Глава 14

Плотно закрыв за собой дверь, Альберт на всякий случай прошептал заклинание тишины, чтобы вездесущие слуги не смогли подслушать, а потом обернулся к сестре, стоявшей у книжных шкафов. Сцепив руки за спиной, она рассматривала корешки, пытаясь сдержаться, чтобы не наброситься на него с кулаками. Берти улыбнулся подобной сдержанности. Раньше Джоржди не стала бы так церемониться и закатила бы скандал еще при входе. Сезон в Ландии явно пошел ей на пользу, – Ну же, давай, – разрешил он. – Ты сошел с ума! – Джорджиана с негодованием обернулась. – Ты понимаешь, что творишь! Стремясь совладать с собой, она прошлась по комнате, зло стуча каблучками. – Вполне, – такой напор ничуть не смутил капитана. Понимая, что сестра слишком взвинчена, чтобы присесть, он облокотился на каминную полку, задумчиво смотря, как Джорджиана кружит по комнате. – И позволь тебе напомнить, что я давно совершеннолетний и сам отвечаю за свои поступки. – Неужели? Интересно, что скажет отец? Удар попал в цель, на щеках берти заходили желваки. – Ничего, – веско произнес он. – Если ты ему не расскажешь. – Ему расскажут другие, – пылко возразила она. – Кто именно? – Понятия не имею, ты же знаешь, как расходятся слухи. – И кто донес их до тебя? – капитан зло прищурился. – Ну… – девушка заколебалась. – Джорджи! – в голосе Берти зазвенела сталь. Прекрасно понимая, когда не стоит испытывать терпение брата, она сдалась: – Моя горничная, Дейзи. – Что? – опешил Берти. Джорджиана только закатила глаза: – Джон-Джозеф уже год как оказывает ей знаки внимания, болван! – Я или мой слуга? – ехидно осведомился капитан. Это ничуть не смутило его сестру. – Ты, конечно, кто же еще! В отличие от тебя, твой слуга – образец благоразумия. – Благодарю покорно. – Всегда рада. Несколько секунд они зло смотрели друг на друга, а потом оба рассмеялись. – Так что там Джон-Джозеф? – поинтересовался Берти, когда мир был восстановлен. – Мне следует поговорить с ним? – Даже не вздумай! Он ведет себя весьма пристойно. Знаешь, мне кажется, они поженятся, что, конечно, славно, но с другой стороны, где я тогда найду новую горничную, которая так укладывает мои волосы? – Это, несомненно великая жертва с твоей стороны! – безжалостно отозвался Берти. – Ты даже не представляешь какая! – парировала Джорджиана, ничуть не смутившись. – Ну а теперь, когда мы обсудили счастливое будущее слуг и мою незавидную участь, может быть, перейдем к твоей судьбе? Кто эта девушка? Альберт бросил на сестру настороженный взгляд и сразу же его лицо стало непроницаемым. –– Тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело, Джорджи? – иронично поинтересовался он. – Ну почему же, ведь речь идет и о моей кузине, – она улыбнулась. – Я же должна знать свою родню! – В этом нет необходимости. – Как? Мало ли, вдруг через много лет в мою дверь постучит юная особа и скажет, что я её тётя? – Гони ее в шею. Хотя, не сомневаюсь, ты не нуждаешься в моем разрешении. – Именно, – Джорджи всмотрелась в лицо брата. – И все же, Берти, что происходит? Зачем ты поселил эту девушку в доме и выдаешь за свою кузину? – Нашу кузину, сестричка. – Это не меняет сути вопроса. Хотя нет, раз уж ты втягиваешь меня в это дело… – Ты можешь уехать? – И не пообщаться с дальней родственницей? Я не настолько экстравагантна! – Я могу сказать, что вы в ссоре. – Теперь ты выставляешь меня мегерой. – Тебе не привыкать, – капитан усмехнулся, заметив негодование в глазах сестры, но она быстро взяла себя в руки. – Неужели она стоит того, чтобы ссориться с родней, милый? – Джорджи лукаво взглянула на брата из-под ресниц. Он потер лоб, словно это могло помочь упорядочить мысли. – Не знаю. Но… понимаешь, она… я не мог оставить ее в беде, – понимая, что Джорджиана настоит на своем, он вкратце рассказал о встрече с Одри. – Почему ты не отправил ее обратно, к тете? – нахмурилась сестра, когда он закончил. – Понимаю, это не самое приятное решение, но все же… – Ее принуждали выйти замуж за викария. – Берти – Джорджиана снова закатила глаза. – Мне стоило догадаться! Викарий! Тебе, конечно, не повезло этой весной, но, милый, не все викарии – злодеи. Среди них есть милые и добрые люди. – Викария Торнотона. – О! – Джорджи осеклась. – Это многое меняет. – Да, – Альберт вздохнул и с тоской взглянул в окно, всматриваясь в здание конюшни. – А ведь ты не знаешь всего, что о нем говорят. Джорджиана присела в кресло: – Даже того, что я знаю достаточно, но… Ты хоть представляешь, какой скандал будет, когда все откроется? – Если все откроется. Ты ведь не станешь распространять слухи, верно? – Разумеется, нет! – оскорбилась Джорджиана. – За кого ты меня принимаешь? – За верную сестру, – понимая, что гроза миновала, капитан улыбнулся. – Мне кажется, я стала слишком верной тебе, братец, – пожаловалась девушка. – Поверь, я ценю это. – В свете последних событий это звучит сомнительно. Когда отец узнает… – Я объяснюсь с ним. И буду весьма признателен тебе, если поживешь здесь до моего отъезда. Джорджиана бросила на брата задумчивый взгляд: – Пытаешься придать всей авантюре благопристойность? – Именно, – настала очередь Берти смотреть на сестру. – Джорджи, я понимаю, что это кажется весьма скандальным, но даю слово, что ни я,ни Одри ни разу не переступили черту. Понимая, что Джорджи его хорошо знает, он постарался отогнать сладостные воспоминания, когда Одри находилась в его объятиях. И в конце концов, ведь действительно ничего не произошло. Наивная, как и все девушки, Одри даже не поняла, что могло произойти. – Рада это слышать, – хмыкнула сестра, окончательно сдаваясь. Берти кивнул: – Спасибо. Я поговорю с Джоном-Джозефом, а ты приструни свою Дейзи. – Думаю, сейчас, этим голубкам будет не до досужих сплетен, – беспечно отмахнулась Джорджиана. – Но Берти… – Да? – Будь осторожен! Никто из нас не простить тебя, если тебе придется уехать заграницу, и мама будет страдать. Капитан Линдгейт широко улыбнулся: – В таком случае, мы не станем тревожить ее досужими сплетнями, верно? Джорджиана только кисло улыбнулась в ответ.