Глава 23

– Ой, и правда! – совершенно искренне изумилась я. Даже и не заметила, что стало уже немного сумрачно.

– Женя! – второй возмущенный возглас раздался, когда Крис забрал у меня корзинку. – Вы чего там купили?

– Ягоды! – сияя довольной мордашкой, ответил Стив. – Женя какая, знаешь? Ух, она здорово считает. Всякие умные слова знает. Скидки, мар... мар... мракенинг, во! Пап, – продолжая раздеваться, тараторил ребенок, – Женя умеет торговаться. Она такая... Ух какая!

– М-да, – хмыкнул Крис, – я даже не представляю, чем можно было та-ак впечатлить ребенка.

– В нашем мире торговля очень развита, – скромно опустив взгляд, призналась я, – и вашим торговцам до некоторых наших еще расти и расти.

– Итак, ягоды вы купили, – Крис заглянул в корзинку, – но зачем вам сито и бумага?

– Так надо, – на вопрос решила пока не отвечать. – Отнеси это все, пожалуйста, на кухню. Я на минутку в комнату поднимусь и займусь ягодами.

Я поспешила к лестнице. Мне просто необходимо было пошептаться с Норой. Готовить сегодня ничего уже точно не получиться. Не когда страж дома. А вот что делать с покупками? В холодный шкаф убрать?

– Нора, я прикупила ягод, – присев на край кровати, взяла в руки книгу, – но Крис сегодня дома, так что взять тебя на кухню я не могу.

– Сижу тут, как больная в изоляции, – капризно протянула книга. – Это, по-твоему, нормально?

– Не бухти. Сегодня из комнаты вы ни ногой. Не хочу я в камеру. Так что с ягодами делать? В морозилку сунуть?

– Евгения, – Нора еще и прицокнула, зараза такая, – а подумать нет, не получилось? Ягоды промыть, приварить и протереть надо. Сахар только не вздумай добавить. Нам нужно пюре. Вот пока мужчина твой дома, пусть поможет. А завтра свалит на свою работу, мы и доделаем все. Но, Евгения, я тебя очень прошу, нам нужно нежное пюре, а не сок с обрывками шкурок, – и так вздохнула, будто я полная дура, если вообще не кто похуже. – Запомнила? – я кивнула. – Ну что тогда расселась? Давай топай на кухню. Сидя на кровати бизнес не построить.

– Потрясающее нахальство! – я положила книгу на кровать. – Тебе бы тренинги саморазвития проводить.

– Да, из меня бы вышел классный коуч, – не заметила сарказма в моих словах Нора.

– Зато тренер фиговый, – книга на это фыркнула и поджала губы. – Все, я ушла. Ведите себя тихо.

На кухне я застала милую картину: мужчины накрывали на стол. Тихонько прошла к столу, чтобы им не мешать.

– Мы вот... решили помочь, – Стив с важным видом поставил передо мной тарелку. – А то ты за нами ухаживаешь.

– Спасибо, – я потрепала мальчугана по темным вихрам.

– Разложить все готовое по тарелкам несложно, – Крис с поварешкой в руке смотрелся забавно и... Волнующе, что ли. Мужчина у плиты – ну мечта же! – Так что делать с ягодой?

– Я все объясню за ужином. И, – призналась со вздохом, – не откажусь от помощи.

– И мы не откажем, да, Стив? – Крис посмотрел на сына и тот закивал болванчиком.

Так что пока ели, я рассказывала, что нужно сделать с ягодой. Потом мы убрали посуду и взялись за подготовку ягод. Сламила напоминала на вкус нашу чернику. Была очень нежной и сочной. Ее я просто помыла и обсушила на чистом полотенце. А потом ссыпала в кастрюлю и вручила Стиву вместе со скалкой. Она вполне могла заменить толкушку.

Другая ягода была похожа на черную смородину. Чуть более кислая и запашистая, чем сламила. Кажется, на нее уйдет больше сахара. Третья напоминала клубнику. Из этой пюре вообще было сделать не проблема. Вот только потом придется как-то из пюре извлечь мелкие косточки. Они, конечно, вроде как и не очень заметны, но ощущения могу испортить. Хорошо бы отжать жмых через какую-то ткань. Сито хоть и мелкое, но, боюсь, недостаточно.

Превратить в пюре пять видов ягод примерно по килограмму особого труда не составило. А если нужно будет переработать двадцать или тридцать килограммов? Проблема, однако. Но я опять мыслями несусь далеко вперед. Может, ничего из этих ягод еще и не выйдет.

Пока Крис и Стив старательно превращали ягоды в пюре, я начала вести записи. Стив даже выдрал мне пару листочков из тетради под укоризненным взглядом отца. И оба с таким интересом на меня смотрели, что пришлось рассказывать.

– Буду записывать чего и сколько потрачено, – начала объяснять я. – Это пойдет в графу «расходы». Мне же нужно знать себестоимость каждого продукта. Вообще сюда нужно еще добавить расходы на электрич... – под непонимающими взглядами осеклась. – Ну вот расходы на воду. Вы же за нее платите? Потом за то, на чем у вас тут работают плиты. И еще работникам нужно будет платить, если не делаешь все сам.

– Пап, я же говорил, Женя очень умная!

– Нет, Стив, это не я сама. Это потому, что я дома работала в торговле и кое-чему научилась. Вот когда я все посчитаю, буду знать, по какой цене что нужно продавать. И чем меньше продукции и больше ручного труда, тем она дороже.

– Какой основательный подход, – усмехнулся Крис. – Вот, достаточно? – протянул мне кастрюльку.

– Достаточно, – кивнув, одобрила работу.

Потом размятые ягоды перетерли через сито и получилось будто детской пюре. Пусть только вредная Элеонора скажет, что оно недостаточно хорошее, честное слово – я ее стукну! Закончив с ягодами, я все убрала в холодильник. Вдруг стало неловко. Чем тут занимаются по вечерам? Телевизора нет, Интернета тоже. Рукоделие? Мастерица из меня так себе. Положение спас Крис.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Морской бой! – радостно воскликнул ребенок. – Пап, Женя такую игру знает!

Вот весь вечер мы и развлекались во всякие простенькие игры, знакомые всем, кто скучал на лекциях.

Спохватились уже поздно вечером.

– Стив, пора в постель, – скомандовал Крис, поднимаясь с ковра. Вечер получился почти семейным. Было приятно наблюдать за тем, как Крис играет с сыном. Видно, что любит, но, кажется, у них такие вечера бывают редко.

– Крис, – тихо позвала стража, когда Стив убежал по лестнице вверх. – А кто остается со Стивом, когда ты ночью на работе?

– Никто, – ответ заставил широко распахнуть глаза в недоумении. – Стив уже достаточно большой и самостоятельный. Жень, – по тому, как он излишне резко произнес мое имя, я поняла, что эта тема ему неприятна, – может, я и не самый лучший отец, но справляемся как можем. Сменить работу я, конечно, могу, но стражам платят хорошо. А я уже дослужился за старшего в патруле. Выше только главный страж в Башне. Поэтому я очень благодарен тебе, что ты подружилась со Стивом и не гоняешь его.

– У тебя очень хороший сын, – я, улыбнувшись, мягко пожала пальцы Криса, выражая поддержку. – Маленький, но уже настоящий мужчина.

Ответно пожав мои пальцы, Крис пошел вслед за сыном, ничего больше не сказав. Вопросы у меня были. И много. Но я пока не решалась их задать. В спальню вошла, погруженная в свои мысли. Ночка внимательно посмотрела на меня невероятными зелеными глазами и вопросительно мяукнула. А Нора только фыркнула и поджала губы. Да и пусть с ней. Переложив книгу на комод, легла в постель. Утром нужно накормить мужчин, чтобы на работу и в школу они ушли не голодными. Вот только я пока я встала, Крис уже ушел. И стало как-то немного обидно. Но отругав себя за всякие глупости, что лезут в голову, взялась готовить омлет.

Стив появился на кухне спустя полчаса. Сонный и лохматый, он повел носом, принюхиваясь.

– Омлет, – обрадовался он, усаживаясь на стул. – Женя, завтра мне в школу не надо. Я могу тебе весь день помогать! – радостно сообщил мальчишка.

А я чуть вилку из рук не выронила. Это значит, что рецепты с Норой нужно попробовать сегодня. Завтра эти двум волшебным дамочкам придется посидеть целый день в комнате.

– Отлично, тогда завтра будем убираться в доме, – обрадовала я Стива, пока раскладывала еду по тарелкам. Судя по поникшему виду ребенка, уборке он совсем не рад.

– Ну, Женя-я, – протянул недовольно.

– Без ну. Убираться в доме тоже нужно. Тем более он не очень большой, – я тоже села за стол. – Позавтракаем и каждый займется своими делами.

Когда Стив убежал в школу, я сходила за Норой и Ночкой. Кошка устроилась на подоконнике на своем посту. Умница моя. И Элеонора была не в духе и изволила ворчать.

– Евгения, мы такими темпами никогда не откроем свой бизнес и не съедем отсюда, – сварливым тоном выговаривала мне книга.

Хотелось ответить ей, что съезжать-то мне как раз и не хочется. В этом доме мне было хорошо. Спокойно и уютно. Но я знала, что озвучь такое, Нора целую лекцию мне тут прочитает. Так что я просто достала из холодильника кастрюльки с ягодным пюре.

– Вот, не ворчи, – выставила посудины в ряд. – Давай займемся делом. У нас есть пюре пяти видов, крахмал двух видов, сахар.

– Давай, – фыркнула книга. – Я не хочу всю жизнь провести в доме стража, прячась и дрожа. Я хочу славы, денег, поклонников. Я хочу стать знаменитой. Итак, – зашелестев страницами, она раскрылась на рецепте зефира из сламилы. – Я рассказываю, ты повторяешь все в точности, Евгения. Не споришь и не нарушаешь технологию приготовления, – я кивнула, не знаю, видела Нора или нет, но скомандовала: – Начинаем!

Ну мы и начали. Кто видел кулинарные шоу и как там орет шеф-повар, тот знает примерно как это выглядит. Так вот, Нора была в сто раз хуже! Она кричала, ворчала и обзывалась. Криворукая черепаха было самым безобидным. Ужасно вредная книга! А уж самомнение какое!

– Евгения, следи за массой внимательнее, а то так и останешься прозябать в этом доме на должности кухарки. Или пойдешь стряпухой в третьесортное кафе у дороги!

– Женя, оно не должно кипеть! Ты что, слепая? Бурлит, как коменты под фоткой фейковой сумочки!

– Ты криворукая, Женя! Это должен быть зефир. Красивый зефир. А это, прости, пожалуйста, что? – это Нора ругалась, когда я уже пыталась отсадить будущий зефир из бумажного кулька на доску.

– Это больше похоже на коровьи лепешки! – вопила Нора. – Так испоганить продукт – это талант. Евгения, форма этого просто ужасна. Она отвратительна.

– Да я первый раз вообще это делаю! – не выдержала я. Моему терпению пришел конец. – Вот возьми и сама все сделай!

– А я бы сделала! – кипятилась Нора. – Будь у меня руки. И вышло бы красиво и аккуратно. А не вот эти кучки непонятно, точнее, понятно чего! Так что занимайся делом! Это вот ты точно никому не продашь. Фу, гадость какая. Буэ просто.

О, как мне хотелось выдавить пюре из кулька на Нору. Залить эту вредную заразу сладким джемом. А лучше растопить печь и кинуть ее в огонь. Но я, сцепив зубы, из последних сил отсаживала то, что должно стать зефиром к позднему вечеру или раннему утру. Без миксера и блендера было очень тяжело. Как все это взбивать вручную в больших количествах, я просто не представляю. Наконец, с последней зефиркой и мое терпение лопнуло.

– Захлопнись уже, звезда ты наша кулинарная, – рявкнула я на Нору и устало опустилась на стул. На столе рядами расположились кучки, не очень радующие глаз. Зефирная масса была вкусной, я, конечно же, все попробовала. Но вид пока оставлял желать лучшего.

– Да и пожалуйста! – и ка-ак хлопнет обложкой, что я чуть не подпрыгнула. – Лузерша криворукая, – оставив последнее слово за собой, Нора замолчала.

Умница Ночка в наши перепалки не лезла. Только следила за нами вполглаза с подоконника. Решив на этом закончить на сегодня кондитерские баталии, я поставила чайник и решила выпить чаю с каким-нибудь собственноручно приготовленным десертом, а потом уже убирать кухню. Да и скоро уже Стив должен прийти, так что язве нахальной вообще пора в комнату!