Глава 19

Ник

— Профессор Уоренс? К Вам можно?

— А, Николас. Входи, конечно. — Ответил профессор вошедшему к нему в кабинет Нику и указал на кресло напротив его стола. — Садись.

Ник неуверенно прошёл к столу и медленно усадил себя в кресло, не отрывая взгляда от седовласого наставника в очках и с маленькими усиками. Ник — его лучший ученик. Профессор всегда относился к нему ни как к остальным студентам. Профессор Уоренс единственный, кто называет его Николасом. Ник терпеть не мог своё полное имя, но не возражал, если профессору нравилось.

— Я знаю, что тебя привело ко мне, — начал Уоренс.

— Знаете? — усомнился Ник.

Профессор вздохнул.

— Вчера я говорил с Руби Феллон.

Руби? Ник был слегка озадачен. После разговора с Джулией Нику было так плохо, что он поехал к Руби, и они полночи разговаривали. Да, Ник поделился своими идеями и упомянул о просьбе Джулии. Но ему и в голову не могло прийти, что Руби осмелится самостоятельно поговорить с профессором. Сначала на Ника накатила злость. Ему хотелось убить Руби за её «самодеятельность». Но уже через минуту он был ей благодарен. Она облегчила ему задачу.

— Я понимаю, сынок, третий курс, и у вас скоро практика. Но спешу напомнить, что практика начинается весной и студенты не могут выбирать себе дело.

— Но бывают же исключения…

— Конечно, Ник. Я могу поговорить с ректором и попросить, чтобы ты прошёл практику досрочно, однако, тебе придётся взять в команду еще пару человек.

— У меня есть Руби. Я думаю, что Лорен, её подруга, тоже не откажется.

— Хорошо. Я ознакомился с делом, Ник. И должен предупредить, что это дело не для студентов-практикантов. Вряд ли ты чем-то сможешь помочь этому парню.

Ник опустил глаза.

Профессор продолжил, наконец, сняв очки.

— Он обвиняется не только в сексуальном насилии, но также в избиении. Брайан Локстон, — профессор прочёл его имя, придвинув копии документов, — подвергал Мисс Миллингтон сексуальному и физическому насилию, наносил телесные повреждения и угрожал. Ты уверен, что хочешь нырнуть в это безнадёжное дело?

Ник кивнул.

— Его все равно накажут. Дело не будет идти в твою пользу.

— Профессор, это мой лучший друг. Я знаю его со школы… знаю его родителей, его сестру, — последнюю он упомянул с болью в сердце. — Я обязан попытаться.

Уоренс непрерывно кивал головой.

— Да. Да, сынок. Этот парень мне уже знаком, как и его подружка. Не знаю почему, однако, изучая дело, я не был удивлён. Но мало, что ты можешь сделать для него. Если только разжалобить судью, чтобы тот вынес менее суровое наказание. А еще сложнее, если это будет суд присяжных. Тебе нужно будет опрашивать всех ваших знакомых, чтобы найти что-то, что приведёт хоть к каким-нибудь результатам. Насколько мне известно, обвиняемый изнасиловал бывшую подружку. И он это не отрицает.

— Есть мотив, профессор. Подружка ему изменила, и он… застал их с поличным. Брайан, на момент совершения преступления, был в состоянии алкогольного опьянения. Я считаю, что этого хватит, чтобы ему дали условное наказание. Ну, может быть, к этому будет приписан штраф.

— Я смотрю, ты неплохо подготовился, Николас.

— Я серьёзно отношусь к своей будущей профессии.

— Это мне в тебе и нравится, сынок. Ты научишься всем навыкам, какими обладают адвокаты. Ведь они, как и следователи или сыщики, должны все вынюхивать, тщательно продумывать и быть на высоте, чтобы выиграть дело.

Ник окинул взглядом шкаф, усыпанный книгами по юриспруденции и адвокатскому делу.

— Ну так что, профессор, вы мне поможете? Вы будете нашим наставником в суде?

Уоренс встал, чтобы позвать кого-нибудь, кто смог бы принести им кофе, после чего вернулся и сказал:

— Я сделаю все, что в моих силах. Но хочу настоять на том, чтобы подыскать профессионального адвоката твоему другу.

— Я уверен, что справлюсь. И потом… мне очень нужно поговорить с ним. Но к нему, кроме его собственного адвоката не пустят.

Профессор откинулся на спинку стула и приложил палец ко рту, бросив взгляд в потолок.

— Ладно. Давай я сначала побеседую с ректором по поводу твоей практики. Если мы не получим разрешения, тогда я подыщу тебе хорошего адвоката. И, Николас… — сказал Уоренс, когда тот собирался выходить, — не забудь предупредить мисс Феллон и её подругу о предстоящей практике. Они должны быть готовы приступить немедленно.

— Спасибо, — в сердцах сказал Ник и покинул кабинет Уоренса. А в коридоре он наткнулся на женщину, которая несла им кофе. Но она напрасно трудилась.

Чувства облегчения Ник пока не почувствовал. Его терзало множество мыслей, и ни одна еще не осела в голове. Он поговорил с Руби в кафе недалеко от университета. Поблагодарил за услугу (о которой не просил), но все же лучше, когда есть союзники. Заодно предупредил, что она с Лорен тоже в деле… если повезёт. Руби пришла в восторг. Одной проблемой меньше.

Вернувшись домой, он смог застать все те же угрюмые лица, которые смотрели на него, как на всемогущего фокусника. Хуже всего то, что так на него будут смотреть все клиенты, ожидающие чуда. Только, то будут совсем чужие люди…

Нику стало бесконечно грустно и обидно. Его лучший друг изнасиловал его сводную сестру. И как это возможно? Кто мог знать, что такое произойдёт? И кто в этом виноват? В голове крутилось множество вопросов, которые распирали и рвались наружу, отчего болела голова. Где искать ответы?

Пройдя в гостиную, Ник встал у бара. Немного подумав, он налил себе виски. Если бы он мог, то напился до беспамятства. Но лучше ему преодолеть в себе это желание. Он сделал глоток, и желудок обожгло огнём. В кресле он размяк и почувствовал, что приходит в норму. Зашёл Джей. Увидев Ника, он притормозил.

— Ну что, был у своего профессора?

— Был, — чуть слышно ответил Ник, даже не взглянув на Джея. Его глаза были закрыты, а голова откинута на спинку кресла. Он собирался сделать второй глоток.

— И… что он сказал?

Второй глоток оказался последним. Ник сел ровно и поставил пустой бокал на столик, затем вытащил из своего рюкзака стопку бумаг.

— Я вытащу Брайана, чего бы мне это ни стоило.

Джея этот ответ вывел из равновесия, и он перешёл на грубый тон.

— Слушай, на чьей ты стороне? Ведь Юнеса твоя сестра. Получается, ты будешь защищать преступника своей сестры. По-моему, это не справедливо. Пускай Брайан сам выкручивается,

Ник вскочил на ноги, двинулся к Джею быстрыми шагами. Последние капли выдержки покидали его.

— Брайан — не преступник, — процедил он.

— Да? И кто же он? Жертва? — спросил Джей, слегка отклонившись от напора Ника назад.

— Все люди совершают ошибки. Ты тоже смог бы, Джей. Сложно пережить предательство любимого человека. Все переживают это по-разному. Вот скажи, на что бы ты пошёл, увидев свою девушку в объятиях другого, когда сама она клялась, что хранит невинность до свадьбы?

— Уж точно не стал бы прибегать к насилию… Юнеса не заслужила подобного обращения. Она всего лишь молодая девчонка.

— А он отчаялся и не сдержал себя. И что касается «сторон», то я на стороне справедливости. Я просто делаю то, что должен. Да, Юнеса моя сестра с недавних пор, и я еще не успел принять этого. А с Брайаном я дружу со школьной скамьи. Я просто не могу бросить его в беде, как это сделали многие из вас. Да, если его отпустят, то я, несомненно, буду всеми силами оберегать Юнесу от него. Но видеть его в тюрьме я не желаю. — Тут Ник стал серьёзным и внимательно посмотрел Джею в глаза. — Я люблю его сестру и не хочу, чтобы она страдала… как и ты не хочешь, чтобы страдала Юнеса. И я тебя понимаю. Понимаю, Джей. Мы с тобой в одной лодке. Оба неравнодушны к девушкам, с которыми быть не судьба. — Последние слова Ник сказал с хитрым смешком.

Джей еще долго потом стоял, как статуя, после ухода Ника.

«Что Ник хотел этим сказать? Откуда он догадался о моих чувствах к Юнесе? — думал про себя Джей. — Я ведь не кричу об этом… неужели это так заметно?»

***

Джулия

За дверью комнаты не утихали голоса. Кто-то спорил… о чем? Джулия не собиралась разбираться. Всё, что ей хотелось — это немного покоя и уединения. А вопли её жутко раздражали. Еще минута. Вроде стихли. Она вновь склонилась над книгой и прочла уже в четвёртый раз одну и ту же строчку.

— Привет! — В дверь просунулась голова Ричи. Он сиял счастьем. Джулия догадывалась, что он работает на её настроение. — Я принёс обещанный йогурт.

— Спасибо. — Она взяла баночку с клубничным лакомством. — Кто там спорил?

— Эйбс со Скоттом. Они не могут не поддеть друг друга.

— Гм-м…

Ричи спрятал улыбку, видя, что Джулии абсолютно все безразлично. Она крутила баночку с йогуртом в руках, но не спешила его есть.

— Ты нормально себя чувствуешь?

— Да. Почему спрашиваешь?

Бедный Рич. Он старался хоть как-то развеселить свою жену, но она не поддавалась. Её не интересовало ничего. После ареста Брайана Джулия закрылась в своей скорлупе. Казалось, ей всё осточертело. Не только все эти лица вокруг, но и весь мир. С самого начала все шло не так, как мечталось. А сейчас трудно даже сказать, плохи дела или просто невыносимы.

Ричи уже изнемог. Сидеть, сложа руки и смотреть на то, как жена сходит с ума в четырёх стенах, он не мог. Поэтому ему в голову пришла идея, и он очень надеялся, что она сработает.

— Дорогая, — обратился он после долгого молчания. Джулия подняла голову, оторвавшись от книги. — Я уже давно подумываю, а что, если нам сделать ремонт в твоей бывшей комнате? Переделаем её в детскую. Я уже обсуждал это с Кевином и он, представляешь, сам предложил прорубить дверь между нашими комнатами, чтобы ты смогла приходить к малышу тогда, когда требуется.

Джулия застыла не дыша. И Ричи замолчал, ожидая её реакции.

— Ты серьёзно?

— Это похоже на шутку?

— Нет.

— Так в чем же дело? Слушай… — И Ричи принялся излагать свои соображения, расписывая все в ярких красках: какие лучше использовать обои…у них будет мальчик, а значит, комната должна быть в голубых тонах. Можно купить люльку с музыкой. Так малыш будет быстро засыпать. А еще нужна ванночка и специальная горка для купания новорождённых.

Ричи продумал все.

У Джулии застыли слезы счастья в глазах.

— Здорово! — вырвалось у неё. — Это потрясающая идея!

Она широко улыбнулась. Ричи улыбался в ответ.

«Я знал, что сработает»— подумал он, сжимая её в своих объятиях и еле переводя дыхание. А потом он обхватил голову Джулии руками и нежно поцеловал.

Впервые за последние дни Джулия по-настоящему ощутила его поцелуй. Мягкий и уверенный. А когда его язык проник между губами в рот, она ощутила безмерное желание, прилив страсти и сил. Обвив его шею, она прижалась, как смогла, к его телу. Они упали на кровать, целуя и лаская друг друга. Джулия хотела целовать и целовать его, не останавливаясь. От тёплых прикосновений её тело изгибалось, вздрагивая от дрожи. На секунду Ричи остановился и посмотрел на неё. Его глаза преобразились, в них словно прибавилось синевы. Джулия притянула его за воротник футболки-поло к себе и услышала из его горла сдавленный стон. Он еще с большей страстью стал целовать её. Джулия чувствовала исходящую от него энергию и желание.

Её рука скользнула по волосам, затем по щеке, слегка колючей. Вмиг рассудок помутнел. Руки помнили ощущения от недавнего прикосновения: шёлковая чёлка, едва заметная щетина… малюсенький гвоздик в ухе… запах любимого дорогого парфюма. Всплыл образ Дункана.

Внезапно Джулия открыла глаза. С минуту она не узнавала Ричи. Но это он. Не Дункан.

— Что-то не так? — разволновался Ричи.

— Нет… Да… Не знаю…

— Так «нет», «да» или «не знаю»?

Джулия промолчала, сев в кровати.

Ричи потянулся к ней и начал целовать её шею. Тёплое дыхание щекотало кожу, и Джулия невольно издала стон, смакуя блаженство.

— Джулия, я с ума схожу… — услышала она молящий шёпот мужа. Пришлось отстраниться и не мучить его.

— Я не могу сейчас, пойми.

— Ты просто не уверена. Но ты же сама слышала от доктора, что больше нет повода для беспокойств, и секс не помешает ребёнку. Не бойся, — уговаривал Ричи.

Но Джулия была неумолима.

— Нет, ты не понимаешь. — Она села к нему лицом и взяла обе его руки в свои. — Это наш первый раз. И… я просто хочу, чтобы это случилось, как у всех.

Пауза.

— Ну, без живота, — пояснила Джулия, видя непонимающий взгляд Ричи.

— Ладно.

— Милый мой, дорогой Ричи, — замурлыкала она, — пойми, я не хочу думать о ребёнке в эти моменты. А я знаю, я буду воображать, как ему там и…

Ричи не захотел слушать дальше. Все, что ему нужно — подавить желание и обиду. Джулия была права. Это их первый раз и он должен быть незабываемым.

Больше к этой теме они не возвращались. Ричи предложил пойти в её бывшую спальню, чтобы обсудить будущую детскую. А потом вместе отправились по магазинам присматривать мебель. Джулия была вне себя от волнения. Все это не укладывалось в голове: в их доме появится младенец, а значит, вместе с ним и все прелести в виде игрушек, красочной одёжки, сосок, бутылок и колыбели с мобилью. Она мечтала дать ему все самое лучшее. Только настоящего отца у её сына не будет, с этим уже ничего не сделать…

Поездка оказалась чудесной. Джулия развлекалась по полной программе: она выбирала одёжку, а Ричи покупал, Джулия указывала на понравившуюся мебель, а Ричи кивал и улыбался. Затем сводил её в кафе. Они поели мороженое. А самое главное, сделал ей подарок — кулон с сердоликом. Сердолик ассоциировался с жизнью, с сердцем и солнцем. Ричи знал, что брал.

— Это самое малое, что я могу тебе дать, — сказал он, надевая украшение на её шею. — Я готов подарить тебе весь мир, была бы только возможность.

Как же Джулии хотелось сказать ему те слова, которые он так ждал. Ричи в самом деле заслуживал любви. Но, увы, она не могла его обманывать. Поэтому сказала то, что посчитала правильным:

— Ты много значишь для меня, Ричи. Помни об этом.

Затем последовал поцелуй. И в этот день Джулия впервые не вспоминала Ланса. Может, он начал превращаться в прошлое? Конечно. Так оно и есть. Иначе другого объяснения нет.

Она крепко обняла Ричи

Теперь он главный в её жизни. Ричи — её настоящее и будущее.

Долой Ланса! Из памяти. Из жизни. Из сердца.

***

Юнеса

— Извини. Я не хотела тебя напугать.

Подруга выпучила глаза.

— Напугать? Да я не… я возмущена! Да я просто в шоке!

И не удивительно. Юнесе пришлось набраться храбрости, чтобы поделиться всем со своей школьной подругой. Юнеса не боялась сплетен, ведь Фиона не станет болтать. Их дружба проверена временем. Они дружат с первых дней, как ступили за порог школы. Фиона ни разу не дала усомниться в своей дружбе. Все секреты друг дружки они тщательно хранили. Фиона знала про аферу с Марком, знала, для чего Юнеса хотела поселиться в том доме. Но о последних событиях Юнеса почти ничего не рассказывала подруге.

И вот, сегодня — день рождения Фионы. Как она могла бы пропустить этот день?

Юнеса пришла рано именно для того, чтобы поболтать. Она рассказала подруге все без утайки и надеялась на поддержку.

Фиона подошла к маленькому узкому столу и налила лимонад в стаканы. Её мама сама делает этот напиток, вкус у него настоящий, лимонный и без примеси химии.

— У меня в голове не укладывается вся эта история. Брайан не похож на…

— Я тоже была уверена в его порядочности, — быстро перебила Юнеса. Её взгляд упал на большое овальное зеркало. В нем отражалась она — темноволосая и белокожая, худая, как щепка, но при этом грациозная и милая. А напротив стояла Фиона — белокурая кокетка, точная копия Бритни Спирз с её белозубой широчайшей улыбкой и живыми карими глазами. Они с Юнесой были непохожи, но очень близки.

— Я очень сожалею, подруга… — сказала Фиона, скорчив страдальческое лицо.

Еще полчаса Юнеса слушала её речь о том, что мир жесток и никому нельзя верить, как будто Юнеса сама этого не знала.

— Но ты не отчаивайся, — затем пробурчала Фиона. — Брайана посадят в тюрьму, и ты больше с ним не встретишься. Только бы… — она задумчиво посмотрела на жёлтую жидкость в своём стакане, а потом закончила мысль, — только бы ты не попала в ту же ситуацию, что и его сестричка. Как там её?

— Джулия.

— Да, точно…

— Ты имеешь в виду беременность?

— Именно.

— Это исключено.

— В наше время ни в чем нельзя быть уверенной, подруга.

— А я уверена, — твёрдо сказала Юнеса, взяв из хрустальной вазочки печенье. Она надкусила его, затем объяснила: — Фиона, я давно сплю с Джастином и естественно я подумала о том, чтобы защитить себя. Я же не такая дура, как Джулия. Я принимаю противозачаточные таблетки.

Фиона понимающе кивнула.

— Каждый день, — добавила Юнеса.

— Значит на момент, когда Брайан пришёл к тебе, они еще действовали? Ты точно не забыла их выпить? Всякое бывает, — поспешила напомнить Фиона, — ты говорила, что он застал тебя и Джастина за этим делом… может, из-за стресса ты…

Юнеса в какую-то минуту и сама засомневалась. Но потом успокоила себя. Она каждое утро принимала таблетки… и неважно, встречались они с Джастином или нет. Препарат такой. Надо пить без остановки. Поэтому она выработала техническую привычку, как зубы почистить. Нет, она точно выпила таблетку.

Юнеса встала.

— Кажется, гости начинают приходить.

Они вышли в гостиную встречать друзей Фионы.

Дом постепенно наполнится весельем, а Юнеса весь вечер простоит в стороне с бокалом вина.

***

Ник

В комнату для допроса ввели Брайана Локстона. С него сняли наручники, а затем он прошёл к длинному столу и сел напротив своего адвоката.

Ник пытался проникнуть в его сознание. Лицо Брайана было угрюмым, но оно не проявляло никаких эмоций. Брайан удивлён? Ему должны были сообщить, что идёт на встречу со своим адвокатом.

— Итак, мистер Локстон… — Ник замолчал, а затем покосился на зеркало Гезелла. Их слышит профессор Уоренс, Руби с Лорен, а также следователь, занимающийся этим делом. И черт знает, кто еще. К Брайану он мог обращаться только официально. — Меня зовут Ник Кирсли, я — ваш адвокат. С этой минуты, вы должны мне доверять… целиком и полностью, — тихо добавил Ник, не веря самому себе. Во что он вляпался?

Брайан долго изучал одностороннее зеркало, затем резко склонился над столом и со злобой в голосе сказал:

— Я уже во всем признался. Пусть меня осудят и дело с концом. Я не намерен бороться за свободу… я знаю, что не смогу…

Брайан замолчал, а Ник взял инициативу на себя.

— Тебя и так накажут. Но я могу хотя бы попытаться снизить меру наказания… подумай о сестре. — Ник очень надеялся, что Брайан понял намёк. Это её просьба.

— Годом меньше, годом больше — какая разница.

Разговор зашёл в тупик. Брайан проявил самое скверное своё качество — упрямство. А Ник не стал пока объяснять ему, что тюрьмы можно избежать.

— С Брайаном не всегда легко, — сказал Ник Уоренсу, когда они шли к парковке. — Но я намерен просто выполнить свою работу. Я знаю, что у Брайана был мотив…

— Тебе это еще предстоит доказать в суде, — напомнил Уоренс, перебив своего подопечного. Затем положил руку на плечо Ника и добавил: — Готовься к нелёгкому труду. Тебя ждёт большая работа.

И Ник это понимал. Ему нужно будет опросить всех домочадцев. И приступить необходимо уже сегодня.

Ник выпил чашку кофе с Лорен и Руби, затем, первым делом, отправился в бар, в котором, по словам Брайана, тот напился. Его радушно встретил бармен. Он узнал на фотографии Брайана и подтвердил, что в тот день была его смена, а значит, он сам лично подливал парню выпивку. Бармен упомянул, во сколько примерно Брайан приехал, и во сколько уехал. Брайан стал последним посетителем, поэтому бармен не забыл. Также бармен сказал, что Брайан запомнился ему, благодаря истории со стаканом.

— Парень абсолютно непохож на преступника. Скорее просто отчаявшийся человек.

Ник делал записи в блокнот.

— Он разбил стакан, но извинился. И несмотря на то, что был уже пьян, оплатил ущерб. — Следующую фразу бармен особенно подчеркнул: — Он дал даже больше, чем стоит этот грёбаный стакан.

Слово «стакан» Ник обвёл в кружок. Важно.

Он задал бармену еще пару вопросов, но ничего существенного не узнал. Брайан пил молча в тот день.

— Вас могут пригласить в суд в качестве свидетеля, — уходя, предупредил Ник.

— Не вопрос.

Далее Ник забрался в свою «Тойоту» и двинул в офис к Кевину. Руби и Лорен он поручил просмотреть запись с видеокамер наблюдения ресторана, где была свадьба. Нужно было точно установить последовательность и время ухода Юнесы, Джастина и Брайана. Руби шустрая, она справится с этим делом.

Кевин попросил симпатичную секретаршу принести им кофе. Ник вздохнул, но не отказался. Кофе теперь он много выпьет.

Из разговора с Кевином стало ясно, что в доме были люди, которые знали о связи Юнесы с Джастином. Кевин не исключение. Он не стал скрывать, что однажды застал любовников в саду. Кевину незачем было утаивать этот факт, ведь речь шла о кузене.

— Юнеса поклялась, что сама расскажет Брайану. Я не стал лезть. Ты меня знаешь… потом была эта канитель с Ли, и я как-то свыкся с их любовной интрижкой. Я лишь надеялся, что Юнеса не станет оттягивать. Она объясняла мне причины, почему время идёт, а они всё ещё вместе…

— С Брайаном?

— Да. Всё банально просто. Обстоятельства: родители Брайана, побег Джулии, болезнь Брайана, ну и в итоге свадьба Джулии.

— Да, — согласился Ник, — причины что надо.

Ник вновь склонился над блокнотом.

— Ты уже говорил с Джулией?

— Нет ещё. Я оставил её напоследок. Я и так знаю, что ей было известно…

— Поговори с Дунканом. Они ведь дружат. Наверняка обсуждали не раз. — Кевин потёр бороду, задумчиво глядя на поверхность стола, затем сказал: — Спроси его о Ли.

— О Ли? — Ник сделал пометки: «Дункан» и «Ли».

— Ли и Юнеса не раз спорили. Мне кажется, он тоже что-то знает.

Позвонила Руби. Ник помчался в ресторан, где она просматривала видеозаписи. Лорен с ней не было. Да и плевать.

— Нашла что-нибудь?

— О, да! — победно улыбалась Руби.

Ник пристроился рядом с ней, чтобы видеть хорошо картинки на экране. Их колени соприкасались, и Руби немного придвинулась. Ник приказал себе сосредоточиться на работе.

— Вот, смотри. В 12.03 выходит Джастин, через 20 минут ресторан покидает Юнеса. Вот она садится в такси. — Руби перекрутила запись вперёд. — А теперь внимание. 12.45. Это же Брайан?

— Да, это он.

— А это кто?

Ник прищурился. Это же Ли! Они уехали с ресторана вдвоём. Похоже, как и в случае с Джулией, без Ли и в самом деле не обошлось. Кевин прав. Ли ждёт серьёзный разговор.

Остаток дня Ник провёл дома. Он опросил Джоя, Криса, Саймона и даже Эйбса. Но те ни сном ни духом о связи Джастина и Юнесы. Они сами узнали про измену Юнесы после драки. О Ли никто из них ничего не смог сказать. Когда Ник опрашивал Эйбса, в кухне был Джей Си, но он отказался отвечать на какие-либо вопросы. Хотя насчёт Ли припомнил, как Джастин избил того. За что? Никто Нику не ответил. Ник не знал об этом случае.

Зато Дункан знал.

На следующий день Ник позвал Дункана перекусить в «Старбаре». Дункан был голоден и заказал двойной бургер, картофель фри и пепси. Ник ограничился капучино.

— Джулия очень переживала из-за этого, — рассказывал Дункан, не забывая жевать. — Сколько раз она намеревалась сама поговорить с Брайаном. Но не буду кривить душой, я сам отговаривал её, просил не лезть. Я почему-то решил, что Джулия сделает этим только хуже и наживёт себе больше врагов. Сам знаешь, её и так не все воспринимают.

Ник неотрывно что-то записывал. Но Дункана это не смущало. Он продолжал.

— Но это было до того, как я узнал, что творит мой сумасшедший друг Ли.

Ник поднял голову и уставился на Дункана с любопытством.

— А вот с этого места поподробнее.

Дункан ничего не скрывал, ну или почти ничего.

— Я узнал, что Юнеса ему нравится как женщина. В день рождения Джулии он повёл себя так, чтобы напугать и предупредить Юнесу. Якобы бойся, а то и о тебе с Джастином узнают.

Ник глотал злость. «Вот же мешок дерьма!»

— Я… просто полагаю, что Ли предлагал Юнесе интимную близость, ну или что-то типа того, а получив отказ, начал мстить по-крупному.

— Ты оказался в тот вечер вместе с ним, ты и Ли разнимали Брайана с Джастином. Как ты узнал? — Ник полистал свои записи и остановился, что-то сравнивая. — Ты покинул ресторан через десять минут, после того, как Ли с Брайаном уехали.

— Он со мной поделился. Ли слышал разговор между Джастином и Юнесой. Он знал когда, куда и зачем они поедут. Время было мстить.

— И ты не пытался остановить его?

Дункан отпил пепси, смял салфетку и вздохнул.

— Я пытался. Пыталась и Джулия переубедить Юнесу, она просила не ехать на встречу с Джастином. Но Ли не остановишь, Ник. А Юнеса не поняла или не хотела понять намёков Джулии.

Ник пытался восстановить картину того дня, на свадьбе. Но он был слишком пьян тогда, чтобы что-то заметить.

— Ладно. Что там за история с фотографиями?

Дункан помнил, что эта тема запретная. О том, что Юнеса и Ли встречались, Дункан не мог доложить. Это не его дело. Он не станет осквернять Юнесу перед братом. Но все же выложил кое-какую версию, сказав, что Ли сделал фотомонтаж, где Юнеса запечатлена с Ли. Но Джастин только разозлился, поняв, что это фальшивка. Поэтому избил. Дункан не совсем врал, ведь остальным ребятам так и сказали — идеальная работа фотошопа. Это Энтони спас ситуацию.

— Мне бы с Ли поговорить, — задумчиво произнёс Ник.

— Ты же знаешь, он к родителям на Новый год уехал. Приедет не раньше середины января, — напомнил Дункан и подозвал официанта, чтобы расплатиться. — Я сомневаюсь, что он скажет что-нибудь новое. Сегодня я угощаю, — добавил он и вложил несколько купюр в счёт.

Нет, Дункан не прав. Ник верил, что Ли и есть тот человек, который спасёт Брайана. Ник уже начал рассуждать маниакально с профессиональным лозунгом: «Пойду по трупам, лишь бы выиграть дело». Только бы Ли приехал до суда.

Следующим на очереди был Ланс. Он друг Джастина, как-никак. Ник выловил его на стоянке у дома. Однако Ланс не был расположен отвечать на вопросы Ника. Он сказал коротко одним махом на все десять вопросов:

— Отвали!

Ник обречённо опустил руки. И чего он хотел? Стоило ли пытаться?

После полуночи, когда весь дом улёгся спать, Ник, Джулия и Ричи устроились на кухне. Никто из них ни ел и не пил. Они даже свет не стали включать. Горел один единственный светильник — подсветка над столешницей. Ник рассказал им о своих результатах. Джулия возбуждённо махала руками, услышав, что шансы оставить Брайана на свободе очень велики.

— Но ты тоже должна рассказать мне все, ничего не скрывая.

— А что я могу скрывать, Ник? Я подозревала, что Юнеса не любит Брайана с самого начала. И тебе я, кстати, говорила об этом.

Все трое обменялись многозначительными взглядами. Еще бы! Ричи сейчас начнёт ревновать, Ник был в этом уверен. Он сидел в этой кухне не для того, чтобы оказать помощь адвокату Брайана. Что вы! Ричи следил, чтобы Ник после признания на свадьбе не наделал глупостей. Но Нику было плевать. Он тогда был пьян.

Во многом Джулия повторила слова Дункана. А по поводу Ли добавила:

— Ли винил себя за то, что Юнесу похитили. Там тоже история покрытая мраком. Дункан мне не смог ответить на этот вопрос, однако, я почему-то думаю, что Дункан знает нечто такое, что я не должна была знать.

Ник сделал записи. И хотел задать следующий вопрос, но Джулия отвела тему:

— Ты был у Брайана. Как он там?

— Неплохо, — ответил Ник и понял, что лицемерил. Как может быть «неплохо» в тюрьме?

— Если его посадят, я…

— Джулия, — Ник положил свою ладонь поверх её скрещенных рук. (Ричи выпрямился). Ник решил, что перегибает палку и убрал руку, извинившись перед Ричи. — Брайана не посадят, я обещаю. Ты должна верить, иначе мне будет сложно.

Она кивнула, шмыгая и утирая салфеткой нос.

— Я верю в тебя, Ник. Я знаю, что ты сможешь.

Её слова легли бальзамом на душу. Он чувствовал, что в эту ночь будет спать спокойно.

Чтобы расслабиться и снять напряжение, Ник принял контрастный душ. Надел пижаму, взлохматил мокрые волосы, и смахнул покрывало с кровати. Он забыл, что скинул туда папки, когда пришёл. Бумаги разлетелись по всему полу. Ник обессиленно замычал. Пришлось все собирать. Целых десять минут он корячился, собирая бумаги в том порядке, в каком они должны лежать. Дело шло почти к завершению, когда в руки попал незнакомый клочок бумаги.

«Это было в моей папке?» — подумал он.

Почерк не его.

Ник вгляделся в корявые буквы, записка писалась наспех. Брайан. Он склонился над столом и задел папку, Ник хорошо это запомнил. Но черт, как Брайан умудрился незаметно вложить записку в папку? Как?

Текст послания гласил:

Знаю, что Джулия не одобрит. Забудь.

Я не хочу, чтобы в суде опорочили имя Юнесы. Ни слова об измене.

Хорошо, что Ник сидел. Вот и приплыли.

Тупик.

***

Ланс

Они опять спорили.

— Дай сюда!

— Нет. Я взял его, и я буду читать.

— Зачем? Я сам посмотрю. А может это мне.

— А если мне?

— Тогда тем более отдай мне!

— Нет уж, друг. Не дождёшься.

Около бара стоял Ланс, наблюдая за стычкой между Джеем Си и Эйбсом. И все из-за чего? Из-за пакета, на котором кроме их адреса не было ничего. Кому письмо — в этом весь спор.

Слушая детский вздор, Ланс окинул взглядом Джея, сидящего в кресле, который лишь развёл руками. Спортивный канал в данный момент был интереснее.

А у Ланса терпение кончалось. В конце концов, он обошёл бар и быстрыми шагами пошёл на этих двух — споривших. Если их не разнять, они разорвут пакет.

— Ну все! Достали! — резко крикнул Ланс и отобрал пакет.

Оба, Джей Си и Эйбс, застыли от неожиданности.

— Но, Ланс… — умоляющим тоном завопил Эйбс, — нужно же узнать, кому это.

— Да, — раздражённо ответил Ланс. — Но не нужно его рвать. Я сам посмотрю.

Он полез в пакет, но тут же спрятал его за спину, когда увидел около лестницы Джулию, застывшую в недоумении.

Ланс нарисовал улыбку:

— Привет!

— Здравствуй, — холодно отозвалась Джулия и попыталась посмотреть ему за спину, но увидеть, что там, не выходило. Ланс ловко поворачивался так, чтобы пакета не было видно. Тогда она не выдержала. — Что там у тебя?

— Там…

— Эйбс, пошли я кое-что тебе покажу, — перебив его, сказал Джей Си и, закинув руку ему на шею, увёл из гостиной.

Джей сидел молча с невозмутимым видом, мысленно посмеиваясь над ситуацией.

— Что там? — повторила Джулия.

— О, Джулия! Я смотрю, погода наладилась. Ты в таком лёгком платьице.

Джулия окинула тёплое трикотажное платье, которое вовсе лёгким не казалось. Затем мрачно взглянула на Ланса, покачала головой и скрылась в саду.

В ту же секунду Джей Си и Эйбс вернулись в гостиную, нарушив своими возгласами и криками священную тишину.

— Ушла? Теперь открывай! — нетерпеливо сказал Джей Си.

Ланс было полез в пакет, но остановился.

— Ну что опять? — нервно взвизгнул Эйбс.

— А вдруг это нельзя читать?

— А как мы узнаем, кому можно? А? — спросил Джей Си, при этом постучав кулаком по собственной голове.

— Да! — подхватил Эйбс. — Только открыв пакет, мы сможем узнать кому это. Проклятье! Мы же ничего не сделаем противозаконного.

— Он прав, — согласился Джей Си.

— Ладно-ладно.

Медленно, действуя всем на нервы, Ланс вскрыл пакет. Даже Джей напрягся в своём кресле. Внутри лежали бумаги. Ланс принялся их изучать. Брови были сдвинуты, так как Ланс сосредоточился.

— Что? Ну что там? — любопытствовал Эйбс.

— Повестки в суд. И не одна. Вызывают свидетелей…

Эйбс стянул один листок:

— Суд состоится 20 февраля, 2004 года.

Наступила тишина, словно кто-то из вне объявил минуту молчания.

Джей откашлялся, затем сказал, издав неприятный смешок:

— А вы что думали, там любовное письмо будет?

***

Джулия

Утром Джей Си проснулся будто не со своей головой. Она была такой же тяжелой, как шар в боулинге, где они были с ребятами этой ночью. Вернулись под утро, но не все. Скотт, Ланс и Джей подцепили девочек, так что они укатили развлекаться дальше. Домой приехали, еле живые, только Джой, Саймон, Хоуи и он — Джей Си.

Голова болела дико — все-таки выпил он вчера больше своей нормы. Джей Си не помнил, как попал сюда, но судя по тому, что он проснулся в своей кровати вверх ногами, одетым и обутым, его сюда притащили и бросили, как есть.

Попытавшись встать, чтобы узнать время, Джей Си обнаружил, что ему нехорошо. А циферблат часов словно говорил: “Ну ты и спишь! Уже три часа дня!”

Пора освежиться и протрезветь. Джей Си взял чистое полотенце, шампунь, свежую одежду и отправился в душ. Предчувствие было у него нехорошее…

— Опять набрались вчера, — вздохнула Джулия, чуя запах перегара, который висел в воздухе.

— По-моему, это нормальное явление, — мрачно подметил Кевин, хватая телефон с зарядного блока, чтобы вызвать экономку. Но набрать номер он не успел. Раздался звонок.

Джулия, которая стояла рядом, выхватила телефон у Кевина и ответила на звонок сама.

— Алло?

На другом конце провода, она услышала сладкий женский голос:

— Будьте добры, пригласите, пожалуйста, Ланса.

Лицо Джулии помрачнело и приняло строгий вид. Кевин наблюдал.

— Его нет. Что-нибудь передать?

— О, скажите, пусть перезвонит Агнесс.

— Хорошо, — ответила Джулия и вжала кнопку «отключить звонок» с такой силой, что казалось её палец пройдёт сквозь аппарат.

— Осторожней, — сказал Кевин. — Кто это был?

— Так… никто. — Джулия старалась подавить в себе злость или ревность. Пусть называют, как хотят. Она запретила себе думать об этом. Все же очевидно. Ланс — бабник. Был. Есть. Им он и останется. Так чего же она так разволновалась?

Джулия хотела уйти к себе, но вновь послышался звонок, только теперь уже в дверь. Она оглянулась. Кевин говорил по телефону с экономкой. Пришлось открывать самой.

За дверью стояла женщина — Джулии совершенно незнакомая — в платье старомодного кроя, со светлыми коротко стрижеными волосами. Женщина была невероятно красивая, хотя ей было уже однозначно за сорок. Кожа, однако, свежая, ухоженная. Рядом стоял молодой парнишка, а в руках он держал чемодан и большую коробку.

Женщина уставилась на Джулию и на её живот, затем щёлкнула парнишке, и тот занёс чемодан с коробкой в дом. Она дала ему «на чай» и тот сразу испарился. После чего гостья молча вошла внутрь, отодвинув Джулию в сторону.

В голове у Джулии не было ни одной подходящей мысли, которая могла объяснить происходящее. Наглость присуща только счастливым людям. Наконец она закрыла входную дверь и спросила:

— Кто Вы?

— Я? А Вы?

— Э… вам кто-то нужен?

— Вообще-то, я приехала к своему сыну, — гордо задрав подбородок, заявила женщина.

И вот тут Джулия наконец поняла, кто перед ней стоит. Ну а дальше все разъяснилось само собой. Со второго этажа спускался Джей Си.

— Мама?

Женщина обернулась и, увидев сына, кинулась его обнимать, целовать, а заодно отругала:

— Как ты мог забыть о моем приезде? Я ждала, что ты меня встретишь в аэропорту…

В этот момент в разговор втиснулась Джулия:

— Так Вы мама Джея Си? Кларисса Чесси? Что же Вы сразу не сказали?

Женщина окатила её грозным взглядом, несмотря даже на то, что Джулия была с ней очень вежлива.

На Джулии были брюки для беременных и приталенный свитер, который подчёркивал маленький выпуклый животик.

Изучив девушку, Кларисса обратилась к сыну:

— Кто это?

— Это жена Ричи — нашего вокалиста.

— О!

Из библиотеки вышел Кевин. Он узнал Клариссу и приветливо пожал ей руку, сказал хозяйское «добро пожаловать», а заодно пригласил на обед, который еще никто не приготовил.

— Хм, — хмыкнула женщина. — Ужас. Состриги волосы. Фу! Не люблю мужчин с длинными волосами. А обед я сама вам приготовлю.

— Мама, ты надолго ко мне? — опасаясь её гнева, как можно вежливее спросил Джей Си.

— Сколько нужно, столько и останусь, — она осмотрела комнату и скривила рот. — Давно здесь настоящей женской руки не было.

Джулия посмотрела на её большой чемодан. Ощущение было, что женщина сюда надолго. А что в коробке? На секунду Джулии показалась, что она двигается. Галлюцинации на почве нервного стресса, решила она.

В гостиную вошел Ричи с большим пакетом. Джулия хотела помочь, но Кевин опередил. Там всего лишь продукты, а они так суетятся, словно в пакет тяжелое железо положили. Но Джулии было приятно.

— Ричи, ты все такой же милашка! — воскликнула Кларисса. — И жену выбрал хорошенькую.

Джей Си взялся за голову.

— Ах да! У меня для вас всех подарок.

— Мам, я же говорил тебе, что нам ничего не нужно. Я надеюсь ты их в чулки не положила?

— Перестань, Джей Си, — с упреком сказала Джулия. — Как ты можешь? Она же твоя мама.

— Дал ведь Бог! — почти под нос ответил он.

Кларисса тем временем оттащила коробку в середину комнаты и раскрыла ее:

— ТА-ДАМ!

Из коробки выпрыгнул пушистый комок. Сморщенный лоб, но хвостом вилял, а значит добрый. Щенок чау-чау.

— Это подарок вам всем! — Женщина так радостно захлопала в ладоши, что возразить было уже неуместно.

Но Джей Си не стеснялся своего гнева.

— Мама! У нас в доме итак живности хватает, а ты еще собаку сюда притащила!

— Но сынок…

— Слушай вот что: езжай-ка ты обратно домой. Перестань меня позорить. Я лучше сам к тебе как-нибудь приеду. А здесь нам и без тебя хватает проблем. И собаку забери…

— Джей Си! — крикнула Джулия. — Зачем ты так? — Затем она повернулась к Клариссе: — Мы очень рады, что вы приехали. А на сына не стоит обращать внимания. Он просто слишком много спал, вот и злится. А щенок очень милый. — Джулия погладила «медвежонка». — Мы все будем рады его принять.

— Спасибо, милая. Ты очень добрая, — с грустью в глазах ответила женщина и взяла Джулию за руку. — Называй меня просто Кларисса.

— Хорошо, Кларисса. Пойдемте, я покажу, где вы будете спать.

Когда они поднялись на второй этаж, Джулия смогла расслышать едва разборчивый шепот Джея Си.

— Черт!!! Ричи, в следующий раз держи свою жену на коротком поводке вместе с этой псиной. Не будь слюнтяем. Иначе она тебя на цепь посадит!

***

Юнеса

На миг забыв обо всем, Юнеса устроилась в кресле в пустой гостиной. Сегодня ее не оставляли в покое всевозможные мысли.

Дата суда назначена.

Нервное напряжение, стресс утомили. Обессиленная, она задремала. И увидела чудесное сновидение:

Она услышала шум моря, крики чаек, голоса людей. Вода билась о скалы с такой силой, словно хотела пробить крепкую каменную преграду. Она увидела берег, и разнообразные раковины под ногами. Она ступала осторожно, чтобы не поранить обнажённые стопы. Солнце заставляло жмуриться. Однако яркий свет не причинял ей неудобства. Напротив, Юнесе было хорошо… она понимала слова, сказанные ветрами: «Не бойся». И вот кто-то закрывает ей глаза. Чувствуя дрожь по всему телу, она не пытается убрать руки со своего лица. Она трепетно ждет, когда Он сам покажет себя. И даже, когда руки опустили, она подыгрывала себе, закрыв глаза. И вдруг она чувствует очень знакомый аромат духов. Улыбка растерянности и разочарования появляются на ее бледном лице. Она резко оборачивается и… она знала. Это — Ник???

Она резко вырвалась из сна и непонимающе уставилась на Ника.

— Черт… давно ты здесь?

— Нет. Только что вошел. Не хотел тебя будить, ты так сладко спала.

Юнеса скривила рот:

— И спала бы, если бы не запах твоих духов.

— Что? — Ник принюхался к своей футболке. — Резкие, да?

— Да, неважно уже.

Юнеса встала и привела в порядок свои волосы и одежду. Ник задумчиво на нее смотрел.

— Что ты на мне увидел, Ник?

— Э… вообще-то, я сюда намеренно шел. Хотел кое-куда тебя свозить, мы еще ни разу не проводили время вместе… ну, знаешь, как это бывает у… — Он перемялся с ноги на ногу, — у брата и сестры.

Юнесе стало это подозрительно. Она согласилась, но неохотно. Ник был прав, они еще не пробовали породниться по-настоящему. Наверное, стоило попробовать.

— Ну и куда мы едем? — спросила она уже в машине, когда Ник оказался в другом конце города.

— Всему свое время, — только и ответил Ник.

Юнеса пожала плечами и прибавила звук на магнитоле. Она не очень разбиралась в рок-н-ролле, однако ритм музыки бодрил.

Ник припарковал машину у деревянных ставней. Юнеса до сих пор не понимала, где они. Но, как оказалось, ответ крылся за забором всего в нескольких шагах.

— Мы, что, серьезно приехали на скачки?

— Да.

— Ник, я не любитель лошадей…

— Брось, будет весело. — Они подошли к табло. — Давай так. Ты выбираешь лошадь, а я делаю на нее ставку. Если лошадь побеждает, то я везу тебя в ресторан.

— А если проиграет?

— М-м-м… потом придумаю. — Ник засмеялся. Но Юнесе этот смех показался неискренним. Он что-то задумал. «Ладно. Давай поиграем, братец», — подумала Юнеса и ткнула наугад, выбрав местного жеребца под номером восемь.

— Не помню, чтобы эта лошадь побеждала… но давай рискнем.

«Откуда мне знать…»—хмурилась Юнеса.

Ник сделал ставки. Во время скачек, Юнеса подловила себя на мысли, что реально болеет за восьмой номер. Но напрасно. Лошадь оказалась дохлой и пришла десятой. Всю дорогу Юнеса проклинала её на чем свет стоит.

А Ник забавлялся.

— На неё только ты поставила.

— Ты знал!

Ник пропустил её вперед, к машине, помог забраться на сиденье, а когда сам сел рядом, ответил:

— Я тебя предупредил. Брайан хорошо разбирается в лошадях. Удивительно, что он тебя не научил своему чутью.

Юнеса помрачнела. Тема Брайана ее оскорбляла, а не просто была неприятна.

И вот теперь Ник был готов с ней обсудить это дело. Юнесе некуда от него сбежать. Он хорошо все продумал.

— До суда есть время… — сказал он, глядя в лобовое окно. — Ты можешь еще все исправить. Просто забери заявление, разойдитесь по разным углам и все… не порти человеку жизнь.

Юнеса нервно усмехнулась.

— Я знала, что ты не просто так все это устроил. Только я не намерена все это обсуждать.

— Я просто хочу, чтобы сейчас ты решала сама. Без посторонней помощи.

— А «постороння помощь», в твоем понимании, это кто?

— Ты же понимаешь…

— Ник, Джастин здесь ни при чем. Это мое решение, ясно? Брайан надругался надо мной. Я не могу простить… не могу. — Она чувствовала как к горлу подступает тяжелый ком. Хотелось пуститься в бег. Но смысла в этом никакого. — Джастин не посторонний, — тихо добавила она.

Ник взял ее руки в свои. Казалось, он был искренен и нежен.

— Да. Да, ты права. Я согласен с тобой.

— Тогда что еще ты от меня хочешь?

— Забери заявление, а мы вместе придумаем, как его наказать. Найдем другой способ…

За кого он ее держит? Юнеса выдернула руки из его и вышла из машины. Слёз сдержать не удалось.

— С меня достаточно, Ник. Отвези меня домой! — крикнула она, краем глаза завидев его за спиной.

Ник почувствовал себя безнадежным. Он знал, что теперь стоит полагаться на счастливый случай, судьбу или бороться в суде на смерть. Но что он мог? С одной стороны — сестра, с другой — друг. И если он мог бы как-то помочь, то уже вряд ли это сработает. Главный козырь был под запретом.

Брайана посадят. Ник знал это наперед, без суда и следствия.

***

Дункан

Кто-то снял занавеску с окна. Дункану первым это бросилось в глаза, когда он вошел на кухню. Сразу стало светло, а из приоткрытой щёлки проступал свежий воздух.

— Сегодня теплынь, — заключил Эйбс, заприметив, как Дункан глядит на опустевшее окно.

— Надо будет потусить в Даунтауне, — быстро добавил Джей, смешивая фишки.

Дункан бросил мимолётный взгляд на стол. Джей, Эйбс, Саймон и Эй Джей опять играли в какую-то настольную игру. Но он в том участвовать не собирался, поэтому достал банку пива из холодильника и сел на большой стул Кевина. Он даже не знал, что вид из кухонного окна выходил на бассейн. Плотная занавеска всегда скрывала его. Однако Дункана привлёк вовсе не грязный, пустой бассейн, а те, кто сидел недалеко от него.

Джулия и Ричи.

— Они уже час там милуются, — с усмешкой объяснил Эйбс.

— Строят из себя влюблённых. Аж тошно, — буркнул Джей.

Саймон принял ход, перемешал кубики в ладошке и бросил.

— Откуда ты знаешь… может они влюблены. Они ведь женаты.

Дункан не отрывал взгляд от окна. На столе, за которым сидели Джулия с Ричи, были разложены какие-то журналы или каталоги. Дункану было не разглядеть. Они листали то один, то другой. Джулия сияла. Как же давно он не видел её улыбающейся. У Джулии самая очаровательная улыбка.

— Я много знаю, Саймон, — продолжал выражать недовольство Джей. — Я предупреждал Ричи и не раз, что Джулия его не любит. Он по раскалённым углям пошёл, женившись на ней. Чувствую, от этого брака добра не будет.

— Ричи сознательно на это пошёл, — в ответ сказал Саймон. — Посмотри на них. Джулия не похожа на девушку, которая несчастна.

— Это пока.

Дальше Дункан их не слушал. Его мозг словно отключился на какое-то время, и он ушёл с головой в свои мечты. Постепенно образ Ричи растворялся. Дункан представил, что это он сидит рядом с ней, держит её мягкую белую руку. Их пальцы переплелись. Джулия громко смеётся. Её смех разливается по всему саду. Он звонкий, но не раздражает. Дункан изучает её лицо, каждую чёрточку, каждую родинку. Она что-то весело рассказывает ему и вдруг замолкает, потому что Дункан смотрит на неё. А потом целует…

— О! Целуются! Они счастливы! А ты, Джей, заткнись.

Дункан открыл глаза и увидел, как Ричи целует свою жену в губы, бережно поддерживая её голову за подбородок. Грусть охватила его жгучею силой. Хотелось убить Эй Джея за слова «они счастливы». Ли был прав, никто не знает о его любви к Джулии. Запретной любви. Он никогда о ней никому не говорил. Эта любовь живёт в нем с тех пор, как он закончил Кембридж и уехал. Это тайна за семью печатями и он постарается, чтобы о его чувствах Джулия не догадалась.

Он будет любить её ТАЙНО.

***

Джулия

— Да, профессор Уоренс, мне не удалось. Вы были правы. Теперь я твёрдо решил, что буду бороться. Свободы я, скорее всего, не добьюсь, но надеюсь, что срок приговора смогу уменьшить.

Ник ходил по гостиной взад и вперёд, постукивая каблуками по паркетному покрытию. Он целиком и полностью доверился своему наставнику и внимательно слушал советы и наставления, которые Уоренс давал ему в отношении дела.

Заприметив на лестнице Джулию со щенком на руках, которая слышала последнюю часть разговора, он заколебался и быстро попрощался с профессором, пообещав перезвонить.

— Джулия?

Она медленно спустилась, поставила щенка на пол и заглянула в лицо Ника.

— Значит все? Это конец? — произнесла она с такой горечью, что у Ника сердце сжалось.

«Как я мог быть таким неосторожным! Звонить профессору из дома, зная, что она может услышать. Черт! Черт! Проклятье! Болван!» — про себя думал Ник.

— Джулия…

— Не надо. — Её лицо было каменным. — Я же слышала. Его посадят. И надежды уже нет… если бы ты мог поговорить с Юнесой.

— Я говорил с ней, Джулия.

Она посмотрела на Ника пустыми глазами и её губы, казалось, хотели улыбнуться.

— Да?

— Она не заберёт заявление.

Джулия изо всех сил старалась скрыть разочарование и злость.

— Но ты не можешь её за это осуждать, — сказал Ник.

— Но я не обязана её понимать, так ведь? — слова прозвучали колко.

Ник кивнул, соглашаясь.

Больше не сказав ни слова, Джулия пошла к двери в сад.

— Прости! — крикнул ей вслед Ник.

Джулия обернулась.

— Тебе не за что просить прощения, Ник. Ты здесь ни при чем.

Прогуливаясь по саду, Джулия встретила Ланса. Судя по всему, он вернулся с пьянки. И был еще под градусом, это было видно по его красному лицу. Увидев Джулию, он остановился.

Щенок, который всюду бегал за Джулией, принялся изучать Ланса, обнюхивая его ноги.

— Что это? — спросил он, тыча рукой в щенка.

— Подарок Клариссы — мамы Джея Си, — холодно ответила Джулия.

— Ха! Можно подумать, эта псина сделает нас счастливыми!

Джулию захлестнули эмоции:

— Эта псина, как ты говоришь, получше любого человека. Тебе Агнесс какая-то звонила, — выпалила она и отвернулась, предпочтя смотреть в сторону. Не на него.

— Да? — спокойно, как в порядке вещей, спросил Ланс.

— Да, — злобно фыркнула Джулия.

— И-и-и…и что она… сказала?

Джулия задёргала ногой, а руки скрестила на груди. Как же он её раздражал сейчас. Если бы у неё под рукой оказалась тяжёлая сковорода, она бы не раздумывая стукнула его.

— Она сказала… она сказала, что ты говнюк, каких еще поискать! — свирепо крикнула она и двинула вглубь сада, отпихнув Ланса.

Ланс поднял брови, глядя ей вслед.

— Ревнует. Но такова жизнь, любимая. Мне так легче.

***

2004 год

Прошёл Новый Год. Январь не обещал ничего весёлого. Многие люди с Новым годом связывают завершение каких-то неудач, может быть, трагедий с ожиданием светлого и доброго. Но в случае с Джулией, Брайаном и Юнесой все обстояло как раз наоборот.

Из двадцати одного человека, живущего в доме на Лидо-стрит, только один переживал самый прекрасный романтический период, и он не собирался отказываться от зарождающихся отношений лишь потому, что Брайан в своей жизни совершил большую ошибку. Он держал в руке темно красную розу и ожидал свою любимую. Рокси еще не дала согласие на то, чтобы быть его девушкой, но она ходила на свидания. Эй Джей воспринимал это как шанс на счастливое будущее.

Для остальных же наступило тяжёлое время. Для Брайана в том числе. Он сидел в камере временного пребывания и ждал своего приговора… свыше. Он часто обращался к Богу, веря, что это наилучший собеседник в сложившейся ситуации. Он часто думал о Джулии и просил Бога не оставлять её одну, молил о здоровье племянника и выпрашивал прощения за содеянное. Больше Брайану ничего не оставалась, как просто вычеркнуть себя, разбить неудавшуюся форму своей жизни, кинуть её под ноги врагам… Пусть терзают его демоны!

Единственным человеком, которого Брайан мог видеть был Ник, который в свою очередь готовился к суду, кропотливо собирая события того дня по крупицам. Почти все время с ним была Руби. Она поддерживала его в течение дня, пока помогала с бумагами. А вечером снимала стресс в постели. Ник не отказывал ей. Однажды он так сильно устал и не чувствовал своего тела, а Руби взяла его руку, она была тёплой и мягкой. Именно в тот вечер Ник понял, что без неё он просто не сможет справиться.

У Юнесы же был Джастин, который помогал ей пережить боль и унижение, причинённые Брайаном. Джастин развлекал её настолько, насколько мог. И насколько сама Юнеса позволяла ему это делать. Он купил ей кулон в подарок в виде сердца, в который положил их фотографии. Джастин не знал, что потом Юнеса проплакала над этим кулоном всю ночь. Ради этого стоило пожертвовать собой. Она добилась любви Джастина. Он рядом. Что могло бы быть лучше?

Для Джея Си январь стал просто невыносимым. Кларисса по-прежнему оставалась в доме и вершила свои порядки. Она успела поругаться с Эйбсом из-за того, что он небрежно бросает в доме свои вещи, носки, иногда не слишком приятно пахнущие или оставляет пустую посуду в самых невероятных местах: под лестницей, на полу у камина или на подоконнике. Эйбс пригрозил Джею Си, что подаст в суд на его чокнутую мамашу. Джой и вовсе предпочёл уйти в работу. Он стал отрабатывать не только свою смену, но и дополнительно смены своих коллег. В другие дни они со Скоттом колесили по городу в поисках приключений. Лишь бы не видеть, что Кларисса сотворила с его кухней.

Кевин все не мог решить, как он должен поступить в отношении семьи Локстонов. Его палец висел над кнопкой «энтер». Если он нажмёт её, то отправит Джоане Локстон письмо, в котором он изложил всю правду о Брайане и Джулии. Кевин всегда стремился быть правильным. Стремился-то он стремился, но неприятный осадок в душе оставался. А что, если отправив это письмо, он предаст свой род, думал Кевин. Предать — значит лишиться доверия. Он мог совершить математическую ошибку! Ему перестанут доверять не только Джулия с Брайаном, но и все в этом доме. Поэтому вскоре он отказался от этой затеи. Письмо он удалил и больше не пытался писать.

А чтобы скрасить мрачное время своей жене, Ричи задумал самое лучшее, что мог сделать любящий человек. Она шла в предвкушении какого-то сюрприза. Ричи вёл её на второй этаж, закрыв глаза ладонями, чтобы она не подсматривала. А когда открыл, Джулия ахнула и замерла с улыбкой на лице. Ричи купил детскую мебель. Ту, что ей понравилась. Это было невероятно волнующим событием. Джулия прыгала от радости, целовала и обнимала мужа. Джулия старалась притворяться, что любит его не меньше, чем сам Ричи. Она так хотела подарить ему взаимные чувства и делала для этого все, что было в её руках. О Лансе забыть она не могла, но позволила своим мыслям блокировать чувства к нему. Она верила, что у неё отлично это получалось.

Что касалось самого Ланса, то он продолжал жить, как и прежде — гулять, веселиться, спать с разными женщинами. А когда оставался один на работе, то открывал на компьютере одну единственную фотографию Джулии, что была у него, и часами любовался, вспоминая одну единственную ночь. Из миллиона женщин Джулия оказалась самой желанной и… любимой.

Любимой она была не только для Ланса, но и для Дункана. Он любил её без причины. Просто любил. Он не мечтал о взаимных чувствах, он просто хотел быть рядом, хотел защищать её. Дункан не подозревал, в какую трясину его затягивает. Он считал свою вспышку лишь временным неудобством, но чем больше он думал о ней, тем крепчала его любовь. И Дункан боялся свихнуться, ведь он никогда не сможет признаться ей.

Никто не мог помочь Дункану, и даже Ли, который делал некоторые попытки. Дункан умел тщательно скрывать эмоции. Ли иной раз не мог разгадать, о чем думал в этот момент его друг. В конце концов, Ли оставил Дункана в покое. Хотя бы потому, что у самого был период в жизни, который ничуть не прибавлял красок. Он впадал в депрессию. А когда проходил мимо игровых автоматов, не удержался… Ли нарушил своё обещание Дункану. Он начала играть снова.

А потом, когда мелкие проблемы были улажены, все сосредоточились на предстоящем суде. И он не за горами. Осталось пережить январь.