52

Добилась ли я хоть чего-то? Почувствовал ли он себя настолько плохо, как мне бы хотелось? Вполне возможно. Хотя бы ненадолго. Однако я и сама чувствую себя выжженной. А впрочем, разве я когда-нибудь была живой? Син берёт что-то из холодильника, подходит ко мне и тянет за плечо. Поддаюсь на автомате – место удара болезненно прижигает холодом. Вздрогнув от боли, я вырываюсь и отступаю на пару шагов. Бухаюсь на стул, торопливо отворачиваюсь к своему пиву. – Всё нормально! Бывало и хуже. Стыдно. Хочется спрятаться. Не хватало ещё, чтобы он видел мою побитую физиономию! Син оставляет упаковку льда рядом с моей рукой, проходит к кофемашине, нажимает кнопки, забирает чашку и уходит на привычное место на диване, а я слежу за ним поверх бутылки. Слёзы удалось загнать внутрь – ещё одна победа. То есть глаза всё равно мокрые, но голос не дрожит, так что нужно этим воспользоваться. Посмотри, Син, насколько я крутая, меня ударили, а я не плачу! – Может, скажешь что-нибудь? – О чём? – не глядя на меня, Син берёт с дивана дисплей, включает. – Понятно, что об этом, – я обрисовываю круг бутылкой. – Имеет какое-то значение, что я скажу? Голос-в-голове хмыкает: Какая разница, что он соврёт? И так всё ясно. Портовая шлюха! Будет теперь посуду после тебя дезинфицировать. Помявшись, я всё же выговариваю неуверенное: – Что думаешь по поводу моей работы?.. Син по-прежнему не отрывает взгляда от экрана. Весь такой занятой. – Это не моё дело. Конечно, не твоё. И даже не моё. Это касается только девушки, которую я придумала. А всем остальным плевать. Посмотрев на упаковку льда – на прозрачном пластике уже собралась крупная капля, вот-вот потечёт, – всё-таки беру. Может, и в самом деле поможет от синяка. Внешняя благопристойность даёт хотя бы видимость нормальной жизни. Слишком большой глоток пива встаёт в горле болезненным комом. Что дальше? Отомстить отцу – давняя мечта, горькая и жгущая яростью. Вот, она осуществилась – и что, счастлива ли я? Нет, конечно. Да и можно ли считать это местью? Получилось больно укусить его, но всего разок, и вряд ли это надолго выбьет отца из колеи – он регулярно купается в оскорблениях и угрозах от осуждённых и их родственников, недовольных системой правосудия. Что до мнения коллег и соседей… Даже если эта история станет им известна, в Особняках у каждого хватает собственного грязного белья. Дочка господина судьи танцует перед мужиками? Хватит пересудов на один вечер, не больше. Вспоминаю хруст сломанной руки. А вот это было приятно. Хоть раз отец не назначал наказание, а получил его сам. Ах, если бы у меня раньше был телохранитель… Способный защитить. Или хотя бы отомстить за все синяки. Но его не было. Ладно, хотя бы сейчас отец получил по заслугам. В следующий раз подумает, прежде чем поднимать на меня руку. Однако теперь, когда злорадство, ненадолго вырвавшееся из глубин бессознательного, уползло обратно в темноту, на смену ему приходит чувство вины. Абсурдное желание извиниться. Нет, я не должна и не буду! Нечего было меня бить! Но Голос-в-голове звучит уверенно: Ты заслужила. Сто процентов заслужила. Отец пришёл с миром, вежливо разговаривал, предложил помощь, а ты? Нагрубила, нахамила. Какие вульгарные гадости ты говорила, ужас! Злишься на отца, который всегда о тебе заботился, и за что? За то, что он хочет дать тебе хорошее образование! Многие мечтают об этом, но не имеют возможности. А тебе дают, пихают в руки, только возьми! Отец предлагает тебе прекрасную жизнь, успех, карьеру, всё. Неблагодарная избалованная девчонка. Бесишься на ровном месте, выдумала какую-то «месть» – хорошему отцу и уважаемому гражданину. Любой скажет, что в этой ситуации он прав, а ты – нет. И Син тоже так думает. Он возмущён твоим поведением. Это было ужасно, ты не права. Позвони и извинись. Не буду! А что тогда буду? Как жить дальше? Разбухающее внутри чувство вины – ощущение схоже с тем, как наливается под глазом синяк, – наводит на мысли о «Психушке». Стоит ли продолжать там работать? Да. Однозначно. Чтобы отец не решил, будто я сдалась из-за него. Иначе будет глупо: вместо того, чтобы согласиться на предложенные деньги, я устроила сцену, довела всех, а в итоге бросила «Психушку» бесплатно. Типичная Лета. Тупая неудачница. Да и платят там неплохо. Но зачем мне деньги? Купить новый парик для работы? Бельё, латексный костюм? А может, согласиться работать с клиентами? Позволить другим резать меня? За это платят в разы больше. Нет, я начала с вопроса «зачем мне деньги?». Хм, не знаю. Куплю Джанки какую-нибудь железку, от которой его глаза засияют, как новогодняя гирлянда. Может, Сину что-то нужно? Что можно ему подарить, чтобы искупить вину? О чём он думает, чего хочет? Почувствовав мой взгляд, Син отрывается от дисплея, но я качаю головой – ничего, всего лишь смотрю – и возвращаюсь к бутылке пива. Наверняка он не захочет принимать подарки от такой, как я. Откажется. Будет унизительно. Мысль о том, как я принесу Сину подарок – виновато опустив голову, выпрашивая его прощение, улыбку, хотя бы взгляд, – а он высокомерно откажется, выводит из себя. Ну его к дьяволу! Всё это. Всю эту паршивую жизнь. Син сам сказал, что его это не касается. Я для него – лишь необходимость, прикрытие. Да и другие не лучше. Дэн весь в своих железках, по-настоящему любит только их. Отца я волную лишь как угроза его репутации, моё исчезновение его порадует. Девушки из «Психушки» меня не вспомнят. Таиса жалеть не будет, она регулярно корчит гримасу из-за того, что я прихожу по желанию, а не по графику. Всем будет только лучше, если я исчезну. Нет, Дэн, может, расстроится. Немного. Но я оставлю ему наследство, все деньги, он купит на них много техники и успокоится. Всё только к лучшему. А как быть со статусом телохранителя? Попрошу Джанки переписать Сина на него. Дэн теперь уже целыми днями сидит дома, работает, и с ним не будет таких проблем, как со мной. К тому же они могут обсуждать разные технические штуки. Решено: отдам Дэну всю наличку и попрошу взять Сина к себе. Квартиру и безналичные средства отпишу ему в завещании, это быстро. А потом буду свободна делать что угодно. Покончить с этим. Наконец-то освободиться от всех проблем. Отдохнуть. Снова кошусь на Сина. Какой он всё-таки… Потрясающий. И так близко. Читает что-то на экране. Сидит на моём диване. Дышит, в конце концов. Кажется, протяни руку – и можно коснуться. А на самом деле нет. Глупо было верить, что между нами может быть хоть что-то, хотя бы дружба. Как обычно, я всё разрушила. У меня больше нет шанса притвориться той девушкой, которая могла бы ему понравиться. И то, что мы в комнате вдвоём, – лишь видимость. На самом деле я одна. Снова. Да и ладно, давно пора было к этому привыкнуть. Голос-в-голове ухмыляется: Ты не одна, у тебя есть я. И синяк на лице. Отличная компания. Гораздо лучше этого идеального робота, для которого ты никогда не будешь достаточно хороша. Набираю номер Джанки. Договариваюсь, что мы с Сином скоро придём. Слезаю со стула, выбрасываю опустевшую бутылку, закидываю лёд в холодильник, вытираю мокрое после него лицо. Нос болит точно так же. Не помогло. Иду к спальне. – Ты со мной? Как-то поздно я догадалась спросить. Что ж, ещё одна ошибка в общую кучу, их так много, что уже не исправить. Син смотрит на меня несколько секунд, но всё же откладывает дисплей и поднимается с дивана. – Это из-за того, что я нарушил обещание? – Нет. Какое обещание? Разве он не видит, что вокруг происходит какой-то ужас и абсурд, на фоне которого его обещание волнует меня меньше всего? Но мне лень всё это объяснять. Неважно. Зеркало в шкафу показывает, что нос припух и кровоподтёк под левым глазом очень заметен. Что ж, надеть солнцезащитные очки пасмурным зимним вечером – самое то для тупой убогой неудачницы. Что подумают люди? Плевать. Может, я наркоманка и имею право носить тёмные очки в любое время суток. В дополнение образа наматываю на нижнюю часть лица шарф. Идеально. Я никого не вижу, и не надо видеть меня.