Глава 7

Анна

Умеет Сторожилов в ступор вогнать — даже не дал возможности возразить! Что это на него, интересно, нашло? «Живем вместе, едим вместе, и двадцать четыре часа находимся тоже вместе!» Придумает тоже. А Мишка ведется, как маленький мальчик. Губы надул, исподлобья смотрит, и сразу видно, что парень злится. Слишком хорошо я его знаю и изучила все его повадки.

Хотя, я бы тоже поверила, глядя на довольное лицо Антона и на мое молчание по этому поводу. Ладно, потом разберемся, и так голова крyгом от этого допроса.

Официантка предлагает присесть за стол, а через пять минут приносит мне кофе и бутерброды. Пытаюсь возразить, но она улыбается и молча уходит, оставляя посуду с едой на столе.

Чувствую, как желудок начинает урчать. Делаю глоток кофе, после чего откусываю кусок от горячего бутерброда. Нервное перенапряжение дает о себе знать — такое чувство, что не ела неделю, а то и две! Сама не замечаю, как тарелка становится пустой, а кофе заканчивается.

Смотрю на официантку, которая косится в мою сторону. А что, разочек можно и понаглеть, раз сам Антон Владимирович дал мне все карты в руки! Усмехаюсь, вспоминая, как он раздавал указания своим подчиненным. А что, ему идет роль начальника, мне нравится.

Подзываю девушку и заказываю горячий шоколад. И большой кусок торта в придачу. Гулять, так гулять, как говорится! Еще неизвестно, когда сегодня удастся поесть во второй раз.

Пока готовят мой заказ, откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза. Негромко играет медленная композиция, и самое время расслабиться. Михалыч крепко сидит у меня в голове, не давая возможности подумать о чем-то другом. Кому же он помешал, в конце-то концов? И что пропало из сейфа? Если бы точно знать, что там лежало, уверена, вычислить преступника стало бы проще. Однако, до недавнего времени я даже не подозревала, что этот сейф вообще в природе существовал.

Слышу, как подходит официантка, и открываю глаза. Делаю глоток еще горячего напитка и откусываю торт — красота! Почему-то именно сегодня потянуло на сладкое. Вот и надо наслаждаться моментом и гнать все неприятные мысли прочь.

Сразу на ум приходит Мишка Андреев. Мой верный друг и тайный поклонник. Хотя, не такой уж и тайный — столько лет влюблен, начиная еще со старших классов. Помню, как он впервые написал записку с предложением пойти на выходных в кино. И как я тогда повернулась в его сторону, а парнишка покраснел.

Каждый раз культурно ему объясняю, что мы можем быть только друзьями, однако он периодически продолжает делать попытки сблизиться и стать для меня кем-то большим. Хороший мальчик, добрый и отзывчивый — ну почему я не могу в него влюбиться? Почему нас всегда тянет на грубиянов, хулиганов и нахалов типа Сторожилова? Ведь заранее знаем, что поиграет и бросит, забудет, как тебя зовут, и даже не поздоровается, увидев на улице, однако все равно лезем в заранее провальные отношения с одной мыслью «А вдруг я — та единственная и неповторимая, которая на всю жизнь? А вдруг именно меня он полюбит, и мы будем жить долго и счастливо?» И так каждый раз.

А Мишка долго и терпеливо меня ждет.

Месяц назад, когда мы с девочками и Катиным Артёмом пришли в клуб, и я увидела Антона, который своей коронной фразой «Привет, Мартышка!» вывел меня из себя, чуть не сделала глупость. Во-первых, со злости выпила лишнего, что на меня не похоже. А во-вторых, зачем-то начала строить глазки Мишке. Еще и танцевать с ним поперлась. И если бы не девчонки, которые забрали меня домой, неизвестно, где бы я очутилась к утру.

Спрашивается, зачем я это сделала?

Андреев после этого распушил хвост, как индюк, видимо, решив, что я наконец-то отвечаю ему взаимностью. И начал названивать, приглашая то в ресторан, то в кино, то в клуб. Слава Богу, хоть не к себе домой! Пришлось на время забыть про танцы и не мелькать у него перед глазами.

Знаю, что Антон взял его на работу после того, как Мишка ушел из дома. У него непростые отношения с отчимом, который довольно богатый человек по меркам нашего города. Совместный ребенок с Мишкиной матерью — и про моего друга забыли. В чем суть дела — я точно не знаю, никогда не лезла с этими вопросами, но Михаил собрал вещи и ушел жить к другу. Потом уже снял жилье, перешел работать в клуб к Антону. Сейчас имеет собственную двушку, машину, неплохой доход, но с родителями и братом так отношения и не наладил.

Но мне все равно, что он там имеет, потому что друзей не выбирают по положению в обществе или доходам. Друзей выбирают по другим критериям, и Мишка не раз меня поддерживал. Особенно, когда эта поддержка была крайне необходима. Но тем не менее во что-то большее эта дружба так и не переросла.

Снова откидываюсь на спинку кресла, закрывая глаза…

* * *

Одиннадцать лет назад…

— Мам, давай я никуда не пойду, — присаживаюсь возле кровати, беря маму за руку.

Второй день мучается мигренью, смотреть уже на нее не могу. Отец вчера уехал за границу на очередную конференцию по вопросам выхода из мирового экономического кризиса. Мама должна была лететь с ним, но приступ болезни оставил ее дома.

— Иди уже, а то девчонки заждались, — пытается усмехнуться мама. — Таблетку выпила, постараюсь заснуть. Завтра, надеюсь, все пройдет. Магнитные бури, чтоб их. Знаешь же, как я вечно на них реагирую.

— Подождут девчонки, ничего с ними не случится, — ворчу в ответ.

— Вы у Кати ночевать останетесь? — интересуется, пристально глядя на меня.

— Ага, — выдерживаю ее взгляд, в голове прокручивая только один вопрос «Хоть бы не позвонила!». — Ты же знаешь, завтра контрольные по алгебре и физике, а эти две звезды ни бум-бум ни в том, ни в другом. Им бы только сочинения писать, а не задачки решать. А Пантелеевна пообещала дать каждому разные задания, чтобы не списывали. Придется их подтянуть, а то и так уже скатились дальше некуда.

— Главное, завтра в школу не опоздайте, — мама закрывает глаза, прикладывая руку к голове. — Чтобы я потом за тебя не краснела.

— Люблю тебя, — целую ее в щеку и убегаю в свою комнату.

Рюкзак на завтра уже собран, включая вещи, чтобы переодеться. Надеюсь, у мамы хватит ума не звонить Дарине с Катей. Иначе я попаду по полной программе!

Девчонок предупреждать не стала: меньше знают — крепче спят по ночам. А то достанут своими нравоучениями. И могут не прикрыть, если узнают, куда я на самом деле собираюсь.

Уже на пороге кричу маме, чтобы звонила, если станет плохо, и выбегаю на улицу.

Антон курит, облокотившись о капот машины, поджидая меня. Стоит спиной к выходу со двора, и я на пару секунд останавливаюсь, глядя на него. Даже представить себе не могла, что самый красивый парень в школе обратит на меня внимание! И мы будем вместе!

Усмехаюсь, вспоминая, как в понедельник, после нашего уже совместного похода в клуб, где парень подрался из-за меня, а также первого поцелуя, Антон смело подошел ко мне на перемене, поздоровавшись и поцеловав в щечку. Я покраснела, а у всех окружающих пропал дар речи. И ступор напал.

Мои подружки накинулись на меня с требованиями объяснения. Катюха, в принципе, была немного в курсе, так как в субботу обеспечивала группу прикрытия, а вот Дарина разошлась не на шутку.

— Интересно, когда вы успели снюхаться! — ворчала подруга, когда мы шли домой из школы. Все уроки я упорно игнорировала ее вопросы, но она не сдавалась. — Аня, он же бросит тебя, даже глазом не моргнув! Такие, как он, любить не умеют!

— Отстань от нее, — заступалась Катя. — А вдруг ты ошибаешься?

— Ага, сто процентов ошибаюсь. Сама-то давно слезы лила и сопли размазывала по лицу из-за своего мажора? — Дарина продолжала напирать, а Катя замолчала и начала сопеть, опустив глаза вниз. — Какая может быть любовь со Сторожиловым, объясните мне? У него большими буквами на лбу написано: «Бабник»! Поиграет с этой дурочкой и бросит. А нам потом очередные сопли вытирать придется?

— Значит, будем вытирать, — выпалила Катя. — Чего ты разворчалась, как бабка старая? Пусть встречается, с кем хочет! На то мы и подруги, чтобы поддерживать в трудную минуту.

— Девочки, не ссорьтесь, — теперь пришла моя очередь влезть. — Он мне нравится, — Дарина скривилась, но промолчала. — Очень. Кажется, я влюбилась.

— Глупостей только не наделай, — дала последние наставления Дарина.

— И поаккуратнее там, — закончила Катюха.

И вот теперь я собираюсь сделать глупость, как бы охарактеризовали мой сегодняшний поступок подруги. Но им об этом знать не обязательно — никому не расскажу!

Антон поворачивается в мою сторону, и я двигаюсь к нему. Целует, заключая в объятия.

— Проблем не было? — спрашивает, одной рукой все еще обнимая за талию, а другой убирая прядь за ушко.

— Нет, — улыбаюсь, так как очень рада его видеть. — Отпустили до утра.

— Со мной? — поднимает обе брови вверх.

— Нет, конечно, — смеюсь в ответ. — Пока только с Катей и Дариной. Будем учить физику и алгебру.

— Тогда поехали учить, — помогает мне сесть на переднее пассажирское кресло, закрывая за мной дверь.

Мы вместе уже почти три недели. Конечно же, я понимаю, что одними поцелуями наши встречи ограничиться не могут. Даже самой интересно, как это происходит в первый раз.

Антон не настаивал, предоставив мне самой решить, когда этот первый раз будет. Никаких сроков и ограничений, он готов подождать столько времени, сколько потребуется, чтобы я приняла решение. А я хочу, чтобы он был первым мужчиной в моей жизни. Даже если, как выразилась моя подруга, об этом через какое-то время пожалею. И я решилась…

В квартире парень просит закрыть глаза и за руку ведет к себе в комнату. Говорит, что приготовил сюрприз. Но мне вообще-то достаточно и того, что он рядом.

— Открывай, — шепчет на ушко, стоя за спиной.

Мои глаза округляются при виде невероятной картины — журнальный столик, на котором горят две свечи, сделанные в виде огромных сердец, бокалы, шампанское и фрукты, красиво разложенные на тарелке.

— Антон, — только и могу произнести, поворачиваясь к нему лицом.

— В фильме одном подсмотрел, решил для тебя так же сделать. В первый раз, кстати, — усмехается, целуя меня в нос и подталкивая к столу.

Знаю, что отца Антона вызвали в Москву на какую-то срочную операцию, а мама поехала с ним проверить, как там ее бизнес. Она — стоматолог, долгое время работала в Сибири в одной из престижных клиник, а недавно стала совладельцем одного из стоматологических центов в столице. Когда переедут туда жить, вернется к практике. Так что нам сегодня никто не помешает.

Парень наливает в бокалы искрящуюся жидкость и предлагает выпить:

— За тебя, — раздается звон.

— И за тебя, — произношу негромко в ответ.

Разговариваем на нейтральные темы, но я все равно нервничаю. Антон пытается отвлечь, рассказывая смешные истории из прошлой жизни. Слушаю вполуха, так как даже не могу сосредоточиться и понять, о чем он ведет речь.

— Все в порядке? — парень берет меня за руку, сжимая мои заледеневшие пальцы в ладони.

— Не совсем, — тяжело вздыхаю, наслаждаясь его прикосновениями. — Боюсь очень, — честно признаюсь, а он улыбается в ответ.

— Если не готова, то давай не будем, я не настаиваю, — отставляет свой бокал в сторону, пододвигаясь ко мне. Берет мое лицо в свои руки, наклоняясь очень близко, и произносит прямо в губы: — Я люблю тебя, Анюта, — и целует. Сначала нежно и аккуратно, а после того, как расслабляюсь немного — настойчивее, одной рукой удерживая за шею, другой за талию.

А я отвечаю взаимностью. Верю каждому его слову — ему просто нельзя не поверить! Сердце колотится в бешенном ритме, а дыхание учащается. Если бы стояла, то ноги подкосились бы точно, а так только теснее прижимаюсь к парню.

Он аккуратно укладывает меня на диван, продолжая целовать и нежно касаться спины рукой, аккуратно дотрагиваясь до кожи. Плавно движется по позвоночнику вверх, расстегивая застежку бюстгальтера, после чего прерывает наш поцелуй, медленно снимая с меня сначала кофточку, затем верхнюю часть нижнего белья.

Несколько секунд смотрит на мое тело, а я начинаю дрожать то ли от нервного перенапряжения, то ли от переизбытка эмоций. Наверное, я покраснела, но, слава Богу, Антон этого не видит. Тяну руку, чтобы прикрыть свою наготу, но он ловит ее своей большой ладонью, переплетая наши пальцы.

— Не надо, Анют, — поднимает мою руку к лицу и целует, снова вгоняя меня в краску. — Давно хотел на тебя посмотреть.

Снова припадает к моим губам в жарком поцелуе, и я расслабляюсь. Как же здорово находиться в его объятиях, ни за что не откажусь!

Его губы начинают плавно двигаться к шее, затем опускаясь на ключицу и живот, оставляя на теле дорожку из поцелуев, которая уже горит вовсю. Я еще немного стесняюсь, особенно когда парень снимает с меня джинсы, оставляя лишь бикини. Пытаюсь прикрыться, но он снова ловит мои руки, уводя их в сторону. Проводит пальцами по внутренней стороне бедра, заставляя меня снова и снова дрожать, большим пальцем подхватывая край трусиков и медленно спуская их вниз.

— Не хочешь меня тоже раздеть? — приближает свое лицо к моему, пристально глядя в глаза, когда я лежу под ним, в чем мать родила. Даже в полутемной комнате вижу, как пляшут черти в его зрачках. А свет от огня свечей придает его взгляду какой-то таинственности. По-моему, я перечитала любовных романов, что мне уже черти и магия мерещатся кругом.

Начинаю медленно расстегивать пуговицы на его рубашке, но пальцы не слушаются. Антон усмехается, наблюдая за моими неумелыми действиями. Кое-как справляюсь с пуговицами, выправляя рубашку из брюк и снимая ее.

Тело у него красивое, видно, что парень следит за собой. Натренированное и подкачанное — я такое только в журнале видела. Ни капли жира, одни мышцы, по которым аккуратно провожу рукой. Антон напрягается под моими прикосновениями, но руку не убирает.

Двигаюсь по животу вниз, доходя до преграды в виде ремня. Теперь уже обеими руками пытаюсь его расстегнуть, но пальцы не слушаются. Какой же растяпой я выгляжу в его глазах, аж самой стыдно!

Антон помогает мне, одним коротким движением умело расстегивая пряжку. Стягиваю с него брюки вместе с боксерами, боясь посмотреть вниз и отводя взгляд. Парень снова усмехается, но не пытается на меня надавить.

Слышу звук разрываемой фольги, и понимаю, какая я дурочка. Почему сама не подумала и не спросила о средствах предохранения? Слава Богу, у него есть опыт, и он позаботился.

— Расслабься, малышка, — слышу шепот на ушко, после чего горячее дыхание опаляет мне кожу. — Больно будет только в самом начале.

Пытаюсь не думать ни о чем, кроме парня, находящегося рядом. Очень боюсь, что ему не понравится…

* * *

Наши дни…

— Что-то еще будете? — слышу женский голос и понимаю, что погрузилась в воспоминания с головой, забыв о реальных проблемах.

— Э-ээ, нет, — отвечаю честно, а после встаю и негромко спрашиваю: — А где у вас туалет?

Девушка кивает в сторону двери, которая находится справа от барной стойки. Охранник следует за мной, но я даже не обращаю на него внимания.

Умываюсь, приходя в себя и прогоняя остатки непрошенных воспоминаний. Как лежали потом, обнявшись, а утром чуть не проспали в школу. Антон пообещал мне тогда, что останется учиться здесь. Потому что очень хочет, чтобы мы были вместе. Как же я обрадовалась! Несколько раз его поцеловала, сказала, что тоже очень его люблю, и никто мне кроме него не нужен. А парень улыбался, обнимая рукой за талию.

Выхожу из комнаты и наблюдаю спину охранника. До коридора, где скрылся Антон с Мишкой, несколько шагов, и я бесшумно двигаюсь в сторону открытой двери. Не знаю почему, но не хочу, чтобы меня заметили.

В коридоре всего четыре двери, и только одна из них, дальняя по правой стороне, приоткрыта, и оттуда слышатся мужские голоса, на звук которых я иду.

— И что теперь делать? — произносит Мишка как-то неуверенно.

— Пока временно всё приостанавливаем, — строгий тон Антона. — Надо разобраться, что за хрень происходит вокруг.

— Но Игнат… — начинает мой друг.

— С Игнатом я сам разберусь, — резко перебивает Антон. — Позже встретимся и все решим. Твоя задача за клубом следить, так как у меня сейчас на это не будет времени.

Появляюсь в дверном проеме, и Антон при виде меня улыбается.

— Но я… — снова начинает Миша, но видя, как я захожу в кабинет, замолкает. Смотрит внимательно, не отводя глаз. Ни улыбки, ни тени каких-то дружеских чувств, один пристальный взгляд. Который прожигает насквозь.

— Свободен, — командует Антон, наблюдая за реакцией друга, вставая и подходя ко мне.

Мой друг хмурится, но молча выходит из кабинета.

— Мне нужно еще пару часов, чтобы закончить с делами, — говорит Антон, подводя меня к дивану.

— Я могу поехать домой, — отвечаю спокойно, пожимая плечами. — Чтобы тебе не мешать.

— Ты мне не мешаешь, — как-то очень резко вырывается у него фраза. — И давай не будем старую песню о главном начинать. Пока во всем не разберемся, ты живешь у меня. И находишься под моим пристальным наблюдением двадцать четыре часа. Это, — поднимает руку, чтобы остановить мой порыв возразить, — не обсуждается.

— Тогда мне надо хотя бы вещи забрать из квартиры. Я же не могу ходить постоянно в одном и том же.

— Хорошо, — встает и направляется к своему столу.

Спорить с ним желания нет, хоть я и не согласна с его командным тоном. Девочка я не маленькая, да и что со мной может случиться, в конце-то концов? Никакого отношения к тому, что случилось с шефом, я не имею. Или имею?

Антон вручает мне планшет и диктует пароль от Wi-Fi, предлагая самой себя развлечь, пока он безумно занят. А я, вместо того чтобы лазить по Интернету, наблюдаю за парнем.

«Пока временно приостанавливаем. Надо разобраться, что за хрень происходит» — всплывает последняя фраза Антона в голове. Что бы это могло значить? Неужели он как-то связан с Михалычем и тем, что с ним случилось?

Мотаю головой, прогоняя непрошенные мысли. Господи, какой бред лезет в мою многострадальную голову! Да мало ли у человека дел и проблем насущных? Аня, даже не думай его подозревать! Он хочет помочь, хоть и не должен в принципе с тобой возиться и опекать. Но его забота приятна, и совсем не вызывает раздражения. А уж тем более неприязни.

Улыбаюсь, находя сайт со спорткарами, и на целых два часа погружаюсь в чтение. Чтобы не отвлекать Антона и снова не начать его подозревать во всех смертных грехах.

Парень заставляет меня поесть, когда официантка приносит поднос с тарелками. А я и не слышала, увлекшись чтением, когда он успел заказать обед. Или уже ужин?

Приходится поковыряться в салате и проглотить кусок рыбы, чтобы Антон от меня отстал. А то будет и дальше доставать, что я мало ем, и меня надо откармливать, а то скоро ветром будет сдувать.

Заканчиваем с трапезой и выходим из кабинета. В зале мой спутник ловит пробегающего мимо нас Михаила за руку, сообщая, что сегодня его уже не будет. А значит, мой друг остается, как обычно, за главного. Мишка кивает головой и периодически косится в мою сторону. Даже не обращаю внимания на его злобные взгляды — не пойму только, зачем так бурно реагировать? Ведь объясняла, и не раз, что мы просто друзья. И ничего серьезного у нас с ним нет и быть не может. И Антон тут абсолютно не при чем, что бы там Мишка себе ни напридумывал.

Выходим из клуба, садясь в машину. Антон заводит двигатель, ловко выруливая на проспект.

— И куда мы теперь? — интересуюсь невзначай.

— Есть предложения? — Парень по очереди смотрит то на меня, то на дорогу.

— Нет, — отвечаю честно, и тут у меня в сумке, которую я забыла в машине, звонит телефон.

Достаю гаджет и принимаю вызов, так как на экране высвечивается имя бухгалтера нашего сервиса. Женщина говорит, что не могла до меня дозвониться. Рассказывает взахлеб о том, что случилось с Михалычем, а также сообщает, что сегодня в сервисе орудуют полицейские во главе со следователем. Всех допросили, а женщину чуть ли не пытали с пристрастием, так она напугана. Спрашивали про доходы фирмы, как платятся налоги, и не пытался ли наш Михалыч чего скрыть.

Отвечаю, что я в курсе, а она правильно сделала, что ответила честно. Бухгалтер просит меня приехать, так как понятия не имеет, что ей делать дальше, но Антон отрицательно качает головой, слыша весь наш разговор.

— Завтра, — произносит негромко. — Хватит на сегодня стрессов.

Отвечаю в трубку, чтобы сервис работал в прежнем режиме, а она ни о чем не волновалась. Легко кому-то советовать — самой бы разобраться, что происходит. Заверяю, что завтра обязательно буду и мы все обсудим.

— Черт, — произношу, когда заканчиваю вызов. — Что делать? — поворачиваюсь к парню лицом.

— Пока отдохнуть, — на его лице появляется кривая ухмылка. — Кстати, не хочешь прокатить меня?

— В смысле? — мои глаза округляются.

— Ты столько мне рассказывала о своей любви к спорткарам, — теперь он уже улыбается на все тридцать два зуба. — А я никогда не ездил в автомобиле, когда женщина за рулем! Прокатишь?

Стоим на светофоре, поэтому Антону ничего не мешает смотреть на меня, а не на дорогу. Если честно, то его предложение вводит в ступор. Он готов мне доверить эту красавицу? Или это какой-то подвох?

— Даже не знаю, что сказать, — пожимаю плечами.

— Тебе надо расслабиться, — продолжает давить Антон. — Права с собой?

— Сейчас посмотрю.

Лезу в сумку и через несколько секунд нахожу документ во внутреннем кармане. Вытаскиваю кусок пластика, вертя его в руках у парня перед лицом.

— Тогда за город, а там я готов отдаться в твои надежные руки! — подмигивает и переключается на дорогу, так как загорается зеленый свет.

Возле кафе при выезде из города меняемся местами. Обхожу автомобиль неуверенными шагами, начиная нервничать. Я люблю ездить на спорткарах, хоть и не часто выпадает такая возможность, но именно сейчас как-то боязно. Но отказываться не собираюсь — еще чего, тем более сам предложил! Грех не воспользоваться такой возможностью.

Антон усаживается на пассажирское кресло, принимая расслабленную позу и закидывая руку за голову. А я на всякий случай пристегиваюсь. Двигатель работает, поэтому просто переключаю кулису на режим движения вперед и плавно трогаюсь, выруливая на трассу.

Через десять минут нервное напряжение проходит окончательно, а все страхи выветриваются. Практически пустынная дорога, скорость, красивый мужчина рядом, готовый поддержать, и я за рулем машины своей мечты — что может быть круче!

Антон всю дорогу восхищается, как я ловко управляю автомобилем. Смущаюсь, но ограничиваюсь скромным «Спасибо», предпочитая никак не комментировать его комплименты.

В соседнем городке пьем кофе в какой-то забегаловке, но мне все равно. Адреналин от быстрой езды еще бушует в крови, а парень уже предложил мне доставить его домой. То есть еще как минимум полчаса посидеть за рулем шикарной машины! Моей радости нет предела. И слава Богу, что отвлеклась таким способом, забыв обо всех проблемах.

Заезжаем ко мне на квартиру, чтобы я собрала самые необходимые вещи. Еще раз пытаюсь уговорить парня оставить меня в родных пенатах, но он непреклонен. Давит на то, что обещал моей подруге за мной присматривать. Сдаюсь, тяжело вздыхаю и иду собирать сумку.

Дома у Антона смело прохожу в спальню, которую уже по праву считаю своей. Парень выделяет мне полку в шкафу, куда я не торопясь раскладываю вещи.

Контрастный душ, горячий чай с лимоном и пожелание спокойной ночи.

Мой спутник кивает головой в ответ, а я даже затылком чувствую, пока выхожу с кухни, как он смотрит мне вслед, прожигая своим взглядом насквозь.

Надеваю пижаму и укладываюсь под одеяло. Несмотря на слишком эмоциональный день, засыпаю очень быстро. Снится мне Михалыч, который ругает меня за то, что забыла про него совсем и не приехала в больницу. Пытаюсь оправдаться, но мужчина смеется мне в лицо, называя предательницей. И тут появляется какой-то человек в черном. Лицо расплывчато, но его гортанный голос заставляет меня замереть на месте. И потерять дар речи, когда мужчина достает из рукава нож, начиная приближаться…

Просыпаюсь от того, что кто-то трясет меня за плечо. Открываю глаза, пытаясь прийти в себя. Сердце колотится, и я не понимаю, где нахожусь и что происходит.

— Аня, что с тобой? — Антон держит меня за плечи. Бра включено, и я прекрасно вижу испуганное лицо парня.

Одной рукой он продолжает меня удерживать, другой проводя по щеке.

— Ты что здесь делаешь? — чуть ли не по слогам произношу.

— Ты кричала, — он резко прижимает мое лицо к своей груди, целуя в макушку. — Черт, как я испугался! Думал, что-то случилось, — отстраняет меня, заглядывая в глаза. — Сон приснился плохой?

— Не помню, — тихо отвечаю, так как нет желания пересказывать тот бред, который мне снился. — Наверное.

— Давай-ка я рядом побуду, — он укладывает мою голову на подушку. — А то мало ли что.

Не сопротивляюсь, так как сама напугана очень сильно. Пусть лежит по соседству, если очень хочется.

Парень устраивается на соседней подушке, стягивая с меня кусок одеяла.

— Эй, — поворачиваюсь к нему лицом. — Мы так не договаривались!

— Лень идти в зал за своим, давай, делись, — смеется и начинает тянуть одеяло на себя.

— Облезешь, — держусь за свой край.

Антон пододвигается ближе, выключая бра на стене, после чего подсовывает мне свою руку под голову, прижимая к себе. На его плече тепло и уютно, но я не обольщаюсь.

— Спи давай, — говорит, когда я ворочаюсь в очередной, не помню какой по счету раз.

— Пытаюсь, но не получается.

— Спеть колыбельную? — слышу, как усмехается.

— А сможешь? — парирую в ответ.

— Не пробовал.

Снова замолкаем. Антон не делает никаких попыток, чтобы меня соблазнить, о чем я переживала в самом начале, а я замираю, чтобы больше не приставал со своими вопросами.

Не знаю, сколько проходит времени, когда слышу, как парень начинает сопеть.

— Спишь? — тихо спрашиваю. Знаю, что это самый глупый вопрос, который можно задать в подобной ситуации, но ничего умного в голову не лезет.

В ответ тишина, лишь легкое посапывание над головой.

Усмехаюсь про себя, аккуратно выбираясь из его объятий и переворачиваюсь на другой бок. И тут же чувствую, как мужская рука обвивает меня сверху за талию, а моя спина прижимается к горячей груди. Какой негодяй, однако! Но как же приятно находиться с ним рядом. Последний раз это было давно — в тот самый злопамятный день, когда мы расстались…