ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Ноэлия
С утра просыпаюсь какой-то ненормально счастливой. Не понимаю, с чем это связано, лёгкость подхватывает с кровати. Сомнение вперемешку со смущением развеиваются при виде привычно собранного Дарсаля, выходящего из своей двери.
- Как спалось, моя госпожа? - спрашивает.
- Замечательно, - улыбаюсь.
Жажда деятельности буквально захлёстывает. Есть ещё одна вещь, которая давно не даёт покоя. Эти странные «Ворота Эфира», какими пугал меня император. Пару легенд в книгах я нашла, но ничего особенного. Пожалуй, самое время сходить прогуляться куда-нибудь... где Слепые метки активируют.
- Эр Рамар спрашивает, будете ли вы сегодня на приёме, - перебивает радужные планы насущными Дарсаль. Пытаюсь сообразить, что за приём. Ах да, по определённым дням император принимает всякие прошения, в его отсутствие этим занимаются советники, ну и можно иногда императрицу подключать - для придания процессу императорского лоска.
- Конечно, - отвечаю, хочу по всем правилам Пени вызвать, расписание сверить, но Дарсаль опережает:
- Сразу после завтрака.
Ладно. Приходится принарядиться и на завтрак, придворные дамы который день моего общества дождаться не могут. А то еще по Шарассе скучать начнут. Кстати, а где она? Внимательно оглядываю обеденный зал.
- Шри Шарассы нет, - шепчу Дарсалю, пока все рассаживаются, - видать, платья никак пошить не может. Хоть бы она уже насовсем из дворца сбежала!
- Это едва ли, - отвечает.
- Почему? - хмурюсь неожиданной мысли. - Она, случайно, не с императором поехала?
- Нет, - словно прислушивается Дарсаль. - Она в Хадраме.
- Ну и ладно тогда, - пожимаю плечами.
С любопытством дожидаюсь приёма, хотя боюсь, что он будет занудным. Снова графы с баронами станут что-нибудь клянчить. И вроде пора бы начать разбираться в государственных вопросах, да так не хочется!
Вместе с Дарсалем проходим в приёмный кабинет - не личный Иллариандра, но тоже какой-то страшно важный и представительный.
Несколько советников - перечисляю всех про себя, вроде запомнила каждого и даже кто за что отвечает. Эр Рамар тут же. Для меня троноподобное кресло, остальные рядом полукругом в креслах попроще, а для посетителей - ковровая дорожка. Письменные прошения принимает один из адъютантов, а для устных, похоже, отводится совсем мало времени.
Мысленно настраиваюсь на то, чтобы тщательно вникнуть в проблемы моего... моего! - государства. Поэтому абсолютной неожиданностью оказываются несколько мужчин, испрашивающих разрешения на брак с девушками Йована. Притом, к собственному удивлению, обнаруживаю, что почти все из тех, кто ехал с нами.
«Как это?» - не удержавшись, подаю мысль Дарсалю, когда в приёмный кабинет входит третья пара. Никто иной, как сам квестор Юрай. Нет, ну мне-то не жаль, конечно, но всё же слишком странно!
«Многие присматриваются, особенно в мелких селениях, советуются со Слепыми. Иногда даже договариваются. Потом, спустя время, возвращаются. Некоторые девушки способны перебороть страх и полагают, будто в Айо у них больше перспектив.»
«Хм... а о деструктивных пятнах они знают?»
«Сомневаюсь», - после короткой заминки отвечает Дарсаль.
Почему-то начинаю нервничать. А вдруг и Базир... тоже? Бедная Пени.
- Эрлара, - произносит тем временем Юрай с лёгким поклоном, - позвольте испросить вашего благословения на мой союз с Делией Виас.
Эр Рамар приподнимает палец в готовности - на этот раз предварительные договоры скрепляет он, а не Дарсаль. И с удивлением замирает, когда я вместо привычного благословения спрашиваю:
- Скажите, Делия, вас предупредили о деструктивных пятнах?
Девушка - симпатичная, но очень уж молоденькая, - смотрит недоумённо, переводит взгляд на жениха. Карие глазки хлопают, переходя от любопытства к озадаченности.
- Нет, - отвечает растерянно. - Какие пятна?
- Мне думается, - вставляет эр Рамар, - решение этих вопросов следует оставить жениху с невестой.
- Пожалуйста, - улыбаюсь. - Мне просто хочется видеть, что девушки осознают возможный риск.
В отличие от меня. Не добавляю вслух, но надеюсь, эр Рамар способен вычитать это по ауре. Мне-то никто ничего не объяснил. Да и согласия, по большому счёту, не спрашивали.
- Конечно, эрлара, - произносит квестор сквозь зубы и уводит невесту из кабинета. Кажется, я завела врага - вот так вот не думая, не гадая. И, судя по раздувающимся ноздрям эра Рамара, не одного. Вздыхаю. Белое пламя слетает с глаз и губ, верховный Атаурван поднимается, приближается. Вспоминаю ужас, охвативший меня, когда он сорвал метку. С трудом напоминаю себе, что я уже императрица, и это ему меня бояться! И со мной считаться.
- Позвольте спросить, эрлара, для чего вы становитесь на пути счастья эра Юрая? - нарочито холодно интересуется верховный.
- Ни в коей мере, - отвечаю спокойно. - Я лишь хочу, чтобы девушки знали о том, что их аура может покрыться деструктивными пятнами, природа которых не известна, как и причины появления.
- Вовсе не обязательно, женщины Йована гораздо в меньшей степени подвержены...
- Разве это повод скрывать? - поднимаюсь, а то нависает надо мной, понимаешь ли, пытается задавить силой. Ощущаю сзади молчаливую поддержку Дарсаля. Ну, может, и не поддержку, но во всяком случае, защиту.
- Вы же знаете ситуацию с рождаемостью в вашем государстве, - эр делает упор на слово «вашем». - Для чего препятствуете союзам, с таким трудом достигнутым?
- Я всего лишь желаю, чтобы решение принималось осознанно. В Йоване с рождаемостью еще хуже, но насколько мне известно, хитростью никто никого не заманивает.
Хотя, вспоминая высших леди и всякие слухи... не удивилась бы.
- Вам пора бы свыкнуться с мыслью, на стороне какого государства вы теперь должны находиться, - пытается осадить Рамар, не углубляясь в обсуждение хитростей высших леди.
- Я на стороне интересов людей, - отвечаю. - Или вы уверены, что половина союзов распадётся, узнай невесты правду? Мой ответ - позовите девушек и расскажите, что может ожидать их или их детей на территории Айо.
Дарсаль
- Как прикажете, эрлара, - в омаа верховного сдерживаемая ярость.
Понимаю его, наверное, но и Лию тоже понимаю. Она не представляет, насколько непросто найти совместимость для наших людей, причём чем ближе к императорскому двору - тем сложнее. Точнее, думаю, тут дело в каких-нибудь хоть и дальних, но родственных связях. Что-то с аурой по линии императоров не так. Раньше был уверен, будто её скрывают ради его же безопасности, но сейчас... очищая императрицу от этого тёмного налёта...
- Надеюсь, ваш личный Страж сделает всё, как нужно? - бросает эр.
А я-то при чём? Потёки недовольства со стороны верховного, естественно, гнев императора падёт на меня.
- Если вы не можете, безусловно, Дарсаль всё сделает, - от синей ауры тоже веет прохладой. Зря она, наверное. Не нужно ей заводить при дворе таких врагов. Хотя за то, как держится, не могу не порадоваться.
- Я выйду к ним, моя госпожа, - отвечаю. - Всё объясню, кто не передумает - придут к вам.
Отпечаток кивка, на секунду сомневаюсь, оставлять ли её здесь одну. Но устраивать балаган при императрице и верховном атаурване совсем уж неправильно.
В приёмной перед кабинетом наступает тишина, едва появляюсь. Девушки жмутся к женихам, так и хочется усилить омаа. Останавливаю себя, ни к чему.
Приходится отвести их в сторону от остальных посетителей, передать волю императрицы.
Сложно объяснить людям, никогда не видевшим ауру, что такое деструктивные пятна и чем они грозят, тем более, этого никто доподлинно не знает. И уж тем более, откуда берутся. Но, пожалуй, поездка в школу склоняет меня к мнению императрицы. Сколь бы я ни любил Айо.
Иногда жизнь заставляет нас пересматривать то, что казалось единственно правильным с детства.
Как и следовало ожидать, большинство девушек предпочитает «подумать». Впрочем, они уже здесь, вернуться ведь тоже не так просто. Хотя, если Лия намерена проконтролировать этот вопрос - вполне возможно, и получится.
Ноэлия
С радостью отмечаю, что, похоже, советника по придворным вопросам в рядах жаждущих жениться не наблюдается. Если, конечно, Базир не оказался среди тех, чьи избранницы решили «подумать». Потом у Дарсаля спрошу.
Под молчаливое неодобрение Рамара, Хармаса и прочих советников, досиживаю до конца приёма, пытаясь разобраться в насущном. Так и слышу нечто вроде «вы, эрлара, даже со свадьбами не смогли справиться, куда вам более серьёзные вопросы решать», но никто не позволяет себе никаких выпадов. В экономические проблемы влезать не берусь, хотя понять пытаюсь. У Беллы всё больше познаний в придворных связях, а не в политике и экономике, а Хармас с Колленом словно коршуны трясутся над государственной казной. Ну, как-то до сих пор без меня государство не развалилось, надеюсь, и впредь устоит.
Наконец, под недовольные взгляды покидаю почтенных эров. Всё жду мысленных воплей Иллариандра, но похоже, мужу сейчас не до того. Чем же это он так занят-то?
Размышляю, что будет, если я вдобавок вниз сунусь, но, с другой стороны, портить отношения с эром Рамаром вроде больше и некуда. Ну пожурит еще немного, подумаешь.
Дома Пуся носится галопом, катает что-то по полу. Чудом замечаю: кошка каким-то образом выудила из тайника тот загадочный шарик!
Кошусь на Дарсаля, решаю проверить наблюдения Ливии.
- Что у неё? - спрашиваю, Дарсаль присматривается, ощущаю напряжение омаа. Скулы стиснуты, губы сжаты.
- Мне не видно, моя госпожа, - отвечает, помрачнев. До чего же хочется взять за руку, успокоить, рассказать... Но никак не решусь. Боюсь, Дарсаль вынужден будет отобрать находку и отдать изучать. И ведь так было бы правильно, наверное. Но воспоминания обо всех этих напыщенных эрах лишь утверждают в мысли скрывать, сколько смогу.
- Игрушка какая-то, - отмахиваюсь беспечно.
Отвлекаю Пусю другими кошачьими штучками, а шарик незаметно прячу в кармане. Ну, очень надеюсь, что незаметно. Потом в тайник верну. И как она его оттуда выцепила?!
Дарсаль
Ноэлия что-то умалчивает, выяснить бы, да не хочется. Нужно же ей хоть немного свободного пространства.
- Эры очень злы? - спрашивает.
Присматриваюсь, прислушиваюсь.
- Конечно, они не рады вашему вмешательству в исконную процедуру. Спорят, кто в этом виноват, - улыбаюсь.
- В каком смысле?
- В том, что нужно было либо заранее с вами договориться, либо вообще дожидаться императора. Императорское благословение - великая милость, без неё ни один атаурван не возьмётся теперь скрепить союзы тех, кого вы не приняли.
- Считаешь, я поступила неправильно?
- Необдуманно скорее. Этим традициям не одно столетие.
- А почему не рассматривается вопрос честно всё объяснить и дождаться согласия? - лёгкое раздражение в ауре. Похоже, здесь и личные обиды мелькают.
- Потому что на кону судьбы обеих цивилизаций. С потомством всё хуже и сложнее и у нас, и у них. Согласие само по себе редкость.
- Очень удобная позиция, скрываться за потребностями цивилизации. А почему тогда не переехать в Йован? Там и с пятнами получше, и мужчины в дефиците!
- Может быть, для того, чтобы не плодить одних девочек?
Ноэлия замолкает задумчиво.
- Я не хотела... я просто хотела, чтобы всё было справедливо! - вздыхает.
- Знаю, - соглашаюсь. Делаю шаг, Лия подхватывает движение, вмиг оказывается рядом, обнимает, прячет голову в плече. Провожу ладонью по волосам.
Я знаю. Ты действительно совсем не приспособлена к дворцовой жизни.
Лия молчит, внутри спокойной, утихомирившейся ауры что-то вспыхивает, остро напоминая ночные эмоции. Императрица отстраняется резко, одёргивает блузу, прячет руки в карманах брюк.
- Я хотела в зал заглянуть, - вспоминает.
- Не уверен, что это хорошая идея, моя госпожа, - сомневаюсь. Сам себе напоминаю о пропасти между нами.
- Мне запрещено там бывать? - зыбкая тень по ауре.
- Запретов как таковых нет, насколько мне известно. Но в нижние залы просто так никто не ходит.
- Мне хочется посмотреть, что к чему. Это ведь мой дворец? Вроде бы. Должна же я знать, что где происходит.
Наверное, должна. Не уверен, что с этим согласится император, но пусть тогда выражает несогласие прямо.
- Думаю, ничего криминального не случится, если вы осмотрите помещения, моя госпожа.
- Вот и замечательно! - Ноэлия срывается с места и, не дожидаясь больше, направляется к двери. Пени не зовёт - и правильно.
Настороженно выпускаю лучи по сторонам, жду реакции, но никто не останавливает, пока спускаемся лестницами и переходим в самый низ. Ноэлия почти бежит, нетерпеливые огоньки в ауре, не понимаю, что она там хочет увидеть?
Ноэлия
Какое-то странное волнительное предвкушение, тереблю шарик в кармане и жду чего-то... сама не знаю, чего. В подвалах немного не по себе - тихо, пусто, на стенах факелы, и те не горят. Слишком остро осознаю, насколько я далеко от нормальной цивилизации.
Дарсаль замечает моё состояние, берёт один из факелов, заготовленных в специальной настенной урне. Даже не успеваю заметить, как тот загорается, словно с руки Стража соскальзывает энергетический клубок.
Странно, никого нет, я-то думала, тут контроль усиленный. Двое Слепых только сверху лестницы - пропустили беспрепятственно, даже не спросив ничего. Ну, у меня, во всяком случае. Поглядываю на Дарсаля, но тот, как всегда, непроницаем.
Череда залов и коридоров провожает нас гулом наших же шагов и тишиной, испуганно жмущейся к колоннам. Подходим к массивной закрытой двери, оббитой металлом и толстым деревом.
- Подержите, моя госпожа, - просит Дарсаль, протягивая мне факел. Принимаю машинально, смотрю, как мой Страж берётся за чугунное кольцо, как напрягаются руки, традиционно до плеч открытые, пока тяжёлая дверь беззвучно, но медленно поддаётся.
- Это чтобы прятаться? - спрашиваю шёпотом первое, что в голову приходит. - Или наоборот, прятать... кого-нибудь.
- О чём вы, моя госпожа?
- Дверь тяжёлая, кого за такой запирать?
- Древнее строение, - пожимает плечами Дарсаль, забирая обратно факел. Шагает в тёмный зал первым.
Замираю на пороге. Всё здесь пропитано старинным духом и словно волшебством. Или, скорее, какой-то силой. Да почему какой-то, ведь церемонии, связанные с омаа, как раз и затрагивают эту странную силу.
Смотрю на Стража, он весь светится, по-моему, сильнее обычного. Света даже больше, чем от факела, который держит в руке. Можно было и не брать, нервно хихикаю. Почему-то представляю, каково тут, когда их много - должно быть, светло как днём. Красиво, наверное.
Дарсаль проходит вперёд, тоже осматривается, будто в первый раз. Сзади сгущается темнота, шагаю скорее. Дверь неожиданно закрывается, вызывая лёгкую панику и ощущение ловушки.
Дарсаль оглядывается, окидывает меня внимательным горящим взглядом. Успокаиваюсь, что со мной случится в собственном дворце, в самом центре Айо на виду у армии Слепых?
Страх отходит на мягких лапах, отпускает, затаившись где-то за ближайшими стенами.
Рассматриваю зал странной, пятиугольной формы. Что-то такое император говорил... про пентальфу? Про пять врат? Про смельчаков?
- Мы... по центру дворца? - спрашиваю. - Что там? - показываю вверх.
Дарсаль присматривается, всё никак не привыкну, что видит и сквозь стены, и сквозь потолки.
- Двор внутри крыльев, - отвечает.
- И их тоже пять? Это... что-то значит, да?
- Многие пространственные фигуры и метки Стражей имеют в своей основе пятиугольники. Не знаю, почему так. В Астаре этого не объясняли.
В Астаре... Вот и держали бы свои «ворота» в Астаре. Странно всё как-то. Волнующе.
Дарсаль
Наверное, в прошлый раз я был слишком занят сменой меток и мыслями об императрице. Или слишком много нас здесь собралось. Не прочувствовал до конца всю силу этого места, потому что и нашей собственной было задействовано немало. Не хотел бы я рухнуть тут в откат, слоёв почти как в Астаре. А изоляция, похоже, успешно их скрывает при взглядах извне.
Руки полнятся огнём, омаа уплотняется, в глубине глухо ворочается Тень. Лия не заметила, как загорелся факел, и к лучшему, не нужно ей знать, что я сейчас взведен пружиной - боевой, как называли наставники, режим.
Пытаюсь окинуть взглядом весь дворец - ведь в его основе тоже лежит пентальфа. Некоторые крылья давно перестроены, обновлены, добавлены дополнительные хозяйственные сооружения и переходы, разбиты маленькие зелёные дворики между ними и огромный парк с тех сторон, где нет обрыва к Мелиаде и парадного выезда. И здесь, прямо по центру, прямо над нами как раз внутренний двор, куда мы въезжали по прибытии.
Странно, но слова о «воротах» начинают приобретать какой-то иной смысл. Это действительно словно ось дворца и в то же время скрытый от посторонних глаз императорский вход.
Айо насчитывает много веков истории. По легендам, это первый город, куда пришли «дети Геи», в то время, как Астар - город «детей Раума». А Йован появился позднее, когда отряд учёных и исследователей под предводительством ментальщицы решил спрятаться на новых, неосвоенных землях от аномалии и деструктивных пятен. И от власти Слепых заодно.
Только вот зеркалящие свойства аур ментальщиков в Йоване тоже истончаются, поэтому своих там, насколько нам известно, давно уже не рождается.
Ноэлия
Осматриваюсь внимательнее. Зал огромный, но никаких колонн. Все стены испещрены непонятными схемами - может, теми самыми пространственными? И надписями на незнакомом языке.
Хотя, почему незнакомом. Очень даже...
Захлёстывает лавина воспоминаний - Дарсаль передо мной, чужие слова, становящиеся вдруг ясными, понятными, буквы в книге, которые расплываются и словно бы оказываются просто давно забытыми.
Твою бестию. Да ведь тот шифр, который я для себя придумывала, как-то подозрительно похож на эти символы. Ох, нужно будет сжечь записи, чтобы никто не заметил. Да как такое возможно?!
Нервно оглядываюсь на Дарсаля, смотрит пристально. Не представляю, что ему сказать. Вообще не знаю, что думать. Может, я когда-то жила в Айо? Может, моя семья отсюда?
В полу по центру зала тоже пентаграмма, и тоже символы. Приближаюсь, всматриваюсь, пытаюсь уловить суть. Незаметно для себя начинаю произносить вслух. Сначала медленно, по буквам. Звучание действует завораживающе, словно помогает понять основы.
Вроде что-то про какой-то путь. Структура письма теряется, никак не выстраивается в понятную картину, не могу сообразить, с чем связано.
- Это тоже язык Астара? - спрашиваю у Дарсаля, остановившегося рядом со мной. Совсем близко, чуть позади, словно тоже опасается чего-то.
- Похож.
Нащупываю его ладонь, берусь почти не сомневаясь - мне ведь нужно, для защиты. Твою бестию, горячая какая. Почему-то сразу же вспоминаются клочья сгоревшей одежды, и слова о неоправданных силах, об огне из откатов...
Дарсаль словно пугается, отдёргивает руку. Наверное, снова боится обжечь, но мне не больно совсем!
- Что случилось? - шепчу, зал и тишина вдруг начинают давить. - Здесь опасно?
- Нет, насколько я вижу. Но... если вы уже утолили любопытство, думаю, лучше возвращаться.
- Сейчас, - соглашаюсь.
Только хочу ещё раз прочитать, лучше запомнить и понять, или поискать переводы. Ведь, наверное, где-нибудь должен быть какой-нибудь путеводитель по схемам зала?
Повторяю прочитанное, пытаюсь выстроить слова во внятные фразы, уловить хоть общий смысл, для чего они здесь. Но странный нарастающий гул не даёт сосредоточиться. Какое-то дребезжание, словно от стёкол, или даже самих камней, словно древняя каменная кладка вдруг решила взбунтоваться.
Рука Дарсаля сжимается на моём запястье, обжигая мыслью, что теперь уж точно пятен не избежать. Однако вцепляюсь в неё, не выпущу, пусть потом хоть лечиться придётся! Оглядываюсь, зал вроде на месте, обваливаться не планирует в ближайшую сотню лет, только какой-то неясный туман везде, не такой тёмный, как приграничный, но тоже скрывающий видимость.
Странное ощущение, будто меня ведёт, голова кружится как после скоростного лифта, на котором я раз в жизни каталась, и то ещё в детстве. Тошнота приливает к горлу, из-за туманов выступают ирреальные очертания каких-то не то горных вершин, не то стен кратера далеко вверху. В лицо бьёт холодный, резкий воздух. На бедре что-то шевелится, ползёт, - взвизгнув, пытаюсь сбросить, но лишь получаю небольшой разряд. Тут же почти с облегчением нащупываю шарик - запускаю руку в карман, хватаю. Он вроде стал больше и подпрыгивает, дрожа. Смотрю на Дарсаля - зубы сжаты, на лбу выступили капли пота, у основания шеи что-то светится... как метка! Не свадебная же?! Он же не мог от всех скрывать?! От меня скрывать?!
Дарсаль
Омаа беснуется, словно все инстинкты сошли с ума. Ничего не вижу, кроме плотного сизого тумана, прошитого странным ощущением, будто нахожусь где-то безмерно, бесконечно далеко.
Держу императрицу, наверное, оставлю следы, но отпустить никак не могу.
Омаа отказывается передавать окружающее, ничего не понимаю, чувствую себя ненавистно беспомощным и бесполезным в этом нереальном, неизвестно откуда поднявшемся энергетическом хаосе. Только и думаю, как бы сдержаться, не рухнуть в откат, не выпустить Тень, не проглядеть опасность, не потерять тонкую руку моей Ноэлии.
Странный рывок, метки натягиваются, пульсируют, вот-вот выскочат из меня, синяя аура тоже бушует, вторя энергетическому урагану.
Запах, резкий, чужой, наполненный примесями неприродных материалов, чем-то напоминающий воздух Йована с его повсеместной техникой, только ещё более концентрированный. Излучения, волны, эфирные шумы и целые клочья пространственного мусора.
Пронзительный, искривлённый в восприятии звук. Вскрик? Ноэлия?! Машинально пытаюсь прощупать её своим омаа, но не получается, ничего не вижу, бесов Раум!
Вспышка, лёгкий удар, который я мог бы погасить, если бы не творящееся вокруг сумасшествие. Никак не уловлю, откуда. Натянутые метки разом отзываются откликом связанных с ними Стражей.
Ноэлия шевелится, не удаётся понять, что делает, но во всяком случае, боли не слышу.
Реверсия прожигает, заставляя стягивать, загонять обратно взбушевавшийся омаа, собирается почему-то у основания шеи. Боюсь дальше держать руку и, наверное, не нужно, чтобы императрица сама держалась за меня. Пытаюсь отпустить, ощущаю невольную усмешку на губах. Как здорово, что я замкнул метки на себя, как же бесовски круто, что этого не придётся испытать Ноэлии!
Жар, мириады раскалённых игл по телу, прошивающая отдача рвущихся меток, и стиснутые, как когда-то давно в Астаре, зубы. Чтобы никто не узнал.
«Дарсаль», - прорывается откуда-то из бесконечной глубины голос - преломленный, но узнаваемый. Из хаоса проявляется белая фигура эра Рамара, бросает мне тонкую светящуюся дорожку.
Нащупываю руку, которая, оказывается, по-прежнему в моей, выдыхаю облегчённо, что так и не отпустила. А я даже не заметил. Делаю шаг. Натянутая сеть меток подхватывает, несёт вперёд. На миг кажется, будто Ноэлия сопротивляется, но через мгновение мы уже снова стоим в зале.
Вокруг ощутимо давит, сгущается тишина. Немые взгляды Слепых. Незаданные вопросы. Страх вперемешку с яростью верховного Атаурвана, который отвечает за Хадрам в отсутствие императора.
Лишь сейчас утихомириваю разбушевавшуюся, едва не вышедшую из-под контроля силу. Тёмный образ на грани восприятия... Нет, только не откат!
Сосредотачиваюсь на синей ауре. Ноэлию трясёт. Сожаление, тоска, ужас. Страх? Меня испугалась?!
Ноэлия
Словно в самые первые дни вижу своего Стража - пугающе-огромного, с вырывающимися языками белого пламени. С кривой, какой-то безжалостной улыбкой на губах. В голове разом вспыхивают все страхи, которыми нас пичкали с детства, руку начинает нестерпимо жечь.
Дарсаль отпускает меня, облегчение пополам с ужасом разрывают душу на части. Не хочу оставаться здесь без него! И снова до безумия боюсь!
Хватаюсь за раскалённую ладонь, с которой срывается плотный, почему-то стремительно синеющий омаа. Из нестерпимо обжигающей рука становится просто горячей. Начинают тлеть кусочки формы, жилетка у сердца. И эта сводящая с ума метка на шее, вдруг тоже ставшая синей, режет глаза и не даёт отвести взгляд.
Шарик по-прежнему дрожит, спешу спрятать в карман, и тут же снова пугаюсь, не лучше ли выбросить, от греха подальше? Что с ним такое? Что это вообще за штука?!
Оглядываюсь, из-за туманов проступают странные очертания... не только чужие, незнакомые горы, а будто вижу и сквозь них - ирреальные, фантастические города, летающие машины в небе.
Замираю на миг, пытаюсь поймать видение, не могу понять, реально ли оно, или плод моего воображения. Но сердце с неистовой тоской тянется к нему. Знаю, куда я хочу попасть! С Дарсалем!
Страж делает шаг, возвращая меня к реальности. Смотрит невидяще, сжимает крепко руку, и эта жуткая улыбка... и этот выжигающий огонь...
Не уверена, что хотела бы попасть сюда именно с таким Дарсалем. Резко, внезапно глубоко осознаю, что я ничего не знаю о Стражах и их силе, и что она, наверное, действительно способна смести и не заметить. Сжечь без остатка.
Пытаюсь остановиться, сообразить, что происходит и куда он меня тащит. Оглядываюсь назад, на город моей мечты, но там уже нет ничего. Только сомкнувшиеся стены зала со странными тенями по углам. Кажется, вижу чёрный силуэт Овинии. Если такое здесь возможно.
Шарик прекращает дребезжать, потяжелевшим грузиком оттягивает карман. Массивная дверь распахивается, пропуская верховного Атаурвана.
По-моему, выражение о мечущих молнии глазах начинает приобретать иной, совершенно не переносный смысл...
- Дарсаль, - голос эра Рамара вибрирует, словно наполненный внушающей ужас силой омаа, но это почему-то производит прямо противоположный эффект. Весь только что пережитый страх оплывает, отступает за спину, оставаясь там дожидаться своего часа.
Потом. Всё потом: поговорю с Дарсалем, выясню о случившемся, постараюсь разобраться... А сейчас остаётся лишь одно осознание: верховный зол, и наверняка свою злость захочет сорвать. И я ему этого не позволю, пока я императрица! Не на мне. Не на моём Страже. Не на тех, кто мне дорог здесь, так далеко от дома.
- Что это было? - делаю шаг вперёд, отпуская Дарсаля. Его пальцы мгновенно разжимаются, машинально смотрю на своё предплечье - но не вижу ничего, оно словно исходит синей дымкой. Во всяком случае, не болит.
- Как вы, эрлара?
- Что это было, эр Рамар? - повторяю вопрос, отводя взгляд от руки и прямо глядя на эра.
- Вы в порядке? - не желает отвечать верховный. То ли не хочет, то ли, - может ли такое быть? - не знает.
- Почему столь... опасное место не охраняется? - я тоже не желаю уступать. И не вздумайте мне делать виноватым Дарсаля! Предупреждать надо.
- Дарсаль. Зайди ко мне, как проведёшь эрлару в апартаменты.
С трудом сдержав возмущённое «Нет!», заставляю себя ответить спокойно:
- Я тоже хотела бы послушать... если не возражаете.
Эр меряет меня тяжёлым взглядом, клубясь силой и наверняка подбавляя энергии в глаза, но после пережитого он меня не пугает. К тому же, ему отвечать за меня перед императором - значит, ничего опасного не предпримет.
Дарсаль
Хочу сказать Ноэлии, что всё в порядке. Мне-то не привыкать получать выговоры да вызывать подозрения. Но почему-то кажется, императрицу это обидит. Как будто занимаю сторону верховного, а не пытаюсь защитить её.
- Я буду исполнять распоряжения эрлары... с вашего позволения, - отвечаю. Рамар давит своим омаа, было бы у меня чуть меньше силы - мог бы и не выдержать. Даже странно, что на Ноэлию не действует. Ограждаю её на всякий случай, синяя аура - моя забота.
Эр ослабляет воздействие, проблески страха - едва ли за нас, скорее за необходимость объясняться с императором, - и смесь злости с облегчением. Молчит - пытается паузу выдержать. Что он мне сделает? Разве только решит настаивать на отстранении, но тогда уже будет без разницы, сколько раз я его ослушался. Пока что императрица - моя первоочередная обязанность. А отчитаться всегда успею.
Ноэлия тоже молчит, только аура выравнивается, даже становится словно более упругой.
К нам сходятся дежурные Слепые, оглядывают, ощупывают омаа стены и запертые двери, за которыми по-прежнему не удаётся просканировать пространство. Похоже, случившееся - для всех неожиданность. Хотелось бы знать, почему.
- Хорошо, - уступает Рамар. - Постараюсь ответить на ваши вопросы, эрлара.
Эр резко разворачивается, красный отблеск взметнувшегося плаща. Императрица смотрит на меня, отпечаток улыбки растворяется, уступая место мрачной тени. Прослеживаю направление взгляда, плотно проявляющегося в омаа, машинально прикасаюсь к основанию шеи, где поблёскивает нечто странно похожее на метку.
Разбираться некогда, приходится отправиться за Атаурваном вверх и дальше, к его приёмной.
Пока идём, пытаюсь просканировать собственный омаа. Силы сгорело много, но до пределов ещё далеко. Все метки на местах, даже те, что завязаны на ауру Ноэлии - только никак не пойму, почему они замкнулись здесь.
«Что вы сделали, Дарсаль?» - спрашивает мысленно эр, едва заведя нас в свою приёмную. Ноэлия переводит взгляд с меня на него - настороженный, испытывающий, пепельно-пристальный. Подозревает, что можем говорить через омаа.
- Не понимаю, о чём вы, эр, - отвечаю вслух. По верховному скользит рябь раздражения. - Госпожа лишь заинтересовалась старинными текстами и символами. Я не получал никаких предупреждений на этот счёт.
- Естественно, не получал, - ворчливо отзывается Рамар, резко опускаясь в одно из кресел. Ощущаю вопросительный взгляд Ноэлии, но императрица ничего не спрашивает. Даже мысленно.
- Почему? - уточняет требовательно у эра, не садясь. Тоже стою.
- Потому что Ворота Эфира считаются легендой. До нас не дошло ни одного полноценного свидетельства об их открытии.
- Так... это были Ворота?
- Не знаю, что это было! - от верховного по-прежнему исходит раздражение на грани ненависти. - Но ясный всплеск ш... силы, которой здесь быть не должно, не заметит разве что зрячий.
Значит, мне не показалось. Овиния... и снова не в откате.
И снова возле Ноэлии.
- Как на арене? - уточняю. Эр опять пытается надавить энергетически, приходится усилить щиты и лучше прикрыть Ноэлию. Незачем ей это на себе испытывать.
Верховный зол, но осознаёт, что я в своём праве.
- Нет. Не так. Иначе. Ещё раз повторю вопрос. Что вы сделали?
- Я лишь попыталась прочитать незнакомый язык, - вступает Ноэлия.
- Все тексты много раз перечитаны и до вас, в том числе теми, кто может их прочесть, - отзывается Рамар, давая понять, что он посматривал за нами.
- Возможно... какая-нибудь звуковая комбинация?
- Эрлара. Зал, как и весь дворец, строился настолько давно, что никаких механизмов туда наши предки просто физически не смогли бы поставить. А ваша звуковая комбинация звучала в этих стенах не раз. Мне нужно будет объяснить императору, что произошло.
- Я сама с ним поговорю.
По омаа эра змеится кривая усмешка. Странно, что император до сих пор не объявился.
Словно в ответ на мои мысли - или наш разговор? - в голове раздаётся отдалённый голос Ивена:
«Что у вас там, Абизу подери, снова происходит, Дарсаль?!»
Не припомню, когда Ивен сквернословил и поминал всякое нехорошее. Положение при императоре обязывает.
«Как раз выясняем», - отвечаю. Ноэлия права. Мне тоже не за что оправдываться.
«А не обнаглел ли ты, неудачник? - в ментальном голосе Ивена проступают шипящие, остро напоминая о змее. - Отвечай внятно! Нельзя, чтобы всё гладко прошло, пока император занят? Чего ей постоянно куда-нибудь влезть взбредает?»
«Скучает по мужу», - отвечаю. Ивен теряется на миг, эр Рамар затихает - видимо, на него переключились.
«Придержи порывы своей подопечной, - бросает Ивен напоследок. - Не то повелителю придётся приставить более компетентного Стража».
Ноэлия
«При чём тут Дарсаль?» - возмущаюсь. Впервые слышу ментальный голос Ивена, чем это муж так занят, что даже лично связаться не может?!
Чуть что, сразу - «заберём, отстраним»! Надоело, твою бестию!
«Эра Рамара отстраняйте, - ворчу. - Почему он не предупредил?!»
«Вы, эрлара, ерепеньтесь-то поменьше, - произносит Ивен таким тоном, словно не на «вы» и к императрице, а к какой-нибудь девке подзаборной! - Никто решение мужа вам оспорить не позволит. У вас есть расписание - вот и занимайтесь, чем положено. Балы, приёмы и прочая дворцовая дребедень как раз про вас, хоть днями напролёт. Да прекратите невест распугивать, если не желаете, чтобы вас заподозрили в измене Айо!»
В измене?! Ивена в моей голове уже нет, а я всё открываю и закрываю рот, не в силах продохнуть. Это о чём он? Сразу же вспоминается осуждённая императрица.
Спохватившись, беру себя в руки. Не рыдать же мне тут, на глазах у Слепых.
Дарсаль смотрит мрачно, словно слышал, глаза горят, скулы напряжены. Направляюсь к выходу, на всякий случай делая знак идти за мной, из тех, что в омаа отражаются. Как-то они нам последнее время не нужны.
Дарсаль
Знать бы, что поганец ей наговорил... но судя по реакции ауры - ничего хорошего. Молча, стремительно направляется в императорское крыло, уже и не путаясь на переходах. Иду за ней, что тут сказать... на глазах у всех.
- Лия! - откуда-то из боковых галерей вылетает взволнованная Пени, бросается к нам. - Что стряслось?
- Уже сплетни пошли? - хмыкает императрица, но Пенелия испугана - даже слишком, словно ей нечто страшное рассказали.
- Говорят... с тобой в подвалах что-то случилось!
- Идём, - вздыхает Ноэлия, кивая в сторону наших апартаментов.
Там кошка снова гоняет по полу опрокинутый термос - уже легко отличаю по характерным движениям, звону и едва уловимому металлическому запаху. На минуту задумываюсь, пытаясь уловить какое-то явное, но почему-то никак не проявляющееся в голове несоответствие.
Пока Ноэлия уходит умыться, а Пени обустраивается на диване у камина, всё наблюдаю за кошачьими игрищами, вспоминая рассказ робота о квазикотёнке. Сканирую на всякий случай на предмет опасности... Порядок.
- Ну что там? - торопит Пенелия, едва императрица появляется в гостиной.
Лия садится рядом с ней, зачем-то отпуская меня жестом. Ну, мне тоже привести себя в порядок не помешает.
Ухожу к себе, поглядывая. Не уверен, что могу оставлять их одних, но Пени не опасна и девочкам нужно хоть иногда побыть вдвоём.
Лия берёт Пени за руку, какое-то время смотрят друг на друга. Удивление, страх, непонимание. У гостьи едва ли не сильнее, чем у хозяйки.
Потом Ноэлия начинает рассказ - определённо смягчая углы и детали. Явно рассчитано на остальных Слепых. Учится.
Ноэлия
Не представляю, как я решилась показать Пени шарик. Надеюсь, никто не заметил. Нужно будет придумать, как так дать пощупать его Дарсалю, чтобы ничьё внимание не привлечь.
Пени сориентировалась, молчит, старается не показать ничего - лишь смотрит со страхом и словно предупредить хочет. О чём только? Спросить бы, знает ли что, да как тут спросишь?
Вздыхаю, вкратце пересказываю случившееся. Пени слушает, даже вопросами не перебивает - внимательно, изумлённо, испуганно.
- Хорошо, что твоего мужа нет, - невесело улыбается.
- Он знает, - отвечаю мрачно, не упоминая реакцию Ивена. Пени не спрашивает ничего, пытается заговорить о предстоящем скоро бале, но мне не до того, а уж после выплеска Ивена и подавно - и она замолкает понимающе.
Дарсаль
Кошка продолжает что-то гонять по полу - на этот раз одну из своих игрушек. Смотрю машинально за траекторией, отслеживаю, как влетает ко мне... И вдруг в голове выстреливает озарение.
Я с животными знаком лишь в той мере, в какой нас учили их распознавать. Но точно помню, что гонять добычу - повадки хищника, и с поеданием манго они как-то не очень согласуются.
Кошка настороженно замирает, словно почуяв подозрение. Ясно различимое движение уха в мою сторону - и, сорвавшись с места, улетает в дальние комнаты.
Продолжаю следить за ней, но кошка лишь намывается. Что, впрочем, тоже, насколько мне известно, природа придумала для того, чтобы до добычи не доносился запах.
Осознание более, чем странно, и наталкивает на тревожные размышления. Надеюсь, никто больше не задумается... пока я не найду решения. Хотя, наверное, должен бы доложить... но будем считать, это обязанность эра Зимера и прочих лекарей, отвечающих за императорских животных.
Не пропустить бы чего.
Сижу у камина, поглядываю за разговором девушек - вдруг понадоблюсь. И в который раз перетасовываю информацию о Пусе. Как она странно появилась в лесу, как никто не признал, какой вид. Не может ведь быть, что с роботом сговорилась? А если предположить невероятное. Вдруг она выведена искусственно и подброшена, скажем, женщинами. Но тогда для чего было делать её плодоядной? Ведь рано или поздно это замечу не только я.
И такой запал ауры.
В голове выстраивается цепочка. Нападение в Йоване. Странный эфирный мусор в день приобретения робота. Пуся - и в скором времени нападение робота. Побег из фертона на перевале.
И что теперь? Ждать нападения кошки?!
Всё, чему меня учили, буквально кричит: необходимо доложить об опасности!
Но ведь кошка могла напасть еще тогда, когда я свалился в откат на книгах.
Лия мне не простит.
И эр Мирий видел Пусю, не просто видел - на руках держал. Уж он бы почувствовал опасность?
А если кошка не опасна для Ноэлии? Если наоборот... робот защищал её - от меня?
Трясу головой, идея кажется ещё более дикой. Но учитывая самую первую нападавшую...
Омаа настаивает: кошка не несёт опасности для императрицы. И если есть шанс, что она сможет встать на защиту в нужный момент...
Бесов Раум, как же мне выяснить наверняка?!
Углубившись в демоновы мысли, едва не пропускаю момент, как Ли прощается с Пени и спешит ко мне. Давно вижу, что хочет обсудить случившееся, прикрываю разговор, получая в ответ недовольство от эра Рамара. Продолжаю посматривать за Пусей, но та занята обычными кошачьими делами.
- Дарсаль! - Лия с разгону опускается в соседнее кресло. - Ивен ведь не через тебя со мной связался?
- Нет. Он говорил с нами по отдельности.
- А как тогда?
- Ментальщики. Думаю, через Сэма.
- То есть ещё и Сэм слышал, - обиженно отворачивается императрица. Найти бы способ поставить гада на место. Но пока за ним император - остаётся только радоваться, что это по ментальной связи, а не во всеуслышание.
- Прости, - прошу. Яркое недоумение, тяжёлый вздох.
- Нас не слышат?
- Я закрыл. Но эр Рамар недоволен, поэтому...
- Я быстро, - кивок, передающийся в омаа. - Ты знаешь, что это было?
- Не представляю.
- Скажи, Дарсаль... я долго думала... я могу быть той... Дамилой? Возможно ли, что мне было не восемь лет? Для чего-то это скрыли?
- Нет, моя госпожа. То есть насчёт возраста... не знаю. Мне показалось сразу, что вы старше. Но даже если предположить, что подкупили всех вокруг, исправили все документы настолько, что даже проверки императора ничего не выявили... Вы ведь понимаете, он проверил всю возможную информацию, прежде чем объявить вас невестой.
Снова тяжёлый вздох. Но Ноэлия слишком разумна, чтобы не понять очевидного.
- Если бы чудо исцеления произошло, высшие леди Йована не спускали бы с девочки глаз, а не держали в захудалом пансионе, где из рациона одна овсянка. Но главное - аура. Мне показывали ауру Дамилы. Она была вся в шрамах, и шрамы никуда не делись бы. Возможно, стали бы менее заметны, затянулись, но полностью изменить качество ауры нельзя. Аура - отражение личности. И болезнь детства не могла не сказаться на её характере, способностях. Ребёнок, переживший такое, никогда не исцелится до конца, даже если динамика неправдоподобно положительна. К тому же, основные цвета обычно не меняются в течение жизни.
- Ментальщики могут стирать память?
- В Йоване нет ментальщиков, - отвечаю, но в голову сбегаются мысли о Тере. - И воздействие их было бы заметно. Ещё один шрам на ауре.
- Ты уверен? - подаётся ко мне Лия, протягиваю руку, беру её ледяную ладонь. До чего же ей хочется, чтобы я оказался прав! Ощущаю, как императрица успокаивается, отпуская нарисованные воображением ужасы.
- Нет способов изменить или спрятать ауру, - отвечаю твёрдо. - Даже омаа не обладает такой силой. Ваша аура чиста и глубоко просматривается, она ещё и несколько структурирована - это тоже свидетельствует в пользу здоровья и силы. На неё легко встала защита Лексия, что было бы невозможно, если бы она складывалась из спаянных лоскутов.
- Ты, я вижу, уже всё обдумал, - горькая усмешка. Киваю. Обдумал.
Сканирую окружающее пространство, осторожно просматривая и эра Рамара - не пора ли прекращать. Но эр заметил, о чём мы говорим, и потерял к разговору интерес. Может быть, точно знает, что случилось с Дамилой?
Впрочем, мне это на руку. Поднимаюсь. Поддавшись порыву, Ли тоже встаёт.
- Есть ещё один момент, - произношу тихо.
Делаю шаг к ней - широко распахнутые глаза, стремительное движение навстречу. Машинально перепроверяю, всё ли скрыто.
- Слепыми давно замечено: те женщины, на аурах которых видны деструктивные узоры, напрочь лишены энергии шаматри.
- Не понимаю...
- То, что ты видишь, - шепчу, поднимаю руку прикоснуться к щеке.
Императрица притихла, прикрыв глаза, провожу по контуру лица. Нельзя рассказывать, но я хочу, чтобы ты знала.
- Овиния, змея Ивена, это всё - проявления шаматри. Энергетических уровней нашего мира, доступных только Слепым. Здесь, в Айо, их сила нам подконтрольна. Астар - её средоточье, но она в той или иной степени есть в каждом человеке. Даже в Йоване. Кроме женщин с деструктивными пятнами. Без неё невозможно увидеть то, что видишь ты.
- И что? - поддавшись моменту, Лия тоже переходит на шёпот.
- В тебе она есть, Ли. Достаточно, чтобы зачать даже от императора.
Ноэлия
Слова Дарсаля пугают, вызывают пронзительный холод в позвоночнике.
- А что с ним не так? - бормочу.
- Не знаю. Но проблемы с императорским родом тоже кроются в шаматри.
- Почему тогда император... ну... не из Астара? Не из Слепых?
- Так было всегда.
- Но Слепые ведь... контролируя шаматри ему верны? В чём секрет? Вы же... считаетесь безжалостными и непобедимыми.
- Мы безжалостны и непобедимы - секрет верности в том, что после предательства сложно поверить и полюбить, зато легко распознать предательство. Нас с детства учат только верности.
Дарсаль отворачивается, излучая пламя глазами. Бело-голубое. Горячее.
Чуть притронувшись к скуле, разворачиваю к себе его голову. Смотрю, от яркого света ломит и мои глаза, но не могу их отвести.
- Ты мне веришь? - шепчу. Молчит, осознаю, что глупый вопрос. Не верил бы - не рассказал бы всё это. Но что тогда по-прежнему сияет у него в основании шеи? А может, наоборот, предупредил?
- Что это? - прикасаюсь к метке, она обдаёт неожиданным теплом.
Дарсаль поднимает руку, тоже прикасается. Молчит почему-то, вызывая приступ горького разочарования. Только не это!
- Свадебная? - шепчу, не в силах проговорить до конца.
- Не знаю. Нет. Здесь почему-то замкнулись все метки, связанные с... тобой.
Дарсаль сжимает зубы, смотрю на него, никак не могу сообразить, что это значит.
Дарсаль
Ноэлия в недоумении, но я о своих предположениях говорить не рискую. Не может ведь быть, что император отдал всю её ауру из своей метки? Это слишком невероятно. И слишком страшно. И последствия... непредсказуемы.
Пусть ничего не знает. Если бы я мог выяснить, куда он уехал и чего ожидать.
Наверное, нужно ещё раз наведаться к Тере. Как бы это ни было неприятно.