Глава 23. Самум в крепости

У алавирцев был по крайней мере один маг — огненный. Когда я бросилась вверх по ступенькам, мимо, обдав кожу жаром, пролетел шар из пламени. Трейси была начеку и погасила его в воздухе, мгновенно ответив собственной атакой.

Только поднявшись по лестнице, я смогла оценить, насколько мы влипли. Погреб находился под руинами небольшого каменного здания, от которого остался лишь первый этаж. Выход из него был завален еще в тот день, когда стены и потолок обрушились. Позже первый этаж немного расчистили от обломков, очевидно, собираясь восстановить здание, но дальше этой весьма скромной уборки дело не пошло. А теперь наша команда фактически оказалась заперта в развалине, по которой шагу нельзя было сделать, чтобы не споткнуться о камни или балки.

Ни о каком нормальном сражении и речи быть не могло. Особенно с учетом того, что нас ждали.

Лэн и остальные давно могли бы выпрыгнуть через пустые оконные проемы или перемахнуть через стену там, где она была разрушена почти до основания, но нас попросту не подпускали туда, забрасывая магическими снарядами и обстреливая из луков. Я даже толком не видела, где наши противники и сколько их!

Огненный маг, которого было не видно за преградами, не смутился того, что его предыдущую атаку отразили, и засыпал нас искрами. Асгер просто прикрылся рукой, а я по привычке встала спиной к спине с Трейси. Подруга, шикнув, смахнула огонек с рыжих волос. Кем бы ни был ее противник, он обладал большей силой, чем она.

— Сколько их? — спросила я.

— Не знаю, — раздраженно бросила Трейси. — Магов двое, огневик и воздушник, не дают нам выбраться отсюда. Как знали, что мы именно отсюда появимся.

Вряд ли это было так, в противном случае нас бы заблокировали еще в пещере. Но спорить с подругой я не стала — не до того. Взгляд уже нашел место, подходящее для того, чтобы атаковать алавирцев.

Совсем рядом с руинами в небо поднималась круглая башня, сложенная из серовато-желтого известняка. В былые времена с ее вершины стражники наблюдали за морем, но верхушка была начисто снесена то ли магией, то ли гигантским снарядом. Нынешняя верхняя площадка в действительности была одним из этажей башни, когда-то жилым, зияла проломами и теперь «смотрела» внутрь крепости. Если добраться туда, наши враги будут как на ладони. А они, судя по всему, выгодную позицию занять еще не успели, потому что я не заметила с той стороны ни одной атаки.

— Прикроешь? — я указала Трейси на башню.

— Ага. Порви их к демонам, Лия. Эфра! — позвала подруга. — Бахнем вместе?

Седой лекарь-алхимик кивнул, с ухмылкой выхватив из своего сундучка мутную сферу — бомбочку, содержащую едкий дым и напрочь отбивающую желание нарываться на проблемы в течение как минимум минуты.

— На счет «три», — скомандовала Трейси. — Раз…

Я быстро оглянулась назад, на Асгера. Напарник хмурился, но, слава богу, за руки меня больше не хватал.

— Не отставай, — сказала я и помчалась сквозь руины поближе к башне.

Каждый шаг вздымал облачко пыли на древних каменных плитах и грудах обломков. После прохлады темной пещеры на жаре тяжело было дышать, а кожа мгновенно вспотела, но я старалась не терять концентрацию и вновь окружила себя магическим щитом. На миг задумалась, не стоит ли проделать ту же штуку с Асгером, но поддерживать два щита в движении, тем более вокруг человека, который одним касанием уничтожает чары, было слишком сложно. Придется надеяться на удачу.

— Два…

Перебегая из комнаты в комнату разрушенного дома, я мельком заметила Дайша. Он прижимался плечом к стене, следя из окна за противниками. Пальцы и губы нанимателя слабо шевелились, и с каждым движением тени возле него становились гуще, хотя солнце было еще высоко и хорошо освещало крепость, спрятанную между скалами.

Дайш владел магией тьмы. Эта способность редко встречалась у людей, зато часто — у темных эльфов, которые до появления дьярхов в этом мире были олицетворением зла. Каждый раз, когда я видела, как наниматель колдует, с особой отчетливостью понимала, почему он выбрал путь криминального авторитета, вместо того чтобы пытаться попасть в магическую гильдию, а оттуда –

на уважаемую должность городского или дворцового мага.

Если единственное, что ты умеешь, — это превращаться в тень и обрушивать на головы своих врагов непроглядный мрак, в мире законопослушных граждан для тебя найдется не так уж много применений.

— Три!

Скалы взорвались звуками, цветами и запахами. Не знаю, слышал ли Дайш, о чем мы договариваемся с Трейси и Эфрой, но он выпустил свои тени наружу в тот же самый момент. Судя по крикам товарищей и донесшейся до меня резкой вони, от которой захотелось чихнуть, не все пошло так, как планировалось, но я не стала замедляться или отклоняться от курса. Цели мы добились — враги пришли в замешательство, и обстрел на несколько мгновений прекратился.

Дорогу к башне преграждала стена. Можно было обойти, но я подпрыгнула и взмыла в воздух. В

ладонях пульсировало то же стихийное заклинание, каким я совсем недавно поднимала Лэна в пещере. Такое напряжение магической энергии сразу же отозвалось болью в венах. Но больше мне не надо было цедить магию по капле — критической величиной стало время. Чем дольше я копаюсь — тем выше шансы, что моих друзей перебьют.

Сзади раздалась приглушенная ругань Асгера. Его-то я переносить через стену не стала — это тоже меня сильно замедлило бы. А я и так на какое-то время превратилась в отличную мишень.

Коротко глянув назад, я убедилась, что напарник справляется сам, и вбежала в заманчиво приоткрытую дверь башни. Внутри царила разруха, пахло звериным пометом, а под потолком испуганно заметалась птица. Но каменная лестница наверх сохранилась.

Дыхание сбилось, когда я перепрыгивала через ступеньки. Солнечные лучи, проходящие сквозь узкие бойницы, золотыми нитями разрезали темное пространство башенных помещений. Спустя десятилетия сложно было понять, что здесь располагалось сначала и для чего позже башню использовали пираты. Да я и не присматривалась — старалась быстрее попасть наверх и помочь команде.

На последний пролет я выскочила так быстро, что на миг ослепла от бьющего в глаза солнца.

Поэтому даже не поняла сначала, во что врезалась — мягкое, теплое и внезапно выругавшееся на незнакомом языке.

Мы отскочили друг от друга одновременно, одинаково растерявшись из-за неожиданного столкновения. На меня таращился мужчина лет сорока, одетый в легкие доспехи с чужеземным гербом. И без этого я поняла, что передо мной алавирец, — по светлой коже, голубым глазам и темным волосам. Должно быть, он поднялся на вершину башни всего за минуту до меня, потому что на его лбу блестел пот, а дыхание было тяжелым.

И еще в его руках сверкало, переливаясь, почти готовое заклятие. А у меня не осталось в запасе никаких «быстрых» чар — всё уже было разряжено раньше.

Отпрыгнув от противника, я схватила с пояса небольшую дымовую бомбочку вроде той, что воспользовался Эфра, но с более слабым эффектом. Это был скорее шаг отчаяния, чем какое-то продуманное действие. Дым мог в лучшем случае сбить алавирца с толку и выиграть мне пару секунд, но не более того.

Когда враг легко уклонился от снаряда, вместе с этим дочитав последние слова заклинания, я поняла, что влипла.

В грудь будто ударило кувалдой, отбросив меня к краю площадки. И все бы ничего, но она в этом месте обрывалась. Никакой стены, никаких поручней — доски заканчивались прямо над скалой, до которой было еще лететь метров пять.

Почувствовав, что твердая поверхность уходит из-под ног, я успела только вдохнуть — рвано, неглубоко. Страх и сила удара парализовали тело. Ладони сжались… но удержаться за воздух не смогли бы и гораздо более опытные маги, чем я.

Когда я рухнула с башни, в голове не было ни единой мысли. Только ужас. Мозг словно отказывался думать о том, что всё, это конец. Глупый и бесславный.

А в следующую секунду меня дернуло за руку так, что кости чуть не выскочили из суставов. Я

вскрикнула от боли — и тут же испытала огромное облегчение.

Я не упала. Не разбилась о камни!

Теперь меня болтало у стены крепости, у всех на виду, а рука отчаянно болела, но это были мелочи по сравнению с тем, что едва не произошло. Быстрый взгляд вниз дал понять, что пролетела я не так уж и много. Похоже, за чудесное спасение следовало благодарить браслеты –

полоска серебра на запястье впилась в кожу и выглядела так, словно зацепилась за что-то невидимое, не позволяя мне упасть.

Затем меня внезапно снова болтануло и немного спустило вниз, ближе к земле. Наверное, это

Асгер поднялся на вершину башни.

Напарнику, невосприимчивому к человеческой магии, было проще выдержать атаки засевшего там алавирца, но не стоило забывать, что фактически на запястье у Асгера вишу я. В любом случае мне нельзя было все это время болтаться у стены, как сопля на веревочке, и ждать, что меня кто-то вытащит.

Как ни странно, после встряски голова заработала на ура, а мысли были кристально чистыми.

Заклинания всплывали в памяти за долю секунды, а такой великолепной концентрации у меня не бывало, кажется, даже на спокойных, регулярных тренировках в особняке Дайша. Воздушный импульс, земляное заклинание притяжения, удачно подвернувшаяся бойница — и я закрепилась на стене, собираясь карабкаться наверх.

Но не успела. Мимо с заставившим меня вздрогнуть воплем пролетел мужчина. Сердце екнуло — и только потом я поняла, что у этого человека были черные волосы.

Черные. Значит, это не Асгер.

— ЛИЯ! — страшным, пробирающим до самого нутра голосом заорали сверху.

— Здесь я!

Чтобы он точно заметил, я махнула рукой. В тот же миг с края башни свесилась веревка.

Не прошло и полминуты, как я стояла на досках верхнего пролета — и тут же меня оттащили в сторону и заключили в тесные, терпко пахнущие объятия. Такие крепкие, будто меня пытались раздавить.

Я хотела возмутиться, сказать, что у меня и так кости болят, и вообще, тут как бы между прочим идет сражение. Но не смогла. Меня захлестнуло волной чувств Асгера — как будто свои собственные эмоции, я ощутила его испуг за меня, ярость и облегчение, что я все-таки жива.

— Я уже думал, что ты…

Он не закончил. Замолчал, уткнувшись мне в волосы. А я прижалась к его груди. И отчего-то мне совершенно не хотелось напоминать, что если бы я умерла, то и он погиб бы в ту же секунду.

— Все в порядке, Ас. Все в порядке.

Мы могли бы так простоять целую вечность. Но схватка не давала о себе забыть — над нашими головами со свистом пролетела стрела. От атак прикрывал кусок стены, однако враги нас уже заметили, а это означало, что скоро у нас могут появиться гости. Да и в принципе колдовать под обстрелом было довольно нервно.

Когда о стену рядом с нами, звякнув наконечником, ударилась вторая стрела, Асгер выругался.

— Чтоб им сдохнуть!

— Хм, а мне казалось, ты против убийств алавирцев, — пробормотала я, вспомнив о пролетевшем мимо маге, пока я висела на стене башни.

Что-то подсказывало, что уж он-то точно не выжил после приземления.

— В тот момент они не пытались убить мою жену.

— Да, ты прав, это совсем другое.

— Рад, что ты понимаешь.

Усмехнувшись, я создала перед собой воздушный щит, который должен был отразить легкие снаряды вроде стрел, и выглянула из укрытия.

Положение у нашей команды все еще оставалось паршивым. Они до сих пор не выбрались из руин здания, несмотря на все хитрости и уловки, и вряд ли вообще смогут это сделать без серьезного, мощного колдовства. Алавирцы сильно превосходили нас числом — я насчитала около двадцати человек. Против нашей скромной семерки! Альтес, восьмой, оставался в погребе, да и нечего ему, раненому, было тут делать.

Впрочем, и у врагов дела обстояли не так уж радужно. По брошенным лопатам в ямах и раскинутым абы как вещам становилось ясно, что, если бы не предательство Оррса, наше появление застало бы их врасплох. Вдобавок товарищи вывели нескольких человек из игры.

Увы, шансы не сравнялись и близко. Алавирцы даже не пытались приблизиться к руинам, а атаковали издалека, не желая рисковать и рассчитывая, что этого хватит. То, что они не послали на башню вместе со своим магом поддержку из обычных воинов, тоже о многом говорило. Враги были уверены в своей победе.

Что ж, решая это уравнение, они не учли важную переменную — меня.

Я приметила мужчину, который отдавал остальным приказы. Светлокожий и черноволосый, как большинство алавирцев, он отличался более высоким ростом, а на пальцах под солнцем сверкали перстни с драгоценными камнями. Чаще всего они указывали в сторону руин, где застряла команда. Основную силу удара надо было сконцентрировать именно на этом человеке — без командира алавирцы будут совершать больше ошибок, а нам это только на руку.

В этот миг огненный маг в очередной раз направил в разрушенное здание мощную струю огня,

которой позавидовал бы любой огнемет. Из руин ответили ожесточенной стрелково-магической атакой, но я слишком хорошо знала команду, поэтому поняла: они выдыхаются. У них заканчиваются боеприпасы, Эфра атакующей магией не владеет, а Трейси и Дайш не могут колдовать бесконечно.

Еще и в меня полетела очередная стрела, а за ней другая.

Я быстро вернулась под защиту башенной стены, не желая испытывать колдовской щит на прочность. Пора заняться чем-нибудь посерьезнее, а то так дождемся, что к нам с Асгером все-таки вышлют отряд.

— Можешь прикрыть меня от стрел? — спросила я напарника.

— Конечно, — он выставил вперед свой круглый деревянный щит. — А что с твоими защитными заклинаниями?

— Я не так давно маг. Мне трудно поддерживать защитные заклятия, пока я создаю другое мощное колдовство, — пробормотала я, прикрывая веки и сосредотачиваясь. — Будь готов.

Заклинание, которое помогло бы товарищам, сразу же пришло в голову. Не в последнюю очередь потому, что в действительности за два года в Мараисе я успела выучить не так уж много заклинаний. Мне просто повезло — внушительный запас внутренней энергии, который большинство волшебников развивали у себя десятилетиями, достался мне от рождения.

Обычно хватало гораздо меньшего объема, даже когда я весьма эффектно припугнула Танцора на складе. Но сейчас придется зачерпнуть всё, до самого дна.

Слова заклинания помогли «оживить» эту внутреннюю энергию и придать ей нужную форму.

Вены немного заныли от того, сколько магии по ним потекло. В голове загудело. Кивков подав знак Асгеру, я вновь высунулась из пролома.

Воздушная магия была моей любимой. Воздух есть всегда и везде, где есть человек. Воздухом сложно убить, зато легко припугнуть — и враг в твоих руках. А можно создать хаос, заставив предметы летать… Или не предметы, а людей.

Я выстроила заклинание, расположив его «силовые линии» рядом с врагами. Меня, конечно же, заметили, и в щит воткнулось несколько стрел. Удары о плотно сшитые доски действовали на нервы, но я держалась, поглядывая на железные наконечники, вышедшие с другой стороны.

Асгер зашипел — ему тоже было непросто удержать щит так, чтобы я видела внутренний двор форта и при этом нас не подстрелили.

«Давай же, Юлька, давай», — мысленно поторапливала я себя. Из-за усталости действия замедлялись, но я старалась делать все так быстро, как это возможно. Рука Асгера дрогнула, когда в щит вонзилась новая стрела, другая пролетела мимо, чуть не задев меня. Командир алавирцев наконец-то сообразил, что вражеский маг на башне — это не к добру, и отправил к нам нескольких человек.

Я была уже почти готова. Осталось только глубоко вдохнуть…

Порывы шквального ветра сбили с ног и предводителя алавирцев, и тех мужчин, которые перебежками приближались к башне. Вверх взметнулись целые облака пыли, опавших листьев и хвои. Я напрягла силы, увеличивая мощь воздушных потоков и формируя из них «кулаки». Один прицельный удар, второй… На землю свалился огненный маг, сосредоточенный на заклинании и не ожидавший нападения. Но лучники, обстреливавшие руины, пригнулись, бросили луки и достали оружие ближнего боя.

Нет-нет, это совсем не то, чего я пыталась добиться!

Сжав зубы, я добавила заклинанию силы. Голова загудела, как колокол, зато огненного мага протащило по земле и присоединило к командиру алавирцев. Ветер в крепостном дворе поднялся такой, что при очередном порыве у Асгера чуть не вырвало щит из руки, и он, выругавшись, убрал его. Все равно при такой буре никто не смог бы в меня попасть. Дело было не только в штормовых порывах, но и в плотной завесе пыли, мелкие частички которой больно били по глазам. Сквозь эту пелену было едва видно руины здания, в котором застряла команда.

Оставалось лишь надеяться, что они не станут соваться под мое заклинание, чтобы их нечаянно не ранило.

Некоторые враги еще сопротивлялись, несмотря на крутившиеся по площадке вихри и торнадо. Я

закручивала их так, что меня шатало саму. В горле першило от того, сколько грязи взвилось с земли, но дело надо было довести до конца. Сформировав еще один поток, я подхватила тяжелые вещевые мешки, брошенные алавирцами на краю двора. Расход магии к этому моменту был таким, что меня придавило к полу, словно все эти тюки повалились на меня сверху. Я все же выдавила из себя усилие и швырнула их в противников, которые притаились у противоположной башни, от которой остался лишь первый уровень.

Сквозь бешеный свист ветра донеслись крики. Если я и не вывела спрятавшуюся группу алавирцев из строя, то по меньшей мере навела среди них шороху.

Но это было последним, на что я оказалась способна. Попытка отбросить от башни слишком близко подобравшегося алавирца закончилась простым взмахом руками — без единого эффекта.

Воздух рядом со мной даже не колыхнулся. Наоборот, поднятый на площадке ветер утихомиривался, пыль оседала обратно на вековые каменные плиты.

Моя сила иссякла. Я облизнула сухие губы и спряталась обратно за сломанную стену. Мышцы не отозвались болью, но всё тело ощущалось так, будто его вычистили изнутри и набили опилками.

Асгер широко раскрытыми глазами смотрел на меня. Грива русых волос у него была растрепана, и в прядях застряла желтая хвоинка.

— Ты это… приглядишь за мной? — хрипло попросила я. — Там у нас гости скоро будут.

— Ага, — ответил он, продолжая таращиться на меня.

Я попыталась улыбнуться, но не уверена, что смогла. Стена манила к себе. Я прислонилась, надеясь передохнуть пару секунд, и уже сделав это, запоздало поняла, что проваливаюсь в глубокий сон.