Глава 30

Арсений

Интересно, я не сильно перегнул палку?

Надеюсь, что Милана сможет понять мотивы моего поведения, но это не точно. Возможно, опять будет бегать от меня, выносить мозг и набивать себе цену.

Если честно, то я от всего этого устал. Устал бегать за ней в то время, как она из раза в раз отшивает меня. В конце концов, я тоже живой человек со своей гордостью и чувством собственного достоинства. И в моих планах донести эту истину до девушки.

Отпускать её я, разумеется, не собираюсь, но и терпеть такое унизительное отношение не намерен. Она же меня всерьёз не воспринимает и за пацанёнка несмышлёного держит. Даже не посчитала нужным сообщить об отъезде, словно я пустое место. Но на этот раз я принял твёрдое решение доказать, что девушка глубоко ошибается.

На сегодняшний вечер у меня большие планы: иду с друзьями в клуб. Давно обещал парням, да только всё не до того было. Работа, Любавина, Любавина, работа. Так и хожу по заколдованному кругу. Правда, я Алика и Тоху заранее предупредил, чтобы лишние экземпляры к нам не присоединялись. Как бы не злился на Миланку, а на других девушек всё равно смотреть не могу.

Ближе к одиннадцати встречаюсь с друзьями в клубе. Парни уже заняли столик и сидят со скучающими лицами, видимо, в ожидании меня.

– Здорово, Арсен! – радуется братва. Каждый по очереди поднимается с места и жмёт мою руку.

Стоит присесть, на горизонте появляются две блондинки. Они громко смеются и грациозно усаживаются рядом с парнями. Понятно. А ведь я просил без довесков.

– Давно не виделись, как ты? – спрашивает Алик. Мой бывший одногруппник – высокий кареглазый брюнет с восточными чертами лица.

Вкратце рассказываю про работу, добавляю несколько деталей о своём пребывании в травматологии и едва ли вскользь не упоминаю Милану, но не успеваю. Две блондинки, которые до этого молча вешались на парнях, оставляют своё увлекательное занятие и начинают активно махать руками.

– Ками, мы здесь! – одна из девчонок надрывает голос, пытаясь перекричать музыку.

Слышу знакомое имя, но не спешу оборачиваться, потому что боюсь увидеть ту, которую предпочёл бы больше не встречать на своём пути.

– Привет, народ, – пропевает знакомый голос, и на моё плечо падает рука девушки. – Привет, Арсений, – со мной персонально здоровается.

Полностью игнорирую Камиллу и перевожу строгий взгляд на Алика с Тохой: я же просил. Парни пожимают плечами, пытаясь сделать вид, что они не причём. Так я и поверил.

– Продолжай, брат, – Тоха, сидящий рядом, хлопает меня по плечу.

– Да, – откидываюсь на спинку дивана, – я что хотел сказать… Короче, братва, можете меня поздравить – женюсь.

Парни молча переглядываются, а потом начинают дружно ржать, да так увлекаются, что даже похрюкивают.

– Шутка – во! – Алик переводит дыхание, и большим пальцем вверх тычет.

– Ага! – держится за живот Антон.

Девки эти тоже похихикивают, но больше ради того, чтобы парней своих поддержать. Зато Камилла моментально зеленеет от злости, уж она-то догадывается, что я говорю всерьёз.

– А я не шучу, – произношу уверенным твёрдым голосом, гордо вскинув при этом голову.

Парни, руки которых до этого лежали на талиях их белобрысых подруг, отпускают девушек и подаются вперёд.

– Охренеть, а на ком? – и оба в сторону Камиллы поглядывают. Знают, что с этой девицей я давно расстался.

– Сейчас, – лезу в карман за смартфоном, – фотку покажу.

Вытаскиваю свой верный аппарат, пару раз провожу по экрану и показываю парням фотографию, которая сделана летом, на днюхе у Дана. Милана весело болтала с Катюхой и даже не видела, что я её фотографирую. Зато получилась просто великолепно, поэтому парни, глядя на снимок девушки, дружно распахивают рты.

– Хороша, – комментирует Алик.

– Сам знаю! – отрезаю жёстко, видя, как у друга загораются глаза. – Слюни подбери!

– Ну, поздравляю тогда, давай отметим это дело, – говорит Антон и подзывает официантку. Пока он делает заказ, обращаюсь к Алику.

– Какого хрена вы тёлок этих здесь усадили? Я же просил, – рычу на друга.

– Кто ж знал, что ты без пяти минут под каблуком. Как лучше хотели, – разводит руками, – да и сейчас что тебе мешает развлечься? Выбирай любую! – произносит великодушно.

Парень подмигивает, а я вдруг ясно чувствую непреодолимый зуд в правой руке. Она непроизвольно сжимается в кулак и так и рвётся съездить по смазливой роже умника.

– Я не внятно выразился? – гнев медленно разливается по венам, плавясь и смешиваясь с моей кровью. – Я женюсь!

– Здорово, но как это связано? – Ал кладёт руку на моё плечо и изображает искреннее непонимание. Придурок, или притворяется?

Стряхиваю его клешню, поднимаюсь и, не особо церемонясь, сообщаю, что ухожу.

– Мне пора, – бросаю напоследок.

Все, как на заказ, изображают грустные лица и уговаривают остаться. Даже не слушаю их. Находиться в компании людей, которым плевать на моё мнение, я не собираюсь.

На выходе из клуба набираю номер брата. Этот домосед отвечает только после пятого гудка.

Напрашиваюсь в гости бесцеремонно: хочу провести вечер в компании близких людей, потому что, как показывает практика, только эти зануды способны понять меня по-настоящему.

Недолго думая, запрыгиваю на мотоцикл и направляюсь к дому брата. Весь такой правильный, даже шлем на голову цепляю. Правда, не из соображений безопасности, а больше в качестве защиты от холода. Мелкий моросящий дождь смешивается с мокрым снегом и равномерно укладывается на дорожное покрытие. Отличное начало декабря, нечего сказать.

Приехав к брату и припарковав мотоцикл, вваливаюсь в дом без стука. Мигом стягиваю с себя куртку и стряхиваю с неё остатки снега.

– Арс, ты в своём уме? – шипит братец. – На улице тряпьё своё вытряхивай, свин.

Ну вот, опять Дан нотации читает, а я ещё ему на жизнь жаловаться собрался. Может, не рисковать?

Однако держать язык за зубами я не умею, поэтому вскоре рассказываю брату обо всём.

– Подожди, ты что, так и сказал? – ржёт старшенький. Кажется, я ошибся, когда рискнул поделиться с ним наболевшим. Этот сухарь бесчувственный вздумал надо мной смеяться.

– Да, так и сказал, что женюсь, – отвечаю поникшим голосом. И почему я опять чувствую себя дураком?

– Подожди, а на ком? – ещё один! – И невеста хоть знает о твоих планах?

– Нет, не знает она. Милана это, теперь понятно? – кажется, я зверею.

– Да понятно, понятно, – Дан руку вперёд выставляет, типа соглашается, – свадьба когда?

Лапой своей подбородок заросший потирает, рот прикрывая. Думает, не замечу, что он смех спрятать пытается.

– Не знаю я, отвянь!

– В смысле, отвянь? Ты заявляешься ко мне посреди ночи, отвлекаешь от молодой жены, – бровями играет, намекая, от какого важного дела я его оторвал, – а продолжение рассказывать не собираешься?

Тяжело вздыхаю: а ведь братец прав. Как всегда.

– Она меня достала! – вкратце обрисовываю самую суть наших отношений.

– Отличная мотивация для женитьбы! – этот шкаф перекачанный продолжает веселиться. Ещё немного, и я забью, на то, что брат меня сильнее. Двину.

– Перестань! – рычу и пар из ноздрей выпускаю. Образно.

– Без вопросов. Только и ты дурью маяться прекрати, и расскажи всё по порядку, – он складывает руки на подлокотники кресла и принимает вид внимательного слушателя.

– Короче, у нас какой-то бред в отношениях. Я бегаю за ней, а она меня всерьёз не воспринимает, играет типа. У меня это всё уже вот где, – ребром ладони провожу по собственной шее.

– А жениться зачем собрался? – брат задаёт вполне резонный вопрос, но я не теряюсь.

– Люблю. Не могу без этой дурры, – развожу руками.

Брат встаёт с кресла, не спеша подходит ко мне и хлопает по плечу.

– Поздравляю, брат, вы нашли друг друга.

Я поднимаю на него непонимающий взгляд: серьёзно?

– Я же попросил не издеваться! – буквально стону от безнадёги. И так в душе, словно кошачий туалет без наполнителя, ещё и брат добить пытается.

– Хорошо, давай вести разговор конструктивно: чем я могу тебе помочь?

Задумываюсь ненадолго. И правда, чем?

– Я сказал ей, что не собираюсь бегать за девушкой, которой на меня наплевать.

Брат глаза выпучивает удивлённо, словно я ему инопланетянина показал.

– Ну, что тебе сказать – молодец. Настоящий мужик! – опять ёрничает. – Крутой, в себе уверенный и одинокий.

– П-почему одинокий? – блин, заикаюсь уже от нервов.

– Потому что думать надо, прежде чем девушке заявлять такое, – рукой машет на меня, как на безнадёжного.

– Так я и думал, хотел, чтобы место своё знала! – интересно, попытка оправдаться зачтётся?

– Ооо, – стонет брат, проводя рукой по взъерошенным волосам. У него такой вид, словно он разговаривает с умственноотсталым и пытается донести до него наипростейшую истину.

– Ты вообще понимаешь, что натворил? Не знаю, как твоя Милана отреагирует, но заяви я такое Катюше в своё время – шёл бы дальше, чем вижу.

– Всё так плохо? – подаю голос умирающего.

– Я тоже не святой, и не мне тебе советы давать, но пойми: девушки в большинстве своём – достаточно гордые существа.

– И что мне теперь делать? – спрашиваю чересчур эмоционально и довольно громко, чем вызываю недовольство брата.

– Катя спит уже, а ты орёшь тут! – рычит на меня, кулаком угрожая.

– Прости, я не хотел. Поеду, – машу рукой в сторону двери.

– К ней?

– Что? Нет, Милана в деревню от меня сбежала, к бабушке.

– В деревню? То есть, она уехала, а ты мне тут в жилетку плачешься? Ты точно мой брат? – во взгляде то ли осуждение, то ли презрение, то ли всё вместе взятое.

– А что я должен был сделать? За ней ломануться?

Дан смотрит на меня, словно на идиота, потом машет рукой, разворачивается и скрывается за кухонным островом.

– Скажи, она тебе нравится? – спрашивает с видом дипломированного психолога, в столешницу ладонями упираясь.

– Я же сказал уже, что не могу без Миланки, ты тупой? – задолбал, блин.

– Рот закрой! – говорит тихо, но с такой злостью, что лучше бы кричал. – И слушай внимательно, ясно?

Киваю головой в знак согласия.

– Если ты её любишь, то сделаешь всё возможное, чтобы быть рядом. Вспомни нашу с Катей свадьбу? Как думаешь, был у неё вариант отказаться?

– Ты Милану с Катюхой не сравнивай. Твоя, как танк, спокойная, а моя – настоящий ураган. Знаешь, сколько она раз на мою жизнь покушалась? – жалуюсь.

– Ну, ты ещё всплакни, – усмехается брат, – ты мужик, в конце концов, или где?

Эти слова становятся последней каплей, после которой я срываюсь с места и кидаюсь на брата с кулаками. Злость красной пеленой застилает мозг, и я совершенно не думаю о последствиях. Разумеется, пару моих ударов Дан встречает блоком, а потом одним чётким движением отправляет меня в нокаут.

– Неужели, а я уже думал, ты так и будешь в туфяка играть! – произносит с ехидством. – А теперь марш в ванную! Спать у нас в гостиной на диване ляжешь, а утром возьмёшь мою тачку и поедешь к своей красавице, уяснил?

– Уяснил, – рычу в ответ, вытирая кровь с разбитой губы.