Глава 21

Магазин Глерна поразил меня своей продуманностью. Левая от входа сторона была мужская: на стенах и даже на потолке висело, лежало и стояло разное оружие от ножей до алебард. Правая же половина магазина предназначалась для женщин: браслеты, кольца и диадемы расположились в идеальном порядке на полках. Меня, конечно, потянуло вправо.

— Леди что-то конкретное ищет? — ко мне подскочил шустрый молоденький гном. — Можем подобрать колечко. На ваших тоненьких пальчиках идеально будет смотреться серебро. А уж как наши мастера умеют работать с эти металлом! Тончайшее плетение обнимет пальчик, и вы не захотите никогда расстаться с такой красотой!

Я уставилась на разливающегося соловьем гнома. Вот это настоящий продажник! Не иначе Глерн с его чуйкой отрыл такой талант у себя под горой. Я и опомниться не успела, как любовалась на серебряное колечко на своем пальце.

Тряхнула головой, с сожалением стянула украшение, отошла от полочки от греха подальше и сказала гному:

— Я не собираюсь ничего покупать. Мне к господину Глерну.

— Понятно. Но если вдруг, — гном многозначительно глянул на украшения, — лучше, чем у нас, вы не найдете. Сейчас я доложу господину, что к нему пришли.

Через пару минут появился хозяин.

— Тэна Алиса, рад видеть вас снова, — проговорил Глерн. — Прошу, пройдемте со мной.

Он провел меня внутрь дома. Мы очутились в уютной комнатке, оформленной на восточный манер. Посередине стоял невысокий столик с чем-то вроде кальяна, а по полу были разбросаны разноцветные подушки.

Пока я пила чай из пиалы, Глерн курил и потихоньку выспрашивал про мою жизнь. Я рассказала историю моего появления на Этерии, утаив лишь про отношения с графом.

— Занятно, — сказал Глерн и выдохнул струю дыма, ароматом напоминающего вишню. — Значит, ты умело стряпаешь. Вот почему мне захотелось сегодня подарить тебе это.

Гном вытащил откуда-то из-под подушек продолговатый сверток и протянул мне. Я осторожно взяла его в руки и развернула. На мягкой бархатной ткани хищно блестел острой гранью великолепный поварской нож. На рукоятке не было каких-то особых украшений, лишь тонкий узор, но даже мне было понятно, что это дорогая вещь.

— Но… — начала было я.

— От моих подарков не отказываются, — прервал меня посуровевший гном.

— Спасибо, — тихо сказала я и прижала к себе сверток. — Правда, я не повар, а кондитер, но хороший нож всегда пригодится. А этот нож не просто хорош, он великолепен.

Глерн довольно улыбнулся и огладил бороду.

— То-то же. А кондитеру что нужно? Может, у меня есть. — Гном откинулся на подушки.

— Мне нечем платить, — развела руками я. — Вряд ли вы всем помогаете на безвозмездной основе. Иначе такого богатого магазина у вас не было бы.

Гном нахмурился, глубоко затянулся, выпустил дым и сказал:

— Когда-то давно я пытался жить как все, быть как все, следовать здравому смыслу, вдолбленному родителями. Но оказалось, что этот путь не для меня. Лишь доверяя себе и своим чувствам, я достиг всего этого. — Глерн наклонился ко мне и понизил голос: — если не понимаешь себя, как можно понимать других?

От его слов у меня спину будто холодом лизнуло. Ведь он говорил не только про себя, но и про меня. Сколько лет я подавляла свои желания и мечты в угоду кому-то, хотела быть удобной и правильной. И что? Была ли я счастлива? Нет. В последние недели, преодолевая трудности, страдая и мучаясь, я чувствовала себя более живой и настоящей.

Гном, видимо, прочитал что-то в моих глазах, потому что удовлетворенно кивнул. Я усмехнулась, выпрямила спину и уверенно сказала:

— Если господин Торнхольд поможет мне с оборудованием для кухни, то будет каждое утро желанным гостем в моей кондитерской. И каждое утро для него будет готов бесплатный десерт.

— Ты же понимаешь, что это невыгодная для тебя сделка? — Гном хитро прищурился. — Я планирую жить о-очень долго и буду ходить к тебе ежедневно. Уверен, что мне понравится.

— И я всегда вам буду рада. потому что поддержку, хорошее отношение и дружбу не меняю на деньги, — твердо сказала я.

* * *

На следующий день я с самого утра работала на кухне у Петра. Печь решила уже отработанные с местными продуктами лакомства: меренговый рулет, шарлотку. Да еще выпекла бисквит и сделала творожный сыр. Завтра можно будет собрать торт.

Ближе к вечеру на кухню пришел Петр.

— Ну как? Готово? — спросил он, подойдя ко мне.

— Готово, — улыбнулась я.

Петр повернулся к своему главному Мастеру — повару и спросил:

— Пробовал? И как?

— Восторг. — Коротко ответил невысокий Мастер.

Как я поняла, он вообще был не мастак говорить, но это не мешало ему четко руководить кухней.

— А ты попробуешь? — спросила я у Петра.

— Лучше. Мы сейчас устроим твоим десертам настоящую проверку. Доставай все, что есть и раскладывай по тарелкам, — велел он мне.

Когда все было сделано, Петр позвал разносчиц и вышел в зал. Я притулилась возле двери и смотрела за ним. От страха и ожидания меня потряхивало, ладони вспотели, а сердце стучало где-то в животе.

Зал таверны был полон. На ужин спустились постояльцы, пришли люди с улицы — все кушали и беседовали.

— Дамы и господа, прошу минуту внимания! — Петр махнул разносчицам, и четверо девушек с подносами в руках выстроились рядом с ним. — Хочу представить вам десерты от прекрасного повара и моего хорошего друга, отныне проживающего в нашем городе. Сегодня за счет заведения.

Разносчицы понесли тарелки по столам, а я малодушно сбежала на кухню и забилась там в уголок. Ожидание всегда давалось мне тяжело, а смотреть и ждать реакцию было и вовсе невыносимо.

Через некоторое время за мной прибежала одна из разносчиц.

— Тэна, вас зовут в зал!

— О, Боже! Что случилось? Им понравилось? Нет? Да скажи же хоть слово! — с паникой набросилась я на девушку, но та помотала головой и убежала.

Перед дверью я выдохнула, вытерла потные ладошки о передник, поправила на голове чепец и, словно ныряя со скалы, шагнула в зал. Меня тут же увидел Петр, на его рыжебородом лице засветилась улыбка, и он, вытянув руку в мою сторону, провозгласил:

— А вот и наша кудесница! Тэна Алиса!

Зал взорвался аплодисментами. Люди улыбались мне, благодарно кивали и хлопали. Облегчение омыло меня чистой радостью, в горле встал ком. Им понравилось! Петр, тоже аплодируя, наклонился ко мне и сказал:

— Вот тебе ответ на все вопросы. Приходи завтра с утра, у меня есть к тебе предложение.