ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Ноэлия
С утра просыпаюсь от очередного грохота кошки, подскакиваю с намерением прибить заразу! Полночи что-то роняла, ещё немного, и муж начнёт намекать, мол, животному не место в доме.
Нахожу, паршивка умудрилась вытащить из шкафа термос - когда только успела?! Похоже, давно, я и не заметила, и загнала куда-то шарик, ещё закатится в какую-нибудь щель! Целое утро, вместо чтобы привести себя в порядок, ползаю на четвереньках, не могу найти. Всё облазила. Как она открыла закручивающуюся крышку?! Или снова недосмотр какой-нибудь Анги?
Отмахиваюсь от вопросов Дарсаля - говорю, любимую помаду из Иштара утащила, да ведь долго так не удастся обманывать. Императрице проще новую заказать, чем старую искать, не говоря уже о том, что могут высмотреть в ауре. Ох, только бы служанки не нашли да императору не отдали! Твою ж бестию.
Наконец, Кэти с Ирмой меня одевают. У Ирмы живот уже совсем большой, даже предлагает мне пощупать, как ребёнок толкается. Прикасаюсь рукой, внутри что-то такое просыпается...
Представляю, что скоро и внутри меня будет маленькое чудо, и после этого император, наконец-то, станет относиться ко мне нормально. И, может быть, когда-нибудь я даже смогу... остаться с Дарсалем?
Да кто же мне позволит. Мысли о Тере впиваются чёрными змеями, жалят изнутри, не зря же император так рвётся женить моего Стража. Хоть бы эр Рамар сказал, что для метки на его шее нет места!
Ух, как меня разрядили да разукрасили, муж даже передал специальную бриллиантовую корону по этому случаю. Вообще другой стала, закрадываются глупые мысли, что вот сбегу - никто меня и не узнает. Ну, кроме Слепых, разве что.
А ещё лучше... туда, в подвал. И в тот странный мир. Жаль только, всё теперь тщательно охраняется, не пробраться. Да и не известно, по каким причинам оно сработало, и что вообще это было. Может, голограмма какая-нибудь?
Что-то такое вспоминается... что-то император говорил, ещё в фертоне... про смельчаков, проходивших Ворота Эфира. Вот о чём нужно будет поискать.
Выхожу в гостиную, Дарсаль провожает таким взглядом...
Не сдержавшись, приближаюсь, обнимаю.
- Всё будет хорошо, - шепчу. - Отдохни.
Так и слышу мрачное «Разве я смогу отдохнуть?», но Дарсаль молчит, кивает только.
- А где Пени? - спохватываюсь. - Её же предупредили?
Как-то я вчера совсем забыла, но, в конце концов, не это ли обязанность референта - быть в курсе моего расписания?
- Шри Пенелия... приболела. Плохо себя чувствует. Просит простить.
Да что у них там такое с Базиром приключилось?!
- Пусть сходит к Мирию. Или он, если сможет, к ней зайдёт. И я как вернусь приду проведать.
Пени всегда поддерживала и выручала. А я... какая из меня подруга, всё время собой занята.
Император уже у двери со всей внушительной свитой и даже шри Шарассой. Что настроения не прибавляет, как и занимающий место за моими плечами Дейр.
Но приходится вооружиться улыбкой и заинтересованным взглядом. Сегодня у меня есть шанс расположить к себе верноподданных, завести полезные знакомства, и упускать его я не собираюсь.
Дарсаль
Отдохни...
Я бы с радостью. Да помыслы все там, куда уехал кортеж. Снова на меня смотрят как на изгоя, снова не могу отделаться от мысли, не наблюдают ли. И не донесут ли императору, что не воспользовался его щедрым даром, не провёл день «с девушкой».
Как можно переиграть того, кто всю жизнь учился дворцовым интригам?
О чём я думаю. Как можно думать о том, чтобы переиграть императора.
Лежу какое-то время, всё наблюдаю за медленной пышной процессией, яркими вспышками синей ауры - похоже, Ноэлия радуется, и хорошо. За тёмной паутинй бессильной злобы Шарассы, вынужденной оставаться в тени и довольствоваться ролью бывшей фаворитки. Почти хочу, чтобы случилось что-нибудь... раз и навсегда убравшее Дейра. Впрочем, если события на стадионе и балу не способствовали, то чего еще можно ждать?
Наблюдаю, пока во дворце не становится слишком тесно. Слишком много взглядов, слишком много мыслей. Эмоций.
Идти к Тере не могу. Лексий прав, я псих и затея дурная. Ведь не стёрлись ещё из памяти бесконечные походы к ней как на работу, бесконечные прочёсывания моих мозгов. И даже если больше она этого не делает, ассоциации всё равно остались. И звать её сюда, в комнаты, где всё наполнено нашими с Ноэлией книгами и фантазиями, где всё пропитано присутствием моей императрицы, тоже не дело.
Поднявшись резко, иду в свою старую комнату. Если император собирается заменить меня на Дейра, в голову приходит только одна мысль. Для чего-то нужно было взять в Йован именно меня. Чтобы Высшие Леди узнали, что именно я Страж императрицы. Девушки, которую они отдают в Айо. Зачем? И что изменилось теперь? Или он изначально планировал сразу же меня убрать, и если бы не возможность очищать ауру... Не по той же ли причине предыдущая императрица поменяла Стража? Хотя, насколько мне известно, это скорее исключение, чем правило.
В тесном помещении, где прожил девять долгих лет, привычно и почти легко. Укладываюсь на диван, всё смотрю за императрицей. Ноэлия сегодня активна - знакомится, заговаривает, общается. Вызывает, насколько могу видеть отсюда, сквозь слои всех тех, кто между нами, скорее положительные эмоции. Сжимаю кулаки, жалею, что я сейчас не там. Высматриваю гипотетическую бесову опасность, да кто же рискнёт сунуться к имперскому кортежу, охраняемому отрядом Слепых? И если Дейр вдруг снова решит свалиться, рядом несколько Стражей из личного отряда императрицы.
А ещё вспоминается последний разговор с Терой. Как жаль, что я не видел матери, обретя дар. Наверное, нас изолируют специально. Помню, уже много позже, поступив на службу слышал, как одна женщина говорила другой, что привозила что-то в Астар, просила разрешения встретиться с сыном или хотя бы передать. Но у нас никогда ничего не передавали, не разрешали никаких встреч до конца обучения. Думаю, может, и моя мать приезжала ко мне?
От этого внутри клубится горький смерч, будоража Тень, заставляя выставлять щиты. Если бы я знал, как она выглядит, постарался бы найти. Да разве возможно разыскать в далёком Йоване неизвестные цвета на основе своих детских воспоминаний?
Едва не пропускаю приближение зеркальной ауры. Отворяю дверь при помощи омаа, запоздало думаю о том, что даже нечем девушку угостить. Но её руки не пусты, наполнены ёмкостями с едой. Вспоминаю, любит сама готовить.
- Повелитель... сказал, я сегодня свободна, и... - Тера запинается, приглашаю жестом. В отличие от меня, её перспектива скорее радует, чем угнетает.
- Император озабочен меня женить, - отвечаю.
- Ты удостоился особой милости, - улыбается, тоже хмыкаю.
Готовит Тера действительно вкусно. Не привык я к домашней еде, разве только в последнее время с императрицей прилично питаюсь, а раньше - то, что солдатский повар сварганит, и хорошо. Вдвойне приятно, когда это сделано для тебя. На сытый желудок даже наказание перестаёт казаться таким ужасным. Неприятно, болезненно, но главное, что императрице ничего не угрожает. Откинувшись на спинку, продолжаю приглядывать за продвижением. И размышлять о том, что будет вечером.
- Почитать тебе? - предлагает неожиданно Тера. Она и книгу захватила, оказывается.
Но, видимо, выражение моего лица какое-то не такое - реагирует моментально, книгу даже не вытаскивает.
- Или чем займёмся? Может, хочешь погулять? - спрашивает.
- Не хочу, - отвечаю.
Лучше уж на тренировку схожу.
Ноэлия
Так стараюсь вникнуть в происходящее, познакомиться со всеми и найти грани пересечения, понравиться моим... подданным.
Так не хватает Дарсаля, его советов, незримой защиты, которую я всегда ощущаю со спины. Да и сейчас будто постоянно ощущаю. Забываюсь периодически, хочу с ним посоветоваться, но это нечестно, наверное - дёргать его, когда он правда имеет шанс отдохнуть и заняться собой. И император может разозлиться.
- Что-нибудь случилось, любимая? - спрашивает во время очередного переезда муж.
- Привыкла с Дарсалем консультироваться, - отвечаю. - Сверять свои выводы с его видением.
- Рассчитывать на подданных, конечно, полезно, но это не должно перерастать в зависимость.
Кошусь на Ивена, так и хочется высказаться.
- Я просто привыкла, - улыбаюсь. - Как часто ты даёшь личному Стражу выходные?
- Решаю в зависимости от необходимости, - не очень доволен вопросом муж.
- Я думала, есть какой-нибудь обязательный... ммм... график?
- Какой график у личного Стража императора, - фыркает муж.
- Если ничего такого нет, окажи любезность, позволь мне в следующий раз самой решать, когда отпускать своего личного Стража, а когда брать с собой.
Император слегка кривит губы, спешу добавить:
- Надеюсь, императрица имеет такое право?
- Конечно, любимая. Но ты можешь не переживать. Твой Страж замечательно проводит время со своей... женщиной. Ты слишком долго оставляла его без выходных.
- Учту, - соглашаюсь.
- Извини, вызов, - император прикрывает глаза, видимо, уходя в разговор с ментальщиками.
Отворачиваюсь к окну, тоже закрываю свои. Вот бы аккуратно, незаметно заглянуть к нему... ну просто. Удостовериться... Раум знает в чём.
Не представляю, действительно ли удаётся, или это мои скрытые страхи срабатывают, потому что кажется, будто вижу глаза и губы Теры, почти ощущаю её прикосновения и...
Нет, так не пойдёт! Нужно сосредоточиться на поездке, сегодня один из немногих шансов наладить контакты с подданными! И если муж хотел выбить меня из колеи отсутствием Дарсаля, ему это не удастся.
Дарсаль
- Я... от чего-то тебя оторвала? - Тера не торопится убирать со стола, да и мне её выгонять как-то неудобно.
- От чего, - отвечаю мрачно, поднимаясь и отходя к окну.
- Может... чем-то занят был, а я ворвалась в твои планы?
- Пытался найти мать, - отвечаю, хочется посмотреть на реакцию. Аура вспыхивает, под зеркальным слоем читается волнение, тревога. Сочувствие? Ещё не хватало.
- Ты же понимаешь, как это опасно? - вскидывается.
- Будь у меня образец её ауры, не посмотрел бы на опасность, - пожимаю плечами.
Тера молчит, раздумываю. Спрашиваю:
- Почему ты ездила в Йован? В смысле... там же могли тебя узнать.
- Могли, - соглашается. - Но мало кто из ментальщиков способен покрывать такие расстояния, повелителю нужна была моя сила. Высшие леди приняли его игру.
Хм, а ментальщики ещё и в головы высших леди заглядывают?
- Только по верхам, - отвечает Тера, хотя я не спрашиваю.
Тоже поднимается, приближается.
- А ещё... Я не смогла бы отказаться от нашей поездки. Я ведь постоянно присматривала за тобой. Радовалась достижениям.
Удивляюсь, даже не предполагал.
- Но тебе было не до меня, - вздыхает.
- Почти никого из тех, кто ездил в предыдущий раз, не осталось в живых, - перевожу тему, может, не очень умело, но не знаю я, что отвечать на её признания. И обманывать не хочу, да и не поверит.
- Андрилиар брал всё больше старых подданных, служивших ещё его отцу. Это Иллариандр, придя к власти, почти полностью сменил окружение, сформировал молодые команды.
- Не знаешь, кто такой Заретранил?
Аура вздрагивает, сжимается, ещё сильнее зеркалит.
Неужели я снова единственный дурак, который не в курсе того, что известно всем во Дворце?
- Нет, - отвечает.
- Ты же знаешь, врать Слепым бессмысленно, - поворачиваюсь. Тера стойко переносит вспышку омаа, не пугается, не отступает:
- Ты тоже должен знать, что я не могу рассказывать государственные тайны тому, кому император их не выдаёт. Прости.
- И ты прости, - соглашаюсь.
- Думаю, у тебя достаточно сведений, чтобы найти ответ самому. Для человека твоего уровня и возможностей это не сложно. Ответ вполне очевиден.
- Может, хоть намекнёшь? - прошу.
- Ответ находится в загородном имении. Не уверена, что император отпустит туда жену, но она очень уж хотела навестить шри Беллу. Если вдруг тебе доведётся там побывать, ты всё поймёшь.
Киваю благодарно, осознавая, что она и без того много сказала.
Тера вдруг наклоняется, приближается, остро напоминая, как давно у меня никого не было. Приподнимает зеркальные щиты.
От неё веет радостью, нетерпением, ожиданием. И тем, что так редко получают Стражи. Влечением, желанием. Влюблённостью.
В какой-то момент отдаюсь её эмоциям, они захватывают, проникают глубоко внутрь. Даже не хочу разбираться, есть ли там доля выгоды. Или необходимость следовать приказам императора. Потому что большинство из них искренние, какие я едва ли ещё когда-нибудь испытаю во всей полноте на себе. У меня, пожалуй, и не было девушек, чувствовавших ко мне такое... и не будет, наверное. Даже тем искрам, что с жадностью ловлю во время наших вечеров с императрицей, никогда не стать чем-то большим, нежели недозволенные искры, которые необходимо тушить и скрывать.
Тера мягко, настойчиво подводит меня к дивану, всё стараюсь удержать концентрацию в двух направлениях. Не могу выпустить из поля зрения мою синюю ауру, хочу видеть и знать, что с ней происходит, хочу прожить этот день рядом... как и все остальные дни моей глупой, никчемной жизни.
И обжечь невесту, которую сам для себя выбрал, представил императору, которая поддержала меня даже зная, что никогда не отвечу ей ничем - тоже нельзя.
Она ведь в курсе наших бесовых «особенностей», что ничего не могу ей дать - сверх того, что она способна взять сама. И мало что смогу получить, ведь любой всплеск чреват страшными ожогами.
Но Тера не боится, будто доверяет. Возможно, когда-нибудь много лет спустя, я тоже научусь ей доверять? Не ходить же до конца жизни по заведениям вроде дома удовольствий Бесстыжей Палми.
Горячие прикосновения, которые кажутся мне чуть тёплыми, яркие потоки эмоций, которые не уверен, что нужно прикрывать. Она ведь тоже может при желании. Красное жаркое возбуждение, сиреневые нити реализованных надежд, какого-то хрупкого, бесконечного счастья, в которое и сама не верит. Слепому сложно отказаться от такого головокружительного коктейля. Какое-то время наслаждаюсь им. Мягкими прикосновениями там, где любому мужчине было бы приятно. И некоторым даже от любой женщины.
В голову врываются мысли, эмоции, будто прямиком от неё ко мне, открытый напрямую канал, странный неожиданный обмен. Не теми мыслями и не с той девушкой, но ощущение... неожиданное.
Только не хочется мне обмениваться ничем с Терой.
Закрываюсь, и она тут же поднимает щиты, вроде даже с извинением. Похоже, я попал в какие-то её мечты.
Что я делаю, зачем? Кто-нибудь ведь непременно расскажет Ноэлии, и...
Да она и без того знает, на что давала согласие.
Приподнимаю руку. Ещё раз рассмотреть невесту. Выпускаю немного омаа, ровно столько, сколько могу контролировать. Похоже, ей это даже нравится, наравне с некоторым страхом обжечься. И хорошо, что Тера не обязана читать мои мысли, потому что нельзя отвечать на такие чистые и яркие эмоции тем, чем могу ответить я. Только с каждым движением, с каждым просмотренным миллиметром осознаю: она красива, но она - не Ноэлия. Другие черты, другие линии, тёмные глаза, которые могу видеть. Однако это не вызывает столько радости, сколько случайное, мимолётное визуальное касание зелёных глаз.
Быстрый, скоротечный выплеск сменяется горечью осознания. Зачем я это позволил. Зачем дал отношениям зайти настолько далеко. Почему я всегда всех подвожу...
Тера сияет, почти ликует, любой Слепой отдал бы многое, лишь бы доставить женщине столько удовольствия. А я отдал бы полжизни за возможность отмотать назад и не допустить.
Хочу, чтобы она, наконец, ушла.
Тера прикасается губами к губам, пытается прилечь рядом, но, вздрагивая, отшатывается.
- Извини, - прошу. Знаю, я обжигающе горячий сейчас. Вздыхает.
Разрядка слишком мимолётная и тусклая по сравнению опустошением и сожалением. Забираю руку из её руки. Тонкий, почему-то оглушающий звук лопнувшей кожи - мой браслет вдруг рассыпается рваными полосами. Пытаюсь поймать, собрать, не вижу, куда падают, не понимаю, как так получилось.
Поднимаюсь.
- Давай помогу... - начинает Тера, качаю головой:
- Не надо.
Всё, что нащупываю, складываю в карман. Мне ведь его по-прежнему не видно. Бесов Раум.
- Спешишь? - то ли ждёт, что стану отговаривать, то ли даёт отступить.
- Тренировка скоро.
Тера смотрит, словно хочет спросить - а как же выходной? Но поднимается, молча начинает собираться. Наверное, нужно что-то сказать, но я никогда не был силён в разговорах. Тоже молча привожу себя в порядок.
- Провести тебя? - спрашиваю.
- Не надо, - отвечает.
Приближается вдруг, заглядывает в глаза - снова вижу ясно, отчётливо.
- Я знаю, что мы скоро расстанемся, - произносит.
Удивляюсь, не понимаю, о чём она. Для полного счастья мне еще и по этому поводу императорских насмешек не хватает. Впрочем, заслужил, наверное.
Тера берёт руками моё лицо, будто надеется там что-то высмотреть.
- В твоём сердце нет места... как и на твоей шее, - едва ощутимо проводит пальцами по метке, от чего где-то далеко, на другом конце города Ноэлия вдруг вздрагивает и непроизвольно оглядывается. - Даже по велению императора... насильно не полюбишь. Я знала... на что соглашалась, и рада, что у нас... у меня останется это воспоминание.
- Ты меня бросаешь? - интересуюсь мрачно. Не люблю, когда ходят вокруг да около.
- Что ты, - вздыхает. - Я не смогу.
Забирает вдруг руки, закрывает плотно щиты. Быстрым шагом идёт к двери.
Провожаю взглядом до дома зеркальную ауру, думаю, специально ли не забрала посуду. Ощущения неоднозначные.
Размышляю о загородном, почти непроизвольно тянусь туда омаа. Что же там такое происходит?
«Эр Дарсаль?» - встречает командир местного подразделения Стражей Кимор. Никогда с ним не общался, только знаю омаа, ибо положено.
Он меня тоже, конечно, уже знает.
«Как у вас?» - спрашиваю неопределённо.
«У нас порядок. Что-нибудь случилось?»
«Госпожа интересуется здоровьем шри Беллы».
«Герцогиня чувствует себя нормально».
Дабы не привлекать нежелательного внимания, обмениваюсь знаком императора и ухожу из контакта. Командир блюдёт, просто так не заглянешь. Правильно, конечно.
Лийт устроил тренировку на бурвалях - умение скорее архаичное, чем необходимое, но Стражи должны знать, как с ними управляться, и сражаться верхом тоже. Лийт не часто, но напоминает нам об этом. А многие любят верховой спорт и сам по себе.
Самое то для моего нынешнего настроения.
Передаю конюхам, чтобы подготовили зверя.
У меня никогда не было возможности завести личного бурваля, да и особого желания тоже, но как и все, обучение в своё время проходил.
Вечереет, имперская процессия, похоже, сворачивает к дому. Мне еще предстоит с Ноэлией насчёт Пени объясняться. Снова виноват буду, что не сказал.
Бурвали животные грозные и резкие, но если войти с ними в ментальный контакт, можно добиться повиновения и послушания.
Правда, сегодня у меня с контактами не очень складывается, хмыкаю мрачно. Огромный самец, чёрная даже сквозь омаа зверюга всё норовит скинуть, указать, кто здесь хозяин. Пока воюю с ним - почти полностью переключаюсь на процесс, и к тому моменту, когда, наконец, устанавливаю подобие связи, оказывается, что процессия с довольным императором и уставшей императрицей уже приближается к воротам.
Размышляю о том, как я к ней подойду, и о том, почему меня тревожат такие дурацкие мысли. Вот других не тревожат, и нормально. Ведь не сделал же ничего предосудительного!
Действует плохо, смотрю, как император доводит Лию до комнат, как она отпускает Дейра и спрашивает у Кэти, где Дарсаль.
- Он почти сразу за вами ушёл, - отвечает та и не забывает с мелькнувшей обидой вставить: - Ходят слухи, у него свидание с госпожой ментальщицей.
Лийт вряд ли поймёт, если я заброшу тренировку. И так не на самом лучшем счету последнее время. Впрочем, как и всё время. И объясняться с Лией не хочется.
Но императрица подходит к Гарию. Могла бы и позвать мысленно.
Да звать почему-то не хочет, зато у Слепого спрашивает. И так от этого внутри горячо, и тошно, и... Ругаю себя, совсем контроль потерял. А ведь всегда учили, никаких лишних эмоций.
Прикосновение его ауры, быстрый и лаконичный ответ эрларе.
Едва скинув пышный наряд и переодевшись в нечто, обернувшее волнами уюта и комфорта, она спешит ко мне. Что оказывается неожиданностью. Но какой-то правильной неожиданностью. Сам не замечаю, как выезжаю навстречу. Даже не слишком сопротивляюсь, когда просит прокатить...
И только подхватив её в седло, усадив впереди, прижав, придирчиво разглядывая помятую, покрывшуюся едва уловимым налётом ауру, понимаю, что наконец-то всё как надо.
Ноэлия
Вроде бы почти постоянно ехали, почти постоянно сидели. А такая усталость.
Так старалась вникнуть в происходящее, познакомиться со всеми и найти совместные грани, понравиться подданным.
Как же я испугалась, не застав его дома! И ведь понимаю, что у него свободный день, и даже знать не хочу, где, чем и с кем он занимался, если уж Кэти говорит, с Терой в своей старой комнате закрылся... Но первым снова врывается страх - а вдруг пока меня не было, Иллариандр отдал какое-нибудь распоряжение... А вдруг теперь окажется, что я его больше не увижу?!
От этого страшно до ужаса, до какого-то отчаянного безумия, до согласия терпеть рядом хоть Теру, хоть Иллариандра - лишь бы моего Стража у меня никто не отобрал.
Едва Гарий сообщает, что Дарсаль всего лишь на тренировке, усталость улетучивается. Вместе с мыслями о том, что скоро настанет ночь. Уступая место радости и осознанию, как же я за сегодня соскучилась!
Тренировка необычная, на дальнем полигоне, куда минут двадцать топать. Повсюду носятся бурвали, машут рогами, вызывая приливы адреналина. И мой Дарсаль на одном из красивых, мощных животных выезжает вперёд, приближается к ограде. Спешу войти, наталкиваюсь на взгляд напарника Теры, эра Прана, с которым познакомилась ещё на соревнованиях. Ходит по полю, видимо, контролирует процесс, но, во всяком случае, ничего не говорит и войти не запрещает.
Киваю в знак приветствия, разглядываю широкоплечую фигуру моего Стража в кожаной безрукавке. Не жара, на лужах тонкие корки льда, я в куртку кутаюсь, а от него чуть не пар идёт. Приближается медленно, разглядывает меня так странно, непривычно.
Протягиваю ладонь, бурваль фыркает, но даёт себя погладить.
- Вы ему понравились, - произносит Дарсаль, глупо улыбаюсь, смотрю на него.
- Покатаешь меня? - прошу, не особенно надеясь. Но Дарсаль вдруг подаёт руку. Упираюсь в стремя, почти поднимает меня, усаживает перед собой.
Всё кажется, будто чую остатки духов Теры, но он так обнимает меня, заполняя своим омаа.
- Как день? - спрашиваю, почему-то вдруг вспомнив, что на бурвале меня обещал покатать муж. И тут Дарсаль успел раньше. Ох, лучше бы он во всём успел!
От этих мыслей, от его близости по спине проходит горячий поток, приливая к животу.
В который раз заставляю себя не думать о недозволенном. Можно ведь сосредоточиться на удовольствии от поездки.
- Нормально, - отвечает Дарсаль.
Но я знаю, ничего не нормально. Потому что когда хорошо проводят время с невестой, не обнимают другую женщину вот так. Не прикасаются мимолётно щекой и губами к волосам. Не держат, словно сотню лет и звёздных парсек не виделись.
- Тебе... долго ещё? Мне бы к Пени зайти, - вздыхаю после пятого, наверное, круга.
- Командир недоволен, что я срываю тренировку, - усмехается Дарсаль.
- Ммм... император разрешил мне самой решать, когда обременять тебя службой, а когда давать выходной. Так что... если ты уже отдохнул, можешь возвращаться к обязанностям, - улыбаюсь.
- С радостью, - Дарсаль по-прежнему усмехается, прямо чувствую по прикосновению.
Дарсаль
Радость, конечно, условна. Идти к Пени, выслушивать разговор, правду или обман, скрывать или объяснять, почему молчал, совсем не хочется. Но это лучше, чем снова наблюдать издалека, как за Ноэлией увяжется какой-нибудь Дейр. Так что я готов.
Вот только забегу переодеться. Ну и перекусить, да, служанки как раз накрыли.
Ноэлия всё говорит, говорит, делится впечатлениями, расспрашивает про людей, с которыми ей сегодня довелось пересечься, пытается для себя выстроить внутреннюю структуру, даже, похоже, делает заметки на бумаге.
Молчу, слушаю, стараюсь понять, о ком она, найти, просмотреть, и уже не представляю, как можно без этого жить.
Кэти с Ирмой уносят еду - первая зла и обижена, и почему-то на меня. Вторая вся мыслями в своей беременности, только и эмоции между ней и ребёнком. Мысленно ищу Пени, не хотелось бы найти её снова у императора. Впрочем, Иллариандр пока с секретарями - по следам поездки распоряжения отдаёт.
Ноэлия спешит припрятать в дальних комнатах записи, отхожу к камину, протягиваю руки к огню. Как же здесь хорошо.
- Я всё о себе да о себе, а у тебя что? - возвращается Лия, омаа вспыхивает. А у меня...
Опускаю руку в карман, достаю рассыпавшийся браслет. Оборачиваюсь, протягиваю:
- Вот.
Лия вздрагивает, приближается, медленно берёт мою ладонь в свои, почему-то почти обжигая.
- Как это он так? - удивляется, бросает взгляд - плотный, словно почувствовала что. - Я починю, - улыбается, откладывает полоски кожи в какой-то ящик.
Наконец, приходится отыскать Пенелию, предупредить о приходе императрицы. Шри референт пытается отказаться, но быстро осознаёт, что долго скрываться не выйдет.
В ауре тоска, сожаление и что-то еще - что-то не до конца ясное, не знаю, с чем сопоставить. Не то смирение, не то необходимость. Тёмных пятен уже не видно.
Иногда задумываюсь, насколько искренни эмоции человека, который знает, что за ними наблюдают.
Ноэлия
Комнаты Пени совсем рядом - насколько это возможно, учитывая наши статусы. Во всяком случае, на том же этаже, в соседнем крыле. Прошу Дарсаля провести меня поскорее, и чтобы поменьше мелькать. Выходим через его дверь и действительно, совсем быстро оказываемся на месте.
Комнат у моего референта всего три - одна вроде приёмной, куда к ней могут прийти по делу. Снаружи у входа даже Страж дежурит.
Вторая - вроде гостиной, ну и спальня, конечно.
Пени встречает нас в гостиной, и выглядит она...
В каком-то свитере поверх халата, глаза красные, словно три дня рыдала. Приближаюсь, обнимаю.
- Что случилось? - спрашиваю. Ничего она не болеет!
Точнее, такую болезнь ни лекарствами, ни эром Мирием не вылечишь.
- Базир... уехал.
- Надолго?
- Не знаю. Прости, Ноэлия, я возьму себя в руки и вернусь к обязанностям. Просто... просто так неожиданно всё.
- Понимаю, - соглашаюсь, усаживаю её на диван.
Обнаруживаю открытую бутылку вина, даже бокалы нахожу. Наливаю, подаю ей. Похоже, она и без меня приложилась, но не спорит, отпивает несколько глотков. Решаю поддержать, глотаю из своего.
- Расскажешь? - спрашиваю.
Пени только вздыхает, а у меня внутри как-то муторно. Не хочу думать о том, что лезет в голову. Бросаю взгляд на Дарсаля. Хоть ты-то мне обо всём поведаешь? Только как-то это некрасиво. Не привыкла я ещё пользоваться выгодами своего положения. С друзьями так точно не хочется.
- Он... нашёл другую?
Пени всхлипывает и закусывает губу.
- Ты можешь мне рассказать. Я ведь... всё-таки императрица. Ну то есть, я его не заставлю, конечно... Но если кто-то виноват... Ведь у вас всё было так хорошо!
- Да что там хорошо! Хотел бы - давно сделал бы мне предложение. Хотя может потому и не делал.
- Почему? - не понимаю. В голове всплывает последний бал, танец Иллариандра с Пени и взгляды эра Базира... И слухи о былых любовных похождениях мужа, которые нет-нет, да и долетают до меня.
«Дарсаль? Это то, о чём я думаю?» - посылаю мысль, надеясь, что я всего лишь слишком сфокусирована на собственных заботах.
«Я не знаю, о чём вы думаете», - отвечает. Ещё напомни, что ты не ментальщик!
- Эр Базир достаточно влиятелен при дворе, - произношу, обращаясь к обоим. - Его не испугал ни Дейр, ни... И если бы ему взбрело в голову найти пассию, не думаю, что стал бы уезжать из дворца. Лучше расскажите мне, что случилось. Всё равно ведь узнаю.
Пени бросает взгляд на Дарсаля, а я еще надеюсь...
- Прости, - шепчет.
«Дарсаль! Почему уехал эр Базир? Полагаю, это не государственная тайна? - Дарсаль молчит, но меня уже понесло, не могу не узнать! Лучше самая отвратительная правда, чем бесова неизвестность! - Это Иллариандр? Да?!»
«Простите, моя госпожа».
«Что он сделал? Выгнал Базира... или...»
«Лично расспросил вашего референта о том, с какими вопросами вы к нему собирались прийти», - выдаёт, наконец, Дарсаль.
Вот... у меня в голове лишь те эпитеты, которые даже мысленно в адрес императора употреблять нельзя! Он забирает у меня всех, кто мне дорог!
- Как ты могла... - бормочу.
- А как отказать императору? - шепчет Пени, залпом выпивая остаток вина.
Допиваю свой, вскакиваю.
- Моя госпожа, - становится на пути Дарсаль.
Дарсаль
- Ну нет уж, я положу этому край! - Лия так разгорячена, возмущена, синие молнии по ауре. Но, бесов Раум, император тоже времени не теряет, отдыхает с дороги да после советников! Только и вижу ухмылку Ивена, этого всё забавляет. Иногда начинаю жалеть, что не научился относиться к чужим эмоциям так же. Так ведь проще.
- Не уверен, что он согласится вас принять, - отвечаю осторожно, но у Ноэлии словно какой-то интуитивный канал прорвало - на ходу чувствует и понимает всё происходящее.
Пени ведь, похоже, сразу ему понравилась, и если бы не необходимость держаться сначала до свадьбы, а потом запрет Мирия, кто знает, сколь далеко успел бы продвинуться эр Базир. Только не пойму, что изменилось после поездки.
- Он со своей Шарассой? Да? - полыхают гневом зелёные глаза, отражаясь в моём зрении. Не только, Анга тоже там.
Не знаю, что лучше: удержать её, или позволить высказаться, прояснить отношения с мужем. Пожалуй, зная императора, лучше удержать. Но ведь нельзя допускать, чтобы он всё время так относился к жене! Она этого не заслужила.
- Тем лучше! - Лия слишком хорошо научилась читать моё молчание.
- Подожди, остынь сначала и обдумай... - Пени пытается её остановить, резкое движение вырванной руки, разворот:
- А что тут думать? Я не позволю ему издеваться над теми, кто мне дорог! У него целый дворец фавориток и Стражей!
На поверхность всплывает обида - за сегодняшний день, за моё отсутствие там, возле неё. За шри Теру, о которой она тоже интуитивно догадывается. Вижу цвета всех этих эмоций и точно знаю, что они означают, к чему относятся. Мы словно с ней на связи - той, что хотела Тера, да так и не обрела.
Попытавшись оттолкнуть меня, императрица быстрым шагом направляется в сторону комнат мужа.
Ивен всё видит - но молчит, и я тоже молчу, возможно, он её просто не пропустит. Пенелия права, лучше остыть и обдумать. Но меня императрица сейчас не услышит.
Иду за ней, всматриваюсь в имперские покои, в глубине души надежда, что её не пустят, борется с надеждой, что, может быть, после разговора император к ней сегодня не придёт.
Дурак.
Ноэлия
Как же я зла! Кажется, будто все эмоции прорвались вдруг. Одно дело Шарасса, давно пустившая в высшем свете Айо свои корни, хотя я тоже не планировала спускать происходящее с рук. Просто прямо сейчас не знаю, каким образом смогла бы избавить дворец и спальню мужа от её навязчивого присутствия. Но изменять мне со всеми подряд? С моей Пени?! Да как он вообще мог! Зачем обидел эра Базира? Ткнул подданного носом в его положение?
Могу себе представить, что там творится в моей ауре, раз уж Слепые расступаются. Даже слёз нет. Дарсаль идёт следом, хорошо, что не останавливает. Впрочем, я и без него пошла бы.
Страж у порога, и тот не пытается перегородить мне путь. Впервые врываюсь в императорские покои. Мне-то мои казались невероятными, но тут! Золото, пышное убранство, дорогие драпировки, драгоценные камни...
Застыв лишь на минуту в пустой гостиной, пытаюсь сориентироваться. Ищу спальню, комнаты расположены почти симметрично моим - только их в несколько раз больше. И сами они просто-таки громадные.
Прохожу насквозь анфиладу из череды таких же гостиных - кому и зачем они могут быть нужны? И, наконец, попадаю в гигантскую спальню с не менее гигантской кроватью. Даже Ивен не пытается удержать, ухмыляется только чему-то. Так и хочется по физиономии двинуть!
Всё пропитано благовониями и дымами, похоже, какой-то табак - не такийский, как у Тересии, более резкий. Ни разу не заставала мужа курящим, но, видимо, иногда развлекается. Узнаю нотки, которыми от него временами пахнет и которые когда-то казались мне приятными. Обвожу взглядом комнату.
Замираю на пороге.
Шарасса в ночной сорочке, каких я никогда и не представляла... из тончайших прозрачных кружев, переплетённых каплями драгоценных камней... Нет, ну нечто похожее муж пытался на меня нацепить, хотя и не такое... развратное! Да в нём же спать невозможно! Да и как такое надеть-то?!
А она вон надела, и ничего, не стесняется, что отсутствие белья во все дыры проглядывает! И Анга тут же, в совсем уж неприличной позе на ближайшем кресле, выставила ничем не прикрытую пятую точку. Срамота!
Император возлежит на диване, улыбается чему-то. Поднимает бровь:
- Что, Дарсаль, не можешь справиться с подопечной?
- Он мой Страж! - возмущаюсь.
- Он мой Страж, Ноэлия, - напоминает император. - Ты пришла взять пару уроков? Ну заходи, присоединяйся. Тебе есть чему поучиться.
От возмущения на несколько мгновений теряю дар речи. Пару уроков?! Поучиться?!
- Убирайтесь обе! - рявкаю.
- Ноэлия, - предостерегающе произносит муж.
- Вон! Я пришла поговорить с мужем! Наедине! И пока что я - императрица!
Первой не выдерживает Анга, решает юркнуть в открытую дверь. Шарасса, бросив взгляд на императора и то ли что-то вычитав у него в лице, то ли наоборот, ничего не найдя, с лёгким поклоном и извинениями тоже отступает. Надеюсь, дальше, чем в соседнюю комнату, даже выглядываю убедиться, что они там не приникли к замочной скважине.
Нет, никого. Оборачиваюсь, хлопнув створками, муж уже поднялся и даже завернулся в расшитый блестящими узорами халат.
- Что, любимая, соскучилась? Пришла исполнить супружеский долг? Чего же ты ждёшь, раздевайся.
- Я не собираюсь...
- Я не спрашиваю, Ноэлия.
- Как ты мог... Зачем тебе Пени?
- Тебя это не касается.
- Что значит, не касается! Ты мой муж! Я что, тоже могу выбирать себе случайных любовников?
- Я твой император, Ноэлия. А ты моя жена и, возможно, мать моего ребёнка и наследника. И если я еще хоть раз услышу от тебя подобные речи, ты об этом очень пожалеешь. Я не собираюсь держать возле себя изменницу, - почему-то кажется, будто он бросает взгляд на Дарсаля, почти жду, что тот сейчас...
Твою бестию, да что он сделает! Вдруг осознаю, где я. Кто я. Ведь тут везде Слепые, которым стены не помеха, неустанно бдят безопасность императора.
Осознаю своё бессилие, но отступать не собираюсь. Не зря же пришла, хоть что-то да выторгую! Да же?
- Изменницам место у Бесстыжей Палми и ей подобных, - добавляет император.
- Я тебе не изменяю. И хотела бы с твоей стороны... того же.
- Послушай меня, Ноэлия. Все в этом доме и в этом мире подчиняются мне и должны делать то, что я скажу. Ты меня поняла? И ты никогда больше не посмеешь мне перечить, тем более при моих... подчинённых. А теперь, раз уж сорвала развлечение, раздевайся! Раздевайся, или тебя разденет Ивен.
- Но...
- Не смей мне перечить! - голос Иллариандра пугает, пробирает, бросаю взгляд на Дарсаля, с губ почти срывается призыв помочь. Но слишком остро понимаю, что он здесь бессилен, только хуже сделаю - Иллариандр ведь может и его у меня отобрать.
- Ты увёз меня против воли, сломал мою жизнь, у меня нет других возможностей, кроме как стать матерью твоего наследника, так давай установим какие-то... рамки и правила для того, чтобы нормально... жить.
- Жизнь сломал? Ты стала императрицей! Чего ж тебе еще надо, а? - не припомню, чтобы улыбающееся ямочками лицо императора когда-нибудь выражало такой гнев, почти ненависть. Хочу, чтобы Дарсаль с Ивеном тоже ушли, но понимаю, ведь они всё равно увидят.
Иллариандр вдруг толкает меня на кровать, не удержавшись падаю, нависает сверху. Бросаю взгляд на Дарсаля - тот горит, в самом настоящем смысле слова, горит огнём. Белым, с синими проблесками. Сжимает зубы, сжимает кулаки - не знаю, чего хочу больше, чтобы бросился ко мне на помощь, или чтобы сдержался! Потому что за руку, поднятую на императора, казнят на месте без разбирательств.
- С самого начала ты не сделала ни одного шага мне на встречу! - бросает слова Иллариандр, едва не разрезая меня на мелкие кусочки стальным взглядом. - С первых же дней отказалась стать моей невестой, изображала из себя жертву на заклании - во всём, кроме желания тратить деньги и хвастаться богатством перед нищими подружками! Приходила ко мне, только когда тебе что-нибудь было нужно и постоянно всё пыталась повернуть по-своему! Валтия тебе не нравится, безродную шлюшку необходимо сделать референтом, присяга эта за моей спиной! Ты хоть раз проявила инициативу в постели, показала, что я твой муж, которого ты желаешь - а не терпишь всеми силами? Да я скоро сам настойку пить начну, прежде чем прикоснуться к тебе! Врала, что соскучилась, но не думала же обмануть Слепых? Месяц разлуки, Ноэлия, и ни грамма радости! И ты смеешь ещё что-то требовать?!
Никогда не видела столь перекошенного лица у Иллариандра, боже, как же страшно... И там ведь куча Стражей, и они ведь все бросятся на его защиту... даже те, что приносили присягу мне?
- В последний раз спрашиваю, будешь исполнят свой долг?
- Нет! - возмущаюсь, как он это себе представляет? Разденусь и займу позу Анги?
- Не хочешь? Непослушных подданных ожидает наказание, Ноэлия. И я давно должен был преподать тебе урок, я слишком многое тебе спускал, чтобы дождаться в итоге вот этого вот. В первые же дни назвала меня Дарсалем, отбив остатки желания хоть что-то наладить! А сколько счастья, что не приду - думаешь, после такого приятно проводить с тобой время?! Ещё тогда нужно было, но по советам нашего трепетного Мирия я старался быть мягким.
- Мягким?! - возмущаюсь, вспоминая, чем закончилось то ужасное утро. - Я ехала с ним днями и ночами в одном фертоне! Не с тобой ведь! И просыпаться привыкла с ним, для тебя это не секрет! Это он меня успокаивал и защищал!
- Защищал? - Иллариандр резко поднявшись отступает, ведёт в призывающем жесте головой, и Ивен приближается. - Ты знаешь, почему Стражей боятся? Знаешь, что они могут сделать с женщиной? Хочешь узнать?
- Ты не посмеешь, - бормочу, не в силах поверить.
Ивен наклоняется, в его глазах такая... тьма, какой я никогда не видела у Слепых. Кажется, даже бежевый свет потемнел. Или то мне от страха мерещится.
Горящими руками разрывает мою блузу, кожу опаляет огонь - совсем не такой, как у Дарсаля, безжалостно горячий, до невозможности. Начинаю отбиваться, это не может быть правдой! Это какой-то кошмарный сон! С ужасом осознаю, что никто мне здесь не поможет... хоть надорвусь.
- Покажи ей, что может случиться с непослушной подданной, - произносит издалека муж.
Ивен падает сверху, прижимая мои руки к кровати. В месте прикосновений разгорается огонь, всё горячее, почти невыносимо. Кричу, плачу, умоляю отпустить - пугаюсь до жути так, что все мысли из головы улетели. На что я только рассчитывала!
Дарсаль делает шаг вперёд. Он весь горит синим, из уголков горящих глаз стелются на щёки дорожки синего пламени. И кажется, будто вижу какую-то неясную тёмную тень вокруг.
Дарсаль
Крики и боль врываются, ввинчиваются глубоко под кожу и дальше, бесконечно. Забираю на себя сколько могу, но ей всё равно страшно. Пытаюсь прикрыть своим омаа, защитить от огня Ивена.
«Не мешай!» - оглушает раздосадованным гулом Иллариандр.
Энергия Стражей из его отряда скапливается в спальне, сгущается вокруг повелителя, образовывая плотные кольца защиты. Делая его абсолютно недоступным.
Сжимаю ладони, Тень выдирается из-под контроля, но если я её сейчас выпущу, омаа всех Слепых дворца обрушится на меня. Мы много раз отрабатывали, знаю, с ними со всеми не справиться. А что станет с Ноэлией, лучше не представлять.
Ещё немного, и не смогу удержать. Выжигаю собственные ладони, заставляя себя оставаться на месте. Потому что иначе пострадаю не я. Пострадает она.
Змея поднимает голову в каком-то мутно-тёмном ореоле, всматривается в глаза, если Ивен хотя бы попытается скинуть свою собственную одежду, я его убью. Прямо здесь. И плевать, что дальше.
Метка на шее наливается, разгорается, ощущаю всех Стражей, связанных со мной через неё. И других, готовых не задумываясь избавиться от любого из нас. Омаа взведены, ждут сигнала ринуться на защиту господина. Знаю. Я и сам таким был.
- Повелитель, он её сожжёт, - не выдерживаю.
Если он сейчас это не остановит, каждая метка покажет, что я опасен для императора. Достану, вопреки всему, что вколачивали десять лет обучения, даже зная обо всех его защитах, о том, что будет после этого со мной. Только мысли о том, что станет с императрицей, удерживают остатки самоконтроля, которому нас так долго обучали в Астаре. Но выйти за пределы эмоций не могу.
Иллариандр оборачивается резко, не вижу, но чую - ухмыляется.
- Я тут почитал на досуге о Слепых. Люди, представь, читают иногда. Есть, оказывается, много разных интересных книг. Например, о том, почему Стражи меняют цвет. Смотри, Дарсаль. Это ведь ты нашёл такую императрицу. А она даже забеременеть не смогла.
Как я могу смотреть, когда безупречную ауру моей Ноэлии прожигает тёмным омаа Ивена.
- Она может забеременеть. Спросите у любого Стража. У эра Мирия, - отвечаю вопреки собственному желанию переломить ему шею... ну или то, чем он беременность приближает. Потому что это единственный шанс для Ноэлии. Если он одумается и прекратит. Если хотел лишь припугнуть. Нужно было мне её удержать! Сейчас сам себя сожгу от осознания.
Омаа лекаря словно услышав прикасается к Иллариандру, Ивену. Наверное, верховный что-то говорит. Наверное, и мне говорит, но в висках стучит только омаа и крики моей императрицы.
Резкое движение - Ивен поднимается вмиг.
- Запомни урок, женщина. Все и всё здесь принадлежат мне. Не то у Бесстыжей Палми ты будешь пользоваться большой популярностью.
Он не посмеет! Неслыханно. Видимо, я находился слишком далеко от жизни двора. Никогда не заглядывал глубже необходимого по службе. Не положено. Просто не представлял, как здесь всё на самом деле.
- Я императрица... - бормочет Ноэлия. Ужас, неверие, обида, ненависть.
- Твой Страж поплатится за то, что выбрал неподходящую императрицу. А теперь прочь с глаз моих, и чтобы следующий раз была более... сговорчива. И если через месяц ты останешься такой же пустой и не сможешь зачать...
Император разворачивается на полуслове, уходит, оставляя плачущую жену. Ясная синяя аура прожжена пятнами, заполнена почему-то чёрной энергией. На коже тоже проступают ожоги.
Когда-нибудь я его убью. Когда-нибудь... когда ценой не будет жизнь Ноэлии.
Но сейчас, пока и мне не приказали убираться, приближаюсь к ней.
Болевые импульсы продолжают литься в омаа, по сравнению с первыми уходами в слои шаматри совсем слабые, но для неподготовленных... Я рад, что удаётся забрать их у императрицы, хоть так защитить её от того единственного, от чего не могу. Пока не могу.
Сдёргиваю одеяло, заворачиваю в него Ноэлию. Вопреки возмущению Ивена иду в его комнату и оттуда тайным ходом к себе.
Что же это случилось с его энергией? Она всегда была чёрной и мрачной, или как тот хамелеон, цвета меняет? Пора ехать в Астар. Дадут ли там приют императрице?
Не представляю, как выдержу следующий визит императора. Знать бы хоть малейшую возможность, непременно использовал бы. Да хоть в подвалы. Понять бы, как открыть эти бесовы Ворота, как уйти через них в любой другой мир. Пусть я не смогу там видеть, зато Ноэлия будет свободной.
Но люди императора до сих пор изучают их, читают на все лады текст, что прочла тогда Ноэлия, в надежде снова добиться того же эффекта. Ничего там больше не открывается.
Ноэлия затихла, остервенело выдираю, выскабливаю пятна чёрной гадости, заполняю своим светом. Тем самым синим, который цвет поменял. Который для неё не опасен и даже наоборот. Чёрная энергия собирается в моей ауре, уплотняю, чтобы больше не вырвалась.
Если бы я мог сделать так, чтобы Лия всё забыла, как кошмарный сон. Если бы я мог забрать всю её боль - и физическую, и душевную. Если бы я мог сам когда-нибудь забыть.
Заношу к себе, закрываюсь, не знаю, что там было видно Слепым. Покои императора обычно не просматриваются, но приказ быть наготове они явно получили. А лишних поводов для сплетен не дам. Просматриваю придирчиво. Каким-то образом мой омаа смягчил большую часть омаа змея. А может тот и не стремился обжечь глубоко, всё-таки императрица императору ещё нужна. Отвратительно звучит.
Отбрасываю провонявшее благовониями одеяло, остатки истлевшей одежды. Заворачиваю Лию в свою простыню, сажусь в кровати, укладываю её к себе на руки.
Аура почти восстановилась, боли больше не вижу, только по мне ещё бегают отголоски. И пятна на её коже не затянулись. Ноэлия всхлипывает, прижимается к моей груди. Молчит.
Почти жду, что обзовёт меня предателем и другими словами, которых я, несомненно, заслуживаю. Скажет, что трус и что ненавидит меня - ведь именно это кричала её аура, когда я стоял там и смотрел. Потому что не могу её защитить. Не от прихотей императора.
Замечаю какую-то неясную, странную субстанцию, словно перетекающую внутри Ноэлии, не могу понять, что это, да и не важно сейчас. Главное успокоить.
Поднимает руку, почему-то вытирает мои щёки. Кажется, на них тоже прожжённые борозды от омаа. Даже не почувствовал, только её ужас и боль.
Прикасаюсь пальцами к её лицу, омаа становится тонким, почти неощутимым, обтекает, заворачивает императрицу. Провожу, забирая остатки следов Ивена с кожи. Лишь бы откат раньше времени не наступил. Ивен силён, просто так энергию не сжечь. Потрудиться придётся.
Личный Страж императора не может быть слабым. И даже бежевым, как оказалось. Даже нас, других Стражей, провёл. Интересно, знает ли император? Ну Рамар наверняка знает, а Мирий?
Отголоски боли затихают, аура выравнивается, кожа, насколько могу судить, тоже очищается. Надеюсь, даже покраснений не осталось. Ноэлия рассматривает руки, проводит пальцами там, где ещё недавно горели ожоги.
- Ты можешь лечить? - удивлённый шёпот.
- Только тех, кого люблю.
Снова и снова глажу то, что больше всего пострадало, боясь пропустить хоть каплю. И собираю энергию внутри. Может, скормить её своей Тени?
«Познай ненависть, Дарсаль. Ты обязан научиться её отличать. А теперь освободись от неё. Ничто не должно гнести Стража», - говорили наставники.
Давно познал и научился освобождаться. Но не сейчас. Мне нужно всё обдумать и найти выход. Жаль, мало времени. Всего месяц. А может, и того меньше, если император решит меня отстранить да наказать.
Впрочем, ни одно наказание не сравнится с тем, что творится во мне сейчас.
Ноэлия
Эта энергия, которая так часто меня обволакивала, по которой я, кажется, безумно скучаю... Обида улетучивается вместе с болью, растворяется под чистым, уже совершенно синим светом. Боже, не могу больше держать всё в себе! Что же пришлось пережить ему?! И как, как ему удалось сделать так, что я почти не чувствовала боли, которая должна была бы прошивать меня насквозь, судя по ожогам, оставшимся после Ивена?!
- Дарсаль, - шепчу, поднимаю руки по широким плечам, приближаюсь к губам, из которых льётся всё тот же свет. Синий. Безумно приятный. Совершенно не страшный, родной.
Не могу сдержаться, прижимаюсь губами, почти не ощущаю собственной наготы. Вот он, мужчина, который постоянно в моих мыслях. Омаа которого так часто доставлял мне больше удовольствия, чем умелые ласки императора.
- Перестань, - хриплое, но твои губы не обманывают, я же чувствую их раскалённый поцелуй, чувствую твоё тело и даже уже знаю, где и как проверить твоё желание.
- Почему? - шепчу, ощущаю горячие руки на спине - горячие, но не обжигающие, синий свет, ауры в унисон... и желания в унисон... и комната закрыта...
- Я не могу, - слова даются Дарсалю с трудом, а его тело и вовсе говорит обратное, руки прижимают меня, гладят спину, плечи, волосы.
- Это я не могу, - всхлипываю. - Каждый раз, когда он приходит, я думаю о тебе, я вижу тебя, скучаю по тебе, хочу принадлежать только тебе! Не представляю, как смогу теперь, после случившегося, подпустить его... Неужели я не заслуживаю хоть раз почувствовать любимого мужчину, а не того, кто напрочь извратил это слово?! Неужели не заслуживаешь ты?!
- Не нам решать, чего мы заслуживаем, Ли, - Дарсаль сжимает мои запястья, отворачивается.
Провожу пальцами по выжженным линиям под его глазами. Не может быть, чтобы до сих пор его сдерживала верность тому, кто... не хочу в это верить!
- Ты не со мной? - шепчу едва слышно.
- Нам вдвоём не справиться. Сейчас. - Сжимает зубы, вздыхаю. - Я найду выход. Буду искать. Нельзя дать ему повод... Нельзя.
Да уж, он не отступится от своих угроз, если уличит нас.
- Он же понял, да? - шепчу. - Что означает синий цвет твоего омаа?
- Понял.
- Он всё знает?
- Знает.
- Он же... будет теперь издеваться над тобой?
Дарсаль молчит, стискивает зубы, по щекам перекаты огня.
- Заберёт тебя у меня?
- Я сделаю всё, что от меня зависит. Ли.