Глава 24.

Лошадка Мирослава лихо домчала нас до города.

Всю дорогу я напряженно думала, что принц в благодарность потребует что-нибудь от меня. Например, поцелуй. Но оказалось все не так: он не был похож на человека, желавшего воспользоваться ситуацией, скорее торопился показать что-то, что приятно меня удивило бы. Все было настолько прилично, тактично и обходительно, что я вдруг поймала себя на том, что тянусь к нему сама. Это возмутило и испугало!

Неправильно это. Совсем неправильно!..

Огибая углы оград и строений, мы добрались до центра. На улицах было пусто, свет в домах не горел, и вскоре я узнала причину – на опустевшем Ночном рынке вместо прилавков с товарами был установлен уличный театр закрытой от дождя сценой и многочисленными лавочками. У импровизированного входа толпились люди, нетерпеливо негодуя на всех, кто вне очереди или без оплаты пытался пробраться на представление.

— Мы с сестрами устраивали на ферме сценки… — поделилась я, жадно всматриваясь в яркую театрально-цирковую жизнь. Было в ней что-то цепляющее за живое, заставляющее душу сжиматься и распускаться навстречу новым ощущениям. — Но там не было никаких персонажей в гриме, жонглеров или гимнасток.

— Они тут проездом, — пояснил Мирослав, перекидывая ногу через круп коня, соскальзывая на землю и помогая спуститься мне. — Всего одну ночь. Я подумал, что это развеет тебя перед забавным испытанием с Агапом.

Я мигом ощетинилась. Единственный шанс показать королеве свои способности для меня не выглядел «забавным испытанием». Это была борьба если не на жизнь, то, во всяком случае, за право торговать в магической лавке.

— Я собираюсь поразить своими десертами как можно больше ваших гостей.

— Делай это так, чтобы не помешать моему расследованию. Агап – важное звено в цепочке преступлений. Нельзя его отлучить от двора раньше времени.

— Я думала, вы на моей стороне, а вы... — с обидой вырвалось у меня.

— В этом не сомневайся, — отрезал принц. — Но твое излишнее рвение может погубить мои труды. Даже если ты проиграешь, это ничего в твоей жизни не изменит, но уничтожит все, чего я успел добиться. Обещаю, я найду способ устроить все самым лучшим для тебя образом.

— Готовы пойти по головам обычных людей? А может, это все ради того, чтобы ее величество отменила вашу женитьбу и разрешила уехать вам на родину?

Кто меня дернул за язык?! Сказала и тут же пожалела о своих словах. Мирослав поправил застежку на плаще.

— Да, я хочу вернуться на родину, — принц глянул на меня холодно. — Если повезет, то уеду туда с женой. Но это мои личные желания и в данный момент они не влияют на ситуацию.

Гул толпы в моих ушах стих. Мне хотелось расплакаться, но еще больше, чтобы принц отвез домой меня.

Наше неуютное молчание прервал девичий голос:

— Не успеет солнце взойти дважды, как вы оба узнаете что-то приятное и невероятное!

Мы обернулись.

Перед нами стояла та самая девица, которую я спасла от чар колдуна. По ее отрешенному взгляду было понятно, что она меня не вспомнила. Еще бы – в доме ведьмы девица была в таком изнеможенном состоянии…

— А ты, — она ткнула пальцем в сторону Мирослава. — Смотри в оба. Воробышек невелик, а все же птица. И петь начнет, если напьется росы с березового листа.

Озадаченная, я широко раскрыла глаза. Неужели этот набор предложений может иметь какой-то смысл? Мы оба с принцем узнаем что-то приятное и невероятное? Ерунда и вздор! Если я выиграю, это его расстроит, а если проиграю… А про это я даже думать не хочу.

Я посмотрела на принца. Он взял за руку и повел покупать билеты на самые дорогие первые места. Его высочество не выказывал недовольства, что между нами произошел неприятный разговор, но все-таки что-то изменилось.

Эта его фраза «я найду способ устроить все самым лучшим для тебя образом»...

— Добро пожаловать в наш таинственный мир! — раздалось высокопарное приветствие. — Здесь обитают чудеса, которые оживут на ваших глазах!

По периметру площади приглушили свет, фонари остались только над сценой, и в небе полная луна сияла призрачным и загадочным сиянием. Я украдкой разглядывала не сцену, а его черные волосы, сзади коротко остриженные, широкую шею, резко очерченные выступающие скулы, профиль с прямым ровным носом, чуть приподнятые уголки рта, готовые растянуться в улыбке. В нем привлекало буквально все. Каждая мелочь вдруг сложилась в неповторимый и близкий образ. Мне до боли захотелось поговорить с ним по душам. Услышать и почувствовать уверенность в его голосе. Пусть даже поспорить, но обязательно прийти к какому-то открытию, важному и совместному решению…

Размалеванный клоун шутил со сцены увлеченно, размахивая руками. А я сидела как на иголках и ждала, когда принц вот-вот даст хоть какое-нибудь объяснение. Тогда я рассказала бы ему без утайки все, что со мной произошло: и про тайный мир, в котором оказалась, и про дар, который отобрала у дракона, но потеряла, и о призраке с говорящим котом. И вообще про все, что принц захотел бы узнать!

Из размышлений меня выдернули длинные узкие тени, мелькнувшие в темном переулке. Приглядевшись, я узнала хозяина паба «Вкусно и быстро». Он стоял спиной к площади и с кем-то беседовал. Выглядело это так, словно господин Быстров решал свои дурно пахнущие дела. И это еще сильнее меня насторожило.

Поколебавшись, я собралась показать нашего общего знакомого принцу, но он согласился поучаствовать в номере, где требовался свидетель демонстрации нехитрого фокуса. Оставшись в одиночестве, я встала с лавочки, чтобы тихо прокрасться к углу дома, за которым стоял господин Быстров, и подслушать его разговор.

А что? В любимых историях Элизабет Лав героини никогда не трусили. Их предупреждали: не спускайся в темный подвал, не ходи одна по ночным улицам. И что делала героиня? Правильно! Она тут же спускалась в подвал, отправлялась бродить по ночным улицам, где потом бежала за преступником и всегда его побеждала. Чем я хуже? Пусть хозяин паба и не закоренелый преступник, но его целью было любыми способами избавиться от меня как от конкурента. Вот как узнаю, что замышляет мой нечестный соперник, мелькнула в моей голове дерзкая мысль, так и возьму его на крючок. Не знаю, окажется ли эта информация важной для принца в его расследовании, но я уж точно смогу приструнить хозяина паба, чтобы он перестал строить козни и мешать моей торговле.

Подбадривая так себя, я вышла за ограждения уличного театра. Стоило подойти к стене нужного дома, как по спине пробежали мурашки. До Агапа каких-то метров пять. Если бы удалось расслышать разговор, в жизни бы не подкрадывалась дальше. Но, как назло, шум представления и гомон зрителей приглушал остальные звуки.

Духи магии! Если бы Мирослав сейчас был рядом! Он бы ворвался в переулок не таясь, арестовал бы этих двоих, а потом выяснил, что они здесь замышляют. А если бы противники напали, то принц сделал бы из них котлету!

— Этого хватит? — послышался приглушенный неизвестный мне голос.

— С излишком, — ответил господин Быстров.

— Это правда тот самый…

— Вторую часть, — перебил его хозяин паба, — получишь, когда все сделаешь.

— Понял. Все как договорились.

Вот бы увидеть, что Агап Быстров продает незнакомцу! Не пирожки же, в самом деле! Я закусила губу и заглянула за угол. Тут камешек под моей ногой хрустнул, и мужчины резко обернулись. Меня охватила паника, от которой во рту пересохло, а мышцы живота сжались. Тени на стене переместились. На мгновение показалось, что они кинутся на меня. Но вместо этого незнакомый мужчина сунул за пазуху коричневый пакет и кинулся бежать.

— Что вы тут делаете?! — сдавлено спросил Агап Быстров, нависнув надо мной, словно над куриной тушкой на своем разделочном столе.

— Вот… увидела вас и решила поздороваться, — ответила я, запоздало понимая, что лучше было бы дождаться принца.

В темном переулке вдруг сделалось тесно, и я невольно сжалась, стараясь дышать ровно.

Господин Быстров улыбнулся широко, и я заметила резкое изменение: секунду назад он казался хищником, а теперь чуть ли не старый добрый друг после долгой разлуки.

— Что ж, — хозяин паба сунул руки в карманы и покрутился на пятках. — Встреча скажем так, неожиданная. Как приготовления?

— Идут полным ходом, — ответила я. — А тот мужчина…

— Просто знакомый, — сухо отрезал господин Быстров и огляделся по сторонам. — Слушайте, давайте откровенно… — предложил, и у меня пересохло в горле — слишком велики ставки при подобных разговорах.

Его откровения могли касаться чего угодно, но не доброжелательного ко мне отношения. В конце концов речь о кулинарном состязании, где, как известно, не может быть никаких откровенностей и договоренностей. Изысканный десерт — вот что должно говорить за мастера. А тут…

— …Слышал, колдун хочет взять вас ученицей, и лавка снова останется без присмотра.

— Это нелепые слухи. — У меня гулко забилось сердце. — С чего бы? Я собираюсь открывать «Шоколадную лавку».

— Вы, возможно, и хотели бы, но у колдуна другие планы. Ее величество сказала, что он собирается проверить ваш дар на прочность.

— Проверить на… прочность?

— Только не говорите, что не думали, что своей деятельностью нарушаете баланс во всем королевстве.

Я пожала плечами.

— Принято считать, что хозяйка магической лавки творит во благо людей, иначе быть беде.

Своим пренебрежительным тоном хозяин паба явно пытался меня спровоцировать. И это у него получилось. Я не смогла сдержать раздражения — выдала себя с головой.

— Это так, — сквозь зубы проговорила я. — В этом и есть моя роль.

— В мечтах. А по факту торговля и магия идут в разных направлениях. Для магии важен процесс, для торговли – результат. А что если нам объединить усилия? Я буду поставлять вам уникальное сырье, а вы с помощью своих заклинаний готовить напитки и десерты. Представляете, скольких людей осчастливим?..

Предложение застало меня врасплох.

— …Обещаю, вместе мы свернем горы! Что там горы, — у Агапа Быстрова загорелись глаза. — Мы совершим переворот в кулинарии. Вы будете моим компаньоном. Ваша лавка станет магическим центром, откуда побегут поставки десертов по всему миру. О нас заговорит все Даль-Беломорье!

Я попыталась глубже дышать, чтобы побороть нараставшее раздражение. Хозяина паба «Вкусно и быстро!» понесло — не догнать.

— Господин Быстров, боюсь, что ваше предложение не по мне. Я не хочу удивлять весь мир. Мне нужна моя лавка — мой уютный домик, в котором я смогу создавать для людей радость.

— Вы же не думаете, что после всего колдун оставит вас в покое? — господин Быстров, как мне показалось, посмотрел с сочувствием. — Мне неизвестна ни одна хозяйка лавки, которая бы осталась в живых.

А вот от этих слов по позвоночнику пробежал озноб. Я вспомнила про маму с дедушкой и сглотнула, мысленно отмечая, что в памяти еще хранились знания о том, как к ним попасть.

— Но… если я буду всего лишь готовить десерты, не буду вмешиваться ни в какие колдовские дела, что со мной может случиться?

— Предлагаю не проверять на практике, а просто довериться мне. Во-вторых, у нас с господином Дюмоном был уговор, что он возьмет над вами покровительство. Он хотел взять вас в жены, раз уж влюбился, чтобы удобнее было за вами присматривать. Но вам птица более высокого полета приглянулась. Не скрою, это создало некоторое напряжение в наших делах. Но у вас еще есть время одуматься. Мы защитим вас от колдуна, а наш бизнес поставим на рельсы.

От возмущения у меня даже дыхание перехватило.

— А ничего другого вы не придумали?! — не выдержав, завопила я. — Взять меня в жены, чтобы сделать своим активом в каком-то сомнительном деле?!

Агап помрачнел.

— Мое предприятие гораздо привлекательнее, чем дела с колдуном.

— Я не собираюсь иметь с ним никаких дел. И с вами тоже не собираюсь. Мне пора.

— Принц не так прост, как вам кажется. Вы не думали, что ваша дружба — это его коварный план?

— Его высочество не такой, — отрезала я. — Да и выгоды от меня ему никакой. Хватит, вы меня уже достаточно впутали в свои дела, из которых я до сих пор с трудом выби…

— Тогда продайте лавку. Вы все равно проиграете наше состязание. Королева не разрешит открыть вам торговлю. А мы с господином Дюмоном найдем как использовать ресурсы колдовской хижины.

Негодование затопило меня.

— Не нужна мне ваша защита, и о своей лавке я позабочусь сама. Встретимся завтра на испытании. И, будьте добры, не используйте свои подлые штучки. Они выдают в вас не мастера, а неуверенного и мелочного жулика!

— Да что ты позволяешь?! — он со всей дури хлопнул ладонью по стене, прямо над моей головой.

Вряд ли он ударил бы меня, но от страха я зажмурила глаза и задержала дыхание.

— Мира!

Я с облегчением выдохнула, когда услышала голос Мирослава.

Господин Быстров мгновенно преобразился в благожелательного гражданина.

— Доброй ночи, ваше высочество, — промурлыкал хозяин «Вкусно и быстро!».

— Доброй ночи. Не думал, что у вас с соперницей по состязанию могут быть общие дела.

— Я дал несколько профессиональных советов, — господин Быстров склонил голову. — Надеюсь, они принесут пользу. Мне пора. Рад встрече.

Хозяин паба поклонился принцу и ушел.

***

Всю дорогу, пока ехали до лавки, принц слушал меня внимательно, не перебивал, за что я была ему благодарна. Впервые я рассказала о своей жизни, ничего не скрывая. Почувствовала себя кисейной барышней, нуждающейся в защите рыцаря на белом коне. Рассказала про свою семью и нешуточные испытания в лавке, которые едва не выбили меня из колеи. Если принц и был удивлен, то этого не показал. Рассказала о совместных делах хозяина паба и инспектора магии. Принц уточнил, запомнила ли я человека с коричневым свитком, и я напрягла память, но, кроме серебряной сережки в правом ухе, ничего подробнее не вспомнила.

— И что мне теперь делать, Мира?

Я пожала плечами.

— Нам надо выяснить, что Агап передал своему сообщнику и что связывает хозяина паба и инспектора магии.

Принц усмехнулся.

— Я имел в виду, что делать с вами. Есть вероятность, что вы стали свидетелем противозаконной сделки господина Быстрова. Вы не помните его сообщника, но Агап-то этого не знает. Он может вернуться.

— И что он сделает? — Я уже стояла на пороге своего дома. — Побьет посуду, подожжет мою лавку? Поверьте, дом его не впустит. Здесь мне нечего бояться. Кроме того ему самому завтра нужно удивить королеву, а значит, как и мне, нужно хорошенечко выспаться.

— Перед тем как пустить вас к колдуну я тоже думал, что с вами ничего не случится. Решено. Я останусь на ночь рядом в качестве телохранителя.

К такому повороту событий я была не готова.

Хотя... а что если в словах Мирослава есть правда? Вдруг хозяин паба не успокоится и захочет покончить со мной раз и навсегда? Я же глаз не сомкну, прислушиваясь к каждому шороху.

Подумала, подумала и… согласилась!

Принцу пришлось наблюдать наши препирательства с лавкой. Ей не понравился мужчина в доме – все из-за врожденной склонности к романтическим приключениям и излишнему самолюбию. Одно дело – чаем напоить, совсем другое – перед самым открытием оказаться уязвленной и подпортить наши планы. Мне с трудом удалось убедить лавку, что ночной гость – вынужденная мера исключительно для моей безопасности, а не для каких-то там сердечных утех.

Спустя несколько минут диван в гостиной был застелен простыней и пуховым одеялом, а сверху кинуты две пышные подушки. Попрощавшись и пожелав друг другу спокойной ночи, я с чистой совестью отправилась на второй этаж. Только переоделась в ночную сорочку, как услышала внизу шум. Перегнувшись через перила, увидела, как мне показалось, странную картину – принц стоял у плиты и замешивал что-то в глубокой миске.

— Что вы делаете? — спросила я недовольно, спустившись в кухню.

Мирослав подмигнул и продолжил свое медитативное занятие:

— Проголодался. Через пятнадцать минут будет готово.

Стряхнув деревянную ложку, он разлил жидкое тесто в две круглые формочки (и когда это он успел освоиться?) и поставил в нагретый духовой шкаф. Тут до меня дошло, что без помощи магической лавки не обошлось. Быстро они нашли общий язык!

— Не стой босыми ногами на полу, простудишься. — В его глазах мелькнула бездна.

Происходило что-то странное, непонятное и… восхитительное. Совсем как в детстве, когда на рассвете крадешься в гостиную с наряженной елкой, чтобы застать Деда Мороза с мешком подарков. А вместо подарков по дому расползаются запахи новогодней выпечки. Да такие волшебные, что прятаться сил совсем не остается. Поскорее хочется попробовать лакомство, чтобы растеклось оно по языку нежной сладостью, заставляя трепетать все твое существо…

Я уселась на табурет, поджав под себя ноги, глядя, как он ловко взбивал сливки. И следующее мгновение поняла, что мой кончик носа измазан вкусно пахнущей пенкой.

— Эй! — возмутилась я, но палец сам потянулся и подхватил вкуснятину, а язык сам ее слизнул.

Вкус был пикантным. Сахарная пенка слегка пощипывала, как будто туда добавили перца и еще какой-то пряности. Потрясенно я замерла, через мгновение отмерла:

— Духи магии! Как это вкусно! Я хочу еще!

— Приготовится, и съедим вместе, — улыбнувшись, отрезал принц.

И все-таки он удивительный.

Он не старался мне понравиться, не заглядывал в глаза с надеждой на продолжение, не опекал сверх меры, не наглел, не навязывал своего мнения, а еще ни капельки не самовлюбленный. Он такой, какой есть. И относился ко мне как к маленькой девочке, которая потерялась и нуждалась во внимании и поддержке.

Наш ночной перекус прошел восхитительно. Я успокоилась. Меня вкусно накормили яблочным суфле, напоили земляничным чаем, помыли посуду и перед расставанием клюнули в макушку.

— В нашей гостиной спит какой-то мужик?

— Совершенно верно, Сир Эфир.

— Надолго он здесь?

— Надеюсь, — ответил принц.

— Он меня слышит?! — Котик повел ушами.

— Как видишь.

— Мира, а зачем нам еще один мужчина?

— Долго объяснять. — Я поднялась на несколько ступенек. — Давай все завтра, сейчас мне надо выспаться.

— В миске осталось немного взбитых сливок, угостить? — спросил принц Сира Эфира.

— Мур.

Надо же! Подобрал единственно верный ключик ко мне, к лавке и теперь к Сиру Эфиру! Ну все, хватит с меня на сегодня эмоций. Даже таких приятных. Всего должно быть в меру.

В спальне я старательно себя убеждала, что принц так умело и со знанием обращается со мной по причине опытности. Его движения были уверенными, а взгляд ласковым. Мирослав знал, как вести себя, чтобы девушка растаяла и сама подставляла губы, выпрашивая поцелуя… Но даже при всех внутренних переживаниях мои противоречивые желания показались мне неправильными. Будто я предавала тех, кто долгие годы меня ждал.

А предавать я не собиралась.

Попросила у лавки ручку с бумагой и медальон на цепочке. Записала на листке все, что помнила о переходе, вложила записи в медальон, а медальон надела на шею.

Странно, но спалось мне сладко и крепко. Даже лучше, чем дома, на ферме. Поэтому и проснулась на удивление рано – выспалась.

То, что нужно для предстоящего состязания!