Глава 34.

Все-таки, не такой уж у меня плохой муж, оказывается. Просто он не очень хорошо разбирается в женщинах, как и в… людях, в общем.

Ну или это я такая непонятная для него. Попаданка всё-таки, так что это вполне его оправдывает.

Но, так или иначе, когда мы возвращаемся в замок, нас встречает копошение и...магия!

Десяток мужчин разных возрастов делают пассы и взмахи руками в разных комнатах и уголках. Кто-то хмурится, кто-то играет пальцами, как на невидимой арфе, а кто-то будто стрелы выпускает, но итог один – замок преображается.

Исчезает редкая плесень в углах потолка, паутина и пыль, становятся яркими и насыщенными краски, белое становится действительно белым, а позолота опять начинает блестеть.

Тут же несколько женщин сосредоточенно наблюдают за старой мебелью, сложенной в центре зала. И вдруг эта мебель начинает преображаться тоже, склеиваются сломанные ножки, начинает поблескивать и искрить старая ткань, её теперь и не отличить от новой. Заплатки сливаются с общим полотном, а дерево начинает блестеть, будто покрытое новой краской.

Тут же в воздух поднимается огромная золоченая люстра с хрустальными подвесками. Прям как у моей бабушки была, но в сто раз больше. Потом какой-то хиленький мужичок щелкает пальцами и она зажигается сотней магических огней.

Вау!!!! Это же магия!!!!

– Алан, это ты организовал? – спрашиваю я восхищенно. – Когда только успел!

– Конечно, я. Не принимать же гостей в руинах, – хмыкает он.

Когда мы проходим большой зал, герцог одобрительно кивает головой, глядя на обновления. Интересно, а где принц? Я его так и не видела, но покои ему выделили, охрана уже тут… Это прилично проводить ремонт при нем?

– А нормально, что у нас ремонт, когда принц уже тут? – озвучиваю я свои сомнения.

– Тут магическая завеса и поглотители звука, не переживай. Он не видит всего этого и не слышит. Да и потом, всего пару часов почти бесшумной магии никому еще не вредили.

– А как же его покои? Там, наверное, тоже руины, – с сомнением смотрю я на мужа.

– О, нет, они в идеальном состоянии. Самые роскошные комнаты во всем замке.

Дело в том, что его покои были законсервированы, а приехал он глубокой ночью, ничего, кроме своих покоев и не заметил.

Законсервированы. Я с трудом удерживаюсь от рвущегося наружу смеха. Как консервная банка что ли? Так и представляю, как несколько комнат уменьшают и запихивают в упаковку от шпротов и закрывают. Так, ладно, это, наверное, тоже какая-то магия. Но какая?

– Законсервированы? – решаю переспросить я. – Это как?

– О, ты наверное не видела такого? В самых богатых семьях, у некоторых графов и герцогов, к которым может пожаловать кто-то важный и крайне титулованный, всегда есть комната или серия комнат, которая находится в стазисе. В них ничего не меняется, не стареет, не садится пыль, не меняется температура и влажность. В них вообще нет температуры и влажности, на самом деле. Их распечатывают только по такому особому поводу, как приезд принца, например.

Вау. И правда, как консервная банка.

– А почему у нас весь замок тогда не законсервирован? – спрашиваю я насторожено.

– Потому что даже я не обладаю таким богатством, – хмыкает герцог. – Вот, видите, всех этих людей? Столько магов, все так быстро приводят замок в порядок, тратят свои силы и искусство. И за все это я, конечно, заплачу им кругленькую сумму. Но она будет совершенно несравнима с тем, сколько стоило законсервировать покои, в которых теперь обитает принц. Она будет меньше раз в триста. Это, скорее, дело престижа. Ну и удобства, конечно.

Н-да. Отдать годовой бюджет целого города, чтобы законсервировать покои. Слишком накладно и не слишком умно. Но от нормального разговора с Аланом даже как-то теплее стало. И от его смешка, мол, столько не зарабатываю, извини, дорогая, тоже.

Ну, ладно. Кому что, а мне пора приниматься за наш пир на весь мир. Ну, всего-то на пятьдесят человек, на самом деле. Так что я оставляю Его Светлость заниматься своими мужскими делами и иду на кухню.

Мирта и её помощницы, которые очень быстро сориентировались, уже занимаются подготовкой овощей, мяса, чисткой, ошпариванием и прочими танцами с бубнами. Они коротко кланяются мне, почти не отвлекаясь, а я тоже становлюсь к столу.

Впереди нас ждет вся ночь…

К моменту, как солнце нового дня окрашивает в розовый, у нас готов целый пир, как и ожидалось.

Четыре перемены блюд, три вида свежеиспеченного хлеба, синабоны на десерт.

Крем-суп из грибов на мясном бульоне с нежными гренками и сыром.

Утка почти по-пекински на вторую смену блюд. Почти, потому что у меня не было ни рисового вина, ни хереса и вообще непонятно, есть что-то из них в этом мире или нет. Но какое-то белое крепленое вино у герцога нашлось, а потом я углядела на рынке имбирь, который назывался вообще наче и использовался почему-то для укрепления волос. Соевого соуса не нашла, но внезапно нашла рыбный, который вполне подойдет! Нашла ровно там, где странный дедуля с узкими глазами продавал рис, который в нашей стране, судя по всему, никто не выращивал. Аналог Азии, видимо, тут имелся.

Так что утке было суждено быть.

Третья смена блюд – ростбиф. Да-да, тот самый, долго томленый в духовке, розовый внутри и с потрясающей корочкой. И морковка, томленая вместе с ним, рядом на блюде. Вкусно и полезно.

Дичь привез Алан и это была оленина, не знаю уж где он её нашел так быстро, но выбора у нас особо не было. Из оленины я просто сделала котлеты, вот правда, фантазии на большее не хватило. Тут, конечно, о них никто не знал, как и во всех немногих книгах о попаданках, которые я успела прочесть в своей жизни. Ну и славно!

Несколько часов мы все вместе, вооружившись самыми крупными ножами, мелко рубим мясо. Надо изобрести мясорубку, попаданка я или кто? Хоть что-то полезное сделаю для женщин этого мира.

А что у нас с котлетам? Пюре, конечно! Истинно столовская классика для наследного принца. Хи-хи. Давилку для картошки тоже надо изобрести, потому что то, как мы давили картофель это извращение покруче тех, что я знавала раньше.

Хорошо, что для кухни существует особая магическая штучка, о которой я узнала только накануне бала и прыгала тогда почти до крыши. Это даже круче холодильника.

Большой такой шкаф, в котором в отделениях – тот самый стазис, только в маленьких размерах, сохраняет свежесть, температуру и вообще что угодно. Минусы, конечно, тоже есть – нельзя переносить с места на место, сохраняется свежесть и температура, правда только на сутки. Но, мне больше и не нужно.

И вот, когда мы еле живые выползаем с кухни, уже занимается рассвет.

С надеждой на то, что Арника справилась с задачей усовершенствования моего платья и завтрашний (вернее, уже сегодняшний) день будет удачным, я обессиленно плетусь в свои покои, сбрасываю одежду и ныряю в постель, забываясь сном.

“Принцу должно понравится!” – мелькает последняя мысль.

Знать бы еще, что настолько!