Глава 5. Юля

Прижатая к стене, видя бешеный взгляд Эша, я отчетливо осознала, что страх словно испарился. Вот она сила самовнушения и мудрость от бабушки. Правда, не последнюю роль сыграли собирающиеся за его спиной призраки. – Об-бернись, – прохрипела я. – Чего? – не понял он, но совету последовал. Едва заметил, что прозрачное облако, гудящее что-то невообразимое на букву «Б», движется на него, моментально меня отпустил. А я больше этому факту не удивлялась. Удивлялка сломалась. Наверное, в день, когда я родилась, с неба падала саранча, лился кровавый дождь, а акушер сообщил моей маме, что зародилось великое зло. Других объяснений своим поразительным способностям влипать в престранные ситуации я не находила. – Как ты это делаешь, Веймарс? Какой бездны они тащатся за собой и защищают? Не находил и Эш. Я пожала плечами. – Был бы ты умнее, что как мы выяснили не твой случай, – начала я, но поймала новую волну направленной злости. – Да понятия не имею. Ты же привязался за чем-то. Как и Аарон. Как и призраки. Может, от меня особый аромат ощущается – привлекает озабоченных и неупокоенных. С другой стороны, аромат должен витать в воздухе, а не менять летные условия для кровожадных крылаток. – Кого? – фыркнул он. – Ну, ты достаточно неспокоен, – не удержалась от новой шпильки. – Чего ты от меня хотел? Отстранившись, он выпрямился и огляделся. – Ты сняла проклятие с оборотня-недомерка? Как у тебя получилось? – Эй, не с недомерка, а с Эндрю, – обиженно просипела. – И повторюсь. Я не знаю. Думаешь, ты первый, кто меня об этом спросил? Даже ректор не в курсе, что со мной. Что-то упомянул про книгу. – Какую книгу? – сдвинулись брови парня. – Че-то там от Хайда и Джекила. Прости, я не запомнила, – опустила голову, отчаянно кляня себя. Это же какую информацию, дура, упустила. Зато Эш знал ее название. – Летопись по магическим беспорядкам, – ответил он за меня. – Все экземпляры уничтожил мой дяд… Неважно кто. Хм, занятно. Значит, господин Вулф подумал, что там есть факты про твою, – обвел меня уничижительным взглядом, – странность? Я же во все глаза смотрела на призраков, отказывающихся рассеиваться и прислушивающихся к нашим словам. – Получается, что так. А есть где-то хотя бы один завалявшийся экземпляр? Ну хоть в самом ужасном состоянии? – от меня не укрылась его оговорка. – Это уже не твое дело, Веймарс. Но если он и есть, я его найду. Все, забудь. – Неа, раз ты ведешь об этом речь и вытащил меня из столовой, – я заупрямилась, – значит, меня это каким-то боком касается. Чего ты хочешь добиться? – Серьезно? – скрестил он руки на груди. – И никаких догадок? Вряд ли я интересовала адепта Ходжеса, как объект воздыхания, он меня едва терпел. Вряд ли его напрягал возможный конкурент-создатель банды. Я даже не думала о том, что он до сих пор желает мне отомстить. На языке крутилось очевидное. – Ты и сам хочешь снять проклятие? – ахнула я. – Стать драко… Мне накрыли рот ладонью и снова прижали к каменной стене. Выступающие кирпичи неприятно врезались в спину. – Не ори. – Расслабил он мышцы, отпуская меня. – Кто тебе рассказал про мое проклятие? – Да блин, ты достал. Я тебе кукла соломенная, что ли? Продолжишь в этом духе, я буду давать сдачу. – отпихнула юношу во всю мочь, на которую была способна, но этот исполин и с места не сдвинулся. – Тамила мне рассказала, а ей еще кто-то. Если надеялся, что из твоего проклятия будет секрет, то ты сильно ошибался. Все об этом болтают. Признаться честно, сейчас Эш выглядел, как расстроенный мальчишка. Весь налет надменности и криминального флера пропал. Ему в лицо, конечно, никто не заявлял, что тайны не вышло, зато за спиной со вкусом и с расстановкой смаковали подробности. И мне нравилось. О, как чудесно разливалось по венам чувство превосходства и зловредности. Он набрал в легкие побольше воздуха, чтобы меня то ли отпеть, то ли прочитать новую злостную, ругательную отповедь, но внезапно кто-то резко схватил меня за обе ноги и потянул вниз. Пафосного ора не случилось. Я провалилась в подпол, точнее, кем-то уверенно тащилась в подпол. – Ааа, – я закричала, махая руками. Где-то позади слышалось. – Раз, два, Ленни заберет тебя. Три, четыре, пойдешь в гости ты к проныре. Пять, шесть, Ленни очень хочет есть. Семь, восемь… Допеть этот Ленни не успел, за меня уцепился Эш, не давай свалиться в подвал, к маленькому окошку которого я была прижата. – Веймарс, ты дурная, зачем встала у проклятого подвала? – бухтел он, силясь меня вытащить. – Проклятого? Да тут, куда ни плюнь, каждое место проклято. И вообще, это ты меня туда толкнул. Не смотри, вытаскивай. Ужаса добавляло и то, что я отчетливо ощущала когтистые пальцы незнакомого существа. Слава вселенной, в отличие от меня, адепт Ходжес был выпускником и вроде отличался успехами в учебе, если верить моей соседке. Он что-то шепнул, с его ладони соскочила искра, не обжигавшая меня, и укатилась в темный проем, откуда и доносились леденящие душу звуки. Я почувствовала жар, а потом свободу, и под действием инерции рухнула прямиком на парня. Распласталась у него на груди, подбирая ноги повыше. Стремно же. – Семь, восемь, угощу всех абрикосом. Ироды, – заверещал голос. – Я, может, поболтать хотел. Сижу тут безвылазно больше десяти лет, с той самой бури. Сволочи, иди вы… в бездну. Продолжая валяться на Эше, о приличиях и нашем двусмысленном положении я думала в последнюю очередь. Опомнилась, когда юноша запыхтел и перевернул меня на спину, а сам навис надо мной, сверкая разгневанным взглядом. – Веймарс, ты просто магнит для всякого дерьма, ты хотя бы это осознаешь? – почувствовала легкий ветерок, слетавший с его губ. – Тогда не удивляюсь, что ты постоянно поблизости, – отозвалась с сарказмом, понимая, что начинаю краснеть. Святые котята, да он же лежит на мне, прижался, как к грелке, и не собирается отстраняться. – Ну ты и… – он не закончил, подобрался и встал. А потом и вовсе совершил неожиданное – подал мне руку, чтобы я не корячилась на земле. С опаской принимая помощь, отряхнувшись и надеясь побыстрее увести наши мысли от щекотливого положения, не могла не спросить. – А кто это был? – Ленни? – ухмыльнулся старшекурсник. – Ползучий клоун. Вон, смотри, красный шарик из подвала вытаскивает. – И действительно, из окошка взметнулся и поднялся в воздух алый шар, напомнивший мне об одном шикарном фильме ужасов. – Не бойся, – смеялся Эш. – Малыш Ленни и мухи не обидит. – Мух он и не обижал, – поморщилась, проверяя, не осталось ли следов от когтей клоуна, – он меня сожрать хотел. – Вряд ли, в тебе столько яда, – заключил адепт Ходжес и посерьезнел. – Хватит, Веймарс. Устал с тобой околачиваться. Если что разузнаешь о своей силе, сообщи. Мне надо снять проклятие. – Распоряжался он мной, словно своей собственностью. – И… держись от Аарона подальше. – Тебя забыла спросить. – Возмутилась я. – А зря, потому что это не предложение и не просьба, – помрачнел Эш, – это залог твоей спокойной жизни в Мороке. Клянусь всеми живыми и неживыми существами, этот парень умел за секунду разгонять мое настроение от волнующей благодарности до полной ненависти. Он ушел, а я выбросила его предупреждение из головы. Да адепт Харт с его внезапным интересом к моей персоне тоже настораживал, но слушать приказы Эша я не собиралась. Я вернулась в нашу с Тамилой комнату. Подруги нигде не было, а я впервые открыла домашнее задание, которым профессор Крюджерс щедро нас одарил. И плевать было декану некромантского факультета, что все сорвалось по вине попаданки и оборотня. От знаний в его аудитории живым никто не уходил. Что-то мне подсказывало, что и мертвые преисполнялись наукой. Удивительно, но Бугимен оказался отличным помощником, разбиравшемся в сновидении. – Ты чего, Барабашка? – влился он во всеобщий тренд с моим прозвищем. – Я же по молодости детей во сне пугал. Сидел в их шкафах и… хобба, – тут с него упали розовые шорты. Так что я на своем личном опыте поняла, чем он пугал детей: разукрашенными в сердечки трусами. Позабыв обо всем, корпела над учебниками. Новый распорядок дня плохо усваивался молодым организмом. Я упрямо просыпалась утром, а к вечеру чувствовала себя очень уставшей, но в академии-то все наоборот. В общем, я задремала, пока учебник по сновидению не ударил меня по носу. Видимо, убедить себя в интересности предмета мне не удалось – руки сделали все сами. – Ай, – не без труда осознала, что произошло. Одновременно потирала пострадавшую конечность и оглядывалась. Понятия не имею, как долго я дремала. Светало. Ветер гулко гулял по дорожкам мрачной территории, гнул елки и сухие кусты. С окна послышался подозрительный скрежет и движение. Звук еще такой, очень располагающий к инфаркту. – Белка, привет, – помахал мне Аарон, державшийся за выступы на кирпичах. Я взвизгнула, бросив в него проклятым учебником. Раздался звон бьющегося стекла, и из шкафа вылез недовольный Бугимен. – Как ты здесь оказался?! – обращалась я к юноше. – В окно влез. – Пояснил за него мой сосед. – Очевидно же. А ты во всех книжками бросаешься? Очень странное хобби… Но каждому свое. Жаль, Винчестер тебя убьет. – Нельзя же вламываться к человеку в дом! – оправдывалась и запереживала, что леди Сара реально сделает из меня призрака. – Естественно, можно. Я же вломился. – Браво сообщил адепт Харт, залезая внутрь. – Не психуй, окно я поправлю. Наблюдая за действиями главы банды Башмаков, мне стало совестно. Я забыла, что обещала побеседовать и с ним. Но впечатления от ползучего клоуна, от Эша перебили мои намерения. Иногда мне не хватало обычной студенческой жизни, даже здесь, даже в этом месте. – Барабашка, – улыбнулся белоснежными зубами старшекурсник, – а я придумал, как ты можешь обо мне все узнать. – Чего? – не понимала, о чем ведется речь. – Ну, не тупи, – доказывал Харт. – Ты каким-то образом в сновидениях сняла проклятие с оборотня. Попробуй снять с меня. Блин, если вдруг случайно получится, то к моему окну откроют паломничество, а преподаватели завопят, что учить некого. – А при чем тут узнать и снять, Аарон? – схватилась я за лоб, тренируя "соображалку". – Мне Вулф запретил. Нельзя. Я же навредить могу. – Расслабься, Б…Б... Юлия, – сделал он усилие над собой. – Не навредишь, хуже мне точно не будет. Давай попробуем? Какой же бездны все мне советуют расслабиться? Укусила за ухо тварь, размером с ладонь – расслабься. Погналась адская гончая – расслабься, потащил в подвал ползучий клоун – и тут, блин, расслабься. А я прямо каталась на аттракционе небывалых впечатлений под названием «санитары забыли врата преисподней закрыть». – Как ты это представляешь? Я ведь даже не знаю, что у тебя за проклятие. А если ты похлеще Эндрю в кого-то превратишься? – Ха, в кого? – парень совершенно не стеснялся. – В кракена, – подсказал Бугимен. – В кракен… Эй, а ты не подслушивай, – накричала я на соседа. – Лучше выясни, куда пропала Тамила, я начинаю волноваться. Вроде она что-то говорила про посвящение у ядоварителей, но голова была забита иным, и я запамятовала. – Я-то пойду, – развел руками монстр, – но поверь с высоты моих страшных прожитых лет, ты слишком положительная девочка. Не поддавайся на его уговоры. – И не собиралась, – фыркнула. – Ага, так говорят все положительные девочки, прежде чем стать… – обвел он меня оценивающим взглядом, – менее положительными. От летящей в него подушки он с гулким, вызывающим мурашки смехом, увернулся. А Аарон, напротив, во все глаза уставился на меня. – Я и забыл, что в женской общаге есть Буги. Прикольный у вас питомец. А где твоя кровать? – лихо он определился с местом и закинулся на постель, между прочим мою. – Ты чего делаешь? Я же не соглашалась. – Давай пропустим эту часть, – привстал адепт Харт, скидывая тяжелые ботинки, – где я тебя долго и страстно уговариваю. Поверь, я отличный парень, и умею быть убедительным. Но искренне советую не влюбляться в меня. Я мало что могу предложить в плане постоянства. Только приключения. Так что переходим к стадии, где ты кивнула и приступила к делу. И опять же, я умею быть благодарным, – подмигнул он в конце. Какая поразительная наглость, и почему-то действующая на меня. Я настолько обомлела от слепой уверенности Аарона в том, что я все сделаю, как он хочет, что реально сделала как он хочет. Начинаю понимать, по какой причине мама терпела отчима. Ну проще же сказать на все «да», а не вертеться ужом, поясняя, почему все идиоты. Он развалился, устроился поудобнее и вместе со мной произнес заклинание, которому нас обучал Крюджерс. Какая ирония, что это единственное, что я вынесла из своих занятий в Мороке.Через несколько секунд я вновь ощутила знакомые симптомы, веки слипались, и разливалось теплое чувство прихода сна. Вот только картинки, которые предстали перед глазами были куда более пугающими, чем в первый раз с адептом Ллойдом. Аарон от кого-то бежал, сердце гулко стучало в его груди, что я реально слышала звук учащенного пульса. У него нарастала паника, и из-за его состояния начала бояться я. Я узнала территорию академии и тот самый склеп, где мы с Эшем прятались от гончей. Он завалился за потайную стену, забился в угол, от храбрости и следа не осталось. Прошмыгнула за ним, но так и не догадалась, от чего, точнее, от кого мы прячемся. Неожиданно содрогнулась стена. С кирпичей посыпался песок, часть откололась, повалившись на наши головы мелкими камешками. Один раз, второй. И я узнала голос… Эша. – Впусти, – шипел он, будто привидение. – Впусти, будет хуже. – Отвали, Эш, – отозвался Аарон, лихорадочно наматывая на запястье с пять-шесть защитных плетений. Я такие делать не умела, но видела, как ребята тренируются на полигоне. Резко наступила тишина. А потом… Потом потайной вход рухнул. Вошел адепт, но я не сразу его признала. Нет, зрачки, залитые тьмой, больше не удивляли. Не смущали и ладони, излучавшие зеленые лучи, а вот черные крылья за спиной, когти и чешуя по скулам вызвали во мне переполох. Будучи свидетелем, ненастоящим участником кошмара, я пожалела Харта. Какой трындец ему снится. Аарон бросался в него заклятиями, но на Эша будто наложили с тысячу защитных чар, они отбивались, не причиняя никакого вреда его здоровью. Он добрался до Харта. – Есть последние слова? – спросил адепт Ходжес со взглядом убийцы и улыбкой маньяка. – Мне на память. – Иди ты… в бездну, – мстительно отозвался парень, а я словно почувствовала ту боль и страх, что он испытывает. Затеребила его за плечо, напрочь позабыв, что мое прошлое прикосновение и сделало из Эндрю оборотня. Мир снова закружился вокруг меня, возвращая в комнату и нормальное состояние. Я боялась открыть глаза, переживала, что тогда все закончилось на отчаянном стремлении первокурсника превратиться. А Аарон-то мечтал об ином, он не хотел умирать. Распахнув веки пошире, ужаснулась. Юноша не пришел в себя. Оставался лежать у меня на постели, и я даже не была уверена, что он дышит. Как назло, в комнату ввалилась улыбчивая и счастливая Тамила. – Белка, у меня ошеломительные новости! – икнула она, но проследив за моим взглядом, уперлась в старшекурсника. – Это что за хопгоблин? Мы не договаривались о том, чтобы к себе парней водить. – Мамочки, – я же схватилась за сердце. – Кажется, я убила Аарона. – Не психуй, будем прятать тело. Подруга столь уверенно себя вела, что на мгновение закралась мысль, а не делала ли она подобного раньше. – Чем ты его приложила? – присмотрела внимательнее Тамила. – Как он, вообще, сюда пробрался. Лежит еще так… естественно. – Магией баловались, – вылез из шкафа Бугимен, – кстати, той, которой ей запретили заниматься. – Тебе откуда знать? – паниковала я, представляя, что свидетелей у моего проступка становится все больше и больше. – Ты истинная попа-данка, – обозвал меня на свой манер шкафной монстр. – Привидения донесли. Мы же общаемся. Ходят тут, стенают. Между прочим, не все они умеют говорить. – Эй, остановитесь, Аарон не мертв, – прервала адептка Маверик. – Он дышит. Сейчас, погодите, я попробую его разбудить. – Так это не труп? – разочарованно произнес Бугимен. – Не… мертв… – слушала его пульс ядоварительница и попробовала растормошить. – В смысле, дрыхнет мертвецки. Белка, а Крюджерс в тебе не ошибся. Ты, кажется, решила всех парней Морока отправить в стационар. Чем мы занимались? – Сновидением, – повинилась я. – Он тоже мечтал снять свое заклятие. – Аааа, – расплылась брюнетка в зловещей улыбке. – Если я тебя об этом попрошу, то напомни, что ты вырубила напрочь сильнейших старшекурсников академии. Отрезвляет как-то. Ей смешно, а мне жутко. Где-то в душе зародилась симпатия к адепту Ходжесу, который тоже никак не мог унять свою силу. Но Эш-то в курсе, как у него происходят срывы, а я понятия не имею, что делаю. – Ладно, он спит, – присела рядом, изучая безмятежное лицо Аарона, – и что дальше? А если он не очнется? Не можем же мы хранить Харта у себя. – Да, проблематично, – хмыкнула Тамила, – если будет обход от леди Сары, то только в гардероб, и то… – И нет, – взревел за стеной Бугимен. – Я сам здесь еле-еле помещаюсь. – Тогда нужна помощь от последних курсов, – поморщилась соседка. – Я знаю, что они в дни экзаменов балуются запретным волшебством. Впрыскивают себе адреналиновых искр, чтобы не спать и готовиться. – Ага, мы уже побаловались, – прозвучало немного двусмысленно. – Ну, тогда шагай к ректору Вулфу, – уселась она напротив. – Посмотрим, что он скажет. Парни в комнате – это раз, – загнула она один палец, – нарушение его приказа – это два, – загнула второй, а после загнула остальные. – Короче, он тебя прибьет, но ты расслабься, не накручивай себя. Исключат за намеренное причинение вреда здоровью учащегося, еще и за собственную тупость, потом найдешь себя на поприще в сфере обслуживания Абердина. Будешь работать подавальщицей в таверне. – С тобой, – я фыркнула, – но ты тоже расслабься, не накручивай себя. Правда, пока мы пререкались, у меня возникла одна идея. У Тамилы знакомых среди старшекурсников не было, ее ядоварительницы сакральными знаниями бы не поделились, потому что она новичок, и вьющаяся противным плющом дедовщина не позволяет выдавать информацию бесплатно и без унижений. Меня все обходили стороной. Все, кроме одного человека. – Мы пойдем к Эшу, – произнесла, но без уверенности в голосе. – А перед этим спрячем Харта в одном склепе. Я боялась увиденного во сне, но еще больше переживала, что Аарон не откроет глаза. В конце концов, эти двое как-то сосуществовали четыре года бок о бок. Не придушит же Ходжес его в моем присутствии? Плюс, я была ему нужна. Он мечтает о снятии своего проклятия, а значит, ему нельзя мне отказывать. Тамила одарила меня гневным взглядом. Тяну ее, видите ли, гулять по грязным дорожкам Морока, предлагаю неистово развлекаться с почти бездыханным юношей. Меня ведь жажда бурной деятельности одолела. А она предлагает подождать, авось и так оклемается. Растратит зря весь приступ активности, бескрылый, не вдохновленный общей бедой человек! Впрочем, не без дополнительных уговоров и утверждения, что дружба – понятие круглосуточное, она наконец-то согласилась. Ради нас и Бугимен вышел из своего укрытия, помогая тащить внушительную тушу главы банды Башмаков. И пока мы шли, я поражалась отличной дисциплине в учебном заведении. Ни единой души. Все так боялись гончих и возможных наказаний, что с началом комендантского часа по коридорам бродили одни призраки и мы. – Боги Бездны, ему надо похудеть, – пыхтела моя товарка, держа Аарона за ноги. Харт был неподъемным. Помимо его веса я сочла, что именно этот парень – мой тяжелый камень на спине, и, возможно, сломленная под этим самым камнем судьба. Не спасал и тот факт, что с бытовыми заклинаниями левитации у Тамилы проблем не было. Уже на улице я почувствовала движение с одной из тропинок. К нам кто-то направлялся, и сердце бешено застучало в грудной клетке. – Тикаем, – бросил тело Бугимен, пробуксовывая на рассыпленном гравии, – эти псы адово кусаются. Мы с адепткой Маверик столь резво отреагировать не успели. Развернулись и обнаружили ошарашенного Эшварда, застывшего от жуткой, но прелюбопытной картины. Две студентки, потные и взмыленные, куда-то несут его вечного соперника. – Супер, его-то мы и искали, – заявила Тамила. – Да, – судорожно вздохнула, – но я понятия не имею, как объясниться. Тем временем парень приблизился. По лицу невозможно сказать, что он чувствовал. С виду был максимально невозмутим и бесстрастен. Держал руки в карманах, посвистывал. Бровь у него красиво изогнулась, показывая мне и Тамиле, что Эш ждет каких-то слов. – Знаете, – ощутила некую неловкость подруга, бросая ноги Аарона на пол, – мы достигли места назначения. Да и мои волосы слишком хорошо уложены, чтобы терять эти часы на воздыхателей Белки. – Воздыхателей кого? – скривился Эш, одаривая меня взглядом кровожадного маньяка и одновременно содрогаясь. – Моих? – возмутилась я, начиная попискивать от тяжести адепта Харта. Но Тамила слов на ветер не бросала. Отчаянно и храбро подтолкнула Эша ко мне, намекая, чтобы он придержал безмятежное тело, и свободно удалилась, напевая себе под нос что-то про истинные желания. Ну, стерва. Если вернусь, ключевое «если», отомщу. – И куда вы его несли? – спросил меня темноволосый юноша. – В твой тайный склеп, – ворчливо отозвалась. – Может поможешь? А не будешь стоять столбом? В отличие от Маверик, он, видимо, занятия по бытовой магии не прогуливал. Взмахнул рукой, и спящий Харт поплыл в воздухе, будто под ним образовалась невидимая каталка. – Ты странная, Веймарс. Тайный склеп на то и тайный, чтобы не водить туда всякую… Что ты с ним сделала? – Давай дойдем, – заозиралась я. – А потом я все расскажу. И вообще не понимала, а что можно рассказать. Не выдавать же Аарона со сном, где Эш его убивает? Это сон, а не явь. С другой стороны, вот Эндрю, кажется, снилось его прошлое. Блин, оно было прошлым, а сон Аарона не факт, что является будущим. Я совсем запуталась. Мы кое-как достигли гробницы, вошли вовнутрь, не встретив никого по пути, а когда остались наедине, не будем брать в расчет обездвиженного боевика, Эш зажег потухшие свечи. При бликах огня и в полутьме его лик становился еще зловещее. – Ну, – сложил он руки на груди, – я жду. – Ты можешь его разбудить? – не отрывалась я от Харта. – Он магическим образом впал в забытье, – тараторила я, не останавливаясь, – и не проснулся. Тамила что-то упоминала про адреналиновые искры. А мне не к кому было обратиться. Я пошла к тебе… От такой наглости Ходжес аж поперхнулся. На губах заиграла злая ухмылочка. – Какая ирония, потомки тех, кого я искренне ненавижу, захотели обратиться за помощью ко мне. Аарон и ты. Ты и Аарон. Что? Настолько дорог этот башмачник? В голове не укладывалось, что он не сочувствует адепту. Каким уродом надо быть, чтобы наплевательски ко всем относится. Мой план терпел крах, и из-за смятения и страха, я быстро разъярилась. А лишние эмоции всегда мешают. – Что? Настолько сложно помочь по доброте своей душевной? – произнесла с сарказмом. – В твоем-то теле душа еще осталась? Эш не проникся. – По чему чего что? – рассвирепел парень не меньше. С добротой и наличием души я, пожалуй, поспешила. – Веймарс, я тебя-то терплю из-за твоей идиотской силы. Но ты можешь доиграться. – Тогда и тебе ничего не поможет, – выпалила я. – Останешься тухлить в проклятой академии. А какие широкие перспективы открываются – гонять мертвецов по полям. – Ах ты, – щелкнули у него костяшки пальцев. На мгновение я прикрыла глаза, испугавшись, что сон Аарона сбывается, только в главной роли будет глупая и язвительная попаданка без внутренних стопоров. Но Эш хоть и сдвинулся с места, но тронул не меня, весь гнев он направил на Харта. Условно, просьбу мою он выполнил, но с какой ненавистью бросал сноп искр в грудь боевика. Я даже запереживала, что несчастный адепт воспламенится. – Не выходит? – Не лезь под руку, Веймарс, – проскрипел Эш сквозь зубы. – А то и тебе ненароком прилетит. Тебе, вообще-то, полезно. К счастью, наш болезный дернулся, отвлекая моего вынужденного помощника от жестокого намерения. Аарон приоткрыл веки, закрыл, а после… После он подскочил на своем месте, будто его не искрами били, а проводами под напряжением. – Какого Морока происходит? Проклятье. Что я здесь делаю? – огляделся Харт, узнавая пейзаж. Ну, а то, что рядом с ним сидели участники из сна, тоже не добавляло спокойствия в атмосферу. – Белка, а на кой ты позвала Ходжеса? – А ты умеешь быть благодарным, Аарон, – поморщился Эш. – От вечного сна тебя спасаю, или во что ты влип? С этой, – кивком головы указал на меня, – до могилы недалеко. Думала задохнуться от возмущения, но не доставлю обоим парням подобного удовольствия. Со мной до могилы недалеко? А ничего, что я, нарушая все правила и запреты, поперлась в потайной склеп, связалась с Эшем, который откровенно меня ненавидит, призналась Тамиле в своем попаданстве и даже попыталась помочь Аарону? Складывалось впечатление, что этот мир, вся страна ко мне страшно несправедлива. Меня здесь абьюзят, а какой-то недомерок говорит, что я виновата? Да я день за днем побеждаю систему. По крайней мере, для меня победа уже то, что я до сих пор не склеила ласты. Аарон вернул себе вертикальное положение и сложил руки на груди. Взгляд у него был осуждающим. – Серьезно? И ты не нашла никого лучше, чем его? Попросила бы кого-то из моих… – намекал он на участников собственной банды. – Серьезно? – не осталась я в долгу. – А кого? Я три дня в академии, что-то не припомню, чтобы ты представлял меня друзьям. – Серьезно? – Эшу, кажется, тоже не понравилось, когда его игнорируют. Он аж ладонью помахал между нами. – А человеческое спасибо я услышу? – Конечно, – буркнул адепт Харт, – спасибо… тебе, чтобы ты там не сделал. Две секунды магии, и мне в ноги кланяться? – Если он человек, – справедливо рассудила я. – А что? – храбро столкнулась с двумя парами возмущенных глаз. – Вообще-то я не разобралась, что я конкретно совершила. Могла и убить, и воскресить. С логической точки зрения… – С логической точки зрения, Веймарс, – бесился адепт Ходжес, – тебя нельзя ни к кому подпускать. Чем вы занимались во время сновидения? Что такого ты разглядела? Я замолкла и обратила свой взор на виновника происходящего. В конце концов, тайна принадлежит ему, ему и признаваться. – Какое тебе дело, Эш? – лениво спросил Аарон. – Да, спасибо за помощь, буду у тебя в долгу, но в мои взаимоотношения с… Белкой не лезь. – Продолжим начатое в столовой? – также вальяжно отозвался темноволосый старшекурсник. – Решим, у кого какие отношения с проклятым грызуном? А вот мне терпения и спокойствия не хватало. Они ругались не из-за меня, я просто была поводом, чтобы поссориться. Но тем не менее, это не добавляло оптимизма. Ну, и ненавижу, если меня обсуждают в моем присутствии. – Хватит, оба, – мечтала, что мой голос разделит склеп пополам, как эта парочка отпрянет друг от друга, испугавшись моего авторитета, но я прозвучала, будто пищащая мышь, прятавшаяся от кота. Ребята лишь покривились, силились сдержать усмешки. – Вы можете закопать свой молоток войны, – предложила я. – Что у вас за противоречия, что вы друг друга не выносите? Девушку не поделили? – Девушку, Веймарс? – дернул бровью Эш. – Тебя, что ли? – Не обращай на него внимания, – бросился мне на защиту Аарон. – Он красуется. Наоборот, не реагируй на его слова, а то будешь в череде его подружек, – вещал студент красочно. – Даже не представляю, чем, как и скольким меня можно напоить, чтобы подобное произошло, – содрогнулась я, моментально прикусив собственный язык. Блин, совет Мерлина по привязыванию к себе молодого парня проваливался в подвал к Ленни. Возложу возле этого захоронения красный воздушный шарик. Не то чтобы я очень хотела флиртовать с Эшем, но план был неплох, потому что Ходжес прекратил бы язвить по любому поводу. – Я того же мнения, Веймарс, – поморщился брюнет. Мы обменялись негодующими взглядами, но наши дела-то с места не сдвинулись. Наконец, я устала от недомолвок и тупого обмена гадостями. – Ты хочешь снять проклятие, – обратилась к Эшу. – Ты тоже хочешь снять проклятие, – посмотрела на адепта Харта, – а я понятия не имею, что за чертовщина со мной творится. Не легче объединиться? Что-то я не чувствую огромного желания преподавателей нам помочь. Это не академия, а настоящая ссылка, где закрыли неугодных магов. И не говорите, что вы похожего ощущения не испытываете. Учитывая, что парни потупили глаза и поджали губы, схожие чувства были и у них. – Ладно, – без явного одобрения проговорил Харт. – Я могу рассказать о себе, впрочем, многие и так догадывались. – В Бездну, я тоже могу, если все дадут клятву о неразглашении, – напряженно высказался Ходжес. А мне признаваться было не в чем. Точнее, я не идиотка, чтобы первому попавшемуся сообщать об иномирском происхождении. Хватит Тамилы и Бугимена, и то, все равно переживаю, что у монстра и подруги языки без костей. Как давать клятву ребята меня научил еще пройдоха-Бенедикт, так что подозрений у адептов Морока я не вызвала. – Почему ты меня ненавидишь? – решилась задать вопрос первой. – За что? – Не делай вид, что не знаешь, – хмурился и ссутулился Ходжес. – Ты не присутствовала, но твои родственнички были на собрании, когда меня ссылали сюда. – Я не понимаю. – Не понимаешь? Реально? – он холодно рассмеялся. – Либо ты отличная актриса, либо росла в каком-то далеком захолустье. – Ты даже не представляешь в каком, – улыбнулась, тайно радуясь, что почти и не вру. Москва – это захолустье с натяжкой, но по меркам Абердина подходит. – И ты не ведаешь, кто я такой? – изумился Эш. – Совсем не в курсе? – Нет, – мотнула головой, но с этого мгновения проснулась совесть. Он явно имел в виду свое королевское наследие. Так оно и вышло. – Веймарс, да каждая адская гончая, каждый призрак в Мороке знает, что я наследный принц с проклятием, – поражался моей необразованности адепт Ходжес. – А ты ни сном, ни духом? Положим, меня успели посвятить в часть королевских тайн, но я была уверенна, что Тамила, например, понятия не имеет, кто он такой. – И что? Ну, ты принц, – вякнула совершенно не восхитившись. В моей стране монархии нет, свергли. Память предков как-то не добавила к крови идолопоклонничества или чинопочитания. Будь он певцом из Кореи, блогером из Китая, я, может, и запрыгнула до потолка склепа, как настоящая барабашка, закрутила бы шеей на триста шестьдесят градусов и засемафорила бы глазами на манер светодискотеки, но принц… фи, это попсово. – Твои родственнички и его, – повернулся Эш к Аарону, – голосовали на закрытом заседании моего дяди. По линии престолонаследия первым шел я, но главы родов пришли к мнению, что принц с проклятием Абердину не подходит. Я ужаснулась. Нет, сама новость не была ошеломляющей, меня успели известить, но я жутко взбесилась неорганизованностью канцлера и Его Величества. Они на какое-такое сближение рассчитывали, когда выправили мне документы с фамилией Веймарс? Оглянувшись на Харта, поняла, что парень совсем не удивлен. Он виновато пожал плечами, слабо и гаденько улыбнулся. – Правда, все знают? – изумлялась я. – В большинстве, – подтвердил Аарон, – а кто не знает, его быстро просвещают. Вступишь в любую банду, мигом донесут. Вы, первокурсники, просто пока недостойны, – произнес он с легким презрением, но сразу поправился, – по мнению некоторых, не по моему. – Ты само благородство, – я съехидничала. – Ладно, он проклятый принц, – сдержала огромное количество шуток, накопившихся за эти дни на животрепещущую тему, – а какие проблемы у тебя? – Сказать не могу, – мотнул парень головой. – Я надеялся, что ты догадаешься. – Может, – напомнил о себе Эш, – вы прежде расскажете, о чем ведется речь? Мы с адептом переглянулись. Вроде как условились, что не стоит таиться друг от друга, но по факту каждый за спиной скрестил пальцы. – Скажи ему, – толкнула юношу, – чего ты теряешь? – Самоуважение, здравомыслие, время… – накидывал Аарон варианты. – Мы его сейчас теряем, – раздражался Ходжес. – Либо говори, либо… – он хищно клацнул зубами, – я заставлю тебя говорить. – Напугал, – фыркнул его противник. – Это ты ее может третировать, а со мной подобные фокусы не пройдут. Но так и быть, Ваше Высочество, – язвительно назвал Харт титул недруга, – я расскажу. – Снишься ты ему, – я услышала главное. Аарон не против выдать собственную тайну, а мне до ужаса надоел их страстный танец ненависти и обмена подколками. Мы так неделю препираться будем. – Чего? – натурально взревел Эш, подхватывая Аарона. – Снюсь? Я? Тебе? – Не в том смысле, придурок, – оттолкнул Харт парня. – Вот в таком амплуа и снишься, – добавила красок к нашей «тепленькой» беседе, где все готовы друг друга отметелить. Все, кроме меня, потому что мне для отметеливания нужен инвентарь. – Ты его убиваешь, я стою рядом и ужасаюсь. Буквально убиваешь. Душишь. Отрываешь голову. – Говорила с усмешкой. Но, конечно, бравировала. На самом деле сновидение не вызывало никакого смеха, а сарказмом я прикрывала леденящий спину кошмар. Сейчас Эш выглядел нормально, а там, во сне, до чертиков пугал. По-моему, я ничего страшнее и не видела. Фильмы ужасов не вызывали столько эмоций, как один сон с адептом Ходжесом. Потому что в фильмах была сплошная фантазия, а во время сновидения все выглядело чересчур натуральным. – Объяснись, – затребовал наш «принц». – Сколько раз мне повторить, – закатил глаза Аарон. – Я не могу, это тоже часть проклятия. Вам надо догадаться. – Ну, замечательно, добавилось поводов тебя попытать, – потер ладони брюнет. – Ты или извращенец… Оу, разум повел нас не туда. Такое мы осуждаем. – Или все не настолько просто, – буднично заметила я. – Сядь, – дотронулась до Эша, который, кажется, обомлел от моей наглости. – Тебя все выслушали. Если не собираешься помогать, то будь добр, хотя бы помолчи. – Барабашек не спрашивали. Я не обратила внимания. Лихорадочно рассуждала про себя. Складывалось впечатление, что Аарон видит будущее. Но если бы так оно и было, он бы давно заключил, что я попаданка. Блин, да я на каждом шагу палюсь. Нет, явно что-то другое. – Он видит смерть, Веймарс, – резко объявил Эшвард. – Видит смерть любого человека, ведь так? Аарон радостно выдохнул. А я, напротив, посерьезнела. По мне, мои проблемы и проблемы Ходжеса и рядом не стояли с проклятием Харта. Как вообще можно жить, зная, что произойдет с родными и любимыми? Как жить, зная, что произойдет с тобой? – Подождите, – переполошилась, обращаясь к брюнету. – Ты хочешь убить Аарона? Но за что? – Кулаки чешутся, – кивнул юноша, – иногда. Но для убийства ты не настолько напортачил. А проклятье я точно угадал? – Да, оно, – мрачно отозвался Харт, словно разлепляя губы, словно до этого не мог говорить, а теперь не хотел затыкаться. – Вижу смерть каждого. Знаю, что отца сгубит лихорадка через десяток лет, мать сгорит вслед за ним. Я много раз пытался предотвратить, и ни разу не ошибся. Все, что я вижу, происходит, сбывается. Так что, да, я уверен, что этот, – подбородком указал на Эша, – меня убьет. – Ты и мою смерть видишь? – запереживала я. – Нет, не говори, какая она будет. – Нет, Б… Б… Бездна тебя забери, – вспылил Аарон и моментально извинился. – Извини, Белка. Твою не вижу. И когда ты с кем-то рядом, я тоже перестаю это видеть. Понятия не имею, что произойдет с девчонкой, крутящейся вокруг тебя, и вот с ним, например, – ткнул он пальцев в Ходжеса. – Но едва ты отдалишься… Вроде прозвучало неплохо, я не хочу знать, когда, в каком возрасте и где завершу свою жизнь, но с другой стороны, начала обрастать новыми тревогами. Все бытие женщины полнится разной степени комплексами. Не так посмотрел, не так сказал, не так оделась, не так прошлась. У меня новый. Проклятие, завязанное на имени – чушь. Я собирала вокруг себя самых отбитых и отчаянных, создавая для всех приключения. Приключения, если вы меня слышите, вычеркните, пожалуйста, мой номер из списка. С меня достаточно. – И призраки за тобой табунами ходят, – задумался Эш. – И зомби, – подтвердил Аарон. – И живет она с Бугименом. – И готовлю я непревзойденно, – добавила на всякий случай, ну, чтобы не завершать наш диалог на моих странностях и особенности соседства с монстром. – И врать не умеешь, – мгновенно распознал ложь наш мастер наведения ужаса. Чья бы корова мычала. – На месте короля я бы тебя на главной улице сжег, – добавил он еще с мстительной усмешкой – В Абердине не сжигают, – воскликнула возмущенно. – Да и я тебе нужна. – Но это не умаляет опасности, которую ты несешь. Девчонка с чудными способностями. Станется, попрошу Тамилу мне помочь. А что? Я же похвасталась кулинарным даром. У нее у самой дар… тьфу ты, проклятие. Получаются отличные яды, чего бы она ни собиралась наварить в студенческой кухне. Вообще, хотелось допросить Эша по поводу его превращения в дракона, но у меня язык не поворачивался это сделать. Вроде как там замешана любовь, истинность, а я не уверена, что не смогу не заржать. Мы переглядывались с Ходжесом, тренируя навык мысленного испепеления. Пока у нас не выходило, но вода и камень точит. – Хорошо, мы договорились, – напомнил о себе адепт Харт. – И что теперь? – Ты мне скажи, – хмыкнула я. – Проклятие снялось? Он поежился. – Нет, сомневаюсь. Кажется, что ничего не изменилось. Сейчас я, конечно, не знаю, как прикончит себя Эш, и не вижу, как красочно он убивает меня, но дело в тебе. Когда я думаю об отце, мрачные картинки возвращаются. – Значит, это как-то по-другому работает, – заключила я, потирая ладоши. Если честно, чуточку радовалась, потому что погружаться в чужой сон мне совсем не нравилось. – Надо найти книгу по Магическим беспорядкам, – предложил темный принц. – Если ректор о ней вспомнил, где-то там и есть ответ. – Все экземпляры сжег Его Величество. – Не все, – мотнул головой брюнет. – Уверен, что Вулф припрятал один экземпляр. Он поклонник творчества Джекила и Хайда, да и любые научные труды собирает, связанные с Черным ураганом. – Да он сам сказал, что ее случайно, – я поморщилась, вспомнив, что говорил-то не ректор, а Крюджерс, и еще уточнил, что случайно, но по злому умыслу… – уничтожили. – Нет, я уверен, – уговаривал то ли нас, то ли сам себя Эшвард. Я поняла, что убеждать его в обратном не имеет смысла. Да и какой-никакой, но это был план. План, важный для меня. Что Эш, что Харт знали о своих сильных сторонах, о своих проклятиях, а у меня вся шло через одно место. Я попаданка, уже куча несостыковок. Мерлин точно знал, что у меня есть проклятие, точно знал, что я смогу колдовать. Искал именно меня. Сплошные недоразумения и поводы для подозрений. Условившись о том, что каждый подумает о том, где ректор мог хранить книгу, как попасть в его строго охраняемый адскими гончими кабинет, и как ее стащить, решили расходиться. Внезапно осознала, что ни словом не обмолвилась про свои договоренности с королем. Информация существенная. А Кэмпбеллу я больше не доверяла. Слишком многое от меня утаили. Открыла было рот, но горло словно сдавили тисками. – Я… Эм… Ам… Ом… Напоминало жуткие песнопения хора с композицией ameno. – Белка, ты что, порчу насылаешь? – рассмеялся Аарон. – Прям веет демоническим языком. – Или в любви тебе признавалась. – Уколол парня Эш. Я же смолчала. Поняла, как работала та самая клятва, которую я дала Эшу, а перед этим Кэмпбеллу. Захочешь, тайну не выдашь. Ребята довели меня до входа в общежитие. Там мы распрощались, и я вошла в собственную спальню. Естественно, Тамила не сомкнула глаз, ожидая меня. Безумно «обрадовалась». – Ура, а то я думала утром собирать твои останки. Нельзя злить Ходжеса. – Честно говоря, он начал первым, – ответила машинально, стаскивая с себя форму и переодеваясь в пижаму. – Местное солнце давно перевалило за полдень, и я не спала почти сутки. – Разбудишь к занятиям? – Не вопрос. Только скажи, как несчастный Аарон? Очнулся? Парни из-за тебя не подрались? – Стойте, – выпал из шкафа Бугимен. – Я тоже не хочу чего-то упустить. Такая бурная жизнь, а я решил идти в писатели. С тебя все спишу, Б… Бедовая. – О, я бы тоже стала писать роман, – мечтательно отреагировала адептка Маверик, – но не могу. Времени не хватит. Я поступаю в банду ядоварительниц. Сон был отложен. Столько новостей у соседей, а я не в курсе. Если не брать во внимание жуткий антураж Морока, в академии мне нравилось… Почти нравилось. За эти несколько дней я очень сблизилась с Тамилой и Бугименом. А мне этого очень не хватало – близости, теплой и семейной. Мы были как настоящая семья. Бугимен – сумасшедший дядюшка, Тамила в роли старшей сестры-наставницы, и я, та, кто вечно во все влипает. Да, мы были как семья. Жаль, что как неблагополучная. – Жив, счастлив, и где-то благодарен Ходжесу, – отрапортовала им. – А ты когда решился на роман, Буги? – Тю, ты меня таким материалом снабдила, – монстр потряс блокнотом, честно выигранным в бою с одним из местных полтергейстов. – Женщина, упавшая под поезд, немой мужик, утопивший собаку, курящий оборотень-волк. Да я бестселлер напишу. Правда, придется вызывать демона. – Демона? – поднялись у меня брови чуть ли не к потолку, и я повернулась к Тамиле в поиске объяснений. – Ну да, демона, – пояснила она. – Они у всех писателей есть. – Как музы, что ли? – Кто? Пришлось рассказывать, что в моем мире часто упоминается наличие муз, которые вызывают у творца вдохновение, интерес и желание к творчеству. – Не, у нас демоны. И они больше вызывают депрессию, сомнения и всяческие зависимости. Но ты за Бугимена не бойся. Он же уже умер. В дальнейшем диалоге я участвовала как предмет мебели. Переваривала про «демонов». Буду аккуратнее с разными заклинаниями, чтобы никого подобного им не вызвать.