Глава 6

– Где она? Где эта тварь? – бархатный голос Варана срывался на визг. Напуганный охранник что-то обморочно шептал, но его никто не слушал. – Ты упустил бабу, у которой в башке бархан песка и половина кактуса, мать твою. Как? Как ты, вооруженный обученный боец, мог упустить тупую телку? Как позволил ей вырубить тебя гребаным камнем? И где была прислуга, мать вашу? Я что, велел всем охренеть тут, пока меня не будет? – Прислуга после обеда смотрела сериал в комнате отдыха, я патрулировал территорию, Федул отлучился. Пузо прихватило у него. Да кто подумать то мог… – Ой, ну тогда конечно. Тогда чего это я разорался? Сериал, сортир, конечно же это архиважные и архинужные мероприятия. Это в корне меняет дело, – нехорошо улыбнулся разъяренный босс. А тебя не могли найти, потому что …? Сколько, говоришь, времени ты пролежал связанным за сараем? – Часа четыре, – понуро склонил голову боец, понимая, что спокойствие его начальника совсем не настоящее. – Шеф, девка не одна была. – Шшшшшто? – зашипел Варан. – Мужик странный тут нарисовался. И я точно знаю, он пришел за бабой. Слишком уж слаженно действовали эти двое. И это… Мужик странный. Не простые они. Работают профессионально. Баба… Договорить цербер не успел. Варан выхватил пистолет из кобуры и выстрелил ему в живот. Мужчина застонал и упал на потрескавшуюся землю, которая тут же жадно всосала растекающуюся кровь. – Саид, организуй погоню. – Четыре часа много. И идти за ними в ночь бессмысленно, босс. Мы возьмем их в городе. Больше идти некуда этим бедолагам, – хмыкнул бородатый холуй, глядя на валяющегося на земле подчиненного. – Прибери тут, – проследил его взгляд коротыш с шикарным голосом. – И еще, это и твой косяк, набираешь на работу хрен знает кого. А бабу пробей и чтобы эта летучая обезьяна и ее дружочек завтра были у меня. Жопой чувствую проблемы. – Челядь всю в расход. Суки рваные, сериалы они смотрели. – У нас так не останется людей, Варан. – Я что-то не ясно сказал? – приподнял бровь главарь. – Ты, Саидка, меньше рассуждай. Я приказал, ты выполняешь. Запомни, не бывает бессменных людей. Ты меня услышал? Или продолжишь в уши долбиться, мул ты вонючий? – Да, босс, исполню, – нахмурился Саид. Он найдет эту ведьму и растерзает. Голыми руками будет рвать. Бородач кровожадно ощерился, сглотнул голодную слюну и пошел выполнять указания авторитета. Кира Занозина Ну за что мне все это? Риторический вопрос. И валяющийся у моих ног на песке громадный мужик мне цветом лица вот совсем не нравился. Я уставилась на отстреленную мочку уха моего «спасителя», мечтая только об одном – прилечь рядом. Желудок взлетел к горлу. И теперь где-то между моих гланд болтался распухшим колючим ежом. – Гад ,– простонала я, превращая свою любимую блузочку в кроп-топ. Отодрала длинный лоскут ткани от подола, или как там называется низ у кофточек, соорудив подобие бинта. Черт, и что мне теперь ему голову что ли перевязывать? Медсестра то из меня так себе, если честно. Но даже я вижу, что рана полна песка и грязи, промыть нечем, ну разве что… Неееет, да и не хочу я, и кустиков нет нигде в радиусе ста километров, точно. Боже. Неужели это все же происходит со мной? Инфекции красавчику не избежать. – Что ты задумала?– простонал Людвиг. Я, занятая шмоном его карманов, даже не обратила внимания, что красавчик пришел в себя. – Я задумала промыть твой чертов локатор, – пропыхтела я, выудив из кармана «спасителя» … Мыльницу? Что, правда? У него нет фляжки с вискарем, нет бутылочки с водой. Да завалящегося стаканчика одноразового нет даже. Зато есть мыльница, мать его за ногу. – Чем интересно? Не слюной, надеюсь? Она у тебя ядовитая, как у змеи гремучей, сто пудово,– хмыкнул Людвиг и тут же болезненно скривился. – Знаешь, когда человека жалит медуза, на место ожога нужно… – начала я издалека, чтоб сразу не шокировать моего товарища по несчастью, ну или соглядатая, я еще не разобралась. – Слушай, ты анекдот про «поцелуй меня в плечо» знаешь? – Ты бредишь что ли? Черт, ты пустынную болезнь хапнула что ли? Детка, ты меня пугаешь. Если надо, я готов, конечно в плечо тебя… – Ты дурак? – приподняла я бровь. – Просто я издалека… Короче. Воды у нас нет. Рана у тебя загрязнена. Кровью воняет за километр. Жара. Ты поимаешь, что рана у тебя на голове, это опасно. Я, конечно, сомневаюсь, что у тебя под шляпой не просто кость, но тем не менее. Надо промыть рану, есть только один вариант в данных условиях. Я про медуз и рассказала тебе. Ну, ты понимаешь. Только отвернись, тут спрятаться негде. А я все таки девочка. Стесняюсь я при тебе это самое. Понимаешь? – Неееет. Нет, нет, нет. Я не хочу этого слышать. Посмотрел бы, но слышать… – прохрипел раненый боец, предприняв попытку подняться на ноги и слинять. – И жары уже нет. Так что ничего с моей раной не станется. А завтра… А и вправду, я поежилась, вдруг ощутив ужасный холод, на который, занятая скорбными своими делишками, до слов Людвига и внимания не обращала. – Никаких завтра, – рявкнула я и почапала в отдаление, прижав к груди проклятую мыльницу. Да не хотела я его унизить. Больно много чести. Просто с помирающим громозепой на спине таскаться по песку то еще удовольствие. А бросить человека, пусть даже мерзкого соглдатая, у меня просто не хватает подлости. Я примостилась за невысоким песчанным барханом, кляня на все лады судьбу злодейку. А потом… Твою мать. Я думала у меня остановится сердце. Что-то противно-мокрое коснулось кожи на самой приключенческой части моего тела. Я взвыла, подскочила на полметра над землей. И не разбирая дороги ломанулась куда глядели мои одуревшие глаза, оглашая тишину воплем, достойным оглушить даже самца синего кита в период спаривания. Воздух резко завонял чем-то невыносимым.