Глава 16
Я сидела какое-то время молча, в кромешной темноте и тишине, прижатая к бывшему любимому парню, и не могла никак осознать его столь внезапные признания. Это выглядело все равно, что самый крутой парень из школы вдруг влюбился в лузершу и отправился спасать ее в средневековье… самое смешное, что так оно и было на самом деле!
— Надо освобождаться, — нарушил тишину и ход моих мыслей Макс.
Он извивался не хуже змеи, пытаясь высвободить руки.
— Лив, я сейчас сильно дерну. — предупредили меня. — Потерпи, если сделаю больно.
— Хорошо. — зажмурилась я, несмотря на темень.
Макс хорошенько встряхнул нас пару раз, а потом резко полегчало. Ему явно удалось отвязаться от меня.
— Сейчас, Лив! У меня ножик в кармане. Только дотянусь.
Послышалось кряхтение, а затем удовлетворенный выдох.
— Есть! — вспыхнувшее слабое пламя от огонька выхватило бледноватое, но довольное лицо одноклассника. — Теперь тебя освободим!
Пламя потухло, мрак вновь окружил нас со всех сторон. Недалеко чиркнул кремень зажигалки. Макс быстро осмотрел связавшие меня веревки, еще мгновение, и я потирала затекшие в неудобном положении запястья.
Макс вновь плотоядно уставился на меня. Да что это с ним?! Что за внезапно проснувшаяся страсть? Нет, надо что-то с этим делать. Стивник, конечно, поступил со мной подло, но почему этот предатель-сердце, сбивается каждый раз при мысли о нем???… а вот Макс. Похоже, он убил все хорошие чувства к себе тем вечером, в актовом зале.
— Осмотрим стены! — успела я вырваться в последнее мгновение из его широко расставленных рук. — И, Макс. Я, конечно благодарна тебе за попытки освободить меня, но… к таким отношениям я не готова.
Я старалась произносить слова ровно и спокойно. Хотя капелька мести нет-нет да и сочилась сквозь них. Не могла я ему простить тех злых слов. Пусть почувствует себя в моей шкуре.
— Лив? — удивился он, — Этого просто не может быть. Я же видел как ты на меня смотрела все эти годы. Зачем ты сейчас так жестока ко мне?
— Ну. Смотрела. — не стала отрицать я. — А теперь все изменилось.
— Когда успело? — с горечью воскликнул одноклассник.
— Максим. — я тщательно подбирала слова. Требовалось сказать ему так, чтобы у него не осталось сомнений. — Я прекрасно осознаю, что означают твои зажимы и поцелуи. Так вот, Максим. Не знаю, с чего ты вдруг прозрел и решил осчастливить меня своей любовью, но лучше не трать понапрасну время. Добровольно я не отвечу тебе взаимностью.
Огонь потух, темнота проглотила расстроенное лицо Платова и его неестественно блестевшие темно-серые глаза. Я стояла рядом и ждала дальнейших действий. Была готова к тому, что он набросится на меня, возможно даже двинет в запале, но не жалела о произнесенном. По крайней мере, я была честной с ним, и что немаловажно, с собой.
Ударов и прочих «воспитательно-наказательных» действий не последовало. Макс отошел от меня и принялся осматривать стены, подсвечивая зажигалкой. Парень явно был зол и разочарован, но я ничем не могла ему помочь. Сердцу, заразе такой, не прикажешь.
— Все глухо Лив. Мы в каменном мешке. — его слова гулко раздавались в темноте.
— Может Расти все же что-то придумает?
— Не знаю. Лив. Я хотел сказать тебе. Если нам не удастся выбраться из этого средневековья…
Меня осторожно взяли за руку. Я напряглась, но вырываться не стала. Пока Макс не выказывал агрессии.
— Хочу, чтобы ты знала. Я жалею только об одном в этой жизни. О том, что о своей любви понял слишком поздно.
Я молчала. А что мне было на это ответить? Свое окончательное слово я произнесла несколько минут назад.
— И если бы я знал, что все закончится так, то все равно пришел бы за тобой!
Мою руку осторожно подняли наверх и коснулись губами пальцев.
Дверь с грохотом и скрипением едва не сорвалась с петель. К нам ворвались солдаты, ослепляя факелами и ощетинившись мечами. Без промедления связали, теперь каждого по отдельности и грубо потащили по коридорам.
Толкали нас долго, будто к этой площади мы шли пешком. Когда внезапно, открылись ворота и приговоренных вывели в холодный хмурый день, я поняла, что так оно и было. Видимо, дворец и центральная площадь соединялись подземными ходами.
Глаза постепенно адаптировались к свету и контуры сотен людей, бесновавшихся чуть поодаль эшафота, прорисовывались все яснее. Неприятное скандирование резало слух:
— Смерть вторженцам! Вздернуть к Лордону!
Как же мне это напоминало несостоявшийся обед Грейза, когда солдаты и Зигмунд скандировали ужасные лозунги. Тогда меня спас Стивник… теперь, похоже, гибели не избежать. Макса только жалко. Зачем он за мной пошел…
Нас толкали и грубо пихали в спины. Заволокли на ступени эшафота.
— Девку! Девку вперед! — скандировала толпа извращенцев.
Видимо, других зрелищ и развлечений у горожан не было. Хотя откуда им тут возникнуть? Телевизоров нет, электричество только в обсерватории Стивника. Дом-2 вечером не посмотрят. Одна радость в жизни — казни да кабаки.
Палач, на потребу толпы завел меня на постамент первой. Накинул петлю. И тут мне стало страшно. Очень страшно и обидно. Но винить оставалось только себя. Сидела бы сейчас дома, горевала бы об отце и Максе… но нет. Принесла же нелегкая в этот чертов, простите, Лордонов мир.
Мои глаза шарили по толпе. Простолюдинов еле сдерживала стража, взяв в кольцо небольшой круг, заключавший в себя сам эшафот и королевское семейство, рассевшееся на походных креслах. Сам его величество, гнусавый Зигмунд, Лайза и особенно, Флер глядели на меня с ненавистью, затаив дыхание. Небось мечтали уже увидеть мое бьющееся в конвульсиях тело.
Взгляд скользнул дальше. Расти! Друг пытался прорваться к нам, но солдаты грубо отталкивали его ногами и замахивались оружием.
Сглотнув и изо всех сил сдерживая слезы, я обернулась к Максу. Его зрачки, расширенные от ужаса неотрывно следили за мной. Он начал дергаться, но двое стражников легко удерживали его на месте. На очереди, он был следующим.
— Именем короля Бартона, — зычно взревел палач, — приговариваю вторженку к смерти через повешение!
Его нога занеслась к шаткому постаменту, что давал мне ненадежную опору, чтобы выбить его в следующее мгновение.
— Остановить! — раскатился по площади над толпой грозный рык.
Я дернулась, едва не соскользнув вниз и без помощи палача. Обернулась. Стивник! Мой бархатноголосый принц! В одно мгновение он прорвал оцепление, опрокинув застывших стражников и запрыгнул на эшафот. Деревянная конструкция прогнулась под его весом. Гулко ступая тяжелыми сапогами, Стивник приблизился к нам. Сверкнул на палача. Тот неловко оступился и упал навзничь, раскинув руки.
Толпа с шумом отпрянула назад, едва королевич окинул взглядом своим подданных. От него за версту веяло мощью, опасностью и холодом мглы. Воцарилась тишина. Король и его свита замерли с ужасом на искаженных лицах. Флер и Лайза вовсе прикрыли глаза и рты ладонями.
Наведя порядок одним только взглядом, мой принц, наконец, воззрился на приговоренную.
Но лучше бы он не смотрел. Таких айсбергов в холодной черноте глаз я еще не видела. Приятное трепыхание пресловутых бабочек вмиг вморозилось в животе, разом сковывая болезненным спазмом все внутри.
Убьет… точно убьет! Сам! Без палачей. Вот значит каков был его план на самом деле. Его рука дернулась и потянулась к ножнам на бедре. Меч поймал отблеск тусклого солнца выглянувшего на секунду из-за туч.
Я даже зажмуриться не успела. Сталь рассекла воздух и веревку на две половины. Та, что обвивала мою шею, повисла на ней мертвой змеей. Не теряя ни секунды, Стивник выхватил из-за пояса револьвер, вложил его в руки Макса. Его стальные объятья заключили меня на мгновение, и я почувствовала как трепыхнулось его сердце. Принц снял меня с помоста, поставил рядом с Платовым, и шепнул ему:
— Уведи ее, быстро! К Порталу!
Макс опомнился первым. С удовольствием дернул меня за локоть и потащил за собой. Он бежал, а я не успевала, то и дело оборачиваясь на того, с кем осталось мое сердце.
— Лив, быстрей! Не смотри назад! — орал мне одноклассник.
Позади раздавались грохот и выстрелы, начинался масштабный бой. Толпа ревела, клинки звенели друг об друга и с причмокиванием вонзались в чью-то плоть. Я не могла не смотреть.
Король его приспешники быстро уходили в туннель, по которому ранее привели нас. Стивник озверело рубил стражу направо и налево. Но силы были неравны. Мечи то и дело доставали его, нанося порезы и раны. Часть солдат бросилась за нами. Макс, размахивая револьвером грубо тащил меня от площади.
— Сюда! — услышала я знакомый голос.
Расти вырвался из оцепления и на бегу указывал Максу направление.
— Лив, умоляю, быстрей! Он справится! — Расти подхватил меня под второе плечо и вместе они потянули упиравшуюся девчонку с удвоенной силой.
— Ничего он не справится! — орала я как безумная. — Они покрошат его в фарш! Надо вернуться!
Но мои защитники не слушали меня, волочили буквально по земле.
— Нет! Отпустите! Я вернусь к нему! — бесновалась я, пытаясь вырваться из мужских тисков, так и норовя укусить спасителей.
— Лошадь! — крикнул Расти. — Держи Лив крепче, а я повозку отвяжу.
Макс набросился на меня, не давая свободу рукам. Я отбивалась и в какой-то момент мне удалось выскользнуть из объятий. Не раздумывая ни секунды, я кинулась к нему… к тому, кто навсегда покорил мое сердце, и кому так требовалась моя помощь.
Несмотря на рубище, царившее вокруг, принц увидел меня. Он отрицательно махнул головой и рукой указал: «убирайся». Меня настигли сзади. Макс вновь лишил свободы и потащил к повозке. Расти взмахнул кнутом. Лошадь споро поскакала по мостовой.
Десяток стражников кинулись за нами вдогонку. В руках у Стивника оказался арбалет, и все они, пронзенные одновременно выпущенными стрелами, пали так и не добежав до нас.
Макс все еще больно сжимал меня, не давая выпрыгнуть из повозки, увозившей все дальше и дальше от любимого принца.
Увидев тех, кто ждал нас у выезда из города, я глазам своим не поверила: Оксана! Прекрасная классная дева в великолепно сидевших на ней джинсах, модных туфельках и курточке льнула к взрослому мужчине в очках, производившему впечатление какого-нибудь преподавателя в ВУЗе.
«Учитель» очень аккуратно лишил Оксану своих дружеских объятий, подарил ей теплую улыбку и во все глаза уставился на меня:
— Принцесса «Жизнь»! Вот я вас и разыскал!
Макс ревниво схватил меня за руку, резко приобнял и кинул остальным:
— Надо уходить. Пока погони мы не заметили, но все может произойти в любую секунду.
Я безуспешно повырывалась из тесных объятий, но добилась лишь еще большего натиска.
— Да отпусти ты! — раздраженно потребовала я, заметив злой холодный и какой-то разочарованный взгляд Оксаны, — Макс, кто это?
— Профессор Алистер Кроу. Он помог мне добраться сюда и разыскать тебя.
— А она зачем здесь? — зыркнула я на бывшую соперницу.
— Оксана — удивительная девушка, — без акцента ответил мне Алистер, — она очень хотела помочь нам с поисками. Пришлось подвергнуть ее опасности, взяв с собой.
Прекрасно! Просто чудесно! Только змеи этой подколодной не хватало в команде моего спасения!
— Друзья, медлить нельзя! Убираемся отсюда! — прервал мои мысли Макс, подхватил меня, собираясь закинуть в повозку. — Все живо, за мной!
— Расти нельзя выйти из портала! — воскликнул профессор. — Эйфесы!
— Да знаю я, — улыбнулся мой спаситель. — Давно мне пора к Лали. Обидел я ее. А вы возвращайтесь, и больше сюда ни ногой!
— И ты береги себя, — приятель! — похлопал его по плечу Макс.
Я, наконец оттолкнула от себя навязчивого одноклассника и бросилась в объятия Расти.
— Принцесса, живи и не вспоминай этого страшного человека, и сюда вход забудь. — прошептал мне друг на ухо.
— Расти, Пэнни жива. И Стивник совсем не такой! — тихо сказала я ему в ответ. — Я видела ее. Если ему удастся ее спасти, он вернет ее тебе. Я уверенна.
Расти посмотрел на меня сочувственно, как на умалишенную.
— Не говори глупостей. Замучил он тебя, бедолагу, вот и всякое видится теперь.
Расти еще раз обнял меня, подождал пока мы все погрузимся в повозку, и ободряюще хлопнув Макса по спине воскликнул:
— Спасай принцессу и друзей! Спасибо за незабываемое приключение!
Макс несильно хлыстнул лошадь по спине, и наша компания резво поскакала вдаль от Блонска.
Я отвернулась и во все глаза смотрела на удалявшийся город. Я ждала его! Я так ждала своего принца на вороном коне! И сердце мое кровью обливалось, при мысли, что он может нас не догнать, осознавая, что я больше никогда его не увижу…
Нет, если даже сейчас Макс увезет меня не попрощавшись, я вернусь! Ведь я… я даже всхлипнула от осознания: полюбила его. Этого странного, несуразного, непонятного принца. Всем сердцем!
Оксана пересела рядом со мной. Как всегда надменная, холодная, зазнавшаяся:
— Что, Масленка, отбила у меня все же парня?
Мне не хотелось ей отвечать, не хотелось переводить взгляд с дороги, по которой высматривала Стивника, на нее. Она мне больше никто. И звать ее никак. И издеваться надо мной она уже больше не сможет: во-первых, школа уже закончена, а во-вторых… Побывав в параллельном мире я многое о себе поняла, обрела уверенность, и… мудрость, скажем так.
Поэтому, очень тихо я ответила:
— Еще раз обзовешься, Максу пожалуюсь!
Макс словно услышал мои слова, хотя на самом деле, скорее почувствовал:
— Все хорошо, Лив?
— Да, Максим, все в порядке, — на одну секунду все же оторвалась я от дороги. — Оксана у нас много говорить стала.
Лицо красотки прямо перекосилось от вылившейся из пищевода желчи.
— Будет много говорить, мы ее здесь «забудем», — с любовью во взгляде подмигнул мне Макс, крепко держа поводья.
Алистер поспешил исправить ситуацию: сел между готовыми вцепиться друг в дружку нами, и глядя так, как Макс на меня пару мгновений назад, произнес для классной девы:
— Оксана, я не до конца понял, о каком масле ты спрашивала, но мне показалось, что ты груба с Лив. Не хорошо это, если так. Зачем тебе с ней ссориться? Тем более, ты согласилась стать моей девушкой!
Лицо Оксаны, кисло-горькое, точно съела таракана в торте, надо было просто видеть!
«Что, решила иностранного профессора охмурить и не замараться» — злорадствовала я мысленно, но как ни старалась, не могла подавить ухмылочку на лице. — «Так тебе, красавица и надо. Это — плата, за все годы унижений. Моих унижений и страданий, причиненных тобой. Молодых профессоров не бывает, так что моя дорогая, «спасительница», придется тебе гулять с возрастным парнем!»
* * *
Мы ехали уже достаточно долго. Далекое холодное солнце потихоньку клонилось к горам, где наверху клубился вечный туман стивниковой обсерватории, выглядевший сейчас как густое облако.
— Макс, кажется нам сюда. Смотри и дорога кончается, — озабочено проговорил Алистер.
На мой взгляд, при первой нашей встрече Стивник и Зигмунд везли меня гораздо дольше. Хотя мы вместе заезжали «покормить» Грейза… мной. Да и мой ненормальный принц, когда поймал во второй раз, долго вез меня в свою «обсерваторию», с остановкой на ночлег в бесславной пещере! Если только он специально не пудрил мне мозги, возя кругами!
Макс огляделся и согласно кивнул. Профессор резво спрыгнул из повозки, и нежно снял Оксану, придерживая свою новую девушку за талию. Еще одна злорадная ухмылка посетила мое лицо, когда я узрела перекошенную вновь физиономию красавицы.
Макс подал мне руку. Я оперлась на нее и тоже очутилась на земле. Не выпуская ладони, он с силой притянул меня к себе так близко, что стало неловко.
— Замерзла вся! Дрожишь. — заметил он, и я как ни странно осознала, что очень похолодало на самом деле.
Макс разжал тиски рук и снял с себя куртку. Прямо как в самом начале, закутал меня в нее и поцеловал в лоб. Очень нежно и невинно.
— Скоро все закончится, любимая! — произнес он.
Я обалдело посмотрела по сторонам, взгляд вдруг зацепился за Оксану, которую профессор так же не преминул приобнять, хоть и без максовой страсти. В ее глазах стояло неверие, изумление, рот приоткрылся и поехал на бок, а потом она стала беззвучно хватать воздух и вдруг завалилась в обморок.
Я не поверила ей. Перетягивать одеяло на себя — ее излюбленное занятие. Как же! Королева наша ни в центре внимания, а в фаворе у Макса какая-то там изгойка.
— Пойдемте, — поторопил меня Макс, не обращая на бывшую никакого внимания. — Предъявим Лив полиции, снимем с меня все обвинения, и вместе улетим на учебу. Ты же полетишь со мной, любимая? Все расходы возьму на себя. Будем вместе снимать квартиру, учиться. Потом поженимся. Или сразу. Чего тянуть? — строил грандиозные планы Макс, уводя нас все дальше в горы.
Оксана тут же очнулась, и я буквально ощущала стрелы ненависти и злости, посылаемые мне в спину заклятой врагиней.
Слушала пламенные речи одноклассника и мне становилось все горше и горше. Скажи все это Макс в тот момент, когда мы потерялись впервые — я бы прыгала от счастья. Но сейчас… данный человек стал чуждым мне, так же как и все его матримониальные и учебные планы.
— Эта пещера, точно! — воскликнул Алистер.
Мы вчетвером ринулись туда. Марево и впрямь совсем недалеко от выхода. И тут я поняла, что не смогу. Не смогу бросить Стивника тут. В неизвестности за будущее наследного принца, после неудавшейся казни.
— Не пойду! — решительно заявила я. — Уходите сами!
— Лив, ты с ума сошла? — воскликнул Макс, — Извини, но тебе придется, иначе силой потащу!
— Да иди ты! — оттолкнула я его, и тут марево расступилось на мгновение, и оттуда появился…
* * *
Отец! Папа! Я застыла, точно ко мне применили шоковую заморозку. Высокий беловолосый крепкий мужчина. Тот, кого я называла родителем все это время… Не мешкая ни секунды, он подбежал к Максу, и скрутив его, выхватил у не успевшего опомниться парня торчавший револьвер.
— Папа! Что все это значит? — вскричала я. — Отпусти Макса! Он хочет меня спасти!
— Зато я не хочу. — раздался его родной, знакомый и в то же время чужой холодный голос. — Прости, Лив. Но жертвы во имя благой цели необходимы!
— Какой цели? Какие жертвы? — не поверила я своим ушам.
— Потом поговорим. — Митрик легко удерживал вырывавшегося Макса, — А сейчас, будьте добры, верните мне кольца!
Мы с профессором многозначительно переглянулись, но не спешили с ювелиркой.
— Поторапливайтесь! — рыкнул Митрик. — Не то сверну парнишке шею!
Я вздрогнула и стянула с себя тонкий ободочек, покрытый рунической вязью. Мистер Кроу последовал моему примеру. Взяла украшения и поднесла их к па… то есть к Митрику. Он вытолкнул Макса, лишенного оружия, прямо на середину пещеры.
— Такой чудесный план чуть к Лордону не полетел! — посетовал Митрик, водя револьвером с одного из нас на другого. — Вот не думал, не гадал, что кто-то кольцо внаглую из тайника сопрет! Да еще и на край света увезет. Поэтому так долго медлил. Уже лететь хотел вслед за тобой, мальчишка!
Алистер попытался закрыть собой Оксану, произнося при этом:
— Так вы и есть «старец»?
Макс в изумлении взглянул на профессора:
— Я понимаю его и без кольца!
— Конечно, ты его понимаешь. — хмыкнул «папаша». — В Скрытом Пространстве артефакты усиливают свое влияние многократно. Одного кольца Лив было достаточно для того, чтобы вы все понимали друг друга, и не важно на каком расстоянии. Иначе как бы вы взаимодействовали с жителями Блония? Или думаете, они все тут на языке Пушкина разговаривают? — надменный назидательный тон Митрика разносился под сводами помещения.
Моя картина мира менялась со скоростью света. Она разбилась на осколки непонимания, а теперь собиралась вновь во что-то еще более непонятное, тревожное. Что он там говорил про жертвы? Почему прощения просил… Какую же пакость задумал «папенька»?
— Так, ребятушки, хватит болтать, — в руках у «отца» материализовались цепи, заканчивающиеся браслетами. — Без глупостей и геройств. Подстрелю как куропаток, если геройствовать будете!
Он сковал ими профессора, Макса и Оксану. Резанул взглядом по ничего не понимающей мне.
— А для тебя, дорогая дочурка, у меня отдельные украшения!
Он двинулся на меня, я же отпрянула в сторону, но понимала: бежать бессмысленно.
— Только дернись! Цепь магическая. Из самой Атлантиды. Одно неловкое движение, и от твоих друзей атома на атоме не останется! — ухмыльнулся «папаша».
Я застыла на месте, наблюдая за дальнейшими действиями обезумевшего мужчины. В его руках возникли необыкновенной красоты черная диадема и три кольца. Сурово глядя на меня он опустился на пол и быстро сложил все артефакты в узор буквой Т: тиара лежало горизонтально, а колечки выстроились в вертикальную линию по середине.
— Что все это значит? — не сдержалась я. — Ты всю жизнь меня обманывал! Я считала тебя отцом!
— Разве я был тебе плохим отцом? — взглянул на меня Митрик.
— Нет. — признала я его правоту. — Так будь им до конца!
— Прости, Лив! В этом и был смысл твоей жизни. Ты наследница враждующей цивилизации, а мне нужна была лишь для того, чтобы вычислить Лордона!
— Вычислил? — выкрикнула я, сдерживая слезы.
Митрик утвердительно склонил голову.
— А теперь, я — отработанный материал и меня можно пустить в расход?
— Лив, ты всегда была умна и развита не по годам. Наследственность — вещь великая! — похвалил меня «папочка». — И, к сожалению, фатальная. Как я и ожидал, Лордон практически сразу среагировал на тебя. Узнал свой артефакт. Можно уже было и подрывать к туманным псам это пространство, да вот не в меру любопытный мальчишка испортил мне всю малину!
Я проследила его ненавистный взгляд до Макса и тихо спросила:
— В каком смысле подрывать? И как?
— В прямом. — Митрик аккуратно вытащил нечто из внутреннего кармана куртки, похожее на боевую гранату. Чека сверкнула, поймав закатный отблеск солнца снаружи пещеры. — Артефакты усилят мощность в миллионы раз. Первоначальный ядерный взрыв породил Блоние когда-то, а повторный «схлопнет» его, вместе со всей вражеской братией, Лордоном, принцами и принцессами! — хмыкнул «папа» многозначительно в мое сторону.
Снаружи пещеры творилось что-то неладное: поднималась зловещая красноватая в закатном свете песчаная буря. Все заволакивало пылью кирпичного оттенка, вихри так и влетали в пещеру, наполняя ее мелким противным песком.
Макс, Оксана, профессор и я боязливо уставились наружу изнутри пещеры.
— Это — реакция Скрытого Пространства на мощные артефакты Темного Лордона, — торжественно пояснил Митрик.
И в это мгновение, в проеме появился ОН! Весь порезанный, в крови, в дорожной пыли, но с яростью во взгляде и мощной хищностью в решительных движениях.
— А вот и сам Лордон пожаловал к нам! — точно гиена оскалился папаша.