Глава 40

Я приехал раньше Мальтова буквально на десять минут и за это время уже успел выкурить пару сигарет. Видно, он сразу договорился с руководством ресторана, чтобы нам никто не мешал. Так как внутри в самый час пик никого, кроме меня, не было.

Еще и предложенная учтиво пепельница говорила о многом, учитывая, что на входе висит табличка о том, что в данном заведении курение запрещено. Мальтова я узнал сразу. Сдержанный, очень заметный и отличающийся среди остальных.

Была бы Нина рядом, смогла бы меньше, чем за полчаса составить его психологический портрет.

Я сам лично успел и про него все прочитать. Да, Дима был прав. Есть между нами общее. Общее касаемо чувств к женщинам. Он ведь сам всю жизнь прожил не с любимой женщиной, а с подругой детства.

Выбрал долг, честь семьи, и почему-то я очень уверен, что по-настоящему счастливым он так и не был. Наблюдать издалека за любимой женщиной с дочкой, то еще испытание. А сам в эту минуту вспоминанию фотографии матери Лины.

Лина ее точная копия. Даже не представляю, как тяжело было этому мужику смотреть на свою дочь и каждый раз видеть свою умершую любовь. Сколько не сказанных слов, сколько не прожитых вместе дней.

И ради чего спрашивается? Если бы не обстоятельства, никогда бы не покинул страны. Стоял бы рядом с ним, пока бы не вытащили Лину из лап Борцова. А потом… Потом бы уже никогда ее не отпустил от себя.

Ксюша бы поняла, приняла. Лучше так, чем потом превратиться совсем в чужих людей. И пример подобных отношений сейчас прямо передо мной, протягивает руку для приветствия.

— Приятно познакомиться, Влад. Прости, не было случая сделать это раньше. Больше общался с твоим дедом и родителями. Очень жаль, что они так рано ушли. Кстати, а как здоровье у твоего деда? Надеюсь, все в порядке.

— За него точно не стоит переживать. Он легко нас с вами переживет. Мне тоже жаль, что не имел чести встретиться с вами раньше и при других обстоятельствах.

Мальтов сканирует меня взглядом и очень нервничает. Его охрана стоит на входе. Даже отсюда могу точно сказать, насколько быстро они смогут взяться за свое оружие, если была бы необходимость.

По самым легким подсчетам по быстроте я намного их превосхожу всех вместе взятых.

— Алексей, позволите к вам без отчества?

— Без проблем, сам хотел предложить. И давай на ты.

— Хорошо. Так даже будет легче. Ты догадываешься зачем я пригласил тебя и так срочно?

Мальтов ожидаемо молчит, борется сам с собой, чтобы первым спросить.

— Давай, я начну первым. Но мне нужна правда. Где Ангелина? И не надо заливать, что она уже почти целый год скорбит по деду за границей. Мы оба знаем, что это не так. Но я пока задам только один вопрос.

Какого хрена вы прекратили поиски в тот самый момент, когда почти напали на след? Почему так быстро сдались? Вам стало плевать на дочь?

— Да что ты себе позволяешь! — не выдержал Алексей. Этого я от него и ждал, долгожданных эмоций, а не отстраненное лицо. Я должен быть уверен, что сейчас он пойдет до конца, чтобы спасти Лину. А самое главное, готов будет наказать виновного во всем.

С этим как раз и самое сложное.

— Она сама написала, что вышла замуж, счастлива и не хочет, чтобы ее искали. Не простила нашу семью, что жила без отца. Даже в смерти матери винит меня, хотя это был проклятый несчастный случай.

Я абсолютно не виноват. Если бы мог, сам бы тысячу раз умер за Надю.

При упоминание о матери Лины лицо Алексея в миг меняется, а в глазах самая сильная боль и скорбь. Он жадно наливает себе целый стакан воды и залпом выпивает его.

— Это правда. Правда, что она замужем. Остальное — все ложь. Вы хотите знать чьей женой она стала? Уверен, лично вы не знакомы, но фамилию и чем занимается ваш зять точно слышали. Вот, прочитайте.

Я кладу перед ним ту самую папку, которая успела стать еще больше. Мальтов дрожащими руками открывает первую страницу, внимательно читает. Я снова курю, хрен знает какую по счету сигарету.

Уже через пару минут его пальцы сжимаются в кулаки, он снимает и отшвыривает подальше галстук, расстегивает верхние пуговицы рубашки. Глаза моментально становятся ярко — красными, желваки ходят ходуном.

— Этого… Этого просто не может быть. Борцов! Это тот самый или…

— Именно тот самый. Олег, мать его, Борцов. О сфере его деятельности, думаю не стоит говорить.

— И этот ублюдок с моей дочерью! Как?

— Вам стоит прочитать дальше с самого начала.

Алексей продолжает бегать глазами. Потом резко отбрасывает папку. Его глаза уже не только красные. Они уже наполнены слезами. Слезами о своем ребенке.

— Здесь… То, что там написано…

Мальтов не может подобрать слова, а в какой-то момент хватается за сердце. Охрана тут же бежит ему на помощь. Но он рукой показывает, чтобы они не смели приближаться близко.

— Алексей, может врача.

— На хрен врача. Скажи, это все правда?

Я смотрю на него и впервые не знаю, что сказать. Хотя мы сотни раз говорили родителям про их дочерей, когда были уверены, где и у кого они находятся. А сейчас не могу и звука из себя выдавить.

— То есть мою девочку продали в бордель. Сука. В ее день рождения! И ее… Ее там…

Первые слезы, даже поток слез на его лице.

— Сука! Твою мать!

— Простите, я не хотел, чтобы ты прочел весь доклад. Хотел убрать самое… Но времени не было, не успел. Давай, я буду открывать те страницы, которые будет легче читать…

— Нет, — меня перебивает Алексей. — Я хочу все знать. Все! Все, что пережила моя девочка, каждый гребаный день в этом аду. А еще все имена и фамилии, кто к этому причастен. Здесь написано про шрам на щеке.

Какая тварь это сделала? — орет Алексей.

— Шрам был по словам ее врача. Сейчас остался только еле заметный рубец.

Так себе утешение. Меня и самого до сих пор трясет от этого. А Мальтова… Он уже практически не в себе.

— Я лично убью эту мразь.

— Вы опоздали. Его уже давно нет в живых. Да и руки не придется марать.

Мальтов уже и не реагирует на меня. Молча берет папку и продолжает читать дальше. Все таки нужно было убрать из нее несколько страниц. Читать такое отцу нельзя. Алексей только и успевает поджимать губы.

Его трясет не слабо. Даже воздух вокруг нас стал тяжелым. Нам обоим даже вдохнуть невыносимо больно. Только боль у всех своя. Разная.

— Нет! Нет! Нет! — орет Мальтов. Охрана стоит и не знает, что делать. Алексей подрывается с места и начинает крушить все вокруг. Мебель ресторана, берет в руки, что попадется. Никто не подходит к нему.

Я его прекрасно понимаю. Сейчас ему нужно все выплеснуть. Хотя бы первую порцию боли. Он кричит, как раненный зверь. Как отец, который со стороны наблюдает за страданиями своей дочери.

После мебели он начинает нещадно бить кулаками стену. Тут охрана уже не выдерживает. Но Мальтов не человеческим голосом орет им:

— Мне не нужна ваша помощь. Где вы были, когда с Линой это случилось? Где ваш гребанный профессионализм? Где? Где каждый из вас был, когда мою девочку насиловали? Где? Вашу мать!

Алексей падает на пол на колени, закрывает голову руками и плачет. Так сильно, как только может рыдать родитель по своему ребенку. Все мужики, которые стоят рядом, сами в ступоре. Видно, что и они в ужасном состоянии.

Я понимаю все происходящее. Но и в то же время, что самого этого времени у нас, у меня нет.

— Алексей. — подхожу к нему с салфетками, чтобы он вытер кровь с костяшек. — Это еще не все. Надо договорить. У меня мало времени.

Лину нужно вытащить всеми путями. Я бы был с вами, но к сожалению, мне нужно улететь в другую стану. Но у вас есть ресурсы. Деньги. Связи. Очень большие деньги. Борцов не откажется от Лины.

Никогда. Он одержим вашей дочерью. Вернее правильнее сказать, любит. Но у него свои понятия о любви. Он пожертвует всеми своими людьми, даже своей империей, но от Лины не откажется.

С ним нельзя играть по честному. Проиграете сразу. И хорошо, если он убьет сразу и на месте, а не будет издеваться, как он любит. Все, что вы говорили, это не Линины мысли о вас. В них нет и грамма правды.

Уверен, он именно вами, остальными близкими и давил на Лину. Иначе, она никогда бы и не согласилась стать его женой. И тем более написать вам эти слова.

— Откуда тебе все это известно? Ты видел Лину? Как давно? Как моя девочка? Это она тебе все рассказала? — засыпал Мальтов меня вопросами.

— Борцова мы ведем уже почти пять лет. Но схватить его никак не получается. Не буду вдаваться в подробности, но на деле все оказалось гораздо сложнее. Из всех агентов только я мог ближе остальных подобраться к нему.

Но он все равно далеко не стопроцентно мне доверяет. Он вообще никому не верит, если сказать честно. Мы потеряли многих наших людей. У меня с ним свои счеты. Здесь в папке есть все его передвижения.

Его примерное расписание. Список почти всех партнеров, его точек. Все, что мы смогли нарыть на эту гниду. Кстати, на счет партнеров. У вас за последние месяцы появились новые контракты.

Некоторые из них работают и связаны с Борцовым. Никакого криминала для вас. Но советую разорвать эти контракты с минимальными для вас потерями. Скорее всего он это сделал, чтобы быть в курсе ваших дел.

Сейчас в открытую идти против него нет смысла. К тому же он с Линой покинул пределы страны. Их уже больше месяца нет в России. Где и когда вернутся, никто не знает, даже самые близкие из его окружения.

Надо продумать план. Даже за границей я всегда буду на связи. Мои лучшие друзья, с которыми мы ведем это дело, будут с вами. Надо Лину спрятать от него так, чтобы никто не знал, где она находится.

— То есть выкрасть ее!

— Именно. И увезти, как можно дальше. В самое безопасное место в мире, о котором ни одна живая душа и понятия не имеет. Думаю, как раз в этом у вас и не будет проблем. Еще советую усилить в несколько раз охрану семьи вашей сестры.

Олег в курсе всего, что касается Лины.

Вот и сейчас настал тот самый момент. Ведь под словом близкие имеются в виду и другие люди, которые и являются первыми врагами.

— Я тебя понял, Влад. Но скажи, что тебя так связывает с моей дочерью? Почему так хочешь ей помочь.

— Наша группа помогает всем девушкам, попавшим в бордель к Борцову. — спокойно отвечаю я, не выдавая правильных и не нужных эмоций. — К тому же рано или поздно, но его дни сочтены.

И не хочется, чтобы невинные пострадали ни за что. К тому же, как я и сказал, с Борцовым у меня и свои счеты. Слишком много моих друзей по его вине лежат в земле и кормят червей.

— Влад, я клянусь, я отдам все состояние Мальтовых, но камня на камне не оставлю от его гребанной империи. Ты же понимаешь, что я не оставлю и его в живых. Эта мразь не будет дышать.

— Понимаю. — уверенно отвечаю я. И сам очень хочу лично пристрелить его. Всю обойму выпустить, но и этого будет ему мало.

— Я не понимаю, какой смертник сделал это с Линой. Кто ее туда отдал?

Мальтов сам переходит к кульминации нашего диалога. Я молча достаю один единственный листок. Прежде чем отдать говорю несколько слов. Надеюсь, он и сам поймет.

— По словам доктора, который следил за ней после… — все таки слово изнасилование я пропускаю. — В общем в крови Лины были обнаружены препараты. Самого анализа у меня естественно нет, только названия веществ.

Но и это уже очень много. Названия мне хорошо знакомы. Мы уже встречались несколько раз с похожими комбинациями. Не так на самом деле много лабораторий, которые способны производить такие вещества.

Вернее в целом мире она одна такая. Эта лаборатория и все те, кто там работает, тоже у нас в разработке. Они синтезируют, производят, выделяют вещества, способные стирать память, подавлять волю.

Делать из здорового сумасшедшего. Человек может находиться в сознании, но не сопротивляться, когда его бьют или … Или то, что произошло с Линой.

— То есть моя девочка была в сознании и не могла защитить себя. — Алексей не спрашивал. Он снова прикрыл глаза. Было видно, как все человеческое покидает его навсегда. Один лишь стеклянный взгляд.

Я много раз видел нечто похожее. Но никогда и близко мне не было так паршиво.

— Так вот. — продолжил я. — Эта лаборатория находится в Штатах, в одном из городов. Услуги этой лаборатории просто космические. Ни каждому по карману. Да и у них есть главное условие.

Покупая раз препараты, ты покупаешь и еще ни один раз. И становишься автоматом спонсором этих фарм технологов. А это уже совсем другие деньги. Практически нужно быть шейхами, чтобы спонсировать их.

Или… Или быть вами. Одним из вас. Я проверил все ваше окружение, всех родственников, дальних и близких, друзей, соседей, работников. Всех, кого только можно. Всех, кроме одного единственного человека.

На листке название лаборатории и адрес, где она находится. Думаю по названию только города вы все поймете. Кто из ваших близких там находился долгое время. Вернее учился. Кто подставил Лину. Человек, провернувший это дело, расчетливый, с холодной головой и очень жестокий.

Алексей разворачивает лист, быстро все прочитывает и последние краски с его лица навсегда уже исчезают. Он смотрит на меня и еле произносит:

— Ты проверил всех. Всех… Кроме моей старшей дочери.

Он, как и я, как и Дима, как и все остальные, все понял и сделал правильные выводы. Человек с неограниченными финансовыми ресурсами, связями и властью. Чудовище с красивым лицом, которое является сестрой и дочерью.

Чудовище, разрушившее и убившее свою семью. Девушка, которая с легкостью обманула всех вокруг, которая и глазом не моргнула, отдавая свою сестру в лапы смерти.

— Кроме вашей старшей дочери. — утвердительно повторяю за ним. И наблюдаю крах и падение целой империи. В один день Алексей Мальтов потерял двух своих дочерей. Даже со стороны видно страшную тень, нависшую над ним.

Тень, несущую только смерть и разрушения.