Глава 35

«Черный, как дьявол, горячий, как ад, чистый, как ангел, сладкий, как любовь».

— Шарль Морис де Талейран

ЕЛЕНА

Мы остановились у его кабинета, и увидев, что на кофейном столике меня ждет пицца, я застонала.

Нико издал веселый вздох и направился мимо меня к своему столу, где провел следующий час, разговаривая по телефону. Это могло бы быть и дольше, хотя не знаю, потому что с полным желудком и потерей солнца я заснула на диване. Это был легкий сон, где я все еще могла слышать его глубокий и недавно успокаивающий тембр на заднем плане.

Через три часа я проснулась в пустом кабинете.

Слегка сбитая с толку, я моргнула и вытащила свои волосы из потрепанного хвостика. Расчесала волосы пальцами и снова надела туфли, прежде чем направиться к двери и выйти в коридор. Столы стояли неподвижно, в подвале царила тишина, нарушаемая лишь несколькими тихими мужскими голосами.

Я вошла в главный зал и заметила Лоренцо, Лаки и Луку у одной из дальних кабинок, каждый из которых держал в руках карты. Мне было интересно, как можно играть в покер, где каждый из них с лёгкостью обманывал.

Николаса нигде не было видно, и мне вдруг захотелось посмотреть на клуб наверху. Я была нарушителем правил для мужа, так что, возможно, мне нужно выйти из своей зоны комфорта и научиться находиться на его уровне. На цыпочках, дабы каблуки не стучали, я подошла к лестнице и выскользнула за дверь.

Место было элегантным, но уютно оформленным. Широкий танцпол, сделанный из панелей мигал от фиолетового, синего до желтого. Длинный ряд красных плюшевых кресел стоял вокруг лакированных круглых деревянных столов, а дальнюю стену занимало зеркало. Лестница вела наверх, туда, где, по моим представлениям, располагались ВИП-залы. Я надеялась, что Нико не допустит, чтобы там совершались какие-то темные дела, хотя это и было желаемое за действительное.

Еще через мгновение я решила спуститься вниз, пока они не заметили, что я ушла. Сделав шаг, чтобы уйти, я поняла, что не одна.

— Итак, ты прекрасная Елена.

Я замерла.

Голос был незнакомым, хотя в последнее время я знала, что была лучшей кандидатурой в любом списке сплетней, так что неудивительно, что он узнал меня.

Я обернулась и встретилась с некультурным, но утонченным взглядом, будто эти два сражались между собой. Безжалостность выплеснулась из его костюма от Армани, но его непринужденная внешность, учтивый гардероб и расслабленная осанка опровергали это. Я представила его хамелеоном, легко принимающим форму любого фасада, который он пожелает.

— Извини, но кажется, мы не знакомы.

Его тихий смех прозвучал как низкие музыкальные ноты, оставленные умирать на ветру.

— Нет, не знакомы, я всего лишь второй сын.

Хотя значение его заявления должно было исчезнуть в двадцатом веке, я поняла, что он имел в виду. Я была живым доказательством старомодности Коза Ностры — моя свадьба не за горами.

Как второй сын, он не унаследует многого, ни титула, ни бизнеса, и всегда будет работать на своего отца, а затем не старшего брата. Он навсегда останется на втором месте и останется незамеченным.

— Очень жаль это слышать.

Он почесал подбородок, забавляясь, а потом, как мне показалось, пробормотал:

— Неудивительно, что ты ему нравилась.

Я не знала, кто бы допрашивал его, хотя прошедшее время этого заявления — нравилась — возбудило мой интерес. Мне не следовало беседовать наедине с незнакомым человеком, но ведь Нико не впустит в свой клуб человека, которому не доверяет, не так ли?

Неуверенными шагами я сократила расстояние между нами. Незнакомец взял мою руку и запечатлел на ней легкий поцелуй.

— Ты, кажется, уже знаешь, кто я, хотя я ничего о тебе не знаю. У тебя должно быть имя?

— Можешь звать меня Себастьян. — в его глазах промелькнул едва заметный блеск, прежде чем он добавил: — Перес.

Что-то холодное пронзило меня насквозь, и я дёрнулась, чтобы вырвать свою руку из его хватки. Именно тогда я заметила тонкий акцент в его словах, как у Колумбийца.

Он выдохнул, словно моя реакция была в равной степени забавной и раздражающей.

— Это происходит в третий раз. Начинаю задаваться вопросом, как я буду трахаться в этом городе.

Я вздрогнула от легкого тона его голоса и заявления. Однако, наблюдая, как он засовывает руки в карманы и поворачивается, чтобы осмотреть это место, я поняла, что этот мужчина может быть более манипулятивным, чем его брат. Хотя, то, что я хотела знать, это отклонение от нормы.

Интересно, правда ли то, на что он намекал, — у Оскара плохая репутация среди женщин? Мне показалось, что у него было достаточно женского внимания, но это было только в нашем кругу, и если у него имелись определённые… склонности, я была уверена, что он не покажет их никому в Коза Ностре. До тех пор, пока не заключил брак с одной из их женщин в брак, увезя в Колумбию. Судьба, которую я, казалось, упустила на волосок.

— Знаешь, ты ему нравилась, — сказал он. — Ты ему очень нравилась.

Неприятный вкус наполнил мой рот. Быть желанной Оскаром Пересом все равно, что заболеть венерическим заболеванием.

— Это хорошее место, — заметил он, делая несколько шагов вглубь клуба. — Интересно все таки найти тебя здесь. Думал, Туз женится на твоей сестре?

Я сглотнула.

— Изменение планов.

Простое «хех» вырвавшееся у него, было покрыто весельем.

— Знаешь, — сказал он, — Однажды, когда мой брат был пьян, он сказал мне, что твой голос похож на нежную женскую ласку.

— Как… — я сдержала гримасу. — Мило.

Он усмехнулся, как будто ему нравилась неловкость, которую его заявление принесло в комнату.

— Он пел о тебе сонеты. Хочешь послушать одну?

— Я… не думаю.

— Хороший выбор. Некоторые из них были… — он обернулся, слегка нахмурившись. — Некультурными.

— Ты больше не второй сын, — заметила я.

В его глазах мелькнула кромешная тьма.

— Нет.

Мой желудок сжался.

— Так вот почему ты здесь?

Как только последнее слово слетело с моих губ, волна чистого напряжения коснулась моей спины. Мое тело замерло, но Себастьян остался стоять на месте, его руки оставались в карманах, когда он бросил взгляд на человека позади нас.

— Елена. Вниз. — слова были холодными и далекими. Слова босса, которые несли в себе безошибочный тембр контроля. Дрожь двигалась под моей кожей. — Живо.

Я повернулась, подчиняясь.

Я знала, что это нарушение правил не для меня…

Нико даже не взглянул на меня. Он по-прежнему сосредоточенно смотрел на колумбийца, стоявшего в центре его клуба и который, как я уже начала думать, не заработал приглашения.

Эта версия Нико была сплошными жесткими линиями и пугающим присутствием, которое обжигало, если кто-то подходил слишком близко. Я не могла не заметить, что мужчина, которого я знала, ласкал меня теми же руками, которыми раньше калечил Дон.

Я прошла мимо него и направилась вниз по коридору, но что-то заставило мои ноги остановиться за углом, напряжение было настолько сильным, что я задохнулась. Мне не терпелось взглянуть, как Нико ведет дела. Простое любопытство.

— У тебя есть пять секунд, чтобы объяснить, как ты попал в мой клуб.

Себастьян тихо рассмеялся.

— Значит, сразу к делу? — его тон стал таким же утонченным, как и костюм. — Очень хорошо. Я подключил передние камеры и использовал хороший маневр с помощью кредитной карты.

— На этой двери стоят два цепных замка.

Я чувствовала, как улыбка расплывается за углом.

— Что я могу сказать? Возможно, тебе стоило поставить три.

Тишина встретила мои уши, и я могла сказать, что Нико не был удивлен.

— Если ты хочешь уйти отсюда целым и невредимым, я бы начал говорить.

— Мой брат, должно быть, не был твоим другом.

В воздухе витало нетерпение, и я медленно вдохнула.

— Перес, — сказал Себастьян. — Оскар. — пауза. — Видишь ли, мой брат был подозрительным — на самом деле параноиком, — что кто-то пытается его убить. Не могу сказать, что я не думал сделать это сам. Имею в виду, я думаю, что у меня были мысли об этом с семи лет…

— К делу, — отрезал Нико.

Себастьян вздохнул.

— Ну, он был настолько параноиком, что нанял частного детектива. Кто-то, кто ходил за ним по пятам и наблюдал, чтобы за ним больше никто не следил. — он рассмеялся. — Ирония судьбы, нет?

Наступила пауза, будто он ждал ответа Нико. Нико так ничего и не сказал, и мне показалось, что он только бросил на этого человека устрашающий взгляд.

— Верно, — повторил Себастьян. — Ну, причина, по которой я думаю, что мой брат не был твоим другом, заключается в том, что у детектива имеются несколько фотографий, где ты стреляешь ему в голову.

Мой пульс неуклюже остановился. И все, что сказал Нико, было:

— Не думаю, что ты пришел сказать мне, кто этот детектив, — холодный прилив осознания затопил меня.

Себастьян рассмеялся.

— Если бы я это сделал, уверен, что он плавал бы в любой реке поблизости. Кроме того, он отдал мне снимки. Я даже не взял бы их, если бы знал, что это ты. У Бута случился сердечный приступ, когда я указал ему на это.

— Умный парень, — протянул Нико. — Ты, не такой. Скажи, чего ты хочешь, прежде чем я решу, что мне похуй.

— Скажем так, мой брат зарыл бизнес в землю. Погибло много наших с ним контактов… ну, откровенно говоря, он любил женщин. Трахать, бить, резать на кусочки. Это делалось из-за плохого бизнеса. Ты станешь моим партнером, и эти фотографии исчезнут.

Нико издал сардонический вздох.

— Ты понимаешь, что начинать новые деловые отношения с шантажа не самый умный шаг, который можно предпринять?

— Будто бы ты мог выбрать нового поставщика по-другому.

Нико тот, кто убил Оскара… Почему?

— У тебя имеется хорошее дерьмо? — в конце концов сказал Нико.

— Лучшее.

— Хорошо. Мы поговорим об этом позже на этой неделе, после того, как ты назначишь чертову встречу, как и все остальные. Где ты остановился?

— Зачем? — тон Себастьяна был удивленным. — Хочешь показать мне город?

— Если я решу убить тебя, мне не придется тратить время на поиски, — невозмутимо ответил Нико, прежде чем я решила, что услышала достаточно.

Прежде чем уйти, я остановилась на следующих словах Себастьяна, желая услышать ответ Нико.

— Скажи мне, — сказал Себастьян, — Зачем ты это сделал?

Воцарилось тяжелое молчание, и моя грудь сжалась от бесцеремонного тона Нико.

— У него было то, что я хотел.