либо имя, — Абнер шевельнул пальцам и дрожащий в воздухе щит пошел волнами. Дамы восхищенно переглянулись, одна бросила в сторону мага нежный взгляд.

— А вы предупредили охрану резиденции, что на территории планируется очередной взрыв и пожар? Ворота и часть ограждения, скорее всего, будут снесены. Зрители… — Марк скользнул по ним быстрым взглядом — Надеюсь, дела у всех в порядке и завещания должным образом заверены.

— Не переживай, Винкер, нам пока завещать нечего, так что все в порядке, можешь взывать что хочешь! — "золотая троица" была в своем репертуаре, — только наш любимый кабак не трогай.

— Что за бред? Я не просил взрывать, у просил просто убрать. Продавить, если у тебя хватит на это сил.

— Но, Мастер, — один из придворных толкнулся вперед, — Шиарская арка была именно взорвана.

— Для взрыва грузового портала нужен седьмой уровень, это имперскими рунами написано во всех учебниках по магии, — Абнер наклонил голову, — если у господина Винкера он есть, пусть и неподтвержденный — то снять мой щит он сможет. А если нет — мы узнаем имя человека… возможно, павшего на поле боя, который и в самом деле спас Аверсум.

— У меня — четвертый. Обет — служение, — намеки на нечестность начинали потихоньку злить, но Винкер пока не потерял надежду уладить дело миром. Еще один эпатаж в его духе, и вместо фронта он угодит в Рахту… Хотя, он же теперь — дворянин, так что — в Лонгери. — Есть способ, при котором уровень силы не критичен, но в итоге всегда получается взрыв.

— Я хочу видеть расчет.

— Пока не оформлен патент? — по-настоящему удивился Марк, — господин Абнер, вы можете считать меня щенком, нахалом и кем угодно еще, но, кажется, я не давал повода считать себя идиотом?

— Щит, имя или расчет, — Абнер наклонил голову еще ниже.

"…Энергия "чи", точечный прокол не должен быть критичен для щита, стабилизирующее заклинание встроено в классическую структуру, а этот Абнер, похоже, чистый классик… Интересно, где мои перчатки? Да, дворянин из меня пока еще тот".

У щита такой силы, подвешенного на двух пальцах, просто не может быть ровной и плотной структуры, как у стандартного, армейского варианта "из кулака" (Марк считал его идеальным). Да, площадь мала, но какая разница. При необходимости воин весь, целиком, может укрыться за чашкой своей шпаги. Главное, поворачивать ее вовремя и куда надо. А все эти "волнующиеся" простыни легко пробиваются обычным армейским ножом на расстоянии в ладонь снизу или сверху.

Но нож для Мастера немного слишком круто. Вдруг Рамер Девятый обидится и больше не позволит танцевать с Алетой… А вот "кинжальное поле" в самый раз.

И даже "разгон" не понадобился. Марк прищелкнул пальцами, заворачивая в заклинание кусок телячьей кожи и с удовольствием понаблюдал, как заколыхался пижонский щит и как напрягся Мастер, пытаясь его удержать, не дать схлопнуться и оторвать пальцы.

— Что это было, щенок? — рыкнул он, справившись со своим творением. Довольно быстро, стоит признать.

Марк, выпрямившись, молчал. Он уже сказал все, что хотел.

— Господин Абнер тоже плохо понимает намеки? — троица гвардейцев цвела широченными улыбками.

Проследив за их взглядами, маг опустил глаза вниз. У его ног лежала перчатка. Обычная, дешевая перчатка, кажется, даже с кривой заплаткой. Но это были уже детали. Во-первых — перчатка! Во-вторых — за линией щита. Его личного воздушного щита ШЕСТОГО уровня! Но ведь лефараты и в самом деле не летают!

— Обычно я не дерусь с быдлом, — Абнер вскинул подбородок, — но для тебя, сопляк, сделаю исключение.

— Благодарю, — Марк еще раз со всей возможной учтивостью наклонил голову.

— Через две клепсидры у фонтана. Дуэль магическая. Моим секундантом будет барон Герт.

Обратится за помощью Марк не успел — веселая троица без просьбы выдвинулась вперед и встала рядом, обращая внимание на дрожащее марево щита не больше, чем на легкий ветер или несильный дождь.

Замести следы преступления, то есть скинуть охотничий костюм, распустить волосы и переодеться в ночнушку Алета не успела. В спальне появилась Аней.

Увидев хозяйку, она на мгновение расширила глаза. Но справилась с собой. Ее реверанс был очень изящен.

— Ваше Сиятельство, вас ждут чтобы проводить в покои Его Величества для личной встречи.

— Аней, ты служишь мне или Императору? — прямо спросила Алета, торопливо выдергивая шпильки из золотистой косы.

— Позвольте, я помогу, — Аней неспешно проплыла мимо Алеты, к шкафу с платьями и распахнула его на обе створки. — Я не господин Абнер, — продолжила она, перебирая наряды, — я служу Императору, как и все мы. Но я служу и вам. И себе… Вот это желтое атласное платье годится для утреннего визита. Оно чудесно подойдет к вашим волосам. И гарнитур с топазами — то, что нужно. Скромно, достойно, со вкусом. Его Величество будет сражен…

Алета оценила милый треск горничной — он дал ей возможность прийти в себя.

Утреннего приглашения от Императора она не ждала. Стоило ли заранее пугаться? Пожалуй, все же стоило.

По негласным правилам, принятым в высшем свете Империи, день следовало завершать непременно приятно. Даже преступников в качестве особой милости вешали на закате, освободив им целый день для молитвы и покаяния.

Следуя той же странной логике, начинать день можно было как попало. Почему бы и не с неприятностей?

В привычном уже сопровождении двух гвардейцев, Алета миновала коридор между западным и восточным крылом, поднялась по широкой лестнице, украшенной мраморными драконами и перед ней распахнулись знакомые двери.

— Ее Сиятельство, графиня Шайро-Туан, — полетело вслед.

Кабинет встретил ее свежестью и чуть сладковатым, приятным запахом цветущих ари из раскрытого настежь окна. Журчание струй сюда не долетало, но прохладной водой пахло вполне отчетливо.

Его Величество ожидал ее стоя. На маленьком столике был сервирован небольшой завтрак: две чашечки рубинового чая и пышные пончики, вероятно для дамы. Бутерброды с ветчиной и зеленью предназначались, конечно, повелителю. Алета обожала ветчину, но сглотнула слюну и поклялась вести себя прилично хотя бы в мелочах, если уж по крупному она то и дело прокалывается и перестать — выше ее сил.

Реверанс получился немного глубже и почтительнее, чем обычно.

— Ваше Величество.

— Графиня, — кивнул Рамер, — я взял на себя смелость пригласить свою прекрасную невесту на завтрак. Вы ведь не против?

— Нет, — кротко отозвалась она, — Завтрак в вашем обществе — лучшего начала дня нельзя и пожелать.

— Тогда прошу вас, дорогая, — Рамер отодвинул кресло для Алеты, подождал, пока она расправит на коленях салфетку и… взял с блюда сладкий пончик.

Зеленые глаза удивленно моргнули.

— Я был бы плохим кавалером, если бы, пригласив даму на завтрак, учел только свои вкусы, — пожал плечами повелитель, — Приятного аппетита. Это валендорская ветчина, лучшая в Империи. Мне поставляют ее зеркалом.

Некоторое время они молчали. Алета пока не слишком представляла, какие темы можно затрагивать за завтраком с Его Величеством, а тот просто любовался невестой и с удовольствием думал о том, что хороший аппетит с утра — это признак здоровья, а значит, за наследником дело не станет.

— У вас для меня какие-то новости? — все же решилась она. — Из Кайоры?

Смуглое лицо еще больше потемнело.

— Хороших — мало, — коротко сказал он, — Монтрез жив и не ранен, по крайней мере, тяжело. Они в горах — это все, что мне известно на сегодняшний день.

— Это — замечательная новость. Спасибо, Ваше Величество.

— Вы очень любите вашего кузена?

— Люблю, — задумчиво отозвалась Алета, улыбаясь рубиновой жидкости в невесомой чашке, — он — единственный из моих родственников, которого никогда не волновало, сколько у меня денег.

— Он что, святой? — недоверчиво прищурился Рамер Девятый.

— Может быть, — пожала плечами Алета, все с той же светлой улыбкой, — В этом мире столько грязи и подлости, Ваше Величество, столько жадности и властолюбия, столько корысти и похоти… И мы никогда не удивляемся, встречая это в людях, которые, волей Богов, оказались рядом. Мы киваем и говорим: да, такова жизнь. Почему же так удивительно встретить рядом чистый свет? Просто по закону Равновесия он должен быть, не так ли?

Рамер дернул бровью.

— Теоретически, так. Практически… Чистого света я еще не встречал ни разу.

— Это неправда, — мягко улыбнулась девушка, став удивительно похожей на своего красавца-кузена, — Вы встречали Эшери, а значит, чистого света должно было хватить с избытком.

Сдержаться было, решительно, невозможно. Хотя и следовало.

— Вы жалеете, что обряд в храме Змея сделал невозможным ваш брак с Монтрезом? — прямо спросил Рамер.

— Я даже не знала о таких планах, — пожала плечами Алета, — Вы меня удивили. Но не слишком. Что ж… Вы спрашивали — не святой ли Эшери? Думаю, сейчас я могу ответить. Живя очень стесненно, отказаться от невесты с огромным приданым — чтобы поставить на службу Империи и своему Императору единственное, что у него было: огромный магический дар… Если мне не изменяет память, в нашей истории был лишь один похожий поступок — Святой Древний Натан отказался принять наследство, чтобы уйти воевать против демонов Огненной Равнины.

Рамер Девятый изобретательно выругался. Хорошо — про себя, не вслух.

Разговор не нравился Алете, но прервать его она не могла — подданные исполняют приказы повелителя. Если он приказал завтракать с ним, значит — извольте завтракать. Палец нервно гладил край тонкой чашки.

Вероятно, на ней оказалась крохотная, невидимая глазу щербинка или скол. Алета с удивлением уставилась на расцарапанный палец, на котором быстро набухала капля крови.

Император нахмурился.

— Ленивые криворукие слуги. Дорогая, вам немедленно заменят чашку. Возьмите салфетку. Надеюсь, вам не очень больно?

— Больно? — Девушка удивилась, — Ваше Величество, это всего лишь крохотная царапина. Когда я училась метать нож, держа его за лезвие, у меня были изрезаны все пальцы. Мой учитель был идейным противником тупого оружия, он считал, что с болью тело лучше усваивает его науку. И он был прав, — Алета растопырила пальцы, с удовольствием разглядывая совершенно гладкую, безупречную кожу, — шрамы со временем исчезли, а навыки остались.

— Вас учили не только фехтованию, но и кинжальному бою? — изумился повелитель.

— Я же южанка. У нас учат всех.

— Что ж, — он улыбнулся, — если враг будет штурмовать дворец, рядом со мной окажется еще один умелый боец.

Шутки не получилось. Потому что невеста посмотрела на него очень серьезно:

— Защищать Императора — первейшая обязанность каждого подданного, и, конечно, я ее исполню, если понадобится.

— Это обязанность мужчин, — Рамер резко встал, — когда женщины берутся за оружие, это означает, что в мире что-то крепко не так!

— В мире всегда что-то да не так, — философски отозвалась девушка, — но это же не повод отказываться от завтрака, — зеленые глаза показали на последнюю недоеденную булочку.

— Мне нравится ваш прагматичный подход, — рассмеялся он, — решительно, вы правы, Алета. Интересно, это особенность южан или только вашей семьи? Потому что Святой Монтрез, защити его боги и демоны, тоже постоянно оказывается прав.

— А вы не задумывайтесь о мистической подоплеке. Просто пользуйтесь, — улыбнулась Алета, принимая из рук слуги вторую чашку.

До слуха мирно завтракающих Императора и графини донеслись голоса, и голоса эти были вовсе не мирными. Рамер приподнялся, чтобы видеть, что происходит. С высоты его роста это было совсем нетрудно.

Алете, чтобы заглянуть в окно, пришлось бы привстать. Проклиная этикет, девушка осталась на месте.

Голоса становились громче. Кто-то спорил, но слов было не разобрать. Один голос показался знакомым.

— Приказать закрыть? — спросил Император, наблюдая за сменой выражения на лице Алеты.

— Мне не мешает, — коротко отозвалась она, — а воздух свеж и цветами пахнет приятно. Но если вам так интересно, вы смотрите, не обращайте на меня внимания. Если хотите, мы можем даже поменяться местами.

"Интересно, после какого слова нужно смеяться, — озадачился повелитель, — или она серьезно?"

— Кажется, мои подданные затеяли магическую дуэль, — произнес он. — Посмотрите, Алета, это может быть интересно. Насколько я знаю, у вас, в Кайоре, магические дуэли не приняты.

— У нас предпочитают сталь, — согласилась она.

— Подумать только! Кто-то набрался нахальства и вызвал моего придворного мага. А ведь Абнер силен… Очень силен…

— "Не хвались силой, встретишь более сильного", — Алета поняла, что еще несколько мгновений, и она проиграет войну своему беспокойству. А, значит, не стоило и мучиться. Тем более — формальное разрешение дано.

Стараясь выглядеть естественно и спокойно, она поднялась, расправила складки платья и встала к окну так, чтобы не слишком торчать из-за занавески.

Там и в самом деле готовилась дуэль. Четыре человека — два дуэлянта и два секунданта, видимо, закончили обсуждать условия и разошлись от центра площадки каждый в свою сторону.

Одним был господин придворный маг, которого Алета видела всего раз и уже от души желала ему провалиться в Бездну, да поглубже, туда, где даже огненные демоны потеют. Вторым был Марк.

— Сейчас они будут устанавливать защитный купол.

Пользуясь тем, что Алета, буквально, прилипла к окну, Его Величество подошел на дистанцию, не допустимую даже для эльса. Его дыхание шевельнуло золотистые волосы на виске девушки.

— Интересно, — мягко заметила она, — дуэли под окном Вашего Величества — это, вообще, нормально?

— Не слишком, но Абнер…

— Выполнял ваше пожелание, не так ли? Или прямой приказ, — Алета не поворачивала головы, но мягкий голос вдруг напомнил императору шелковую нить — тонкую, но крепкую… а уж как порезать может! Не до крови — до кости. — И я здесь не случайно, не так ли? Кого из нас вы проверяете, Ваше Величество? Вашего придворного мага, стратега или невесту?

— Всех троих, — холодно и так же прямо ответил он, — Раз уж вы так проницательны, моя дорогая, то должны понять: верить в моем положении — роскошь. И, при нынешнем состоянии казны, она мне просто не по карману.

— Что ж, — Алета пожала плечами, — я признаю за вами это право, как прерогативу верховной власти. Вы хотели, чтобы я наслаждалась зрелищем? Так, может быть, вина?

— Хм, — хмыкнул он. Недоумение смешалось со странным удовольствием, — Можно и вина. Какое предпочитаете?

— Вы же сегодня угадываете мои вкусы. Продолжайте.

— Фиольское?

— Не слишком патриотично, но вкусно, — согласилась Алета, — пусть будет фиольское.

На площадке у фонтана, меж тем, развернулся купол: льдисто-голубой со стороны придворного мага и пепельный, почти прозрачный, со стороны Винкера.

— Вы совсем не беспокоитесь, дорогая?

— С чего бы это вдруг? — искренне удивилась Алета, — я не успела узнать вашего придворного мага и привязаться к нему. Если он сегодня встретит Серую Госпожу, я огорчусь только за вас, Ваше Величество. Наверное, это очень тяжело — терять таких преданных слуг.

— У моего мага восьмой уровень…

— Значит, у него есть шанс выжить, — кивнула Алета, — утешайтесь этим, Ваше Величество. А мне позвольте вернуться к себе.

— Вы не будете досматривать? — удивился Рамер, — Я полагал, что южанки любят такие забавы.

— Южанки любят участвовать. Но не смотреть. Приятного зрелища, Ваше Величество, и спасибо за великолепный завтрак. Ветчина бесподобна, а вино выше всяких похвал, — Алета поставила почти нетронутый бокал на крышку высокого секретера из темного дерева, присела в реверансе и вышла.

Двери за ней закрылись без хлопка.

Рамер Девятый смотрел вслед своей невесте со стойким ощущением, что он где-то лопухнулся, и не по мелочи, типа неправильного выбора вина или закуски, а крупно.

Выходит, не так уж этот мальчик ей и дорог? А он просто выставил себя ревнивым идиотом?

Алета быстро шла по коридору, стараясь "держать" и лицо, и спину. Ей кланялись — она наклоняла голову в ответ. Хвала Святым Древним, никто не требовал от нее улыбок. Все знали, что ее близкий родственник на фронте, и хмурое настроение девушки легко объяснялось беспокойством.

Только бы никто не заговорил — а то ведь не выдержит и сорвется.

Боги благоволили ей — до самых дверей в апартаменты. Кивком отпустив гвардейцев, Алета стремительно прошла в спальню, кинулась ничком на кровать и, сжав подушку, тихонько заскулила, пряча лицо в мягкий шелк.

Что бы не происходило вокруг — никто не должен видеть твоей слабости. Никто не должен понять, где ты уязвим.

Никому нельзя верить.

…На самом деле магическая дуэль — зрелище скучнейшее. Чтоб никому случайно не прилетело, маги окружают себя куполом, который искажает все, что происходит внутри. Зрители видят вспышки огненных шаров, иногда вздрагивает земля, резонируя со щитами — и это все.

Потом купол исчезает — и можно поздравлять и выражать соболезнования.

Но на этот раз что-то пошло не так…

Дверь еще не успела закрыться за Алетой, когда защитный купол исчез. Секунданты поспешили туда, перекрывая Императору весь обзор… но не орать же в окно: отойдите, олухи, мне не видно! Не хватало стать героем свежего анекдота.

Вино оказалось кстати. Хоть и не любил Рамер фиольское, оно казалось ему излишне приторным — но градус там имелся.

На площадке творилось что-то очень странное — оба дуэлянта, это Рамер видел отчетливо, стояли на своих ногах, так что формальных оснований для прекращения дуэли не было. Или Винкер принес извинения?

Стратег подошел к Абнеру и, кажется, похлопал его по плечу. Дикая фамильярность — придворный маг не стерпел бы такого ни от кого… разве что от самого Императора. Сожжет или воздушным кулаком раздавит?

К бесконечному удивлению Рамера, маг не сделал ни того, ни другого. Он вообще ничего не сделал — продолжая стоять и охлопывать себя, словно потерял кошелек с последним золотым.

К нему подошел Герд и стал говорить, бурно жестикулируя. Тон был взволнованный, но слова не различались.

А Винкер, вместе с гвардейцами, не спеша направились к казармам — или к плацу. Проходя мимо его окон, стратег, не оборачиваясь, отдал короткий, армейский салют — словно знал, что Его Величество здесь.

Абнер все еще стоял столбом. А потом, кажется, разразился проклятьями. Но этого Его Величество уже точно не слышал, потому что закрыл окно. Работы был еще непочатый край.

Придворный маг появился, когда Рамер, практически, успел проработать проект по таможенным пошлинам со Степью. Благодаря новому послу отношения установились… назвать их ровно-дружескими было нельзя, скорее уж ровно-вражескими. Но они были, уже огромный прогресс!

Абнер бросил свое тело в кресло так, что бедная мебель жалобно скрипнула, с сомнением посмотрел на бокал и приложился прямо к бутылке.

Рамер читал… или делал вид, что читает, выдерживая паузу. Надолго его бы не хватило, но у Абнера его потрепанные нервы сдали раньше.

— Демонов щенок, — высказал он, — Демонова сила… Демонов Ольхейм.

— А мэтр-то чем провинился? — от удивления Рамер позабыл, что собирался тоже потянуть мифического зверя за хобот. — Что там случилось? Дуэль не состоялась?

— Состоялась, — скривился Абнер.

— Это была самая короткая дуэль на моей памяти.

— На моей тоже, — признался маг.

— И… Я могу спросить, кто победил? Или ты пока не пришел в себя?

— Победил он, — Абнер поднял глаза, — Рамер, как хочешь… но его нужно уничтожить. Как можно скорее.

— Из-за того, что он надрал тебе уши? — Император шевельнул бровью, — не слишком ли круто за оскорбленное самолюбие? По мне он тоже не хило потоптался на награждении, но я же не закатываю истерики и не требую крови.

— Ты не понимаешь, — Абнер вскочил и заходил по кабинету, — Он опасен! Он… бесконечно опасен!

— Вот как? А без эмоций? Четко, спокойно, по пунктам.

— У него четвертый уровень. Четвертый — не больше. А я даже не успел развернуть щит! Вернее, развернул — и это оказалось ошибкой. Он… — Глаза мага, и так слегка крабьи, выкатились еще дальше, — Рамер, он завернул меня в мой же щит!!! И я не смог ничего сделать, я даже дышал с трудом, пока щенок не подошел и не освободил меня одним хлопком по плечу. И я даже не понял, как он это сделал: что-то вроде Переменной Ольхейма, но она так не применяется!

Рамер, он двигает потоками как собственными пальцами, так быстро, что за ним не успею не то что я, за ним демона рогатого успеет хоть кто-то! — бутылка треснула и разлетелась, осыпая комнату дождем осколков. Маг на рефлексах выставил щит, а Император закрылся ладонью.

— Так что, выходит лефараты все-таки летают? — ухмыльнулся он, когда стук осколков стих.

— Он опасен, — из Абнера словно выпустили воздух, — Ты будешь держать в резиденции человека, который может любого, ЛЮБОГО свернуть в мясной рулет, и которому нечего противопоставить?

— Я и не собираюсь держать Винкера в резиденции, — пожал плечами Император, — сам не хочет. Он рвется на фронт, и, по словам Райкера, как стратег он очень неплох. Конечно, по молодости допускает ошибки, но и удачных решений у него немало. Генерал предсказывает ему военную карьеру.

— Генерал не политик, — отрезал Абнер, — ты лучше представь ситуацию: этого гения взяли в оборот заговорщики. Не важно — деньги, женщина, шантаж… Он замотивирован на то, чтобы оторвать тебе хвост — и у него здесь нет противников!!! Я говорю тебе абсолютно честно, я с ним не справлюсь, даже если буду спать у порога и сопровождать тебя в сортир. Я просто соображать не могу на такой скорости — а он на ней действует!

Истерика мага была бы забавной… если бы за ней не стоял настоящий страх. Рамер плюнул на воспитательный момент, отбросил папку, которую все равно уже не читал и похлопал по крышке стола, приглашая Абнера присесть.

— Все это понятно, — кивнул он, — и я даже где-то с тобой согласен. Но ПОКА у Винкера нет мотива отрывать мне хвост, а превентивно, за возможности — я не вешаю. Хочешь за ним следить — следи, лишним не будет. А сейчас, — Рамер пошарил в столе и вынул белую полотняную салфетку с уже побуревшими пятнами, — займись-ка делом, это хорошо успокаивает.

Здесь то, что ты так и не смог добыть — кровь Алеты. Надеюсь, невесту ты мне не посоветуешь немедленно уничтожить. Просто чтобы чего не вышло.

— Мой Император…

— Ты паникер, Абнер. Все. Работай — и дай, наконец, поработать мне.