Глава 9 · Лифтер

Уже давно перевалило за девять часов вечера, а я продолжала корпеть над документами, даже не заметив, как ушли все коллеги. Злость давно прошла, сменившись глухим раздражением. Изображать из себя героя, конечно, хорошо, но остаться без средств к существованию очень не хотелось. Работу-то я найду, но на это потребуется время, да и жить на что-то надо. Если учесть, что от прошлой зарплаты у меня осталось меньше пяти тысяч, положение было на грани отчаяния.

Идти к родителям за помощью не хотелось. Брать у них деньги было очень стыдно. Не справиться с задачей – тоже.

Обида и злость подпирали горло, мне безумно хотелось утереть нос Жабе. А еще больше – Туманову. Решили убрать меня? А вот хрен вам! Я так просто не сдамся. Они еще пооткрывают рты, когда я выложу перед ними готовую работу, выполненную в рекордные и совершенно неадекватные сроки.

Только вот рано или поздно любой запал проходит. Я успела перелопатить несколько длиннющих документов, то и дело подбадривая себя кофеином, но вскоре поймала себя на том, что пятый раз перечитываю один и тот же абзац, совершенно не понимая, о чем он. Похоже, пора закругляться, а завтра продолжить на свежую голову. А чтобы голова была свежей, надо все-таки выспаться. Хотя можно еще в метро почитать документы.

Я запустила очередной протокол на печать и вышла из кабинета к принтерам. Коридор оказался совершенно пустым, что, в общем-то, логично в такое позднее время.

Но вечерняя офисная тишина внезапно неприятно накрыла меня своей густотой. Все-таки днем слышны голоса, телефонные звонки, ненавязчивый шум работающей техники. Все эти звуки становятся привычным фоном, и ты просто перестаешь их замечать. А вот когда они исчезают, как сейчас, становится не по себе.

Свет почти везде был погашен, горело только несколько ночных ламп, не столько разгоняя темноту, сколько сгущая мрак по углам и добавляя теней.

Почему-то в памяти всплыл сюжет фильма по Стивену Кингу «Лангольеры», где целый борт с экипажем и пассажирами перенесся назад во времени. Новая реальность оказалась мертвой, в ней не слышалось эха, не чувствовались запахи и вкусы. А неприятнее всего оказались зубастые существа, которые начали пожирать все вокруг. Чуть не сожрали и всех героев фильма, но тем, как положено, удалось спастись. Надеюсь, какие-нибудь зубастики не появятся сейчас из-за угла, потому что нехорошие ассоциации о безжизненной параллельной вселенной казались сейчас очень правдоподобными.

Кстати, про зубастиков. Как бы не столкнуться с монстром раньше времени. Уж он-то точно был реальнее каких-то там лангольеров.

Я вдруг остро ощутила, что нахожусь на сорок третьем этаже гигантской стеклобетонной коробки, закупоренной со всех сторон, и быстро выбежать на улицу у меня не получится. Бурная фантазия тут же подкинула новую ассоциацию – с мышью, попавшей в ловушку, вокруг которой кружит котяра. И почему раньше у меня не возникало таких мыслей? Наверно, повлияла непривычная обстановка, сделав офис очень неуютным. Ощущать себя отрезанной от остального мира оказалось крайне неприятно, и захотелось вот прямо сейчас оказаться снаружи, где кипит жизнь.

Я быстро вернулась в кабинет, запихнула распечатку в сумку, закинула сверху свои вещички и бодрой рысью направилась к выходу. Но, оказавшись снова в коридоре, замерла.

Дверь в кухню была приоткрыта, и из нее лился свет.

По спине пробежала толпа мурашек. Я же только здесь была. Дверь была захлопнута, я точно это помнила.

Повинуясь дурацкому закону всех известных мне фильмов ужаса, я не ринулась на выход, а медленно прокралась к полосе света, бьющей из кухни. Может, просто кто-то из сотрудников вернулся? Например, забыл что-то… Ага, кофе выпить. Интересно, услышала бы я его, пока собиралась? Не факт.

Обуздать собственное любопытство мне не удалось. Я же не прощу себе, если что-то важное пройдет мимо. Особенно если это касается смерти Риты или уничтожения твари. Мысли о том, что это может быть опасно, я старательно отгоняла.

С колотящимся сердцем я заглянула в приоткрытую дверь, до последнего лелея надежду, что увижу кого-то из коллег. Но на кухне никого не было. За исключением черных воронок, которые, зловеще покачиваясь, крутились по углам. Я замерла, пытаясь разглядеть непонятное явление. Откуда здесь эта пакость? Ее создал маг, или она появилась тут сама?

В голове всплыло заклинание сканирования магического фона, которое я недавно вычитала в энциклопедии. Оно могло дать много информации. Например, к какой стихии относится магия, является ли она чистой силой, заклинанием или его остатками и даже об источнике ее появления.

Я сконцентрировала энергию в ладонях и отправила слабый импульс в сторону дальней воронки. Но я не учла одного: чужеродной магии может очень не понравиться, что ее пытаются изучить.

Меня отшвырнуло к противоположной стене коридора, ощутимо приложив к ней спиной и выбив дух. Дверь с грохотом ударилась о стену, и в грудь, словно таран, врезалась волна силы, а из кухни полезли черные дымные щупальца. Ощущения были такие, будто на меня наехал бульдозер.

Пугаться было некогда. Надо было срочно что-то делать. Я интуитивно понимала, что не должна позволить темному дыму добраться до меня.

Я вскинула руку. Передо мной вспыхнул огненный щит. Это было заклинание, которым я заслуженно гордилась, потому что оно у меня всегда получалось идеально.

Моя фиолетовая магия столкнулась с черной, и я, упершись каблуками в пол, с огромным усилием начала отталкивать от себя жуткий пресс. Шпильки скрипнули. Мои любимые туфли! Ну уж нет, не позволю каким-то там воронкам испортить их. Возмущение придало сил, и я одним рывком оттолкнула от себя давящий темный туман. Недалеко, но теперь я смогла хотя бы нормально вдохнуть и дать себе отсрочку в пару секунд.

Обе мои руки дрожали, удерживая огонь. Но я чувствовала, что магия по ту сторону щита тоже вибрирует, как будто и ей с трудом удается сдерживать мой натиск.

Из кухни лился уже не электрический свет, а нестерпимо яркий, мертвый. Я читала, что такое происходит, когда магия исчерпывает свои последние силы. Значит, нужно помочь ей истощиться.

Если огненным щитом удалось удержать эту магию, то значит, мне нужно огненное оружие, чтобы ее уничтожить. По правой руке зазмеились фиолетовые искорки, собираясь и концентрируясь возле ладони. Достаточно достроить заклинание – и в руке появится клинок с пламенным лезвием. Но тогда мне придется отпустить одну руку, и щит удержать я уже не смогу. Значит, у меня есть всего секунда, чтобы метнуть свое оружие. Сработает это или нет, я не знала, но придумать что-то другое не было времени.

Рыкнув, как теннисистка при особенно мощной подаче, я разжала руку и метнула клинок в распахнутую дверь. В тот же миг щит пропал, а меня снова отшвырнуло к стене. Теперь я приложилась к ней плечом. От боли аж искры из глаз посыпались, и если бы в меня снова впечатался магический пресс, я бы уже не смогла его сдвинуть. Но пресса не было, а вокруг стояла тишина.

Шипя и потирая ушибленное плечо, я осмотрелась. В кухне было темно, никакие темные щупальца ко мне не тянулись, а воронок в кухне видно не было. Я их что, уничтожила? Почему-то верилось в это слабо.

На дрожащих ногах я шагнула внутрь. Тусклого света из коридора хватало, чтобы осмотреть помещение, но рука все равно потянулась к выключателю. Вспыхнул свет. Ничего. Все как обычно. Гудит холодильник, слабо пахнет кофейными зернами и немножко моющими средствами, вся мебель мирно стоит на месте. Ни разрушений, ни опрокинутых стульев. Как будто мне все померещилось. Но руки дрожали, как будто я только что делала жим лежа со штангой килограмм на сто. Я осмотрела стену, куда врезалась дверь, и там обнаружилась нехилая вмятина от металлической ручки. А еще пошатывались каблуки. Нет, мне не померещилось.

Я запоздало сообразила, что надо убираться отсюда, а то как бы не явилась тварь. После борьбы с воронками у меня вряд ли получится ей противостоять.

Я подобрала сумку и бодрым шагом, насколько позволял сломанный супинатор, поковыляла к лифтам. Меня запоздало обуял страх, и просто не терпелось унести отсюда ноги.

Пара секунд – и лифт тренькнул, оповещая о прибытии. Тихий мелодичный звук в пустом темном офисе прозвучал как пожарная сирена, пройдясь пилой по моим нервам. Мне показалось, что его услышали все, кому слышать о моем нахождении здесь было совсем не нужно.

Подгоняемая собственными мурашками, толпой бегающими по спине, я вбежала в кабину, ткнула на первый этаж. Мне казалось, что проклятые двери сходятся слишком медленно и в закрывающихся дверях вот-вот появится морда твари. И только когда двери захлопнулись, отрезая от зловещей тишины этажа, я выдохнула. Заиграла привычная ненавязчивая мелодия. Всего пара секунд – и я окажусь на свободе.

Воронки… Это что же за магия такая? Откуда? Да окажись я менее проворной, они убили бы меня. Отчего-то я совершенно не сомневалась в этом. И нашли бы завтра на полу в коридоре еще один трупик. Ага, с диагнозом «сердечная недостаточность». С учетом того, что уборщицы приходили в офис первыми, эта сомнительная честь снова выпала бы Айжан. Почему-то стало жалко не себя, а бедную женщину.

А ведь Рита умерла на кухне. Наверняка здесь есть какая-то связь с этими воронками. Господи, как все запуталось!

Может, я и додумалась бы до чего-нибудь дельного, но внезапно мои мысли грубо прервали. Кабина замедлила ход, дернулась и встала на месте. В окошке заморгала цифра «30», приятная музыка замолчала, снова погружая меня в неприятную тишину. Да что ж такое!

Нахмурившись, я принялась тыкать кнопку вызова диспетчера, но тот молчал. Паника начала нарастать, а вновь заработавшая на полную силу фантазия тут же подкинула картинку, как тварь ползет по стенкам шахты, нагоняет меня и…

Дофантазировать я не успела, потому что прямо из кнопочной панели перед моим носом начала вылезать жуткая полупрозрачная харя. Я взвизгнула от неожиданности и отскочила к противоположной стене лифта. Вслед за харей в лифт втянулась вся туманная фигура, и я расширившимися от ужаса глазами уставилась на нового неизвестного мне обитателя башни. Похоже, это был уже не сущь, а самый настоящий призрак. А кем еще могло быть это существо? Из всех известных мне тварей магической реальности только призрак имел такую дымчатую прозрачность и мог светиться зеленоватым светом.

Утешало лишь одно: это точно была не тварь. Призраки не жрут сущей.

Выглядел призрак жутковато. Его тело состояло из множества шестеренок, которые с хрустом и звоном крутились в разные стороны, производя совершенно психоделическое впечатление. Из мятого, кривого и голого черепа торчали какие-то шипы металлического цвета, а глаза заменяли светящиеся белым шурупы. Нижняя челюсть была похожа на ковш экскаватора с торчащими вверх зубьями. Довершали картину полупрозрачные тросы, терявшиеся где-то в потолке лифта, на которых, как марионетка, и был подвешен призрак.

Тросы, впрочем, не мешали ему свободно двигаться, что призрак и продемонстрировал, ринувшись ко мне. Я взвизгнула от неожиданности, но увернуться не успела и в следующий миг почувствовала липкий холод, который окутал меня на пару секунд. Я зажмурилась от неприятных ощущений. Похоже, призрак прошел сквозь меня.

Я тут же открыла глаза и снова испуганно вжалась в стену, потому что теперь устрашающая харя маячила прямо перед лицом.

И тут я разозлилась. Да сколько ж можно издеваться? Не давая себе времени на раздумья, я засветила в призрака ловчей сетью. Я планировала пришпилить его к стене и как следует припугнуть, но просчиталась. Сеть была способна сдержать суща, но на призрака, как выяснилось, не действовала, прошла сквозь него, разделив на множество кубиков, как морковку на винегрет. Сеть тут же развеялась, и существо собралось обратно, только теперь выглядело еще злее, чем раньше.

– Ведьма! – ликующе воскликнул призрак.

– Да, ведьма. Ну и что? – с вызовом ответила я.

– А вот и все! Попалась! Я знал, что однажды вычислю тебя.

Я нахмурилась. У этой хари что, ведьмофобия? Надеюсь, он не избавляется от всех ведьм, которых встречает?

– Ты вообще кто такой, чтобы с незнакомой ведьмой так разговаривать? – возмутилась я.

– Я Лифтер! – наконец представился этот прозрачный террорист, да с такой гордостью, словно был местным авторитетом. Дон Корлеоне, блин.

– Рада за тебя. От меня-то что нужно?

– Как – что? – натурально удивился призрак. Даже глаза-шурупы вращаться перестали. – Чтобы колдовать прекратила. А еще последствия своего колдовства убрала!

Я вспомнила про воронки и как я от них только что отбивалась. Похоже, именно эту силу и почувствовал призрак. Раздражает она его, что ли? Может, он спал, а я его разбудила?

– И чем же мое колдовство тебе помешало? – все-таки решила уточнить я.

– А тем, что вы, колдуньи, пакость всякую творите, а нам, бедным существам Небытия, от этого одни убытки.

Я фыркнула. Ага, нашелся бедняжка! Людям пакостить – так совесть не мучает.

– Кажется, лично тебя я пока не трогала. Это ты на меня напал, в лифте вот запер.

– А изморник? Скажешь, не ты его выпустила? – прошипел призрак.

– Кто? – я непонимающе вытаращилась на Лифтера.

– Не притворяйся, ты прекрасно знаешь, о чем я. Монстр, черный маг, который сдох и стал слугой Небытия. Чудовище было заперто тут, пока ты его не выпустила!

– Да почему я-то? – возмутилась я. До меня вдруг дошло, что Лифтер говорит о той самой твари, о которой рассказала Банни, но вконец расшатанные нервы не позволили перейти на конструктивную беседу, и я, сердито топнув ногой, крикнула: – Ничего подобного я не делала!

– Мне плевать, кто из вашего колдовского племени это сделал, но ты уберешь из башни изморника. Если маг виноват в освобождении монстра, то магу с ним и справляться.

Я, в общем-то, и сама была не против избавиться от монстра, но терпеть не могла, когда мне ставили ультиматумы. А уж когда незаслуженно обвиняли, здравый смысл отказывал, трансформируясь в клубок негодования.

– Да ты вообще понимаешь, кому хамишь и требования предъявляешь? Я же тебя сейчас по ветру развею! – прорычала я, стискивая кулаки.

– Всегда вас, магов, ненавидел. И в очередной раз понял, что был прав, – проскрежетал противный Лифтер и начал вдруг таять. Я запоздало сообразила, что угрожать призраку все же не стоило. По крайней мере, пока я заперта тут. Но было, кажется, поздно.

– Эй, ты куда это собрался? – возмутилась я.

Но призрак уже истаял, а ехидный голос отозвался эхом уже откуда-то из шахты:

– Посиди тут, подумай над своим поведением.

– Это нечестно! – крикнула я, но привиденистый поганец уже смылся. Я с досады саданула ладонью по стене лифта. Хотела еще и ногой, но стало жалко своих и так пострадавших туфелек. Я не ожидала услышать ответ призрака, но противный Лифтер все-таки ответил.

– Надеюсь, что изморник тебя сожрет и подавится! – услышала я совсем уж далекий крик, и все вокруг стихло.

– Ах ты… шестеренка ржавая! – рявкнула я. Но тут же притихла, осознав, что зависаю где-то на уровне тридцатого этажа в чертовой металлической коробке и злить противного призрака дальше было глупо.

Я обессиленно сползла вниз, сев на корточки и откинув голову на стену. Узкое платье, от которого я и так слишком устала за этот длинный и трудный день, сейчас доставляло еще больше неудобств, как и туфли на шпильке. Очень хотелось наконец стянуть с себя всю эту красоту, но еще больше я мечтала оказаться дома. Но нет, заперта в лифте каким-то неадекватным призраком. Словно мало мне проблем! И что теперь делать?

О призраках и привидениях я знала не так уж много. Обычно призраком становился дух умершего человека, не нашедший покоя после смерти, и был он привязан к месту гибели своего физического тела. В этом месте призрак обитал и оттуда же черпал силу. Человеческие эмоции ему ни к чему, но призрак мстителен и любит вредить, подстраивая пакости. Так что перекрыть вентиляцию или сбросить кабину лифта в пропасть – вполне ему по силам и по нраву. Особенно учитывая его изначально негативный настрой по отношению ко мне как к ведьме. Да, у лифтов должна быть какая-то защита в случае обрыва тросов, но заблокировать и их призраку ничего не стоило.

Надеюсь, он все-таки не сделает этого, иначе сразу бы так поступил, не став тратить время на разговоры. Хотя он, может, просто опасается, что, погибнув здесь, я тоже стану призраком и его ждет соседство с моим обиженным духом, которое придется терпеть целую бесконечность. А может, он все-таки ждет, что я их всех от твари избавлю?

Лифтер почему-то уверен, что изморника выпустила я. Но я-то точно знала, что не делала этого. Тут нужна магия похлеще, чем заклинания, отгоняющие сущей. Выходит, я тут не единственная ведьма, есть и кто-то другой. Мог ли это быть некий чужак? Здесь ведь куча офисов, и в каждый, помимо работников, ходят посетители. Насколько я знаю, охрана только внизу сидит. В нашей фирме, например, ее нет, только камеры наблюдения. Так что ничто не помешало бы проникнуть в башню какому-нибудь пришлому колдуну под видом посетителя и сделать свои черные делишки, а я могла пропустить мага, даже если бы их приперлась целая делегация.

Но теперь у меня появилась хоть какая-то информация. Получается, жил-был черный колдун, а потом помер и стал жуткой тварью. Кем он был? Когда все случилось? И кто его тут запер? А главный вопрос – где мне всю эту информацию искать? Немного успокоившись, я попробовала позвать Лифтера, чтобы расспросить его подробнее, но призрак так и не отозвался.

Я в очередной раз отругала себя за вспыльчивость. Надо было разговорить Лифтера, выспросить все, что он знает. Наши цели ведь не так уж сильно отличались. А я угрожать начала.

Я горестно вздохнула. Надо было придумывать, как выбраться отсюда, но колдовать сейчас было чистым безумием. Те «чудесные» воронки вполне могут появиться снова, и я понятия не имела, где они сейчас. А учитывая их повышенный интерес ко мне (ну или к моей магии), они ринутся в атаку, как только почувствуют новый всплеск силы. Да и тот самый изморник тоже вряд ли дремлет. Он вполне может объявиться, если почувствует магию. Даже мобильный здесь не ловил. Магия гасила сигнал.

Других способов, как заставить лифт поехать вниз, я не знала. Впрочем, и в тех, которые знала, уверена не была. Выходит, мне остается только ждать утра или милости призрака, которому надоест держать меня взаперти. Я закрыла лицо руками. «Все, кина не будет, электричество окончилось»[5]. Ох, хоть бы противный Лифтер действительно свет не отрубил! Сидеть в кромешной тьме совершенно не хотелось.

И тут, словно повинуясь моим мыслям, лампы погасли, и единственным источником света осталось парящее в воздухе зеленое число «30».

Я вскочила на ноги, саданула кулаком по стенке и завопила во все горло:

– А ну выпусти меня отсюда!

Разумеется, ничего не изменилось, и, постояв с минуту, я снова сползла по стенке и разревелась. Проклятая презентация, проклятая работа, проклятый офис! И Туманов хорош гусь. На него я почему-то злилась больше всего. Про Анжелу-то давно все было понятно. Мерзкая тетка, которая только и подстраивает пакости. А Туманов втерся в доверие, прикинулся приличным, а потом взял и подставил. Тоже мне – лучший босс на свете! Если б не его издевательская рекомендация, сидела бы сейчас в своей теплой, уютной, светлой квартире, пила чай и читала энциклопедию.

Не знаю, сколько прошло времени, но истерика почти схлынула, оставив меня без сил. И тут внезапно свет вспыхнул, и кабина, набирая скорость, помчалась вниз. В первые секунды я испугалась, подумав, что сбылись мои худшие опасения и кабина сейчас рассекает воздух в свободном полете, но очень быстро поняла, что лифт просто заработал. Наконец-то! Меньше минуты – и двери, мелодично тренькнув, разъехались. Сквозь пелену слез я увидела знакомый интерьер холла первого этажа, где, к слову, тоже был приглушен свет.

Опасаясь новой подставы от Лифтера или других обитателей башни, я вывалилась из лифта, чтобы поскорее покинуть опостылевшее здание, и тут же столкнулась с кем-то. И этот кто-то крепко обхватил меня за плечи.