Глава 7.
Поездка некоторое время была ничем не примечательна. Очень быстро на улице стало заметно меньше транспорта. Длинные ряды высоких кирпичных домов уступили место зажиточным двухэтажным особнякам с миниатюрными садиками, а вскоре – небольшим пригородным домикам. Мы с грохотом переехали широкий подъемный мост и минут через десять остановились. Открылась дверца экипажа.
— Приехали, — извозчик протянул руку к моей дорожной сумке. — Улица Лучистая, дом один.
Вслед за сумкой помогли выгрузиться мне. Спрыгнув с подножки, я не смогла удержать удивления. Никакой улицы с таким чудесным названием не было и в помине. Через неровное заросшее поле была проложена некогда широкая и утоптанная дорожка. Вела она к каменному мосту через реку, а дальше расстилался непроглядный лес.
— Вы не довезете меня до лавки? — с трудом выговаривая, я пыталась унять подкатывающие к горлу спазмы.
— Дальше колдовские владения, — сказал он, отстраняясь. Его глаза при этом подозрительно заблестели. — Барышня Мира, прежде, чем расстанемся, мне нужно вам кое-что сказать…
Голос извозчика показался мне напряженным. Что ж, причина, вызвавшая опасения мужчины, более, чем понятна.
— Не переживайте, с оригинальной репутацией лавки я уже знакома.
— Да?!
— Нашлись добрые люди. Просветили.
— Представляю, как вы напуганы…
Слухи, которыми меня напичкали господин Альби-де-Бентамор и господин Дюмон, начали проявляться в моей голове с ужасающей ясностью. И строптивая живность мне теперь казалась оборотнями-кровопийцами, готовыми наброситься, стоит мне ступить на их территорию. И что, естественно, у меня против них никаких шансов. И, скорее всего, моя жизнь оборвется прямо здесь – дело в каких-то нескольких минутах…
— Есть немного, — слукавила я. — Но не настолько, чтобы вернуться к сестрам.
— Да-да, это правильно, — произнес извозчик торопливо. — Именно своим боевым духом вы мне очень понравились, а потому… пообещайте, что будете беречь себя и не лезть на рожон.
— Так вы про Агапа Быстрого? — сообразила я и тут же смутилась своей недавней храбрости, благодаря которой меньше часа назад заимела врага в лице хозяина самого престижного паба королевства.
— Похоже, вам не все рассказали, — прокашлялся извозчик. — Есть кое-что пострашнее Агапа Быстрого. Ваша лавка стоит без хозяина больше десяти лет. Обычно когда недалеко от королевского замка остается в запустении жилплощадь, богатенькие горожане заваливают канцелярию просьбами о вселении. Но, насколько мне известно, на этот дом – ни одного прошения.
— И все из-за строптивой живности, — мрачно добавила я.
— Темной ведьмы, — очень серьезно уточнил извозчик. — Это она виновна в пропаже городских девиц. Уж не знаю, для чего ей юная кровь понадобилась. Вы окажетесь удобной жертвой, если начнете рыскать по лесу дальше, чем положено. Послушайте совет старого Перекрута: кто бы что вам ни советовал – не связывайтесь с ней и особенно – с ее магией. У моего брата там дочь пропала, уже как три месяца.
От громкого ржания лошади я вздрогнула. И чуть было не забилась испуганной птицей обратно в экипаж. Даже не знаю, какой там «боевой дух» удержал меня на месте.
Действительно, с чего бы это мне добровольно идти на контакт с какой-то там ведьмой? Стать жертвой номер десять?
Чудом вспомнила про новомодную проводную связь. О ней писали в газете. И, не узнавая своего глухого голоса, попросила у извозчика номер, куда в случае чего можно обратиться. До нашей фермы этот диковинный аппарат еще не дошел, но здесь, вблизи королевского замка, должно же все работать?! Но оказалось, что в лавке нет не только телефонного аппарата – туда не провели даже электричество. И дело не в том, что дом колдуна расположен в лесу. Просто здесь место такое – «заколдованное», и современные достижения не имеют силы.
— Если захотите весть какую отправить — возле почтового ящика найдете ворону. К ее лапке привяжите записочку. И не забудьте сказать, куда птице лететь.
Извозчик, похлопывая себя по бокам, облегченно выдохнул, очевидно, найдя в кармане что-то.
— Держите, — он протянул мне коротенький серебряный ключ со сложными бороздками и с нарядной головкой. — Поверенный вашей семьи приказал отдать в случае, если же вы доберетесь до места. А сама лавка недалеко. Пройдете через мост, держитесь левее у берега, затем чуть в холмок. Да там сами увидите. Минут за десять доберетесь.
Осознать, что мне самой предстоит идти по темному лесу, было, мягко говоря, непросто. Однако чем больше я уделю время размышлениям о своей печальной судьбе, тем дольше буду добираться.
— Спокойной ночи, — пожелала я, с ужасом понимая, что ноги едва меня держат.
Отвесив легкий поклон, извозчик поспешил взобраться на козлы.
— Всего доброго, барышня Мира. Надеюсь, еще встретимся.
Экипаж тронулся с места.
А я, держа в одной руке перевязанную бечевкой связку книг, в другой дорожную сумку, медленно побрела к мосту. Со стороны города он выглядел даже приветливо, все равно что рождественская открытка: шириной метра в полтора каменная дуга, по одному желтому фонарю на каждой стороне моста, разросшиеся деревья, полощущие свои макушки в черной воде.
На середине моста я оглянулась на город – какое же великолепие обрушилось на меня! На небольшом холме всеми цветами радуги светилась королевская резиденция.
Совсем рядом – рукой подать!
Не разрешив себе любоваться больше пары минут, я двинулась дальше. Но мои ноги подогнулись, и я чуть было не оступилась, потому что вдруг на другом конце моста увидела кота из конторы господина Альби-де-Бентамора! Того самого – рыжего, с черненькими кисточками на ушах и хвосте!
Конечно, не было ничего удивительного в том, что дикое животное гуляет по лесу. Всем известно, что коты бродят сами по себе, где хотят и когда хотят. Но этот вдруг уставился на меня и, словно убедившись, что я его заметила, как побежал! Сгорая от любопытства, я помчалась за ним, отмечая на ходу, что кот направился по маршруту, указанному извозчиком: «Пройдете через мост, держитесь левее, затем чуть в холмок».
Только бы коварная темнеющая зелень под ногами не обманула скрывающими ямами или болотом!
У воды небо еще казалось немного яснее, и скрытая облаками луна освещала пространство тусклым серебристым светом. Но стоило мне резко свернуть на повороте, как тропинка вошла в густой, дикий и заросший лес. Видимость сильно ухудшилась, и я со всего маху налетела на столб с деревянным почтовым ящиком.
— Что б тебя!
Потерла ушибленный лоб и, подняв голову, от ужаса забыла как дышать, когда встретилась взглядом с парой блестящих глаз.
«Мой личный вороний почтальон?» – пробежала дикая мысль в голове, и в тот же миг боковым зрением заметила, что шерсть у кота, с боевым урчанием взбегающего на вершину пологого холма, вдруг засияла ярким оранжевым светом не хуже пылающего факела.
Не успела я прийти в себя и подумать, с каким чудом столкнулась, как на вершине холма, освещенной дрожащим пламенем от шерсти кота, увидела дом.
Мой дом.
Огромный. Минимум с тремя этажами и высокой каменной круглой башней. Я буквально долетела до широкого крыльца с террасой, с обеих сторон которой колыхались высохшие зонтики гортензий. Достала заветный серебряный ключик и вставила в замочную скважину. Большие стеклянные двери, забранные ажурным металлическим переплётом в виде вьющихся розовых ветвей, открылись. Не нарушая традиции новоселов, умный котик проскочил вперед, освещая мне дорогу, и я застыла в изумлении.
Холл дома оказался самым уютным и великолепным местом, которое мне когда-либо доводилось видеть. «И сестры хотели, чтобы я от этого отказалась?!» — с такой мыслью я смело шагнула внутрь. Я сразу почувствовала, что это мой дом. Как ступила через порог, так и ощутила. Вернее, вдохнула. Меня окутал остропряный запах высушенных семян ауриканского кардамона.
С незапамятных времен кардамон добавляли в чай, отчего напиток становился слегка жгучим, с легким оттенком лимона. Он вселял энергию и отличное настроение, но главное – считался негласным символом гостеприимства. Я улыбнулась своему маленькому открытию. Определенно, для меня это добрый знак. Совсем недавно пугающий до жути дом сейчас показался мне почти… родным. Я даже магию почуяла. Не спрашивайте как! Просто думаю, что каждая девушка, в которой есть хоть капля магического дара, нутром понимает – это она. Только магия будто давняя, много лет назад запечатанная.
Гостиная оказалась просторной круглой комнатой, разделенной на зоны и заставленная диванчиками и креслами с высокими спинками и круглыми роликами по бокам. Кроме мебели я заметила парочку дубовых дверей в другие комнаты и огромный камин. Над камином висел портрет полностью седого старца. В неглубоких эркерах высились три витражных окна, закрытые крупными медными шпингалетами.
С левой стороны как бы в отдельной комнате без дверей и перегородок располагались обеденная зона и кухня. В правой стороне холла на второй этаж уходила витая лестница с резными перилами, оплетенными тонкой лозой. Очевидно, если подняться по этой лестнице и уйти по коридору вправо, можно оказаться в круглой каменной башне, которую я видела с улицы.
Как бы мне хотелось все тщательно рассмотреть! Но ноги мои предательски налились свинцом. Я дико устала. Мне так хотелось спать, так что не было сил ни на что, кроме поиска кровати. Зевая и волоча ноги, я направилась к дивану с подушечками, обитому полосатой бархатной тканью.
Рыжий кот, мгновение назад вышагивавший мягкими лапами по расстеленному в центре холла ковру, вдруг направился ко мне. Обошел по кругу. Шерстка его затрещала, заискрилась и исходящее от нее свечение слегка потускнело.
«Спальня на втором этаже», — раздался вдруг голос, мягкий и протяжный.
Сначала я даже не смогла как следует удивиться. В тот миг все показалось мне вполне естественным: долгая дорога, страшное утомление, слуховые галлюцинации. Но когда меня позвали показать мою спальню, до меня дошло: со мной разговаривает кот.
— Про посвящение ей рассказал? — раздался второй голос с хрипотцой, явно мужской.
Мужчина на портрете зашевелился, и я попятилась к выходу.
«Сбежишь?» — протянул кот.
Честно говоря, именно такое желание возникло. Но я тут же усомнилась в его реализации. Сбежать – куда?! В темный глухой лес, где таится зверье и всякая кровожадная нежить?
Меня тут осенило: живность живностью, но ведь лавка – моя!
— Из своего дома и шагу не сделаю, — собравшись с силами, ответила я. И в доказательство серьезности своего намерения опустила на пол дорожную сумку и связку книг. — Про какое там посвящение вы говорили? Я готова.
Вообще, не хотелось проходить никакие обряды, хотелось в свою спальню, сбросить порядком надоевшее дорожное платье, укрыться с головой одеялом и уснуть. А с остальным разобраться завтра.
— Ишь, шустрая, — крякнул старик с портрета. — Сначала к темной ведьме за доказательством наличия дара. А там посмотрим.
— К темной ведьме? — Я аж за сердце схватилась. — Да что же у вас за гостеприимство такое? Сначала запах высушенных семян ауриканского кардамона, а потом в ночь по лесу к ведьме?!
«Она знает про наши традиции?» — котик почесал когтем под мордой.
— Меня больше волнует, что она вообще почуяла запах магического взвара, — задумчиво произнес старик, а потом сделал страшные глаза и ткнул в меня скрюченным пальцем. — Признавайся, тебя подослали, чтобы ты выведала наши секреты?
— Никто меня не посылал. Армелиус Остролист мне в наследство отписал эту лавку.
— Чем докажешь? — не унимался старик.
— Он все знает! — выдвинула я аргумент и показала на кота. — Он видел, как я доверенность подписывала! А сама доверенность в сумке, показать?!
«Не слушай их. Десять лет копии Армелиуса Остролиста и Сиру Эфиру нечем было заняться. А теперь пошутить решили. Забирай свои вещи и отправляйся в спальню. Утро вечера мудренее», — прошелестел у меня в голове новый голос.
Я нервно икнула.
— Кхе-кхе, — недовольно прокашлялась копия Армелиуса Остролиста и отвернулась.
Кот отчего-то укоризненно посмотрел на потолок.
«В лавке есть ванная, но таскать воду из озера придется тебе самой», — обратился кот уже ко мне и зашагал к лестнице, вальяжно перебирая лапами.
— Не думали провести водопровод?
Хватая связку книг и саквояж, я поспешила за провожатым.
«Возможно, тебе покажется странным, — не оборачиваясь, произнес котик, — но все возможности и обязанности хозяйки лавки оговорены с Армелиусом Остролистом и перечислены в его сопроводительном письме».
— Я догадывалась, — я долго зевнула, — что в делах о наследстве все всегда сводится к цифрам… Кстати, а где сопроводительное письмо?
«Мудрые и своевременные советы по управлению магической лавкой к твоим услугам», — произнес голос в голове.
— А… ну да… конечно, — вырвалось у меня. — Кто не слышал о говорящих инструкциях. Между прочим, очень удобно… Никаких записей и бумаг. Ничего не потеряется…
Единственное, что смогла разглядеть в своей спальне – это широкую кровать под темно-красным балдахином. Разговаривать уже не было сил. Я выпроводила котика и закрылась изнутри. Луна в окне была огромной, и её свет разливался по комнате. И этого было достаточно, чтобы увидеть разложенную на постели ночную сорочку. Я быстро разделась, натянула ее и плюхнулась в постель.
Хотела «поговорить» с говорящей инструкцией, благодаря которой мне не пришлось искать по ночному лесу ведьму, но успела только прошептать «спасибо» и уснула.
Мне снился странный сон.
Посреди болота мрачный, сложенный из темных бревен дом стоял не на земле, а на толстых приземистых сваях, отчего больше напоминал птиценогую избушку. Крыша как попало устлана сухим камышом – пучки стеблей топорщились во все стороны, точно голова взъерошенного петуха, готового броситься в бой.
Я сидела в комнате этой странной избушки совершенно одна. Кругом со стен и потолочных балок свисали пучки из прядей волос, трав, перьев, мелких косточек, черепа, вилки и прочие побрякушки. Я разглядывала эти непонятные амулеты и вдруг краем глаза заметила, как в дом шарахнулась какая-то тень.
Тень набросилась на меня, пронзительно, холодно захохотала и потребовала, чтобы я немедленно сделалась с ней одним целым. Потому что это мой единственный верный путь в мир, скрытый луной.
Наверное, я закричала, потому что в этот момент кто-то тронул меня за плечо.
Открыв глаза, я увидела Лину. Она была в уличном плаще, и одного взгляда на нее оказалось достаточным, чтобы понять, что она чем-то серьезно встревожена.