Глава 71

Лина

После ухода Олега я еще несколько часов просто лежу обнаженной одиноко в кровати. Просто лежу и смотрю в одну точку. Олег холодный и неприступный снаружи, но постель до сих пор хранит наше общее тепло, его запах и запах нашего прощального секса.

Надо побыстрее одеваться. Я даже не представляю, что будет дальше. Марк не посвящал меня в подробности. И как я поняла, его не будет, не должно быть здесь. Мы столько раз с ним обсуждали все. Кажется, каждый из нас уже свыкся со всем.

Но это всего лишь иллюзия. Никто из нас все равно не готов к происходящему. Можно сколько угодно придумывать для себя оправдания, отговорки, но на деле каждому из нас тяжело сделать решающий, последний шаг.

Несколько часов и меня ждет долгожданная свобода. Свобода… Одно слово, имеющее так много значений. Я уже забыла что это такое. Что значит быть свободной, жить как мне хочется, решать все самой. Я не помню этого чувства, не помню как и чем пахнет на воле.

Смогу ли я жить там… за пределами клетки? Смогу ли я стать, как и раньше нормальным человеком? А еще жить с тяжелым грузом на душе. Ведь косвенно я все равно буду причастна к гибели людей.

Только успеваю привести себя в порядок, как дверь с грохотом ударяется об стенку. В проеме стоит Марк. Только взгляд у него другой. Даже не здороваясь, хватает меня за руку и тащит за собой.

— Никаких вопросов, Лин. — ведет он меня за собой. — Все потом, прошу тебя…

Я слышу, как дрожит его голос, как он сильно держится за мою ладонь, пытаясь найти в ней такое нужное ему тепло. Сегодня его пальцы как никогда ледяные. Я едва успеваю за ним. В голове столько вопросов и ни одного ответа.

— Марк. — не выдерживаю я и пытаюсь тормознуть его хотя бы ненадолго. — Хоть объясни, что произойдет?

Марк останавливается настолько неожиданно, что я врезаюсь лицом в его спину.

— Что произойдет? — оборачиваясь, отвечает он громко, сжимая мою ладонь еще сильнее. — Ничего особенного, Лин. Просто меньше чем через час все это взлетит на воздух ко всем чертям и камня на камне не останется здесь.

— Взорвется? — удивляюсь я.

— Да, именно так. Или ты думала, что здесь начнется бойня и все начнут палить друг в друга без разбора?

Марка не шуточно трясет, как будто у него сильнейшая лихорадка, причиняющая ему самую невыносимую боль и не только во всем теле.

— Лина. — чуть тише продолжает он. — Я три года осознанно к этому шел. Продумывал все до мелочей. Подключал и искал верных мне людей. Думаешь, просто так Олег решил устроить шоу с огнем?

Нужные люди ему подсказали. Здесь под нами и вокруг столько взрывчатки, почти в каждом уголке. Я не допущу, чтобы… Чтобы мой брат ушел напрасно и один. С собой он заберет всех этих ублюдков.

А завтра все новости и газеты будут писать и говорить о том, что в закрытом, крупнейшем частном клубе одного из самых богатых бизнесменов страны произошел внезапно взрыв. Причины, как всегда, неизвестны и следствие тщательно ищет всех виновных.

Как понимаешь никто никого искать не будет. Просто утечка газа, проводка, в общем несчастный случай. К тому же и это долбанное шоу нам на руки. А за этими ублюдками никто искренне не прольет ни единой слезинки.

Все, конечно, будут только и говорить об этом несколько месяцев, а потом и вовсе забудут. Что опять же выгодно нам обоим. Кто-то скажет, что это спланированная операция конкурентов Олега Борцова.

Слухов будет очень много. У всех будет своя версия событий. А настоящую правду будем знать только мы с тобой.

Марк так быстро рассказывал все это, что казалось, он пробежал десятки километров по жаре без капли воды.

— Значит… — я прикрыла глаза и, сильно сглотнув, обреченно ответила. — Значит у твоего брата… У Олега даже могилы не будет?

Даже мой голос сейчас дрожит, как и все тело в целом.

— Не будет. — обреченно отвечает друг. — Не будет ничего, и тела не будет. Не придется никому идти на опознание.

Я вижу насколько ему больно. Очень больно. И мне… Мне тоже больно. Не хочу испытывать угрызения совести и жалость к Олегу, но вопреки испытываю весь спектр тяжелых чувств.

— И еще… — продолжает Марк. — В моей машине документы о твоем разводе с Олегом, подписанные вами обоими. Считай, что ты уже разведенная женщина и очень богатая вдова. Я перевел на твое имя все активы, движимое и недвижимое имущество.

Все, что мы наживали с братом все эти годы. Олег уже давно в случае чего составил завещание на твое имя. Я сделал тоже самое.

— Но… — теперь и я вцепляюсь в руку Марка.

— Не бойся, Лин, я еще не собираюсь помирать. По крайней мере не сегодня уж точно. У меня есть свое важное дело. Просто составил на всякий пожарный случай. И еще. Официально тебя и меня здесь не было.

У нас найдутся свидетели. Сейчас пара очень похожая внешне на нас отдыхает в одном из самых известных ресторанов. Администратор и сотрудники подтвердят, что весь вечер обслуживали именно нас.

Тоже самое и скажут другие посетители. Так что алиби у нас что ни на есть железное.

— Но я не подписывала никакие документы.

— Я умею не только хорошо рисовать и еще лучше срисовывать. Есть и другие заслуги.

— Ты все продумал, Марк. Все. — шепчу одними губами. — Но а как же остальные? Здесь же есть еще охрана Олега и девушки тоже.

— Лин. — Марк хватает меня уже за плечи, крепко сдавливает, заставляя посмотреть на него. — Всех кого можно, уже давно вывел отсюда. Всех это тех, кто играет за нас. Остались только те, кто сам этого захотел.

— Сам? — не веря, переспрашиваю я.

— Да, Лин, сам. Невозможно совсем обойтись без жертв. К тому же убрать всех наших, это навлечь на нас заранее никому ненужные подозрения. После стольких лет многие не спят без снотворных.

Упаковками жрут нейролептики и транквилизаторы. Да, и таких, как мы, тоже мучает совесть. Некоторые из-за такой жизни потеряли самых близких и любимых людей и не видят дальнейшей жизни.

Для них в первую очередь это будет освобождение, долгожданная свобода.

— Давид. — уже догадываясь, утвердительно качаю головой.

— Он первый предложил такой вариант. Мужик и не жил эти годы без Марины, подыхал без нее. Сам под пули лез. Лин, поверь, нет никого, кого я бы лично заставил идти на смерть.

— Верю. — начинаю уже рыдать. Да, почему же все так в жизни происходит? — А девушки тогда? — переспрашиваю еще раз.

— Лин… — в этот раз Марк меня крепко обнимает и прижимает к себе. — Эти все девушки сломленные. Они уже давно ничего не понимают, многих уже давно подсадили на тяжелые препараты.

Всех нормальных я вывел еще три года назад, перед тем, как совсем бросить это все дерьмо. Лин. — Марк опускает голову и замолкает.

— Невозможно совсем обойтись без жертв, — повторяю его же ранние сказанные слова. — В том числе и невинных.

У нас нет времени, но мы стоим обнявшись, как будто у нас целая вечность в запасе.

— А вот и вы. — слышим мы позади нас такой знакомый и родной голос. В миг оборачиваемся одновременно вдвоем. Эрна. Наша Эрна.

— Тебя не должно здесь быть. — отвечает озабоченно Марк, пряча меня за свою спину.

— Как и тебя, Марк. Но вот незадача, я здесь. — усмехается Эрна. — Думаете, вы самые умные, и никто не догадывается, что вы что-то затеваете против Олега. Это он от любви голову потерял.

Но у других она как раз на месте.

— И что ты будешь делать? Побежишь рассказывать все Олегу?

Эрна подходит к нам ближе, почти вплотную, на меня даже не смотрит. Все внимание обращено только на Марка. Она протягивает руки и обнимает его лицо. На ее красивом лице уже вовсю текут слезы, но она все равно продолжает улыбаться и ласково отвечает:

— Я никогда ни разу в жизни не предавала никого из вас. Всегда была с вами. С вами двумя и останусь. Вы моя семья. Будьте счастливы… Оба.

Только сейчас Эрна посмотрела на меня.

— Эрна, родная. — хватаю ее за руку. — Здесь небезопасно, нам пора всем уходить. Пошли с нами.

Но она как будто не слышит меня или не хочет слышать.

— Я так устала, Лина. Даже не представляешь насколько сильно. Я останусь вместе с Олегом до конца. Так и должно быть. Наша Вика давно уже в раю. А нам туда двоим путь навечно закрыт.

Кто-то же должен присматривать за ним и там? Ему нельзя оставаться одному. Олег не сможет сам.

Эрна гладит меня и улыбается… Ее прощальную улыбку сквозь слезы боли я запомню на всю жизнь. Нет, так не должно быть. Только не так.

— Уходите быстрей. Давай, Марк, торопитесь.

Эрна отходит от нас, но я пытаюсь ухватиться за ее ладонь.

— Нет, Эрна, пошли с нами. Умоляю! Пожалуйста! Молю!

— Все у вас будет хорошо. — игнорирует она мои просьбы. — Береги себя, Лина! Марк. — она лишь кивает ему.

Не успеваю сообразить, как он забрасывает меня к себе на плечо и быстро шагает к выходу.

— Нет! — продолжаю кричать я, захлебываясь в слезах. Смотрю вперед на размытый силуэт Эрны и колочу Марка по спине. Я не хотела так. Клянусь, не хотела. Сколько раз мне говорили, что моя свобода будет стоить очень дорого.

Но я и предположить не могла, что она будет стоить стольких жизней. Марк усаживает меня на пассажирское сиденье, сам садится за руль, резко трогается с места и увозит меня подальше. Подальше от боли и страхов.

Увозит в еще одну неизвестность. И никто даже и близко не предполагает, что ожидает нас в ближайшем будущем.