Глава 31

Сегодня пятый день моего весёлого пребывания в гостях у бабули. За эти дни я начала потихоньку привыкать к её грубоватой манере общения и даже реагировать научилась.

В итоге, ссориться мы стали не пять раз в день, а всего два. Да и то, только по двум основным причинам. Первое, это моя диета: баба Люба напрочь отказывается понимать, почему я, к примеру, не ем хлеб. Объяснять, что я не хочу весить под сотню, как она, бесполезно.

А второе – козы, которых разводит бабуля. Мало того, что эти гадины орут с утра пораньше, так они ещё периодически из загона выбираются и по двору носятся. Особенно, любят делать это после того, как я вывешу чистое бельё. Эти рогатые бестии уже два раза моей футболкой полакомиться пытались.

Баба Люба от поведения любимиц тоже не в восторге, но и она только беспомощно разводит руками. Муж соседки, которого она обычно просит помочь, если что-то сломалось, уехал на вахту. Другой сосед с поломанной ногой уже месяц лежит, вот и приходится бабушке воевать с козами своими методами. Только палка, которой мы подпираем дверь в загон, бессильна против этих упрямых животных.

Поэтому сегодня мы планируем с бабушкой самостоятельно отремонтировать замок на двери загона. Всё как всегда: бабушка выступает инициатором, а я обречённо плетусь следом.

Одеваюсь в тёплую домашнюю одежду, а вместо своего пуховика накидываю бабушкино домашнее пальто. Несмотря на то, что пальто старое, и размера на четыре меньше, чем нынешняя одежда бабушки, я всё равно в нём тону. Но возмущаться не смею, застёгиваю пуговицы, повязываю на голову тёплый платок и выхожу вслед за бабой Любой на улицу.

Судя по белой припорошенной земле, ночью ударил мороз, а ещё выпал небольшой снежок. Провожу рукой по перилам крыльца и собираю белые снежинки. Подношу ладони к лицу и дую на снег, любуясь удивительным танцем.

Бабушка уходит в сарай за какими-то инструментами, название которых мне не говорит ни о чём. Ну, а я, облокотившись о входную дверь, жду.

За воротами сигналит автомобиль, и я не задумываясь, направляюсь к калитке. К бабушке периодически приезжают покупатели за козьим молоком, наверное, это кто-то из клиентов.

Лишь открыв нараспашку калитку, понимаю, что жестоко ошиблась. Светлый спорткар переливается в лучах утреннего солнца, а на водительском месте сидит ни кто иной, как Арсений Астров.

Как нашёл меня, спрашивается?

Дверь машины открывает, и парень выбирается из салона авто.

Ёжится. Конечно, внутри тачки тепло было, наверное. Неженка.

– Привет, Милаш, я приехал поговорить, – заявляет сходу.

Виновато опускает глаза, при этом играя ключами, которые держит в руках.

– А есть о чём? – строго смотрю на грубияна. Прошло три дня после нашего разговора, и он, видимо, решил, что я уже забыла его слова.

– Я считаю, что есть, – делает шаг в мою сторону, прожигая пламенным взглядом.

Сердце бьётся в грудной клетке от его пристального внимания, и я отворачиваюсь. Выгнать парня, когда он здесь, рядом, не так-то просто. Но и разговаривать с ним в мои планы не входит.

– Я буду ночевать под забором, пока ты не согласишься поговорить со мной! – жестом руки указывает на новую деревянную скамейку, которую бабушка приобрела летом. Она её специально в местном строительном магазине заказывала, чтобы по вечерам с соседками сплетничать и семечки щёлкать.

– Отморозить себе что-нибудь не боишься? – морщусь, сканируя непрошеного гостя взглядом.

– Мне плевать на то, что будет со мной! Пока ты не ответишь на тот вопрос, который я задал тебе во время нашего последнего разговора, я не сдвинусь с места.

– Да пожалуйста, – разворачиваюсь, чтобы вернуться во двор.

– Не-е-ет, – Арсений хватает меня за плечи и бесцеремонно поворачивает к себе лицом, – ты тоже будешь здесь.

– Мне пора звать на помощь? – интересуюсь с напускным равнодушием.

– Зови, если хочешь!

– Как ты меня нашёл? – пытаюсь перевести тему.

Надеюсь, парень растеряется, станет уворачиваться, но этого не происходит.

– Так ты сама мне всё рассказала. И даже показала! – подмигивает.

Ну, вообще.

– К-когда? – зуб на зуб уже от холода не попадает, а этот вцепился, и отпускать меня не собирается.

– Так несколько дней назад. В сообщении название деревни написала – это раз, – зажимает пальцы на правой руке и каким-то образом удерживает меня на месте левой. – А потом фото магазина скинула, вот по нему я тебя и вычислил, – заканчивает с победным выражением на смазливой морде.

– Ты дурак? Магазин на соседней улице! Чё ты мне втираешь? – злюсь и даже голос повышаю, не подумав, что привлекаю тем самым излишнее внимание.

– По-твоему, в этом колхозе люди друг друга не знают поимённо? Да я просто спросил, где дом Любавиных, и мне мигом продавщица адрес продиктовала.

На лице парня играет улыбка победителя, а я, воспользовавшись ситуацией, вырываюсь из его объятий. Вовремя. Потому что в следующий миг калитка открывается, и на улицу выходит бабушка.

– Эт чё это ты тут бездельничаешь, Милка? – интересуется бабуля, словно не замечая Астрова.

– Да вот, думала, к тебе за молоком приехали, – на парня рукой указываю, – а, оказалось, ошиблись адресом.

Последние слова нарочно голосом выделяю, намекая парню, чтобы валил отсюда. Только слушать меня никто не собирается.

– Как ошибся? – взмахивает бабушка руками. – Ничего подобного, у меня самое вкусное и полезное козье молоко в деревне!

Она вмиг преодолевает расстояние от забора до машины и хватает Арсения за локоть.

– И дешевле, чем у Надьки, – шепчет заговорщически, поднимая вверх указательный палец.

Кто такая Надька, я уже знаю. Это главный бабушкин конкурент в её козьем бизнесе. Живёт женщина через несколько дворов от нас, и вечно перебивает цену. Ну, это со слов бабушки.

– Пойдёмте скорее, я и на пробу налью стаканчик, – зазывает бабушка «горячего» клиента и заводит Арсения во двор.

Не успеваю осознать и принять всю трешовость ситуации, поэтому просто послушно плетусь следом. Очень надеюсь на благоразумие Астрова: он же не наболтает бабушке лишнего?

В груди теплится надежда, что парень откажется от дегустации молочного продукта, но это гад радуется неожиданному раскладу и за бабушкой охотно шагает.

– У меня и сыр есть, и творог, и молочко парное, только из-под козочки, – баба Люба активно нахваливает продукцию собственного производства.

Она усаживает Арсения за стол на кухне, которая находится сразу при входе в дом.

– Вам чего хочется? – внимательно на потенциального покупателя смотрит.

– А всего, – отвечает парень, не сводя с меня глаз, – родственников угощу.

Арсений лезет в карман куртки и достаёт оттуда бумажник.

– Только это, – произносит, ковыряясь в пластиковых картах, – у меня безнал.

– А можно на карту перевести, – отвечает бабуля деловито и продолжает вынимать из холодильника своё богатство. Она у меня в плане интернета продвинутая, да и с ватсапом на «ты».

Я смотрю внимательно сначала на бабушку, потом на Астрова, и понимаю, что не вписываюсь в их весёлую компанию.

– Вы к нам ещё приезжайте, – активничает моя немолодая родственница, когда обвешанный покупками парень покидает дом. Её телефон тем временем издаёт булькающий сигнал, и бабушка тут же вынимает его из кармана.

– Ой, денежка пришла, – восклицает бабуля, – только тут больше, чем нужно.

Она вопросительно смотрит на парня, но тот лишь беспечно машет свободной рукой.

– Ничего страшного, шоколадку купите себе. Или внучке, – на меня косится. Гад.

– Ой, да она у меня такая противная, – причитает бабушка, провожая Арсения за дверь, – диету вечно держит, всё поправиться боиться, спирохетина.

Вот спасибо тебе, бабуля! Даже не хочу представлять, какое сейчас лицо довольное у Астрова. Уверена, что ему невероятно приятно слушать про меня гадости.

– Ба! – не выдерживаю и подскакиваю со стула, на котором до этого сидела. Выбегаю следом за бабушкой и Астровым. – А может, попросим молодого человека замок на загоне посмотреть?

Бабушка плавно разворачивается и испепеляет меня взглядом. Я даже холод, который настойчиво забирается под объёмное пальто, чувствовать перестаю.

– Т-ш-ш! – шипит на меня.

Она в Астрове выгодного клиента увидела, а не мастера по ремонту козьих загонов. И судя по взгляду, теперь боится, что после такого предложения, покупатель обидится и больше не приедет.

– Ну, а что? У нас мужских рук нет, как мы, две слабые женщины, будем сами ремонтом заниматься?

Корчу наивную рожицу и ручки в стороны развожу. Бабушка в лице мгновенно меняется, бледнеет, пугая меня не на шутку.

Мало ли что?

– Без проблем, – вмешивает в разговор Астров, – только вот это, – он глазами обводит свои покупки, – в машину погружу. И я полностью в вашем распоряжении.

Последнюю фразу так торжественно произносит, что мне хочется взять и придушить его, такого доброго.

– Миланка, ты совсем сдурела? – причитает бабушка. – Парень по всему видно, что городской. Сейчас плюнет на нас, и уедет. А в другой раз к Надьке за молоком отправится, будь она неладна.

Я молча слушаю её причитания и не спускаю взгляда с калитки. Проходит не больше минуты прежде, чем Арсений вновь возвращается во двор.

– Я готов к труду и обороне! – заявляет с улыбкой во все тридцать два зубы.

«Клоун» – думаю про себя, но вслух ничего не говорю, только глаза демонстративно закатываю.

А вот бабушка сильно радуется, когда понимает, что парень не злится, а очень даже готов помочь.

И помогает.

Пришпандоривает шпингалет к двери загона, предварительно попав молотком по своим пальцам три раза. Я злорадно усмехаюсь, видя, как он кривится от неприятных ощущений. Зато бабушка так переживает, нервничает, глядя на поцарапанного оболтуса. И отправляет меня в дом за аптечкой.

Я послушно иду выполнять просьбу. Затариваюсь перекисью и ватными дисками, и полная жажды крови одного симпатичного, но вредного парня, выхожу во двор.

– Нормально всё, – отмахивается от меня.

Он ещё возится с ремонтом и выглядит настолько сосредоточенным, что я невольно начинаю любоваться. Интересно, откуда он вообще научился такими вещами заниматься? Это всё-таки не по клубам ходить и наивных дурочек клеить. Может, Арсений не так безнадёжен, как я привыкла о нём думать?

– Всё? – слышится за спиной довольный голос бабушки. – А я уже стол накрыла, выпьем чайку?

Парень улыбается и кивает в ответ. Собирает инструменты, помогает бабе Любе отнести их на место, а потом они идут в дом. Я же в который раз за сегодняшний день плетусь следом.

В голове тысяча и один вопрос, но самый главный лежит на поверхности. Если нас с Арсением так тянет друг к другу, то какого лешего мы всё время что-то делим?