Глава 25

Глава 25

Услышав арабскую, речь Ричард побледнел. Непонятно, от чего больше: от того, что узнал голос Амина или от того, что Анна все же сбежала к нему.

— Где мои жена и сын? — сдержанно произнес он, хотя костяшки пальцев побелели, так крепко он сжимал телефон.

— Анна — твоя жена только на бумаге, — спокойно ответил Амин, — а сын мой. Мы с тобой деловые люди, Ричард, давай решать серьезные вопросы без лишней эмоциональности. Телефон Анны у меня. Это говорит о том, что она со мной. И это говорит о том, чтобы ты готовил документы о разводе. Ваш развод — это вопрос времени. Я свяжусь с тобой сам тогда, когда придет время. А пока я бы на твоем месте не поднимал шум и смиренно ждал тот самый день. Если захочешь обратиться в полицию, я бы посоветовал тебе этого не делать. У нас с тобой один бизнес. Ты ведь не хочешь в одночасье лишиться еще и школы?

— Ты не имеешь права решать за Анну, — сухо произнес Ричард. — Дай ей трубку. Я хочу знать, что с ней и с ребенком все хорошо.

— С ними все прекрасно, Аллах свидетель. И чтобы так было и дальше, не звони больше. Я свяжусь с тобой сам.

Амин отключил телефон и посмотрел на гаснущий экран. Он решит проблему с Ричардом сам, а сейчас не хотелось бы, чтобы в этот маленький мир на троих пришел кто-то четвертый. Проблем достаточно накопилось за пределами этого острова, но ничто и никто не омрачит ему время, которое он хочет провести с семьей.

Амин вышел на улицу и направился к океану. Даниэль запрыгал, когда увидел его, и протянул ручки, чтобы взять маску.

— Я в жилете, — пролепетал он, будто отчитываясь перед Амином за свою безопасность.

— Сейчас пойдем. — Амин улыбнулся, коснулся волос сына и перевел взгляд на Анну. Она улыбалась, стояла в легком парео, скрывающим тело, но явно готовая его скинуть, чтобы зайти в воду.

— Я куплю тебе новый. — Вдруг внезапно Амин размахнулся и швырнул ее телефон далеко от берега. — Обещаю. Сегодня же.

Она открыла рот, наблюдая, как что-то тяжелое плюхнулось в воду. Даниэль завизжал и запрыгал, уверенный, что это игра.

Как только до Анны дошло, что за предмет это был, она перевела удивленный взгляд на Амина.

— Это…

— Твой телефон.

— Зачем ты это сделал? — Она не поверила. — Там же…

— Там ничего уже нет. — Амин привлек ее к себе и крепко обнял. — Вот теперь нас никто не побеспокоит: ни мои родители, ни Ричард. Есть только мы.

Она поняла — звонил Ричард, Амин с ним разговаривал. На секунду она испугалась. Неизвестно, что придет в голову ее мужу. Она крепче схватилась за Амина и услышала его слова:

— Не переживай, все хорошо. Он ничего не сделает. Ричард слишком труслив.

— Что ты ему сказал?

— Правду.

— Амин, от злости он пойдет на что угодно!

— На что? — усмехнулся тот. — На что можно пойти, когда твой бизнес полностью в руках того, от кого ты зависишь?

— Но ты же ушел с поста генерального директора…

— Но он-то об этом не знает. Я выиграл время. Не думай о нем, думай о своем отдыхе, о сыне, о нас. Давай наслаждаться настоящим. — Он коснулся светлой пряди ее волос и бережно заправил за ушко. — Наш сын ждет.

— Да-а-а, — заныл Даниэль и побежал в воду, но тут же упал, и его накрыло волной.

— О, Аллах! — Амин кинулся за ним, подхватив ребенка. — Океан большой, а ты еще маленький. Давай будем вместе в него заходить.

Анна подбежала к сыну, но реакция Амина была быстрее. Она еще не могла поверить в то, что Ричард все знает, была в своих мыслях, не уследила за ребенком.

— Все в порядке, — обратился к ней Амин, держа Даниэля на руках. — Оставь это дело мне. Я разберусь с Ричардом.

— Папа Ричард? — Даниэль услышал это имя, но почему-то обнял Амина за шею сильнее.

Амин и Анна переглянулись. Папой он будет считать Ричарда, потому что пока многое не понимает.

— Где он? — спросил Даниэль.

— Дома, дорогой, — успокоила его Анна.

— Мы поедем к нему?

— Когда-нибудь поедем. — Амин зашел в воду. — Давайте смотреть рыбок.

Больше к этому разговору они не возвращались. Ныряли, рассматривая под водой морских жителей, на берегу играли в мяч, а потом отец и сын строили замок из песка. Но это был не тот плотный песок, чтобы большие постройки стояли и не ломались. Здесь песок был рассыпчатым, и стены рушились. Но все равно совместная игра приводила ребенка в восторг. Столько внимания Ричард ему точно не уделял, а Анна никогда не строила настолько красивые замки из песка. Даниэль выполнял все просьбы Амина смиренно: принести песка для стен, выкопать дорожку до другой постройки, насобирать ракушки для крыши. Мальчик так был увлечен, что Анна впервые перевела дыхание и позволила себе лечь на плед и смотреть в небо. Сегодня на нем виднелись пушистые облака, и ее губы растянулись в улыбке.

Вот оно, счастье! Когда твой ребенок счастлив! Когда за тебя решит проблемы мужчина! Когда ты можешь стоять за его спиной и не переживать за будущее.

Холодные капли вывели ее из задумчивости. Она вскрикнула и услышала, как засмеялись Амин и Даниэль. Это они проказничали уже вместе.

— Ладно, не будем трогать маму. Ей надо отдохнуть. — Амин подхватил сына на руки, а тот завизжал от восторга.

И как только Амин дал наставление Даниэлю на строительство аэропорта рядом с песочным замком, тот занялся работой, а губы Амина коснулись губ Анны. Это было неожиданно, но приятно. Ребенок отнимал много времени, при нем невозможно было нацеловаться.

Амин сел рядом, пристально наблюдая за сыном. Он уже даже привык иметь повышенную бдительность.

— Говорят, что пилотам надо иметь глаза даже там, где их нет, — произнес он. — Но когда ты отец, то глаз должно прибавиться еще больше.

Анна улыбнулась. Интересно было наблюдать, как эти двое привыкают друг к другу, как меняются, как начинают мыслить по-другому. Амин за эти дни стал чувствовать повышенную ответственность, а Даниэль научился сдерживать себя во многих вещах.

— Амин, — она села, — прости, что напомню сейчас о прошлом, но мне не дает покоя один вопрос.

Почему-то вспомнилась его работа. Она еще помнила, что творилось в аэропорте, а причины не знала.

— Спрашивай, кальби. Тебе можно все. Только пусть это будет вопрос не про Ричарда.

— Нет, конечно. — Анна села поудобнее, но спиной к сыну. Она впервые в жизни не следила за ребенком, потому что с него не спускал глаз Амин. — Когда ты похитил меня из торгового центра, я слышала, сколько рабочих звонков на тебя обрушилось. Что-то случилось. Ты был на взводе. И эти вылеты, прилеты, количество людей, которых ты просил подсчитать. Потом задержки в аэропорте. Что случилось? Произошло что-то серьезное?

Амин перевел взгляд с Даниэля на нее. Как же он был далек от работы. Но, видит Аллах, каждый день ему приходилось молиться о том, чтобы у авиакомпании все наладилось, и виновник был найден.

— Кто-то разбавляет авиационное топливо. Делает это целенаправленно именно в самолетах «Arabia Airlines». Это происходит в разных городах, не в Дубае. При разбавлении топлива страдают двигатели. Я ограничил полеты, задерживал рейсы, чтобы проверить качество горючего.

— Боже, Амин! — воскликнула Анна и прижала пальцы к губам. Она могла подумать что угодно, но не такое масштабное. — Кто это делает? Ведь это уголовное дело! Это безопасность пассажиров!

— Я не знаю, кому это надо. Возможно, конкурентам. Я уже написал заявление в вышестоящие органы. Пусть разбираются сами. Я покинул пост генерального директора, теперь это проблема того, кто его займет. Я надеюсь, что этим человеком будет мой отец. Пусть он увидит, с чем столкнулся его сын. Пусть окунется в проблему и найдет выход.

Анна прильнула к Амину и крепко его обняла. Что бы он не говорил ей сейчас, но он по-прежнему переживал. Она была уверена. И сколько же проблем навалилось на него в одночасье: происки конкурентов, сын…

— Ты сильный мужчина, — прошептала она, чувствуя, как он крепко прижал ее к себе. Он даже ее проблемы взял на себя! — Я могу тебе чем-то помочь? Что-то сделать для тебя?

Амин улыбнулся, поцеловал ее в щеку и перевел взгляд на Даниэля. Тот был занят тем, что утрамбовывал песок.

— Ты уже и так сделала, родила мне ребенка. Теперь просто будьте рядом. Но заботы авиакомпании — это уже не моя проблема. Я ушел с поста. Буду получать свои проценты от акций на протяжении всей жизни. Они перейдут Даниэлю, и он бедным не останется.

— Амин! — Анна отстранилась и заглянула в его глаза. В них, и правда, читалась усталость. — Дело не в деньгах. Дело в том, что ты горел этой авиакомпанией. Ты рожден править…

— Анна, любимая! — Он повалил ее на песок и оказался сверху. — Я сделал выбор. Можно я буду со всей семьей? Я хочу отдыха и не хочу думать о конкурентах.

— Можно. — Оказаться под ним было волнительно, но холодная вода обоих привела в чувства и заставила отпрянуть друг от друга — Даниэль стоял рядом с детским ведерком.

— Я хочу купаться!

Амин засмеялся и кинулся к сыну, но тот, хохоча, принялся убегать. Отец поймал его быстро, поднял на руки и принялся щекотать. А тот извивался, кинул ведро, вовлекаясь в эту игру.

— Я поеду в Денпасар. Ты поедешь со мной? Мы найдем магазин игрушек.

— Ты купишь мне машину? — Даниэль замер. Он задумался, уже явно представляя, какие игрушки хочет.

— Конечно! А когда ты вырастешь, я куплю тебе настоящую машину и самую дорогую!

— Ура!

Сан-Клементе, штат Калифорния, США

Ричард не помнил, как пришел в родительский дом. Он сидел на диване, схватившись за голову. Пришлось все рассказать матери и отцу. Милене стало плохо, и она присела рядом с сыном. Рука покоилась на груди. Она хотела погладить Ричарда, но разревелась.

— После того, как Амин ворвался в больницу, я так и подумал, что возникнут проблемы. — Только один Джек мыслил ясно. — Я как чувствовал. Все же между ними была связь, я это знал! Видел! А ты олух! Улетел в Арлингтон на такой долгий срок! Не надо было вообще туда ехать! Или забрал бы Анну с собой! А ты что сделал? — Он уставился на сына, но тот на него не смотрел. — Ты преподнес свою жену на блюдечке! Это женщины! Разве им можно верить?

— А Амину можно было верить? — встряла заплаканная Милена, и это получилось агрессивно.

— Он мужчина, тем более сын Саида. Тот взял Вирджинию наперекор всему. Амин переплюнул отца.

— Но родить от Амина, а воспитывать нам? — Милена взглянула на Ричарда. — Ты в своем уме? Господи! Как я не догадалась о том, что этот ребенок не имеет ничего общего с нами? Он похож на Шараф аль-Динов. — Она снова заплакала и вытащила бумажный платок. — Но я все равно считаю Даниэля своим внуком. Ты его отец, Ричард! Сделай уже что-нибудь!

У нее началась истерика. Милена разревелась в голос, приложив бумажный платок к губам, чтобы приглушить рыдания. Ричард испугался и обнял мать. В таком состоянии он ее никогда не видел.

— Мама…

— Как ты мог нам врать? Ты не лучше своей мерзавки жены! Ох, мой Даниэль…

— Ну хватит! — Джек повысил голос. Милена его не слышала, а вот Ричард взглянул на отца. — Криком здесь не поможешь! Надо думать ясно. Что хотел Амин? Что он тебе сказал?

— Он хочет развода. Сказал, что свяжется со мной сам. Ублюдок, он забрал мою жену и сына и ставит свои условия!

— Это в духе Шараф аль-Динов. — Джек кивнул. — Они с Анной наверняка не в Дубае, иначе не оттягивали бы время.

Ричард встал и принялся расхаживать от окна к двери. Одной рукой он нервно поправлял волосы. Не мог поверить в то, что это случилось.

— Амин женат, — всхлипывая, опомнилась Милена. — Ему не нужен внебрачный ребенок. Может быть, связаться с ним, спросить, что он хочет? Он ему не нужен!

Муж и сын уставились на нее, не желая комментировал эту глупость. И осознав это, Милена снова впала в отчаянье.

— Пусть забирает Анну и уходит. — Она снова заплакала. — Родит ему еще одного.

— Мама! — не выдержал Ричард. — Я не готов делиться ни своей женой, ни сыном!

— Тихо! — рявкнул Джек. — Даниэля ты уже не отстоишь. Амин — его биологический отец. А жена такая тебе не нужна. Женщин полно! Весь мир ими усыпан, бери любую…

— Что ты такое говоришь?!

— Мой совет: не спорь с Амином. Отдай все, что он хочет! У вас бизнес. Будь умнее.

— Я могу подать на него в суд, — не унимался Ричард. — Отец я! Тот, кто по документам. И женщина моя!

Милена снова разревелась. Она всегда верила невестке. Анна была ей словно подруга. Но когда же это произошло, что свекровь не заметила перемен? Хотя она на многое закрывала глаза. Даже на то, что Даниэль родился с черными волосами и более смуглой кожей. Как можно было не сопоставить факты? Ведь когда Анна и Ричард вернулись из Дубая, она была вне себя. Не потому ли, что Амин должен был жениться? Но что толку сейчас об этом думать? Надо спасать ситуацию!

— Я сейчас позвоню Вирджинии и все выскажу о ее сыне! — сквозь зубы прошипела Милена и встала, чтобы взять телефон.

— Нет! — Джек преградил ей путь. — Что ты им скажешь? Признаешь свое поражение? Для начала успокойся. Голыми руками не нападают. И давайте признаем тот факт, что бороться против Шараф аль-Динов мы не сможем.

— Я переговорю со своим адвокатом, — вставил Ричард. — Отсужу Даниэля. Все же я его воспитывал. Да еще потребую содержание. А может, его биологический отец расщедрится и подарит сыну терминал в Лос-Анджелесе? Было бы неплохо. Это в отместку за то, что эта шлюха мне изменила. Но этого еще мало.

Эта идея пришла ему внезапно! А что, если так и сделать? Но сдаваться, как велит отец, он не станет.

— Если Амин школу не тронет, уже хорошо. — Джек махнул рукой. — Но что твой адвокат против целой свиты адвокатов Шараф аль-Динов? Ничто! Они растопчут тебя на первом заседании, и ты останешься еще должен. Послушай меня, я знаю, что говорю. Решите все по-тихому и разойдитесь. Найдешь себе новую Анну, их полно. — Отец указал в сторону двери.

— Но Даниэль — наш внук, — напомнила Милена, приложив платок к щеке, чтобы стереть слезы. — Я не хочу его потерять. Я люблю его.

Ричард подошел к матери, присел рядом и прижал к себе.

— Я могу объявить в международный розыск. И не будет ни Амина, ни Анны, их посадят, а Даниэль останется с вами.

Джек потерял дар речи, услышав такое. Даже Милена плакать перестала, уставилась на сына. Ричард улыбнулся.

— А что, неплохой вариант. Правда, Амин пригрозил, что отберет бизнес, но что он сделает из тюрьмы?

— Саид сделает, — угрюмо и серьезно ответил отец. — За такой ход он закопает тебя живьем.

Ричард закатил глаза. Что не предложи — все плохо!

— Из этой ситуации я выйду победителем, — стиснул зубы Ричард, — вот увидите! Это вы боитесь Саида и Амина… Я их не боюсь! Я оберну все в свою пользу!

Он рывком открыл входную дверь и вышел. А Милена снова заплакала. Теперь пришлось ее успокаивать Джеку. Он протянул ей новый платок.

— Ты знал? — сквозь слезы спросила она. — Ты знал, что Даниэль — сын Амина?

— Я догадывался, — он кивнул. — но все равно была надежда, что это неправда. Однако их отношения мне показались странными. Если Амин всегда спокоен, ох, уж эта проклятая арабская непоколебимость, то Анну выдавал страх. Ее взгляд изменился — она перестала смотреть мне в глаза. Наш сын — полный дурак! Арчерам никогда не изменяли, но Амин уделал всех нас. Даниэля жалко. — Последнее Джек произнес тихо, а потом его плечи содрогнулись в рыданиях.