Глава 9

— Леночка, я думаю, ты понимаешь, что я не смогу носить кольцо…, - замялся уже не следующий день Кирилл, собираясь на тренировку.

— Да, понимаю, — спокойно отвечала Лена, хотя в душе было безумно обидно.

— Для всех я свободен, но ты же знаешь, что я только твой, и для этого мне не обязательно носить кольцо, верно?

— Да, мы же все обговаривали, — вновь соглашалась Лена.

— Я очень рад, что ты меня понимаешь, — улыбнулся Штоколов и поцеловал Лену перед тем, как уехать на каток.

Лена же направилась в университет, чтобы проставить ряд зачетов автоматом, а после так же поехала на тренировку. Они все так же катались по одному льду и даже не подходили друг к другу, порой это забавляло Лену, а порой просто выводило из себя!

— Ленусь, чего такая невеселая? — спрашивала ее Ника, подойдя к ней в перерыве.

— Да так, — пожала плечами Лена.

— Ого, какое у тебя колечко интересное! Похоже, целое состояние стоит, наверное, как моя машина! — восхитилась Ника, заметив кольцо на пальце у Лены, — Слушай, а ты что, замуж вышла?

— Да, — как-то виновато отвечала Лена.

— И даже меня не позвала, я думала мы подруги, или близко к тому…

— Мы не праздновали. Просто расписались вдвоем и все.

— Как так? Я полагаю денег у него достаточно, раз на такое кольцо хватило, тогда почему не праздновали?

— Ну, я не хочу вдаваться в подробности. Позже расскажу, — уклончиво отвечала Лена.

— Как хочешь, — спокойно согласилась Ника, — Как его хоть зовут-то?

— Кирилл, — честно сказала Лена.

— Хорошее имя, — улыбнулась Ника, даже не задумавшись о том, что Штоколов тоже Кирилл, — Хотя, главное же, чтобы он тебя любил.

— Он любит, — полностью уверенная в том, что это так, отвечала Лена.

— Я рада.

— А у тебя как с Женей? — поинтересовалась Лена.

— Кажется, вот-вот и все кончится, — с сожалением произнесла в ответ Ника, — Когда уже мне повезет? Когда я замуж выйду, мне же пора детей рожать…

— Никуся, все ты успеешь! Ты такая красивая и талантливая!

— Ага, оценил бы кто… Ладно, давай работать, а то как-никак чемпионат через неделю!

— Конечно, — поддержала ее Лена.

Через неделю Штоколов, как и Елена, полетели на Чемпионат Европы. На тот момент, когда Лена и Эдик уже завершали произвольные выступления, Штоколов только готовился выйти на короткую программу. Лена беспокоилась, но не о том, как выступит она, а о том, как откатается Кирилл, поскольку хорошо знала, какие у него проблемы с коленом. Возможно, оттого, что фокус ее волнения оказался смещен, с их выступления на прокат Кирилла, Лена оказалась предельно спокойна и уверена в себе, в результате чего им удалось занять четвертое место, немного уступав Нике и Евгению, что получили бронзу. Штоколов же выиграл и Чемпионат Европы! Пресса трубила о том, что «гений льда» вернулся. И уже начали муссировать тему, кто кого победит на Чемпионате Мира? Штоколов Стокера или Стокер Штоколова? Мнения делились, но все же большинство оказывалось на стороне Штоколова, что не могло не внушать ему надежду. Определенно, этот Чемпионат значил для него больше любой Олимпиады. Хотелось одного — выиграть у Стокера! И у Штоколова уже был определенный план, не зря же он проводил все дни напролет на катке!

Тем не менее, несмотря на то, что Кирилл, казалось, целиком и полностью увлечен своими тренировками, он не мог не замечать, как Эдик проводит рядом с Леной каждую свободную секунду, буквально не давая ей шага ступить одной. Да и сама Лена, казалось, не против. Они без конца о чем-то разговаривали и хихикали. И даже возвращаясь домой, Лена продолжала переписку с Эдиком, поскольку тому всегда находилось, что ей сообщить. Все это просто выводило Штоколова из себя, но сказать он ничего не мог, потому что сам просил Лену не афишировать отношения, что она и делала.

— Лена, я не понял, что у тебя с Эдиком? — все же не удержался и спросил Штоколов.

— Ничего. А что может быть? Мы партнеры и друзья.

— А мне кажется, он за тобой ухаживает.

— Тебе кажется, — засмеялась Лена, поскольку никакого подтекста в их тесном общении с Эдуардом не видела.

— Лена, это не смешно, — вдруг переменился в лице Штоколов.

— А как я должна себя вести? Сказать, не подходи ко мне, на нас мой муж смотрит, и ткнуть в тебя пальцем?! — задала довольно провокационный вопрос Лена.

— Я знаю, что это была моя просьба, просто дело в том, что когда я общаюсь с поклонницами, это одно, я в любой момент могу сказать «нет» и ничего не будет, а твое «нет» могут и не услышать! — абсолютно справедливо предупреждал Лену Штоколов.

— До этого не дойдет!

— Хорошо бы…

— Я знаю, что я говорю, и как себя веду, — уверила Кирилла Лена.

— Будем надеяться. Я в душ, а потом спать.

— Хорошо.

Штоколов ушел в душ, а Лена расстелила постель. Сидеть и ждать мужа ей почему-то не хотелось, и она решила составить ему компанию в ванной. Подойдя к душевой, она дернула ручку, и дверь оказалась не заперта, Лена сочла это приглашением присоединиться. Штоколов стоял лицом к стене и очевидно не слышал, как она вошла, поскольку даже не обернулся.

— Любимый, можно к тебе? — нежно прошептала Лена, проведя рукой по спине и ягодицам мужа.

Штоколов повернулся к ней с абсолютно каменным лицом.

— Никогда больше так не делай, — сухо сказал ей он.

— Как «так»? — растерялась Лена.

— Никогда не входи в душ, когда это тебе взбредет в голову, когда я моюсь и тем более, никогда не подкрадывайся ко мне со спины.

— Я не подкрадывалась, я думала, ты слышишь… Мы же принимали душ вместе…

— Правильно, мы изначально шли вместе, а сегодня я шел один.

— Интересно и чем же ты тут хотел позаниматься, что я тебе помешала? — хотела перевести все в шутку Лена, но Штоколов даже не думал улыбаться.

— Не то, о чем ты подумала, для этого у меня есть ты, и заниматься онанизмом мне ни к чему. Просто я прошу так не делать и все. Я что так часто о чем-то прошу?

— Нет… Извини. Я больше не буду…, - растерянно обещала Лена, — Я подожду тебя в спальне, — добавила она и вышла из ванной.

«Он явно перетренировался», — решила для себя Лена и легла спать.

Она слышала, как Кирилл вернулся, но сделала вид, что уже давно и крепко спит. Штоколов не стал ее беспокоить, нежно приобнял и тоже заснул.

На следующий день во дворце Лена, как обычно, ходила везде рука об руку с Эдиком. То он подавал ей кофту, то поправлял волосы, то приносил кофе и без конца что-то говорил, говорил, говорил, а Лена хохотала. И с каждым разом, это все больше и больше выводило Штоколова из себя. Не успели они вернуться домой, как у Лены завибрировал телефон, она взглянула на экран и заулыбалась.

— Ну, что Эдик твой и пяти минут без тебя не может? — усмехнулся Кирилл.

— Да просто у него сегодня день неудачный, утром унитаз потек, на тренировке шнурок порвался, птицы машину обгадили, а вот из магазина выходил, и пакет лопнул, он мне фотку скинул, — продемонстрировала экран телефона Лена, — Смешно же.

— Не смешно. Абсолютно не смешно.

— Ты опять за старое?!

— Меня эти ваши хи-хи, ха-ха выводят из себя! Мне кажется, еще вот-вот и я об лед расшибусь, из-за слежки за вами! — выходил из себя Кирилл.

— А ты не следи за нами. Я же не слежу за тобой.

— А я не могу! А то, не ровен час, раз — и вы уже сосетесь там!

— Ты дурак?! — округлила глаза Лена.

— Ну не могу я, не могу! Меня наружу выворачивает от этого! Поддержки эти еще ваши! Мне порой, кажется, он тебя уже там потрогал, где я даже еще не успел!

— Ну и чего ты хочешь?!

— Я хочу, чтобы ты ушла!

— Что?! — решив, что ослышалась, переспросила Лена.

— Что слышала. Спорт тебе не нужен.

— Но ты же сам летом говорил мне, чтобы я не бросала спорт… Олег готовит нас на Чемпионат мира…

— Тебе нужна спортивная карьера?

— Не знаю…, - растерялась Лена.

— Раз не знаешь, значит — не нужна. Ты разрываешься между учебой, домом и тренировками. Ты же устаешь.

— Немного…

— Зачем тебе спорт? Олимпийское золото хочешь?

— Нет. Да мне и не получить его никогда, — объективно оценивала свои силы Лена.

— Тем более. Зачем ты тратишь время? Силы?

— Ты хочешь, чтобы я ушла?

— Я думаю, так будет лучше. Мне нужна жена, хранительница очага, мать моих детей, а не спортсменка, — неожиданно категорично заявил Штоколов.

— Хорошо, я завтра поговорю с Олегом и все объясню, — безвольно согласилась Лена.

— Я очень рад, — улыбнулся Кирилл.

— Я сделаю для тебя все что угодно. Только у меня есть к тебе одна просьба.

— Говори.

— Я хочу поехать с тобой на Чемпионат.

— Я переговорю с Завьяловым, и я думаю, мы это устроим, — пообещал Кирилл.

— Я бы очень хотела.

— И я бы хотел, чтобы ты была рядом… Очень.

На следующий день Лена поговорила с Олегом. Тот ничего не мог понять. Уговаривал, ругался и снова уговаривал Лену не горячиться, но она была непреклонна.

— Только один вопрос: почему? — в отчаянии спросил Олег.

— Я замуж вышла. Муж хочет, чтобы я ушла из спорта, — честно ответила Лена.

— Замуж? Когда? За кого? У тебя даже парня не было! — изумился Олег.

— Был. Мы год жили вместе и расписались около месяца назад. Если он хочет, чтобы я ушла, я уйду.

— Ты ставишь крест на своей карьере в угоду какого-то закомплексованного самодура? — негодовал Олег.

— Не называйте моего мужа самодуром!

— А как его назвать, если он распоряжается твоей жизнью, как своей!

— Может быть потому, что моя жизнь — его, — пожала Лена плечами и улыбнулась.

— Господи, Леночка, девочка моя, в кого же ты так безумно влюбилась? — лишь разводил руками Олег.

— Придет время, я вас познакомлю, — улыбнулась Лена.

— Ты окончательно решила?

— Да.

— А Эдик в курсе?!

— Нет, я не могу ему сказать…

— Ты понимаешь, что парень только крылья расправил, у вас все могло так получиться… Ника и Женя вскоре ушли бы на покой и остались вы… Я мечтал об Олимпиаде для вас.

— Простите меня, если сможете…

— Да я-то прощу, главное, чтобы ты сама себя потом простила… Ладно, решила — иди. Но если захочешь вернуться, я тебя приму, — честно сказала тренер в надежде, что Лена вскоре одумается.

— Спасибо, Олег Геннадьевич. Всего вам доброго и не держите на меня зла.

— Лишь бы ты сама об этом не пожалела.

— Думаю, не пожалею.

— Счастья тебе, — пожелала Олег, понимая, что если семейная жизнь начинается с таких ультиматумов, то ни к чему доброму это не приведет.

Естественно своим негодованием он не мог не поделиться с лучшим другом!

— Нет, ты представляешь, ушла она?! И из-за чего? Из-за мужа?! Представляешь, запудрил ей какой-то урод мозги, а она и рада! Ничего не слышит! Летит как мотылек на огонь! Сгорит, дурная, как пить дать, сгорит! — разорялся Олег.

— Ну, это ее жизнь. Ей виднее, — парировал Кирилл.

— Это не жизнь — это утопия! Какой нормальный, уверенный в себе мужик заставит жену уйти из спорта? У него проблемы с самооценкой! Если не хуже! Он не уверен в себе! — разорялся Олег.

— Ну почему сразу неуверен в себе, может быть, он детей хочет. Может, ему просто жена нужна, а не чемпионка. Каждому свое, — сдержанно защищал по сути самого себя Кирилл.

— Да что ты защищаешь его! Идиот он самовлюбленный! Пользуется ее влюбленностью и все!

— Да что ж вы все говорите, что я пользуюсь ее любовью?! Это не правда! — неожиданно для самого себя, не смог сдержать своих эмоций Кирилл.

— Что ты сказал? Причем тут ты? Штокол? — многозначительно поинтересовался Олег, боясь своей догадки.

— Да все ты правильно понял. Лена — моя жена.

— Нет… Как так? Когда ты успел?!

— В январе. Никто не знал. Только ее родители.

— Что за тайна?

— Во-первых, ей только-только восемнадцать исполнилось, а во-вторых, из опыта знаю, что прессе лучше не знать о моей личной жизни.

— Поверить не могу! Она сказала, что вы год вместе…

— Это правда. Помнишь, ты попросил присмотреть за ней. Я присмотрел…

— Ты — извращенец! Ты — педофил! — тут же в глаза выпалил ему Олег.

— Да что вы все «педофил», «педофил», вы понятия не имеете, что значит «педофил»! Я просто ее люблю! Люблю! Что я виноват, что ей всего восемнадцать?!

— Было шестнадцать, это я так для справки, — не мог не напомнить Олег.

— Я знаю.

— Она была совсем ребенком.

— Совсем ребенок ты лет в двенадцать-тринадцать… Вот тогда ты действительно плохо понимаешь, что происходит и к чему может привести. И то начинаешь догадываться, что к чему.

— Не пугай меня, а то мне начинается казаться, что твои сексуальные подвиги начались с двенадцати лет! Надеюсь это не так? — прищурился одним глазом Олег, в полушутку.

— Нет, к счастью, — вполне серьезно ответил Штоколов, — Так что хватит называть ее ребенком! Она вполне соображающий человек. Да, она любит меня, но и я люблю ее. Я счастлив с ней, понимаешь? Я что не имею права быть счастливым?

— Имеешь… И вообще, все это наговорил лишь потому, что не знал, что с ней рядом ты. Мало ли, правда, был бы какой-нибудь моральный урод… Я очень рад, что ты счастлив, — развел руками Олег.

— Да правда что ли?! Ну, слава богу, а то мне началось казаться, что вокруг меня все такие друзья, как Иван!

— Штокол, я хоть раз давал тебе повод так обо мне думать?

— Ну, сейчас мне казалось, что ты не способен принять мое счастье.

— Она идеально для тебя подходит. Это то, что ты искал. Ее любовь чистая и безусловная, ведь ты этого хотел? Она все простит, все поймет. Она смотрит на мир твоими глазами. Я понимаю тебя. И если бы такая Лена попалась мне тогда, когда я ушел со льда…, наверное, я тоже не хотел бы ее упускать…

— Что ты имеешь в виду? — не понял Штоколов.

— Как бы тебе объяснить… Лед был для тебя всем, правильно?

— Да…

— Льда не стало. Жизнь опустела. Но появилась Лена, готовая наполнить твою жизнь. Ты для нее идол, почти бог… А она — твой спасательный круг. Ты потерялся и должен был за что-то ухватиться, и ухватился… Она помогла тебе не растерять самоуважения и сохранить твое хрупкое, но непомерно большое Эго. Победы питали твое самолюбие. Лед остался позади, а раздутое самолюбие осталось. Его надо было чем-то подпитывать. С этим справилась Лена. Не так ли?

— Не так! Я ее люблю!

— Естественно! Ты и лед любил! Ты любишь все, что делает тебя величественным в твоих же глазах!

— И это мне говоришь ты — мой друг?! — негодовал Штоколов.

— Именно я и говорю, больше никто не рискнет! — честно сказал Олег.

— Мне кажется, ты не прав… Я просто люблю ее…

— Я же не сказал, что это плохо. Лед ты любил преданно и верно! Да почему любил, и сейчас любишь…

— Лена — не лед! Она живой человек!

— Поверь мне, в твоем случае — это не главное, — покачал головой Олег.

— Что ты за человек такой, а? Почему ты не даешь мне поверить в то, что я способен любить?!

— Ты ей изменял?

— Причем тут это?! — недовольно сдвинул брови Штоколов.

— Все понятно.

— Что понятно?

— Перестань вставлять другим, и я поверю, что ты способен любить. Любовь без верности — это похоть…

— Почему ты все время хочешь сделать из меня пошлого подонка?!

— Я?! Это же ты изменяешь! Сколько раз?!

— Какая разница? — негодовал от вопросов друга Кирилл.

— Оба-на! Счет потерял?!

— Раз! С Элей. И вообще это не измена, а жизненный урок для Ивана! И Лена меня уже простила!

— Интересная трактовка измены… Ты эту лапшу ей на уши вешал? — усмехнулся Олег.

— Что значит «лапшу»? Это правда! Я смотрю, Лена единственный человек, который меня понимает!

— Она не понимает, она принимает, все, безоговорочно и не раздумывая, а это разные вещи. Она не оценивает ситуацию сама, она соглашается с твоей оценкой. Она единственный человек, который готов вместе с тобой оправдывать твою подлость.

— Это называется любовь и взаимопонимание, а тебе просто завидно!

— Естественно, отчасти завидно, и я не отрицаю. Я бы тоже хотел, чтобы на меня смотрели как на Бога. Я знаю, что для тебя это лучший вариант, и я рад за тебя. Искренне рад. Просто постарайся сделать так, чтобы когда у Лены разобьются розовые очки, она не стояла в ураган перед обрывом и не рухнула бы туда…

— Олег, как ты дружишь со мной, если считаешь таким безнадежным дерьмом?! — удивлялся Штоколов.

— Ты не дерьмо. Ты искренне ничего не замечаешь, тебе кажется, что ты делаешь как лучше… Ты мой друг, я хочу, чтобы ты был счастлив. Но не забывай того, за счет кого это счастье приходит в твою жизнь…

— Я никогда не сделаю Лене больно.

— Я знаю. Нарочно не сделаешь.

— Никак не сделаю! Хотя бы из чувства благодарности…

— А зачем ты заставляешь ее уйти из спорта?

— Я не заставлял. Она раньше хотела, я ее отговаривал, а сейчас, ей этот Эдик просто прохода не дает, тут вокруг нее вьется, приходим домой, пишет ей и пишет! Я подумал, что от греха подальше ей лучше уйти…

— Чтобы тебе спокойнее стало, а как же ее карьера?

— Ну, Олимпийской чемпионкой она вряд ли станет, а тогда какой смысл?

— Какой ты циник.

— Я — реалист. Она мечтала стать моей женой. Пускай ей и будет, — заметил Кирилл.

— И что, запрешь ее в четырех стенах?

— Нет, конечно. У нее есть универ, есть свои интересы, просто не будет изнурительных тренировок…

— Ладно, это уже ваша семья, и ваше дело, могу пожелать вам только счастья, — пожелал Олег.

— За это спасибо, — улыбнулся Кирилл, — Ладно пойду к Завьялову, скажу, что поеду с женой.

— Даже так?

— Да. Она мне нужна…

— Она значит для тебя больше, чем я думал.

— Намного больше, — заметил Штоколов.