Глава 15

Глава 15

— Даниэль! — воскликнула Анна, кидая сумку на стул, даже не обращая внимание на Милену. Девушка подбежала к сыну и опустилась на край кровати. Из-за приглушенного света она не четко видела черты его лица… Но когда услышала голос, то заплакала.

— Мамочка, — мальчик протянул к ней руки, и она кинулась в его объятия. — Ты вернулась.

Милена сидела на стуле, прикладывая к глазам платок. Она тоже устала плакать. Находилась здесь без сна уже много времени. Но как только увидела невестку, то сразу стало легче, а слез прибавилось.

— Сынок мой! — Анна обнимала Даниэля, целовала его лицо, всматривалась в глаза, даже улыбнулась сквозь слезы. — Ты меня напугал.

— Врач сказал, что все будет хорошо, — уверила ее Милена тихим голосом. — Небольшое сотрясение. Когда Даниэль упал, то потерял сознание. Пока будет находиться здесь под наблюдением врачей.

— Конечно. — Анна посмотрела на руки ребенка — гипса не было, он ничего не сломал. Она надеялась, что позвоночник цел. — Все будет хорошо.

Но она не обращала внимание на свекровь, устремив взгляд лишь на сына, а он улыбнулся. Получилось уныло, вероятно, был слаб.

— Я оставлю вас, — прошептала Милена и вышла из палаты.

Первым, кого она увидела, стал Амин, который сидел рядом с ее мужем. Амин! Она точно не ожидала его увидеть! Думала, что Ричард…

— Я привез Анну. — Он встал, уступая ей место. — Как Даниэль?

— Небольшое сотрясение, — прошептала она. — А где Ричард?

Это был глупый вопрос, ответ на который понизит статус ее сына. Почему Амин, а не Ричард сейчас здесь? Она ничего не понимала. Присела, переглянувшись с Джеком.

— Наверно в Дохе, — пожал плечами Амин. — Работа и долгосрочные планы.

Он не хотел говорить о нем. Но понял одно — Ричард узнает от них, с кем прилетела его жена. Они не станут молчать о таком.

— Ты, наверное, прилетел в связи со строительством терминала? — поинтересовался Джек.

— Нет. — Честный ответ Амина наверняка привел их в шок. — Я привез Анну. В аэропорту Дубая полный хаос, вылеты задерживаются. На моем самолете было быстрее. Она находилась в шоке, я не мог отпустить ее одну.

Милена потупила взгляд, а Джек несколько раз кивнул.

— Мы сами в шоке… — Милена приложила платок к глазам. — Это я не усмотрела, теперь буду корить себя всю жизнь.

— Он поправится, пусть Аллах хранит его. Винить себя не стоит.

А в палате Анна прилегла к сыну, крепко обнимая его. Слезы струились по щекам, но теперь они были от облегчения — с ее Даниэлем все в порядке! Хотя она бы все равно проделала такой путь. И даже больший, если требовалось бы, то полетела бы через Нью-Йорк.

— Ма-а-ам, — хрипло произнес мальчик и прижался сильнее, — я скучал. Папа приехал?

— Нет, мой любимый. У папы дела.

Теперь она вспомнила, кто находится за дверью. Пока она радовалась встрече с сыном, совсем забыла о том, что у всего этого, возможно, будут последствия. Но если не догадались ни Джек, ни Милена, о том, что Даниэль не их внук, то Амин тоже не станет копаться в деталях.

В палату зашел врач, и Анна встала. Как раз хотела с ним поговорить.

— Вы, как я понимаю, мама Даниэля? Вашему сыну очень повезло, он ничего не сломал. Говорят, что он упал на мешки с землей для цветов, они смягчили падение. Но есть сотрясение мозга, и мы его будем наблюдать. Больше пусть так не делает.

Врач вышел, и Анна улыбнулась. Сердце, наконец, стало биться спокойнее.

— Ты лежи, милый, а я отправлю бабушку и дедушку домой. Они тоже изрядно перенервничали и не спали уже давно.

— Бабушка плакала и плакала, — произнес мальчик, — но со мной все хорошо.

— Слава богу. — Она коснулась его волос и направилась к выходу.

При виде Анны все встали. Первым, на кого упал ее взгляд, был Амин.

— Я думаю, что вам всем надо отдохнуть. Приходил врач, и он сказал, что все в порядке. Не стоит вам оставаться, останусь я.

— Ох, дочка, — Милену все еще трясло, — ты тоже устала…

— Я набралась сил в самолете. А вы идите, отдохните.

Чета Арчеров засобирались. Милена опять заплакала и прижала Анну к себе. Она переживала и корила себя. Но девушка успокоила ее, сказав, что никто не застрахован и невозможно предвидеть все. Она не стала винить свекровь, понимая, что та не находит себе места.

Джек и Милена ушли. Анна проводила их взглядом и обернулась к Амину.

— Ты тоже можешь идти. Это я спала, но ты работал все это время. Здесь есть гостиница…

— Я в порядке, — произнес он. — Не переживай…

Его отвлек голос Люсинды. Она бежала по больничному коридору прямо к Анне.

— Я только узнала, что случилось! Мне так жаль! — Она кинулась на подругу с объятиями, но, когда увидела Амина, вскрикнула еще сильнее. — О-о-о-ой! Мамочка моя! — Даже отпрянула, не веря своим глазам. — Святые небеса!

Амин улыбнулся. Все удивляются так, как будто его присутствие здесь выглядит чем-то сверхъестественным. Хотя, возможно, так и есть.

— Что он здесь делает? — Люсинда перевела ошарашенный взгляд на Анну. Пришлось объяснить еще и ей, потом рассказать про падение Даниэля.

— Я аж вспотела! — засуетилась Люсинда. — И ничего не поняла, что ты мне сказала! Нам надо выпить кофе и посидеть, стоя у меня информация не укладывается.

Улыбаясь, она взглянула на Анну, но та была не готова уходить.

— Идите, а то Люсинда создает много шума, — произнес он, чем обрадовал Люсинду. Подруга вцепилась в руку Анны. — Я останусь здесь. Познакомлюсь со знаменитым Даниэлем.

Анна пришла в шок! Это не входило в ее планы, но Люсинда уже тащила ее к больничному кафе. Она поддавалась, и, как только они свернули за угол, подруга произнесла:

— Это будет самое полезное знакомство в его жизни!

— Ты спятила? — выругалась Анна. — Он ведь и правда это сделает!

— Пусть! Отец же! Его роль — быть в такой момент рядом! Отпусти эту ситуацию, выдохни, пусть что будет, то будет. Не зря же прилетел.

— Боже! — взмолилась Анна и надеялась, что Амин не догадается. Ну никто не догадался, чем он лучше?

Как только девушки скрылись за углом, Амин перевел взгляд на дверь, ведущую в палату. Когда он узнал новость о том, что она родила ребенка, то его словно пронзили ножом. Но не он ли предложил ей бежать, взяв с собой сына? И если такое случится, если она все бросит и уедет с ним, то он не заберет свои слова обратно. Амин был уверен, что найдет общий язык с этим мальчиком.

Он открыл дверь и зашел в палату. Приглушенный свет здесь был уместным — ребенку нужен покой. Это в реанимации яркий свет прожигал глаза, Амин никогда этого не забудет. Тогда пищали приборы, сейчас присутствовала тишина.

Мальчик лежал на кровати, укрытый простыней по грудь. На белоснежной подушке отчетливо выделялись черные волосы, которые удивили Амина. Он думал здесь увидеть ребенка похожего на мать… Хотя Анна не была от природы блондинкой. Мальчик обернулся.

— Привет, парень! — Амин придвинул стул ближе к кровати и сел. — Я Амин.

— А я Даниэль, — тут же ответил тот, даже не испугавшись чужого человека. Напротив, малышу он был явно интересен.

— Я знаю. Тебя назвали в честь моего дедушки.

— Твоего деда зовут Даниэль? Он кто? Старый?

Амин улыбнулся.

— Да, как твой. И, как твой дед, он пилот.

— Круто! Мне надо тоже быть пилотом?

— Необязательно. — Амин подумал об авиашколе, которой владел Ричард. Наверняка захочет, чтобы его сын продолжил это дело. Возможно, судьба мальчика уже решена. — Будь тем, кем ты хочешь быть.

— Хочу быть гонщиком.

— Это классно. Я тоже люблю скорость. Но боюсь, что твоя мама будет всегда волноваться за тебя. — Амин накрыл ладонью маленькую ручку ребенка. — Ты знаешь, как она сейчас за тебя переживала.

— Плакала?

— Много, очень много. Никогда не заставляй маму плакать. Делай так, чтобы она улыбалась. Это же гораздо приятнее, правда?

Мальчик вздохнул и посмотрел в потолок.

— Я не думал падать.

— Лучше заранее предусмотреть разные варианты. Падение, знаешь ли, было очевидно.

— Ладно, — кивнул Даниэль и уже взглянул на Амина. — Там была лопата. Я хотел выкопать Томаса. Может, он жив?

— Томас — это кто?

— Кот. Он умер, когда я его подстриг.

— О, Аллах, — тихо засмеялся Амин. — Не стоит выкапывать умерших.

— Аллах — это кто?

— У тебя Бог, у меня Аллах.

— А мама где? — Даниэль принялся тереть глаз.

— Она пошла поговорить с тетей Люсиндой. — Амин нахмурился, увидев, как ребенок трет глаз. — Что там у тебя?

— Больно, — прошептал мальчик.

— Дай посмотрю. — Амин привстал и заглянул в глаза мальчику. Но левый глаз он уже натер. — Не три руками, там ресница. Сейчас вытащим.

Амин взял салфетку из пачки, которую явно оставила Милена, потому что тоже плакала много.

— Я сейчас включу свет на телефоне и посвечу, чтобы видеть. Будем тереть к носу, ресница выйдет.

Он так и сделал. Светил не в глаз, чтобы не слепить ребенка, но света стало больше, и у них получилось избавиться от проблемы.

— Ура! — воскликнул Даниэль и посмотрел прямо на Амина, тот еще осматривал глаз, чтобы убедиться, что все в порядке. А потом замер. — Ты врач?

Понадобилось пару секунд, чтобы прийти в себя и услышать вопрос. Амин выключил свет на телефоне и снова сел на стул.

— Нет, я… Я просто Амин.

Повисла пауза. Но Амин прервал ее первым.

— Хочешь, я расскажу тебе сказку, которую рассказывала мне моя мама? А ты поспишь.

— Да, — улыбнулся мальчик и закрыл глаза, приготовился слушать.

— Сказка о великом моряке и путешественнике Синдбаде-Мореходе. Слышал о таком?

— Нет, — Даниэль мотнул головой, не открывая глаз, но уже предвкушая что-то очень интересное.

— Когда-то давным-давно жил моряк, который очень любил путешествовать на своем корабле. Его звали Синдбад-Мореход. Он был очень ловким, сильным и выносливым, — спокойный приглушенный голос Амина успокаивал и расслаблял. Он говорил так красиво, словно вводя в гипноз. Каждое его слово звучало умиротворенно и плавно. — Однажды он оказался на острове, который напоминал большую рыбу…

Анна и Люсинда сидели в кафе, на столике стояли две чашки с кофе. Пришлось все рассказать Люсинде, ввести ее в курс дела. Анна была на взводе. А вот подруга, напротив, пришла в восторг.

— Наконец-то это случилось! «Зверь» проснулся!

— Ничего не случилось, — осадила ее Анна. — Наши дороги соединились случайно, они точно разойдутся. У Амина своя жизнь, он теперь женатый мужчина, успешный бизнесмен.

— Ему можно жениться еще три раза!

— Это мне не подходит! И он мне не подходит. Мне нужна стабильность.

— Куда еще стабильнее? — не поняла Люсинда. — Он к твоим ногам пригнал самолет, прилетел вместе с тобой, а сейчас сидит со своим сыном. А где сейчас твой стабильный Ричард? Не в укор ему, но все же. Стабильнее Амина может быть только неженатый Амин. Разведется.

Слова Люсинды умиляли, но все это шутки. Реальность, к сожалению, не такая веселая.

— Я молюсь, чтобы он ничего не узнал про Даниэля. Слишком видно, что внешне между ними есть сходство?

— Не знаю, — пожала плечами подруга. — Мужчины сами по себе странные. Им нужна информация прямо в лоб и из первых уст. А что они там видят, нам, женщинам, неведомо. Но внешность Даниэля, конечно, полна вопросов. Хотя если Ричард всегда уверенно твердит, что это его сын и все верят, то я уже не знаю. Если сложить два и два, то по каким-то непонятным причинам у мужчин всегда выходит пять.

— И если Амина еще здесь нет, — Анна обвела взглядом кафе, — то у него тоже пять.

— Амин немного другой, — не согласилась Люсинда. — Вернее, даже слишком другой. Он мусульманин, у них другой менталитет. И Амин стратег. Скорее всего, он уже строит планы. Или Даниэль уже находится в самолете, который летит в Дубай.

Анна вскочила со стула, а Люсинда рассмеялась.

— Я лучше пойду.

— Дай ему познакомиться с сыном, — Люсинда схватила подругу за руку. — Ничего он ему не сделает. Если и увезет, то только с тобой.

Анна снова села и закрыла лицо ладонями. Она нервничала. И да, она не хотела, чтобы Амин узнал правду. Но почему нельзя было не лететь на этот юбилей? Стольких проблем бы избежали. Сейчас бы точно не находилась в больнице.

— Больше всего жаль Джека и Милену, но они переживут, — продолжала тараторить Люсинда, словно издеваясь. — Ричарда ударит по самолюбию, но он справится. А мне жаль, что ты уедешь. Но я буду приезжать в Дубай.

Анна выдохнула, не желая этого слышать. И тем более слово «Дубай». Она туда не вернется!

— Ладно, ты вся заведенная. Иди к ним, все равно ничего не хочешь слышать, что я говорю. Но мой тебе совет: не отказывай Амину. Он найдет выход.

— Один раз уже нашел, — Анна встала, — женился. Прекрасный выход.

Она вышла из кафе и направилась к отделению, где находилась палата Даниэля. Шла и боялась, сжимала пальцы в кулаки. Хотя понимала, что лучше вести себя естественно. Если Амин ничего не понял, то нельзя дать ему это сделать.

Она остановилась, пытаясь взять себя в руки. Вдохнула, закрыла глаза и сделала спокойный выдох. Потом открыла дверь в отделение и вошла в коридор, свет в котором приглушили.

Силуэт Амина она увидела сразу. Он стоял спиной к ней у большого окна. Девушка неспешно направилась к нему. Прошла мимо палаты сына и тихо встала рядом.

Амин взглянул на нее, как будто выходя из задумчивости. Не кричал, ничего не требовал, значит, ничего не понял. Это слегка расслабило.

Он снова посмотрел в окно — уже темнело. Они стояли молча, глядя на улицу, но даже не видя ее.

Амин заговорил первым, нарушая тишину:

— В Коране сказано: «Ни один человек не покинет этот мир, не испытав ту боль, которую причинял другим. И все, что происходит с нами — это обратная сторона того, что мы причиняли другим».

Сердце Анны сжалось. Но она не смела поднять на него взгляд, что-то ответить, спросить… Она, словно под гипнозом его слов, продолжала молчать и слушать.

Снова возникла пауза. Ее рука дрогнула.

— Однажды мой отец заглянул в глаза моей матери, — Амин снова заговорил, не смотря в ее сторону, — и увидел особенность, которую любит в ней до сих пор… В ее голубых глазах есть темный участок, который передался ей от Даниэля Фернандеса Торреса. Это называется гетерохромия. Среди моих сестер и брата нет такой особенности…

Вот теперь он пристально посмотрел на нее, а Анна затаила дыхание. В ее голове крутились тысячи мыслей, но она не могла собрать их воедино. Она не могла отрицать все то, что услышала и не могла спорить. Она не могла даже на него взглянуть. Перестала дышать, понимая, что сердце разрывается. Он все понял!

— Это обратная сторона того, что я причинил тебе.

Она нашла в себе силы, чтобы обернуться. Амин на нее смотрел с такой болью, что она врезалась в их обоих.

— Скажи, сколько еще продлится эта боль? — шепотом спросил он.

— Всегда.

Они смотрели друг на друга, стараясь запомнить эту самую минуту, которая перевернула их жизнь. Молча. Любые слова излишни. И чувства не передать.

Но Амин определено точно знал, что самым правильным решением сейчас станет молча уйти, чтобы собраться с мыслями.

Он отошел от окна и направился по коридору к выходу. Проходя мимо палаты сына, он остановился.

Аллах сделал подарок или наказал? Сделал подарок, чтобы наказать!