Глава 14

ELECTRIC OWLS – LAST TO KNOW

На следующий день мы снова одерживаем победу на домашнем льду. Лиззи опять нацепила на себя джерси Овечкина, но я не стал это комментировать. Как и то, что она говорила, что больше никогда не придет на мою игру. Мне правда очень хотелось ехидно напомнить ей об этом, но я сдержался из последних сил.

После победы мы с командой поехали в паб. Сегодня без шумных вечеринок, просто выпьем пиво, ведь завтра дневная тренировка на «земле», а после нее мы отправимся на очередной выезд.

Из колонок звучит что-то из «Скорпионс», свет приглушен, а в моих руках второй стакан пива. Думаю, он станет последним. Не хотелось бы завтра утром бороться с похмельем.

Окидываю взглядом пространство вокруг и делаю глоток алкоголя. Стены из темного дуба украшены рамками с фотографиями легенд спорта. Массивные деревянные столы и скамейки переполнены взрослыми любителями хоккея. Мне нравится этот паб, мы часто собираемся здесь с командой. Огромный плюс этого места – сюда не суются хоккейные зайки. Это заведение не является популярным или туристическим. И местный контингент определенно не намекает на то, что кто-то пришел сюда для того, чтобы склеить «телку».

Пока сижу за барной стойкой, наблюдаю за тем, как Фолкнер, Дрейтен, Дрю и Колсон играют в бильярд, обсуждая сегодняшнюю игру. Сбоку слышу, как Ноа с Киллианом рассказывают друг другу о своих очередных похождения:

– И она мне говорит, что у нее есть целая коллекция ошейников. Мы поднимаемся к ней, у меня в голове мысли, что сейчас я увижу с десяток собак, а там… плетки, анальные пробки, ошейники с шипами. Ух и жара была! – Ноа проводит языком за щекой, и я морщусь от отвращения.

Затем перевожу взгляд дальше и подношу бокал к губам, но тут же замираю, едва мой взгляд находит Лиззи. На ней короткие кожаные красные шорты и розовый топ, больше похожий на корсет, усыпанный стразами. Сверху она накинула свою розовую шубку, которая, конечно же, не прикрывает ей зад. Ее длинные волосы убраны в высокий хвост, на губах помада малинового цвета, а глаза подведены серебряной подводкой.

Стиснув зубы, я с грохотом ставлю бокал пива на столешницу. Вскакиваю на ноги и направляюсь в сторону Лиззи. Клянусь, я едва сдерживаюсь, чтобы не придушить ее за то, что она явилась в этот паб в таком виде. С каждым шагом ярость все сильнее заполняет мой разум. Но внезапно в голове проскальзывает воспоминание о том, что я наказал команде даже не смотреть в сторону Лиззи. А значит, никто из них не посмеет ослушаться капитана.

С ухмылкой замерев на месте, я резко меняю траекторию движения и возвращаюсь за барную стойку. Так как мой бокал уже забрал бармен, я прошу его повторить. Знаю, что хотел остановиться на двух бокалах, но оказалось, шоу только начинается. Довольный, подношу пиво к губам и вдруг слышу голос Лиззи совсем рядом:

– Что ты сделал? Сказал им, чтобы не приближались ко мне? Может, еще пописаешь на меня, чтобы пометить территорию?

Поворачиваюсь к Лиззи и вижу, как она вальяжно облокотилась на барную стойку рядом со мной и недовольно смотрит на меня. Фыркнув, делаю глоток лагера, полностью игнорируя ее нападки.

– Скажешь что-нибудь в свое оправдание?

– Прости, я не фанат золотого дождя.

Она закатывает глаза, вызывая у меня смешок.

– Хм… – Обхватив пальцами подбородок, Лиззи делает вид, что задумалась, а затем вдруг с интересом оглядывает паб и, не глядя на меня, произносит: – Что ж, тогда я найду того, кто фанат.

Я не успеваю среагировать, как она вдруг сбрасывает шубу, демонстрируя идеальный топ-бюстье, из которого, как обычно, вываливается ее полная грудь, и делает шаг по направлению к столику с пьяными мужиками.

Господи Иисусе.

– Мальчики, не угостите даму выпивкой?

Какие, к черту, мальчики. Здоровенные амбалы за столом тут же начинают пускать на Лиззи слюни и улюлюкать.

– Хэй, Винни, – кричит один из них бармену. – Вишневое пиво для крошки.

Срываюсь с места и, втянув носом воздух, хватаю Лиззи за запястье.

– Она любит «Беллини». И только попробуй еще раз назвать ее крошкой, – практически рычу я этому громиле.

– Ты это мне, малыш? – Он поднимается на ноги, равняясь со мной.

– Эй, эй, кэп, спокойно, – тут же подлетают Фолкнер с Дрейтеном. – Мужик, все в порядке? Не обращай внимания, это их ролевые.

Пока парни спасают мою задницу, я отвожу Лиззи от этого столика в угол бара. Она складывает руки на груди и недовольно смотрит на меня.

– Какого черта?

– У меня к тебе такой же вопрос. Почему со стороны я выгляжу не твоим парнем, а твоим сутенером?

– Ты сейчас снова намекнул, что я похожа на шлюху?

Обвожу ладонью ее наряд и развожу руки в стороны.

– Я не намекнул, а сказал прямо, – раздраженно бросаю я. – Чего ты добиваешься? Чтобы я завалил тебя на плечо и снова унес отсюда? А потом мне бы пришлось оправдываться перед командой, что на самом деле ты не спишь со мной за деньги, это просто у тебя игры такие?

Лиззи смотрит на меня с такой ненавистью, что я практически чувствую, как обугливается моя одежда. Я буквально слышу, как гнев растекается по ее телу и вот-вот от накала закоротит нервы.

Дерьмо. Почему я веду себя как полнейший ублюдок?

А, точно. Потому что после вчерашнего вечера еще примерно два часа лежал на диване и вдыхал аромат персика, который остался после ухода Лиззи.

Она должна меня ненавидеть, чтобы оттолкнуть на тот случай, если я вдруг и в самом деле решу предпринять какие-то шаги для настоящих отношений.

Нет. Нужно выбить эту дурь из головы.

Молча повернувшись на каблуках, Лиззи проходит мимо меня в угол бара, где стоит старый музыкальный автомат. Это немного обескураживает меня, ведь я думал, что за все, что я сказал, меня ждет пощечина. Это как минимум. Как максимум, мне дадут по яйцам. Может, их даже отрежут.

– Что ты делаешь? – тихо спрашиваю я, недоумевая.

– Собираюсь потанцевать.

– Здесь не танцуют.

– Джук-бокс в углу с тобой не согласен. А у меня как раз есть четвертак.

– Он не работает.

– Ну вот и проверим. Пойдешь танцевать со мной?

– Я не танцую.

– Кто бы сомневался, – усмехается она и вставляет монетку в раритетный музыкальный автомат, который вряд ли вообще включится.

– Лиззи, черт бы тебя побрал! Я не хочу, чтобы моя девушка танцевала в таком виде для пьяных мужчин. – На этот раз я притягиваю ее к себе за локоть и смотрю прямо в глаза.

– Не тебе пытаться что-то мне запрещать. Особенно после того, как ты повеселился в Тампе.

– Давай ты не будешь закатывать мне сцену у всей команды на глазах? – едва слышно прошу.

– Тогда просто отпусти меня.

Лиззи снова выхватывает свою руку и нажимает какие-то кнопки на этой развалюхе, из которой внезапно начинает доноситься классика Бон Джови. Пританцовывая, Лиззи уходит от меня прочь, виляя бедрами и здороваясь со всеми, кто провожает ее взглядом. Точнее, ее задницу. И «буфера».

Что за дерьмо!

Я зажмуриваюсь, пытаясь унять бешеное желание закинуть ее себе на плечо и утащить оттуда, а затем открываю глаза и одним глотком опустошаю бокал, все это время находящийся в руке.

Боковым зрением замечаю, с каким интересом наблюдают за мной мужики из команды, поэтому резко поворачиваюсь в их сторону. Каждый из них тут же отворачивается, делая вид, что ему вовсе неинтересно, в какие игры я играю со своей сумасшедшей девушкой.

С моих губ снова срывается шумный вздох. Тру пальцами переносицу, мечтая просто свалить отсюда к чертовой матери. А затем ставлю пустой бокал на ближайший стол и нагоняю Лиззи, которая уже вошла во вкус и зазывает завсегдатаев паба на танцы. К моему огромному удивлению, эти огромные амбалы и в самом деле поднимают свои задницы, чтобы потанцевать с ней. Это невероятно меня злит.

Пока Лиззи звонко хохочет, покачиваясь в такт песне и пропевая слова, я сокращаю расстояние между нами. Встав позади нее, я кладу ладони ей на живот и притягиваю к себе так, чтобы ее спина прижалась к моей груди.

– Сладусик, ты решил присоединиться к нашей импровизированной групповушке? – Откинув голову и положив ее мне на плечо, Лиззи проводит ладонью по моей щеке и улыбается.

– Я знаю тебя. И знаю, что ты делаешь это мне назло. Но, может, ты уже начнешь себя уважать, Лиззи?

– А не пойти бы тебе к черту? – шепчет она.

– Ладно, что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Скажи своей команде, чтобы они не игнорировали меня, когда я к ним подхожу.

– Скажу.

– Хороший мальчик, – ухмыляется она.

– Но, прежде чем скажу, каждый из них должен знать, что ты моя.

Обхватив одной рукой ее талию, резко разворачиваю Лиззи к себе. Другую руку я запускаю ей в волосы, чтобы притянуть к себе за затылок. Мои губы накрывают ее незамедлительно. Лиззи определенно этого не ожидала, но мне плевать.

Впечатываюсь в ее губы. Целую ее рьяно, дерзко и грубо. Тут же проникаю внутрь языком, углубляя поцелуй и превращая его в первобытный. Лиззи кладет ладони мне на грудь в попытке оттолкнуть, но я не позволяю ей этого сделать. Я полностью руковожу процессом и не даю ей отстраниться.

Меняю наклон головы, чтобы сделать поцелуй еще более глубоким и жадным. Изо рта Лиззи вырывается стон, и я чувствую, как она дрожит в моих руках. Прикусываю ее губы и практически рычу ей в рот, не желая отрываться от нее ни на секунду.

– Ответь на поцелуй, Лиззи, – прошу, тяжело дыша.

– Не мечтай. – Она кусает мою губу.

– Все смотрят. Они должны знать, что ты моя. Подыграй мне.

Лиззи пытается повернуться в сторону парней из команды, чтобы удостовериться, но я не даю ей этого делать. Снова набрасываюсь на ее губы. И она стонет мне в рот.

Дьявол.

Дразнящим движением языка Лиззи проводит по моей губе, а затем прикусывает ее. Это сводит меня с ума. Член в штанах тут же напрягается до боли. Я прижимаю Лиззи еще ближе к себе, моя ладонь крепче вжимается в ее талию, и я едва сдерживаюсь, чтобы не провести ею ниже и не опуститься на задницу.

Снова набрасываюсь на ее рот, овладевая каждым его миллиметром. Лиззи отвечает, снова и снова грубо сталкиваясь своим языком с моим. Мне глубоко наплевать, где мы находимся и кто на нас смотрит. Я целую ее так, словно мы одни в целой вселенной. Обхватываю пальцами хвост и слегка тяну его назад. Лиззи крепче вцепляется в мое плечо рукой, и по этой ее реакции я понимаю, что ей нравится.

– Поехали отсюда? – хрипло прошу ее в губы, одурманенный этим поцелуем.

Лиззи отстраняется, глядя на меня затуманенным взглядом. Помада на ее губах размазалась из-за поцелуев, а грудь тяжело вздымается вверх и вниз. Она отводит от меня взгляд и вдруг меняется в лице.

Все внутри меня холодеет, когда я понимаю, что она не видит никого из парней.

Дерьмо.

Она снова устремляет на меня свои глаза. В них полыхает дьявольский огонь, но вовсе не из-за возбуждения, а от ярости.

– И как давно они ушли? – Меж ее бровей появляется складка.

– Еще во время твоего танца, – хрипло признаюсь.

– Боже, какой же ты кретин. – Она мотает головой в стороны, а в голосе слышны нотки разочарования.

– Классно целуешься, кстати. – Я убираю руки в карманы, довольный, что мне удалось ее победить. Вот только почему-то, когда я гляжу на расстроенную Лиззи, вкус победы кажется каким-то дерьмовым.

– С меня хватит, Гаррет. Забудь о нашем уговоре. – Развернувшись на пятках, она пересекает паб, чтобы взять свою шубу со стула у барной стойки, а затем направляется к выходу.

Я спокойно следую за ней, чтобы не устраивать здесь сцен.

Когда мы оказываемся на улице, я нагоняю ее:

– Что значит забыть о нашем разговоре?

– То и значит, – устало выдыхает она, направляясь к дороге, чтобы отыскать такси. – Это изначально было глупой затеей. Не так уж и нравился мне Ноа, чтобы я тратила свои нервы в попытке его позлить. Просто он задел мою гордость, и я решила поиграть в месть. Но я наигралась.

Резко торможу ее.

– У нас был уговор. И я напоминаю тебе, что свою часть сделки ты так и не выполнила.

– Я поеду с тобой, куда и пообещала. А до этого момента давай не будем пересекаться. Меня честно тошнит уже от всего этого.

– Но ты первая начала это.

– Я? – ахает она. – Гаррет, ты не позвал меня на вечеринку команды в честь Хэллоуина. Не сообщил о том, что тебя не будет две недели, чтобы я пришла тебя проводить, как делают все нормальные девушки. Ты переспал в Тампе с какими-то моделями, совершенно позабыв о том, что для всего мира у тебя есть девушка. И, кстати, это ты принял решение рассказать всем о наших отношениях, а не я. Ты говоришь, что я позорю тебя, называя шлюхой, но кем ты выставляешь сам себя, развлекаясь с другими и не скрывая этого? А сегодня ты снова пьешь в баре один. Не позвав меня. Заставляешь меня чувствовать себя пустышкой лишь потому, что я хочу привлечь твое внимание. А затем просто берешь и целуешь меня после всего этого дерьма. Так что извини, пожалуйста, что я недовольна тем, как ведет себя мой парень.

– Фальшивый.

– Это я знаю, что фальшивый. А для всех остальных мы должны были казаться нормальной парочкой, которая прощается перед долгими выездами, вместе празднует победы и не изменяет друг другу, черт бы тебя побрал, Гаррет. Ты ничем не отличаешься от Ноа, и мне чертовски жаль, что я искренне считала, что ты другой. – Она открывает дверь подъехавшего такси и садится на заднее сиденье.

Сделав глубокий вдох, я сажусь рядом с ней и тут же встречаюсь с недовольным цоканьем:

– Просто оставь меня в покое.

– Я не позволю тебе ехать одной в такси посреди ночи. И нам по пути.

Она хочет возразить, но затем лишь качает головой и тихо произносит:

– Черт с тобой.

Пока Лиззи смотрит в окно, за которым проносится горящий яркими огнями Нью-Йорк, я смотрю лишь на нее. Даже несмотря на ее вызывающий образ, Лиззи прекрасна. Ее кукольные черты лица, фарфоровая кожа и пронзительный взгляд сражают наповал любого. Она выглядит утонченно. Даже когда пытается выглядеть пустышкой. И я чувствую себя мудаком из-за того, что заставил ее почувствовать себя этой самой пустышкой.

Да, мой план удался. Она меня ненавидит. И для меня так действительно будет лучше.

Вот только победа ощущается как дерьмо.

Оставшиеся пятнадцать минут мы проводим в тишине, которую нарушает лишь что-то из репертуара Шона Мендеса, звучащее из динамиков автомобиля. Когда таксист останавливается у нашего жилого комплекса, я расплачиваюсь с ним и догоняю ускользающую от меня Лиззи.

– Постой, – прошу я.

Она неохотно останавливается и выпускает облако морозного пара.

– Давай поговорим обо всем завтра. Я не хочу тебя сейчас видеть.

С шумным выдохом отвожу взгляд, но все же послушно киваю.

Молча я провожаю ее до лифта. В такой же тишине мы поднимаемся на наш этаж. И даже дойдя до своей квартиры, Лиззи не произносит ни слова.

Лучше бы она наорала сейчас на меня. Устроила очередное шоу. Сыграла со мной в одну из своих игр.

Но нет.

Без слов она проходит к себе, хлопнув перед моим носом дверью.

Ну какой же я мудак.