55. Эмиль

Две с половиной недели спустя

Мама звонит как раз в тот момент, когда паркуюсь у ее подъезда.

— Да? — отвечаю по громкой, пятясь задом и смотря на парктроник.

— Эмиль, дорогой, вы еще не приехали?

— Нет, приехали, сейчас поднимемся уже.

— Ой-й, а я пока не дома, — виновато, — Мы с Ариэлем в пробку попали, так что передай девочкам, что будем через полчасика. У тебя же с собой ключи?

— Девочки слышат, — опережая меня, громко откликается Ди, сидящая рядом на переднем пассажирском, — Мам, я не поняла, а Гадович нам зачем? — ворчит, недовольно кривясь.

Диана у нас самая ярая противница нового маминого ухажера. Лиле он в принципе нравится, так как называет ее маленькой принцессой и дарит коллекционных кукол при каждой встрече, а мне… Нет, я не в диком восторге от господина Коца — меня бесит его холодная манерность и то, что периодически он называет меня "молодой человек", да и образ пупырчатого презерватива в обрамлении седых волосков не желает стираться из памяти, но в остальном… Я не могу не признать, что мама успокоилась и даже как-то расцвела рядом с ним. Я уже пару лет не видел ее такой умиротворенной. А значит все остальное неважно.

Конечно, мне эгоистично больно смиряться с тем, что мои родители оказались не идеальными партнерами друг для друга. И не очень приятно видеть, как быстро они утешились на стороне. Оба.

Я бы хотел, чтобы все было по-другому. Но об это "я бы хотел" я уже недавно больно обжегся, так что теперь тупо желаю, чтобы у всех все было хорошо. В том числе и у меня самого.

— Диана! — шикает мать на сестру строго, а затем сразу ласково и игриво, — Кстати, у нас с Ариэлем для вас сюрприз. Он предложил поехать в загородный отель на все выходные. Там СПА, бассейн, много развлечений и такой заповедник…! Уверена, отлично время проведем, — мечтательно.

Лиля одобрительно визжит с заднего сидения, у Ди же страдальчески вытягивается лицо.

— Мам, ты издеваешься?! У меня планы были на субботу! Ты не могла раньше сказать? Я бы у папы осталась!

— Так, дочь, давай без этих твоих подростковых истерик. Я тебе не картошку копать предлагаю, — злится мать.

— Забирай Лилю, а я вернусь с Эмилем, — психует Ди.

— Я тебя обратно не повезу, — встреваю я, — У меня свои дела.

— Значит на такси! — упирается.

— Диана, прекрати! Сказала все вместе, значит все вместе. И только попробуй так взбрыкивать при… — повышает голос мама, проглатывая конец предложения, так как очевидно, что Гадович сидит рядом с ней.

— Да мне плевать на него! — переходит Дианка на тонкий фальцет.

— Ну, Ди, ну поехали. Что ты всегда все портишь? — хнычет Лиля сзади.

А-а-а, они меня с ума сведут!

— Хватит ругаться у меня в машине! — рявкаю на всех разом. И женская часть моей долбанутой семейки отрывисто замолкает. Только слышно, как сестры обиженно сопят, — Так, мам, я их высаживаю, дальше сами. Ключи у меня есть, отдам Ди.

— А нас с Ариэлем не дождешься? Я хотела тебя увидеть, — тут же ласково, как ни в чем не бывало, воркует мама.

— Нет, меня уже друзья ждут, — сразу отметаю этот "заманчивый" вариант.

— Жаль, — вздыхает мама, — Ну хорошо вам повеселиться. Девочки, мы скоро.

И отключается.

Высаживаю сестер и отдаю хмурой Дианке ключи.

— Предатель, — бурчит, забирая, — Нас Гадовичу, а сам в клуб.

— Сильно матери жизнь не порть, — грожу ей пальцем, садясь обратно в машину.

— Он меня бесит, Эмиль, — жалуется.

— С Викой же смирилась как-то, значит и этого переживешь, — хмыкаю.

И под ворчание Дианки, что по сравнению с Гадовичем Вика просто ангел, стартую в сторону своего нового дома.

Примерно неделю назад я снял себе квартиру. Причин для этого было сразу несколько. Во-первых, матери дома я явно мешал по причине ее бурно развивающегося романа с Гадовичем.

Во-вторых, хоть отец и предложил мне вернуться домой, когда Малина улетела в Сочи, но по сути это уже было мало реально. И без того натянутые отношения с Викторией после произошедшего стали еще хуже, и именно с ее стороны, а я не собирался лишний раз нервировать одним своим видом слабую на здоровье, беременную женщину. Да и Малинка… Это теперь ее дом. И, если у нас в итоге все плохо сложится, что тогда делать? Опять выбирать, кому посреди ночи съезжать? Нет, так не пойдет.

Ну а в третьих…В третьих, я все-таки отчаянно надеялся, что у нас с Мальком все будет хорошо, но тогда как ночевать вместе на глазах у отца, Виктории и сестер? Это уже что-то из сексуальных девиаций.

Нужна была только своя территория.

И к ее выбору я подошел как мог тщательно — для себя одного никогда бы так не заморачивался. Меня устроил бы любой более-менее новый ЖК с хорошей транспортной развязкой рядом. Но мысль, что это может стать и домом для Малька, все меняла.

Сначала я сильно сузил зону поиска, остановившись на районе, где у Малины курсы. Во-первых, я знал, что эта часть центра Мальку нравится, а во-вторых мне было важно, чтобы ее занятия были в пешей доступности, потому что сама она пока не водит, а у меня из-за тренировок далеко не всегда есть возможность ее возить. Конечно, есть такси, но… Да я просто решил, что ей тут понравится.

Потом методично отмел все хрущевки, брежневки и старые дома без капремонта. Почему-то новостройки, хоть вроде как и элитные, но зажатые между советскими домами или промышленными зданиями тоже рассматривать не стал. Не ассоциировались у меня с Мальком эти пафосные дома-свечки с закрытыми узкими дворами.

Хотелось чего-то с высокими потолками, низкими широкими подоконниками, толстыми стенами, приветливым шумом узкой улицы и зеленью деревьев за окном. Чтобы босиком по паркету ходила и просила помочь повесить занавески. И с гитарой своей садилась на подушки на окне, и гулкое эхо от переливчатого смеха.

Я конечно совсем уплыл, я знаю…

Далеко не факт, что все так и произойдет, но такую квартиру я все-таки нашел.

Небольшую двушку в старом доходном доме сразу после капремонта. Там даже сохранился камин с изразцах. Малек будет в восторге… Если, конечно, когда — нибудь сюда попадет.

К сожалению, у меня нет в этом уверенности. Я не понимаю, что сейчас между нами.

Она достала меня из бана, как и обещала, мы переписываемся каждый вечер, вернее я пишу ей в районе одиннадцати, а она коротко отвечает.

Но вот именно, что коротко.

И вежливо. И нейтрально.

Любые мои попытки раскрутить разговор на что-то более жаркое не то, что пресекаются, но остаются без ответа.

И мне кажется, что ей и не надо ничего уже. И надо ли было вообще?

Я просто сдыхаю от этих мыслей. Так хочу увидеть ее поскорей. И в тоже время мне страшно, что то, чего боюсь, окажется правдой. Сейчас хоть можно помечтать…

И ведь отвечает же…Присылает фото и рассказывает, как прошел день, спрашивает как дела у меня. Но как у друга. А я ей не друг и никогда им не буду. Я слишком ее хочу. Мне даже на расстоянии притворяться этим чертовым "другом" практически невозможно, потому что все мое существо требует гораздо большего.

Мой персональный двухнедельный круг ада, на котором тебя еще не кидают на раскаленную сковородку, но уже обмазывают маслом и посыпают специями. И ты, весь в поту, ждешь, пощадят все-таки или нет.

Неопределенность та еще сволочь, да…

Когда захожу в квартиру, звонит Гордей.

— Ты скоро там? — орет в трубку, пытаясь перекричать долбящие басы за заднем плане.

— Через полчаса, переоденусь и такси вывозу, — зажав телефон плечом, разуваюсь в прихожей, в которой пока нет ничего кроме плюшевого пуфа и огромного резного зеркала в полный рост, висящего тут наверно еще со времен возведения стен.

Квартира вообще практически без мебели. Не считая кухни от хозяев и кровати — единственной вещи, что я сам заказал. Остальное пусть Малинка выбирает, если конечно будет тут обустраиваться.

— Ок, давай, все уже тут, — говорит Шолох и прерывает вызов.

У нас сегодня последний официальный загул перед началом сезона. В четверг уже первая игра, так что эта пятница — крайний шанс до беспамятства напиться, не отхватив при этом знатных люлей от Бори, и этот шанс никто не намерен упустить. В том числе я.