Глава 28 · В гостях у бабушки

Это была бабушка Ильи, та самая, с которой он грозился меня познакомить и которая меня лечила. Назвать ее старой у меня бы язык не повернулся. Ухоженная женщина в возрасте, царственная, но, кажется, не надменная.

Я ужасно смутилась. Валяюсь тут в кровати с ее внуком, как последняя бесстыжая девка. Еще и обнимаюсь с ним. Я засуетилась, попробовала отстраниться от бабкиного внука, но тот невозмутимо продолжал меня обнимать, а одеяло мешало нормально оттолкнуть его.

Глаза бабули сверкали гневом, и я уж было испугалась, что меня сейчас с позором вышвырнут из благородного дома, но оказалось, что гневалась она не на меня, а на Илью.

– Туманов, несносный мальчишка, ты что тут делаешь? – нахмурив высокие тонкие брови, пошла она в атаку, а я чуть не прыснула от смеха. Как можно назвать этого лба мальчишкой?

– Охраняю сон Ники, – нахально заявил он, пытаясь ближе прижать меня к себе. Но мне наконец-то удалось вывернуться из его объятий и отстраниться.

– Ничего, тут и без тебя есть кому охранять, – продолжала гневаться женщина. – А у тебя совести совсем нет. Девочке отдыхать надо, силы восстанавливать, а не удовлетворять твои прихоти.

Щеки мгновенно опалило жаром. Это ж надо так замысловато обозвать близость между мужчиной и женщиной! Тем более что у нас ничего не было, только обнимашки. Бабуля тем временем быстрым шагом подошла к Илье и стала лупить его кухонным полотенцем. И даже это проявление эмоций у нее выглядело солидно и по-своему изящно.

Илья выставил руки, защищаясь от хлестких ударов, и, смеясь, проговорил:

– Эй, я вообще-то ее спас! Я что, даже награды не заслужил?

– Спас – и молодец. А теперь кыш отсюда, котяра, – не успокаивалась бабушка, выгоняя внучка полотенцем из моей постели, словно большого шмеля от пышно цветущей белены.

Мне стало смешно, и я, похрюкивая, прикрыла рот одеялом.

Илья взглянул на меня с укоризной.

– Ну вот, выспаться не дали, с девушкой своей побыть тоже. Что за люди? – продолжая фыркать, возмущался Илья, сползая с кровати под строгим взглядом бабушки. Забавные они все-таки. Семья. Хоть и ругается бабуля на внука, а видно, что любит и гордится. Если честно, я ее понимала. Таким экземпляром сложно не гордиться.

Стоило Илье выйти, как мы остались с женщиной наедине, и я снова почувствовала себя неловко. Хихикать тут же расхотелось. Внезапно подумала, что бабуля Туманова не очень-то рада моему присутствию в ее доме. Наверняка была бы счастлива избавиться от меня, чтобы ее любимому внучку не досталась такая безродная бестолочь, как я.

Но женщина повернулась ко мне с добрым и заботливым выражением лица, и тон ее стал совсем другим, мягким и приятным.

– Меня зовут Мария Андреевна, я бабушка Ильи, – представилась она.

– Очень приятно. Вероника. Можно просто Ника.

– Мне тоже, – с достоинством кивнула женщина. – Как твое самочувствие?

– В целом неплохо. Мышцы немного болят, но это ерунда, – быстро заверила я женщину, давая понять, что готова хоть сейчас вскочить с постели и ехать домой. И так загостилась.

Но Мария Андреевна, кажется, и не думала меня выгонять.

– Я рада, что тебе лучше. Признаться, не предполагала, что ты так быстро восстановишься. Твое состояние было очень тяжелым. Илья сначала врачам тебя показал, но они руками развели. Мол, ничего сделать не могут. Бездари. А я целительница, так что взялась за тебя сама. И очень рада, что Илья доверил мне твое лечение, а этих безграмотных лентяев и слушать не стал.

Бабушка поморщилась, словно съела что-то кислое. Похоже, у нее давние разногласия с современными врачами. Но, судя по тому, что она меня вылечила, а они не смогли, ее претензии не так уж беспочвенны.

А от чего, кстати, вылечила? Насколько я помнила, ничего серьезного со мной не случилось. Да, Олеся воздействовала на меня заклятием подчинения, да, я залезла в портал и достала древний артефакт. Но судя по всему, с крыши небоскреба я все-таки не свалилась. После такого меня никакая магия бы не собрала. Остальное не казалось мне серьезным.

– А что со мной было? – осторожно спросила я.

– Сильнейшее магическое истощение, деформация ауры от черной магии, большая кровопотеря, – перечислила Мария Андреевна. – Илья очень переживал, что не сможет тебя вернуть. Не физическое тело, а разум. Он боялся, что Небытие отняло твою личность.

Я испуганно заморгала. Неужели все было настолько плохо?

– Получается, обошлось? – испуганно спросила я.

– Да. Но у меня остались последние опасения. – Мария Андреевна посмотрела на меня цепко, внимательно, и мне стало не по себе от предчувствия чего-то нехорошего. – Я хочу проверить, осталась ли магия при тебе. Попробуй-ка зажечь вот эту свечу. У тебя ведь огненный дар?

Женщина указала на стоящий на тумбочке подсвечник.

Меня вдруг охватил липкий ужас. Я не знала, что страшнее: потерять рассудок или лишиться силы. Наверно, лучше первое, чем лишиться самого ценного и всегда об этом помнить. Я испуганно, поспешно высвободила руку из одеяльного кокона и щелкнула пальцами, концентрируясь на стоящей передо мной свече. Пальцы дрожали, и с них осыпались фиолетовые искорки. Свеча осталась незажженной.

– Успокойся и попробуй еще раз, – приказным тоном сказала моя мучительница.

Я вдохнула воздух, и получилось со всхлипом. И, сконцентрировав все свои внутренние ресурсы, я еще раз щелкнула пальцами. К моему облегчению, свеча вспыхнула высоким ровным пламенем, чуть не достав до потолка.

– Хм, – произнесла Мария Андреевна. – Неплохо. Немного сбилась концентрация силы, но это поправимо. Главное, что искра магии в тебе не погасла. Не знаю, какой силой ты владела раньше, но сейчас вижу, что твой уровень достаточно высок.

Я выдохнула с облегчением, хотя сердце мое продолжало испуганно колотиться в груди.

– Спасибо, что помогли мне, – искренне поблагодарила я женщину.

– Не за что. Это моя профессия, да и не хотелось Илью расстраивать. Очень уж ты ему дорога. – Она говорила это все спокойно, как само собой разумеющееся. И ни грамма неприязни. Спрашивать о том, что было бы с отношением Ильи ко мне, лишись я магии, я не стала. Тем временем ведьма подошла ближе. – Мне нужно тебя осмотреть.

Я послушно дала снять с себя одеяло. Как оказалось, под ним я была в длинной батистовой сорочке, отделанной кружевами и бантиками. Точно не моя вещь. Похоже, гардеробом со мной поделились, а значит, видели меня голой. Боже, стыдно-то как!

– Получается, с крыши я не упала? – все-таки задала я вопрос, чтобы немного отвлечься от позорных мыслей.

Мария Андреевна сосредоточенно водила надо мной руками и какими-то амулетами. Я думала, не ответит, но, похоже, разговоры не мешали осмотру.

– Слава богу, нет. Как Илюша рассказал, ты уже летела вниз, но он успел подхватить. Поймал уже в воздухе.

– И как он сам не свалился? Там такой ветер был!

Мария Андреевна снисходительно посмотрела на меня.

– Илья – сильный маг и обученный. Ему не составляет труда бороться с ветрами. Тем более что воздух – его основная рабочая стихия.

Я пристыженно примолкла. В итоге Мария Андреевна удовлетворенно кивнула, сказав, что я иду на поправку и мне понадобится еще несколько дней постельного режима.

Вскоре в комнате появилась домовиха. Я вспомнила ее имя. Эльза. Маленькая, смешная, похожа на гномика. Буян совсем иначе выглядит. Впрочем, он тоже умеет разные облики принимать.

– Ника, тебе нужно поесть. Эльза принесла тебе обед.

Домовиха и правда поставила на стол у окна большой поднос, от которого вкусно пахло домашней едой.

– А что с моим домовым? Илья не говорил?

Мария Андреевна фыркнула и не смогла сдержать усмешки.

– Твой фамильяр сейчас в моем доме. Я разрешила, поскольку понимаю, что привязанному духу тяжело долго без своей хозяйки.

– Мне кажется, я слышала, как он с кем-то спорил. – Я посмотрела на поднос, и до меня дошло. – Похоже, с вашей Эльзой. Выходит, мне не показалось.

Мария Андреевна закатила глаза.

– Эти двое чуть не свели меня с ума! – пожаловалась она, но я быстро поняла, что это не злит женщину, а скорее забавляет. – Твой фамильяр оказался очень деятельным и требовательным. А Эльза, как выяснилось, более ревнива к своему дому, чем я предполагала.

Я представила себе противостояние двух домовых-фамильяров на одной территории и сухо сглотнула. Удивительно, как нас с Буяном тут еще терпят.

– Не переживай, – тепло улыбнулась мне ведьма, явно прочитав мои опасения. – Я умею справляться с домовыми и приструнить их тоже в состоянии. Впрочем, у тебя хороший фамильяр, очень грамотный и опытный. Тебе повезло.

– Надеюсь, мы не доставили вам слишком много хлопот, – я выдавила из себя улыбку.

– Не переживай. Ты совершила большое дело, и мое гостеприимство – это меньшее, чем я могла тебя отблагодарить. А еще ты делаешь моего внука счастливым. Это стоит отдельных слов. Илья только о тебе и говорит, и я вижу, как при этом горят его глаза. Я уж и не рассчитывала его женить, такой уж он у нас романтик, что на абы ком не захочет.

Я ужасно смутилась.

– Думаю, о женитьбе рано говорить, – потупив глаза, пробормотала я. – У нас и отношений-то еще толком нет.

– Возможно. Но верю, что ты не захочешь разбивать ему сердце. А своего внука я хорошо знаю. Уж если он что-то решил, ни за что не отступится. Упрямый, весь в отца.

Я, кажется, окончательно покраснела. Ответить Марии Андреевне было нечего, и я предпочла уйти от скользкой темы.

– Вы сказали, что я совершила какое-то большое дело. Расскажете? А то я не очень понимаю.

Женщина вдруг широко улыбнулась.

– Илья придет к тебе обедать и все расскажет. Ты пока не можешь спуститься в столовую, а мой внук не хочет есть без тебя.

«Спать без меня он, кажется, тоже не хочет», – подумала я, а еще поняла, как сильно проголодалась, и перспектива провести время с Тумановым меня очень обрадовала. Информационный голод оказался не меньше.

– Ну что ж, отдыхай, – попрощалась Мария Андреевна и вышла.

А через пару минут в комнату зашел Илья. Волосы влажные, и успел переодеться в домашнее. И так он выглядел еще ближе, еще уютнее и роднее.

– Ты сегодня не на работе? Выходной? Какой вообще день недели? – забеспокоилась вдруг я.

– Сегодня суббота, – ответил Илья. – По-хорошему, мне нужно быть в Департаменте, но я отпросился, чтобы побыть с тобой.

– А что, маги без выходных работают?

– Нет, конечно. Но со всеми последними событиями у нас сейчас столько дел, что выходные нам не светят еще долго, зато ночные смены – очень даже.

Илья потер глаза, и мне вдруг стало ужасно его жалко. Он и этой ночью не выспался, и со мной еще нянчиться нужно.

– Тогда давай обедать. Я ужасно голодная.

Я попробовала встать с кровати, но у меня не получилось. Ноги совсем не держали, да и голова закружилась.

– Ника, не вздумай вставать сама, – строго сказал Илья, подходя ко мне, после чего просто подхватил на руки и отнес в удобное кресло, стоявшее рядом с накрытым столом. Он благородно пытался делать вид, что мое тело, скрытое прозрачным батистом, его нисколько не интересует, но халат мне все-таки подал, и я быстро завернулась в него.

– Илья, а что с моими родителями? Они меня не потеряли?

– Не переживай, они ничего не знают. Пришлось их убедить, что ты уехала в командировку и связи там нет.

– Вот вы жулики! На одних воздействуете, на других…

На самом деле я не сердилась. Даже рада, что родители за меня не переживали. Да и как им можно было объяснить, что со мной произошло?

– Скажи, что сама так ни разу не делала, – ехидно ответил Туманов, накладывая мне салат. А я тут же вспомнила пожарных, которым пришлось произвести внушение, и поняла, что возразить мне нечего. Я сама такая же, и нечего на других пенять.

Я думала, что много в меня не влезет, несмотря на проснувшийся аппетит, но еда оказалась такой вкусной, что я даже не заметила, как слопала и суп, и салат, но все еще алчно поглядывала на мясное рагу. Решив, что организму лучше знать, что ему надо, решила не препятствовать обжорству и попросила Илью положить мне еще и горячее. Он ничуть не возражал и с удовольствием смотрел, как я уплетаю угощения.

Когда я наконец насытилась, решила, что готова услышать о событиях того злополучного дня.

– Ну, рассказывай с самого начала, – потребовала я, сыто откидываясь на удобную спинку кресла и попивая из большого стакана теплый травяной настой.

– Прям сначала – это нам и ночи не хватит, – усмехнулся Илья.

– Тогда давай с конца. Я все еще жива, хотя чуть не улетела с крыши. Правда, и без того была на грани смерти. Бабушка твоя просветила, что ты меня как-то поймал. Ты как вообще там оказался?

– Меня больше занимает вопрос, как на крыше оказалась ты, – в тоне Ильи впервые послышались обвиняющие нотки. – Ты обещала не лезть больше в это дело, но нарушила обещание.

– Уж извини, не по своей воле, – развела я руками. – Пришла на работу, а там Айжан, Метус в руках держит. Пришлось у нее забрать, а что с ним делать дальше, я не знала. Ужасная вещь. Не знаю, как Рита смогла его столько выдержать. Бедняжка. Я сама еле справилась.

– А мне почему не позвонила сразу же?

Я потупилась, потому что мне вдруг стало стыдно.

– Потому что решила, что ты не поможешь. Сначала увидела, как с Жабой на кухне обжимался, потом без объяснений уехал. А позже я вообще подслушала разговор Анжелы и решила, что она тебя уже приворожила. Естественно, она была у меня главной подозреваемой! Я хотела Савельеву дозвониться, но у него телефон был недоступен. Передать Метус было некому, оставить его в офисе я тоже не могла.

– А Макс был со мной, – окончательно огорошил меня Илья.

– В смысле? Ты разве не по работе в командировку уехал?

– По работе. Только по другой, магической. И с Анжелой я, как уже сказал, не обжимался, а производил внушение, что уезжаю в командировку по делам офиса, а не по своим. Если помнишь, при ментальном воздействии нужен прямой зрительный контакт. Правда, я не думал, что ей снесет крышу и она побежит приворот делать.

Я вдруг вспомнила их разговор. Жаба преданно смотрела на Илью и цеплялась за его рукав, повторяя, что все сделает, что ему нужно. И говорила она это не потому, что влюблена по уши, а потому, что ей так внушили.

– Ну хорошо, допустим. Но почему тогда Савельев не подходил к телефону? Я ему целый день пыталась дозвониться.

– Не знаю, я за его телефон не отвечаю. Но каково же было наше удивление, когда мы увидели на его телефоне пятьдесят пропущенных от тебя. Я, признаться, просто обалдел, что у меня при этом ни одного. Как ты полагаешь, что я должен был подумать? С чего бы моей девушке названивать едва знакомому мужчине, когда она может и должна все вопросы решать со мной?

Илья при этом с такой укоризной посмотрел на меня, что мне захотелось провалиться сквозь землю. Впрочем, одергивать, что свое согласие я ему еще не давала и называться его девушкой не могу, я не стала. Видимо, стоило побывать на краю жизни, чтобы пересмотреть некоторые свои старые убеждения. Поэтому я возразила другое:

– Я была уверена, что приворот сработал и говорить тебе о своей находке ни в коем случае нельзя, потому что ты сразу доложишь о находке Анжеле.

Илья тяжело вздохнул.

– Ты могла хотя бы выяснить у меня по телефону, что у меня с Анжелой. Не обязательно даже было говорить про Метус. Человека после приворота даже не маг сможет распознать, там ведь вообще мозг отключается. – Я только поджала губы, признавая правоту Ильи. И почему я не подумала об этом? Тоже мне, ведьма. Или просто женщина. Ревность сработала как выключатель логики, хотя обычно я на нее не жаловалась. – Ника, надеюсь, ты наконец уяснила, что с Анжелой меня ничто не связывает? Ни настоящие отношения, ни, хм, искусственные.

– Уяснила, – я покорно склонила голову.