Глава 70

Сутками ранее…

Марк

Сегодня еще одна ночь пройдет без сна. Вообще полноценный сон стал для меня несбыточной мечтой на протяжении последних трех лет. И на это есть самая серьезная причина.

Главная причина, по которой я пошел на это. Уже полчаса держу стакан с виски, но и глотка не сделал. Не хочу. Все мысли только о завтрашнем вечере. Проколов быть не должно. Все рассчитано по минутам.

Откат и осознание придет потом. А сейчас я думаю только о Лине. Она держится. Даже намного лучше, чем я рассчитывал. Но… Кто знает, что она может выдать в последний момент? Все таки она не убийца.

И пусть и не своими руками, но она не ее сестра. И как бы она не играла бесчувственную стерву все эти годы, это все равно та же Лина. Ангел с самым добрым сердцем и такой же душой. Сам задаю столько раз себе вопросы.

Как после всего, она не растеряла еще свою человечность. Нам же никому не удалось ее сохранить. Обвожу взглядом свой дом, который лично проектировал. Рассчитывал, что и старость в нем встречу.

Если доживу, конечно, до нее. Что мало вероятно, учитывая наш образ жизни. Послезавтра буду совсем в другом месте. Придется практически все начинать с нуля. Но это все такая херня.

Не в первый раз. Только раньше всегда со мной был…

Только подумав об Олеге, даже не оборачиваясь, чувствую спиной, что он рядом. Крепко вцепляюсь пальцами в стакан. Еще немного и стекло будет в ладони. Зачем, брат? Зачем ты здесь? Думаю про себя. Но говорю совсем другое:

— Не ожидал тебя увидеть. Да и не помню, чтобы приглашал тебя к себе на чай.

Медленно оборачиваюсь. Брат, как всегда, собран и серьезен. Брат. Так я его называю только про себя. За эти годы я, как и обещал, ни разу вслух так и не назвал его так. Да и вообще мы практически и не общались.

— Не думал, чтобы приехать к брату мне нужно персональное приглашение.

— Олег, а когда ты вообще думаешь прежде, чем что-то сделать? Тебе же плевать на желания остальных. — Разговор явно будет тяжелым, уже не клеится с первых минут. Хотя я и не помню, когда мы вообще с ним нормально более или менее общались.

В последний раз в детской, вернее, что от нее осталось, три года назад.

— Может я сейчас ни один или занят. Надо было предупредить. — сам не узнаю свой голос. Не хочу, но бью брата словами с каждой стороны.

— У тебя кто-то появился? — искренне интересуется брат.

— А даже если и так. Ты последний, кого этот факт должен волновать.

— Ты мой брат, Марк. И меня всегда волновало и волнует, все что происходит в твоей жизни. Поэтому если бы не дал тогда слово, что не буду за тобой следить, сам был бы в курсе, где и с кем ты пропадаешь.

А это действительно огромный бонус от него. Никому вообще не следует знать, где и с кем я провожу все свое время.

— Ты постоянно пропадаешь где-то. — продолжает Олег. — Исчезаешь на целые месяцы. Телефон постоянно выключен.

— Но я же здесь. Если бы решил свалить, оставил бы прощальное письмо.

— Марк, кончай уже! Достал, правда. Ты рядом только ради Лины. То что ушел из борделей, я понял. Но ты отошел от всех наших дел, оставил меня одного.

— А разве тебе это когда-то мешало? Ты же все равно не посвящал меня толком во все свои делишки. Какая к херам разница рядом я или нет? Один хер все решения ты принимаешь всегда сам. Всегда так и было.

Вспомни хоть раз, было такое, что ты спрашивал моего совета или мнения? Ни разу, за столько лет ни разу ты не поинтересовался, что я думаю.

— Я посвящал тебя в самые безопасные для тебя дела. Остальная сторона не для тебя.

— Да забей. Мне давно уже плевать. — равнодушно отвечаю я.

— Ты хренова выглядишь. — Олег пристально и оценивающе сканирует меня взглядом. Так он всегда первым определял в детстве, что я заболеваю. Согласен, недосып берет свое. Да и в весе потерял прилично. Были моменты, когда и поесть было просто некогда.

Но это все ерунда. Но Олег улавливает каждую мелочь во мне. Кажется, и мысли мои давно уже прочитал.

— Отъемся, аппетита нет. — почти даже не вру.

— Марк, если у тебя проблемы, я всегда их решу.

— Моя главная проблема — это ты! — ору на него. — Всю жизнь только ты! — вру. Каждое слово ложь. Делаю максимально больно и себе и брату. Лицо Олега отображает все оттенки боли. Отхожу на безопасное расстояние от него.

Не хочу смотреть в его глаза. Он сразу поймет, что каждое сказанное слово вранье от начала и до конца. Убивать, оказывается, больно не только физически.

— Что же… Значит так будет легче и лучше для всех. — почти обреченно говорит Олег, опуская голову вниз. Он еще подростком так делал, когда ему было морально больно и плохо. Не хочу чувствовать ничего, но чувствую.

— Я пришел проститься с тобой.

От услышанного меня даже слегка пошатнуло. Хочу понять, что в голове у брата. То, что он узнал обо всем, просто нереально. Но тогда что…

— Ты о чем? — пытаюсь говорить спокойно, а сердце бешено стучит. — Тебя вообще здесь не должно быть. Разве ты не должен уже встречать своих важных гостей, устраивать им дружелюбный прием?

— Там есть, кому этим заняться. Да и похер на них всех.

— Слышал, ты устраиваешь просто огненное шоу. Опять планируешь всех удивить, чтобы потом еще год минимум все говорили, как Олег Борцов умеет удивлять. Под завтрашнем шоу я так понимаю, ты хочешь кого-то сжечь?

А вообще не рассказывай. Мне плевать. У вас отморозков идей выше крыши. Даже вникать не хочу.

— Нет, ничего такого не будет. — абсолютно серьезно отвечает Олег.

— Верится с трудом. Ну тогда кого-то сожрут твои крокодилы или пираньи.

— Нет, ни того ни другого не будет. И вообще от крокодилов я давно избавился. А теперь собираюсь освободиться и от остального.

— Не понял? — теперь я прожираю в брате дыру.

— Это будет прощальное шоу. Конец империи Олега Борцова. Я ухожу с этого бизнеса. Навсегда.

— Где ты и что сделал с Олегом? По моему это у тебя жар.

— Я серьезно, Марк. Как никогда. Все. Отхожу от всех дел.

— И тебя все эти ублюдки отпустят? Олег, ты бредишь.

— У меня есть что предложить каждому из них. Для кого-то это информация, для других компромат. Остальные распилят всю мою империю. Заберут по куску. Пусть жрут. Я уже наелся.

— А бордели?

— Я ими почти не занимаюсь. Разве Эрна тебе не сказала об этом?

Отрицательно мотаю головой. С ней мне тоже было некогда общаться. Хотя она часто пыталась дозвониться. Но последние полгода были очень тяжелыми и во многом решающие.

— Я последние три месяца не беру заказы на девочек, отклонил все аукционы. Никаких новых контрактов, ничего. Только решал оставшиеся вопросы. Разруливал последние дела.

Я сглотнул. Кажется, это сон. Но нет. Я стою и разговариваю с братом. И по всей видимости это наш последний с ним разговор.

— Лина… Она знает? — тихо спрашиваю я.

— Нет! Узнает обо всем завтра. Как только решу все, сразу заберу ее с собой и улетим подальше с этого города.

— Все равно я не верю, Олег. Ты столько лет этим только и жил. Никогда не видел предела, шел по головам. Тебе всегда всего было мало. Это же твое детище. Все десять уровней. Экватор. Я не верю, что ты с легкостью откажешься от всего.

— На хер это все! На хер эту ебаную империю. Ничего не надо. Ничего не имеет смысла.

— Ты же из-за нее тогда… — не успеваю договорить, как брат оказывается рядом, хватает за грудки и выплевывает мне в лицо:

— Да что ты знаешь? Я с того проклятого дня не живу. Каждый гребаный час проживаю тот вечер. Это мой персональный ад. Я постоянно об этом думаю. Засыпаю и просыпаюсь с этим. Проживаю заново весь тот кошмар.

Это я. Я, а не ты потерял сына в конце концов.

Отшвыриваю его руки от себя и ору что есть сил:

— Так в этом только твоя вина. Ты сам поставил свое могущество выше жены, выше сына. И поверь, Руслана я ждал и любил не меньше твоего.

— Да я бы сдох миллион раз, лишь бы он был бы жив. Жив и здоров.

— Я помню. Конечно, если ребенок был бы больным, то на хер не нужен.

— Можешь считать это единственной моей слабостью. Но да… Я бы никогда не смог смотреть на своего больного сына, который каждый день мучается и борется за эту жизнь. Да, не смог бы.

Олег сам отходит подальше. Дышит, как зверь.

— Понятно! — вздыхаю я. — Больные дети никому не нужны.

— Не в этом дело, Марк. Тебе не понять.

— Даже и пытаться не буду.

Несколько минут мы просто молчим.

— Олег. Я не верю во все то, что ты затеял. Тебя не хватит надолго. Максимум год и то от силы. Ты не выдержишь. Без всего этого адреналина. Не сможешь просто. Спокойствие это не твое.

— Но я хотя бы попробую. К тому же сам этого хочу. Сам пришел осознанно к этому. Хочу начать жить нормально. Может у нас с Линой есть еще шанс на нормальную жизнь.

— Никогда у вас с ней не будет ничего нормально, Олег. Не обманывайся сам.

— Ты же не знаешь ничего о нас. Последние три года у нас все хорошо. Даже сам не ожидал.

— Все нормально только в твоей голове, Олег. Ни одна нормальная женщина никогда не простит тебе потерю своего ребенка и еще вдобавок то, что не сможет больше родить. Смотри правде в глаза.

— Я вижу совсем другое.

— Да. Только то, что сам хочешь видеть и слышать.

— Все равно. Я хотя бы попробую начать все заново.

— Если хочешь, чтобы я поверил в этот бред, тогда отпусти Лину. Дай ей развод и позволь в конце концов жить нормально.

— Нет! Никогда. Без нее я не смогу.

— Вот видишь, Олег. Ты не изменился. Просто перекинул свои силы на другое. Если бы действительно хотел начать новую жизнь, позволил бы и Лине это. А так. Это просто слова без действия.

— Позволить ей уйти?

— Да. Если она захочет, сама придет к тебе. И уже добровольно. Тогда и шанс у вас будет.

— Нет, Марк. Ты просишь о невозможном. Дать ей свободу. Развестись. А она с другим мужиком потом.

— Да если и так. По крайней мере это будет ее осознанный и добровольный выбор. Сделай так и тогда… И тогда я снова встану рядом с тобой. Снова назову тебя братом. Можем даже вместе уехать.

Как тогда с нашего родного города. Опять начнем все вместе. И уже по-нормальному. Ну же, Олег, давай.

— Нет, брат. Я могу с легкостью отдать свои империю, но не Лину. Ни ту единственную женщину, которая стала для меня всем. Не проси, брат. Я без нее сдохну. Дышать не смогу. Не смогу, хоть убей.

Хоть убей, повторяю про себя его же слова. С горечью усмехаюсь.

— А Лина будет продолжать умирать с тобой. Куда хоть хочешь в этот раз ее увезти? Где будет ее новая тюрьма?

— Не тюрьма, а наш новый дом. Пока в Испанию поедем. Уже и виллу подготовил. А дальше уже посмотрим.

— Все равно это блеф. Как только тебе надоест такая жизнь, ты снова окунешься в криминал. И в который раз потащишь Лину за собой.

— Ты ставишь на мне клеймо, Марк, и не даешь шанса.

— Ставить клеймо и не давать шанса, это твоя прерогатива. Я лишь констатирую факт.

— Это всего лишь только твое мнение. Мне уже пора. Обнимешь на прощание… Брат…

Олег разводит в сторону руки, а я смотрю на него молча. Он ответил на все мои вопросы. Какой раз повторяю про себя, что все делаю правильно. Не только для Лины. Олег ждет, что подойду к нему.

В его взгляде надежда и отчаяние. Как мне хочется броситься, как в детстве, к нему на шею. Но вместо этого просто отворачиваюсь и поднимаюсь к себе наверх. Олег так и стоит с распахнутыми руками.

Даже с места не сдвинулся. Брат жил долгие годы с грузом на душе из-за Вики. Теперь пришла и моя очередь. Завтра настанет и мой собственный ад. Видит Бог, я давал тебе, брат, шанс. Действительно давал.

Для всех нас. А еще я прекрасно понимаю, что это наш последний с ним разговор. Ты не уйдешь напрасно. С тобой уйдет навсегда и твоя империя, а также сотни ублюдков, которые не заслуживают жить.

Вместо братских объятий последнее, что бросаю своему любимому и старшему брату:

— Надеюсь, ты найдешь сам выход. И завтра меня не жди.

— Я все равно буду ждать тебя, брат. Всегда буду ждать…

Ничто не делает нам больнее, чем боль близкого человека. Завтра я лично поставлю точку в жизни брата. Сегодня никто из нас не уснет. Сегодня для многих будет последний рассвет и последний закат.

Но последним он будет не только для тех, кто погибнет. Лично и для меня он тоже станет последним.