Глава 30

«Если я выйду замуж, я хочу быть очень замужней».

— Одри Хепберн

ЕЛЕНА

Прикосновение было невинным. Его руки лежали рядом с моими на столе, касаясь моих собственных, но тепло, которое затопило меня, было похоже на солнечный свет, впущенный в пыльную, темную комнату.

— Что это? — его протяжный голос пробежал по моей спине, когда он встал позади меня, прижимая мое тело к островку.

— Это тебя не заинтересует. — Я прикусила губу.

Этим утром я проснулась от звука дождя по стеклу, от капель, капель, капель, просачивающихся в мое подсознание. Я лежала в незнакомой постели, хотя спала лучше, чем когда-либо. Было восемь утра, когда мой жених решил вернуться домой.

Я не знала, где он был прошлой ночью, с кем мог быть, но решила, что это не имеет значения. Это начало моей новой жизни с ним, и я знала, что так и будет.

Вчера я просматривала список, который прислала мне мама, а Лука смотрел телевизор и делал вид, что меня здесь нет. Я предположила, что он спал на диване, потому что ни разу не слышала безошибочного скрипа старой деревянной лестницы.

Сейчас он сидел в кабинете Нико и смотрел спортивные новости на ноутбуке. Я удивлялась, почему он не мог сделать этого вчера, но пришла к выводу, что диван, вероятно, был намного удобнее, чем кресло за столом.

— Я дам тебе знать, что меня интересует.

— Свадебные штучки, — сказала я. — Ты знаешь, какие детали свяжут нас вместе на всю оставшуюся жизнь?

— Похоже, ты пытаешься меня отпугнуть.

— Это работает?

— Нет, я рискну.

Веселье в его голосе странно подействовало на мою нервную систему. Как он мог быть таким беспечным и настойчивым, чтобы жениться на мне, и почему в этом было какое-то очарование?

Его пальцы коснулись моих, когда он придвинул распечатку письма моей мамы ближе. Я заметила, что у него были красивые руки. Большие, мужественные, с чистыми, короткими ногтями. Мне хотелось найти в этом мужчине что-то, что мне не нравилось бы, но, похоже, это должно было быть связано с его личностью, а не с внешностью.

С каждой секундой его тело все теснее прижималось к моей спине, пока он читал список моей мамы, словно я не была поймана в ловушку перед ним.

— Как ты относишься к розовому? — выдохнула я.

Одна из его рук скользнула к моей талии, обжигая кожу сквозь розовое платье, которое я надела.

— Никогда не думал об этом раньше, — протянул он, — Но кажется, мне нравится.

Тепло побежало по моим щекам.

— Хорошо, — сказала я. — Потому что на тебе будет розовый галстук.

Он издал вздох удовольствия.

— Я не возражаю, но это, вероятно, будет раздражать Луку. Он беспокоил тебя вчера?

— Нет, он был настоящим джентльменом. Не столкнул меня в бассейн или что-то в этом роде.

— Он оставался в моем кабинете?

Я колебалась, потому что была ужасной лгуньей.

— Конечно.

— Хм. — Его рука скользнула с моей талии на бедро, его пальцы сжали мою плоть с такой силой, что мой пульс затрепетал. Прижавшись губами к моему уху, он прошептал, — Я тебе не верю.

Я глубоко вдохнула.

— Ты ожидал, что он останется в твоём кабинете на весь день и ночь?

— Да, — сказал он, будто не просил многого. — Расскажи мне, чем вы занимались.

— Играли в Монополию и ели мороженое из одного стаканчика.

Я почувствовала его улыбку на своей шее.

— Маленькая лгунья, — протянул он.

— У тебя нет кофеварки, — я только смогла сказать.

— Я не пью кофе.

— Ты не человек, — выдохнула я.

Его ладонь пробежала от моего бедра к нижней части живота. Жар скрутился внутри меня при малейшем давлении его руки. Каждый палец прожигал ткань, пока его губы касались моего затылка. Мои внутренности таяли, растворяясь в воспоминаниях, когда он мягко прикусил, а затем лизнул кожу. Я схватилась за край столешницы, и стон пополз вверх по моему горлу.

— Почему ты одета, для выхода на улицу?

Я судорожно втянула воздух.

— В десять я еду с мамой в салон.

— Сейчас? — он провел лицом по моему обнаженному плечу, его щетина дразнила мою кожу. — Кто тебя отвезет?

— Бенито заедет за мной.

На мгновение воцарилась тишина, и вдруг я подумала, не скажет ли он мне «нет». Будет ли строг? Неразумен? Все эти ужасные возможности пришли мне в голову, когда я наконец поняла, что вверяю свое будущее в руки этого человека. Я его почти не знала. Я хотела узнать его, просто чтобы понять, как он отреагирует. По крайней мере, так я себе говорила. Я хотела знать, чем он занимался прошлой ночью. Какое у него второе имя. Кого он любил и любит. Хотела знать все, и это заставляло мою грудь болеть от неизбежного разрыва.

— Ты возьмешь одноразовый телефон, пока я не куплю тебе новый.

Я выдохнула. С облегчением? Я не была уверена. Едва ли этого было достаточно, чтобы понять его характер, но это было что-то.

— Нико, вовсе не обязательно, чтобы Лука оставался здесь со мной. Мне не нужна нянька.

Напряженная тишина прокралась между нами, прежде чем он отошел.

— Твое прошлое говорит об обратном.

Я напряглась, почему-то не веря, что он сказал это.

Я заработала первый взгляд на Нико, в то утро. Он вошел в гостиную, стягивая галстук, и я не могла не заметить, что на нем была та же одежда, что и прошлой ночью. Проглотив горький привкус во рту, я сказала:

— Я не собираюсь убегать.

Я сделала это однажды, и это не было освобождением; это была самая большая ошибка, которую я когда-либо совершала.

Его взгляд был как зажженная спичка в кромешной тьме комнаты.

— Нет такого места, куда ты могла бы отправиться, чтобы я не смог тебя найти.

Холодная дрожь пробежала по моей спине от равнодушного тона его голоса, потому что я поверила ему. Однако резкость в выражении его лица заставила меня поверить, что он оставил со мной одного из своих людей не только ради моей безопасности или того факта, что я могу попытаться убежать.

Я остановилась, когда до меня дошло. Неужели он поверил, что я встречаюсь с другим мужчиной? Это имело бы смысл, учитывая то, как он не раз намекал на то, что я ему изменяю.

Неужели он думает, что я настолько глупа? Я должна быть невероятно глупа, чтобы вступать в тайные отношения, особенно после того, что случилось со мной раньше. Не обижайся на Адриану — думала она своим странным сердцем, а не головой.

Раздражение выплеснулось на поверхность.

Этот человек мог спать с кем угодно. Мое горло сжалось, представив, что он делал это прошлой ночью, а я сидела с няней, поэтому не сделала то же самое? Я знала, что так устроена эта жизнь. Но поняла это только издалека, а не лично от человека, которого скоро назову мужем. От человека, с которым буду делить дом.

Раздражение превратилось в горечь и распространилось по моей крови, как яд.

У меня никогда не будет собственного мужа. Мне всегда придется делиться им. И эта правда была такой реальной, такой грубой в тот момент, что дрожь негодования пронзила мою грудь.

Мои глаза сузились, совсем как в церкви, когда я впервые увидела его.

Его взгляд подражал моему.

У меня не было никакого желания сообщать ему, что другого мужчины нет. В любом случае, это не имело значения.

Мое сердце никогда не будет принадлежать ему.

Это единственная вещь в моей жизни, которая была моей, и я никогда не подпишу ее.

♠️ ♠️ ♠️

Всю дорогу до магазина, бабушка и Адриана смотрели на меня пустыми, неморгающими глазами. Бенито молчал, сидя за рулем, а мама, взволнованная, рассказывала о свадьбе.

Там, где большинство девушек мечтали о своей свадьбе и о том, как она будет прекрасна, я смотрела ее за мутным фильмом. Словно платье в витрине бутика находилось за запачканным пальцем стеклом. Моя свадьба будет основана не на любви, а на простой передаче власти от моего папы к моему мужу.

Хотя, когда мои каблуки стучали по тротуару, а дыхание становилось поверхностным с каждым шагом, что-то танцевало под моей кожей. Вибрировало в венах. Волнение. Сильное желание. С печальным пламенем надежды, мерцающим за его пределами.

Стекло было кристально чистым, за ним красовалось великолепное белое платье.

Я не любила человека, за которого собиралась выйти замуж. Не могла. Приложив палец к стеклу, я оставила одно пятно против ложной надежды, которую давало это окно.

Моя мама держала дверь открытой, ее глаза сузились, когда она осмотрела меня.

— Один день с Руссо, и я думаю, что моя дочь сошла с ума.

— С твоими-то генами? — пробормотала бабушка, входя внутрь. — Чего ты еще ожидала?

♠️ ♠️ ♠️

С тихим щелчком я захлопнула за собой дверь. Осознание коснулось моей кожи с головы до ног, когда Нико бросил взгляд в мою сторону со своего места на островке.

Его локти лежали на стойке, пистолет был разобран на части. То, как он чистил предмет в руке, было задумчивым, будто у него было много мыслей — или, может, он просто тщательно до тошноты относился к своему пистолету.

— Нашла платье? — его тон был легким, не испорченным гневом, которого я ожидала.

Напряжение в моих плечах ослабло. Мое разочарование исчезло с каждым часом дня, но с тем, как мы расстались ранее, я не знала, чего ожидать, когда вернусь.

Я прислонилась к двери, чувствуя всю тяжесть прошедшего дня. Подумав о своем платье, на моих губах появилась улыбка.

— Идеальный вариант.

— Идеальный, да? — протянул он.

— Угу. — а потом, поскольку этот разговор показался мне слишком душным и формальным, я сказала: — Оно было очень дорогим.

Он наградил меня едва заметной улыбкой.

— Конечно, так оно и было.

Не то чтобы его цена имела какое-то отношение к моему решению. Когда я увидела его, то поняла, что оно то самое. Любовь в платье с первого взгляда. У меня имелись сомнения насчет нашего брака, но сегодня я поняла, что свадьба станет моей единственной. Я не собиралась это выбрасывать, потому что данный союз, возможно, не был историей любви века.

Мы нашли четыре розовых платья невесты вместо желтых, которые мама выбрала для Адрианы. И учитывая, что подружки невесты моей сестры состояли из меня и трех наших ближайших кузин, мне не пришлось вносить никаких изменений в свадебное торжество. Возможно, это должно было удручать, но мне это просто казалось удобным.

Я сбросила туфли.

— Мама плакала.

— Плакала?

— Точнее, наверное, рыдала, — вздохнула я, вспоминая эту сцену.

— Жаль, что мне пришлось это пропустить.

Этот разговор был легким, непринужденным, хотя я не могла не заметить, что его движения были слегка напряженными. Я пожевала губу, направляясь на кухню. Схватила стакан из шкафчика и наполнила его водой из крана, будто все время делала все нормальные вещи рядом с этим человеком и не заботилась о его присутствии. На самом деле, мой позвоночник покалывало от сильного осознания.

Пытаясь придумать, что бы такое сказать, мое внимание привлек новый прибор на стойке. Что-то тяжелое упало мне на грудь.

— Ты купил кофеварку?

— Не могу допустить, чтобы ты превратилась во что-то нечеловеческое.

Это было очень предусмотрительно с его стороны… и я ненавидела это, потому что не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то думал о том, что мне нужно, прежде чем я должна была попросить об этом.

Я проглотила комок в горле.

— Телефон на островке твой, — сказал он.

Мой взгляд метнулся к устройству, и я взяла его. Честно говоря, я наслаждалась свободой, не имея телефона в течение последних шести месяцев.

— Не думаю, что он мне необходим, — сказала я ему.

— Он твой, Елена. Держи его при себе все время.

Я подумала, что сейчас неподходящее время просить его сказать «пожалуйста».

— Туз, — прочитала я, наткнувшись на его имя, уже занесённое в мои контакты. — Ужасно самонадеянно с твоей стороны было забивать свой номер в моем телефоне.

Я повернула голову, чтобы увидеть легкую улыбку на его губах, но его взгляд был сосредоточен на работе.

— Ты совершенно права, жена.

«Жена» должно было бы быть сладким ласкательным прозвищем для любого мужчины, называющего свою невесту, но сардоническая собственническая интонация испортила это. Однако полгода назад я поняла, что не люблю сладкое. Тепло разлилось по мне.

— Я еще не твоя жена, — сказала я ему.

— Семантика. — Он взглянул на мои розовые щеки. — Никогда не видел, чтобы женщина в Коза Ностре краснела до тебя.

Ему не нужно было напоминать мне об этом.

— Тебя это беспокоит?

— Нисколько. — он перевел взгляд на свою работу, задумчиво проведя большим пальцем по подбородку.

Мое дыхание стало поверхностным, и я сделала шаг к островку, хватаясь за столешницу.

— Спасибо за кофеварку и телефон.

Он сидел напротив меня, и тусклый свет делал его глаза похожими на жженое золото.

— Не за что.

Напряжение поползло между нами, пробираясь между моих ног и оседая там, как тяжелый груз. Я хотела поблагодарить его совсем по-другому. Хотела посмотреть, что скрывается под этой белой рубашкой. Хотела знать, сколько усилий ему потребуется, чтобы удержать меня. Желала погасить этот огонь внутри меня, который находился там с тех пор, как я встретила его. Я хотела его.

Его взгляд нашел мой, и золото почернело по краям. Мой пульс закружился в странном танце.

— Сегодня ночью ты отправишься со мной на работу.

Его безразличный тон сломал напряжение, пока оно не рассеялось по углам комнаты.

Я выдохнула.

— Почему?

— Мне нужен Лука, и я никому не доверяю оставаться с тобой.

Я проигнорировала то, что заставило меня звучать, как двухлетнего ребенка.

— Ты ожидаешь неприятностей сегодня ночью?

— Я каждую ночь ожидаю неприятностей.

Мои брови сошлись на переносице.

— И ты хочешь втянуть меня в это?

— Я не позволю тебе умереть. — его взгляд блеснул мрачным весельем. — Я только начал с тобой.