Глава 9. Юля

Я пулей вылетела из комнаты Эша, не желая слушать объяснение парня. И остаток дня отгоняла от себя все воспоминания. Явившись на завтрак, я проигнорировала линию раздачи, желудок свернулся в узел после поцелуя. Просто села с друзьями и положила свой лоб на стол. – Понятно, – фыркнул Рубен, – ей стыдно, потому что она не обсудила наши кандидатуры с главой Демонов и Башмаков. Белка, эй, Белка, – трепал он меня за плечо. – Отстань, – вступилась за меня Сонни, – не видишь, ей плохо. Явно что-то случилось. У меня да. Я полагаю, что грядет апокалипсис, иначе объяснить вчерашний инцидент я не могу. – Конечно, случилось, – не унимался парень. – Скоро игры, уже все отборы в банды завершаются, а у нас никакой ясности. Сонни, вот зачем ты ее предложила. – Можно подумать, тебя бы куда-то взяли, – ощетинилась девушка. – Лично я за Веймарс, – дружелюбно отозвался адепт Ллойд. – Я ей обязан. – Тебе легко говорить, твое проклятие снято. Предчувствуя поток новых ругательств и несбывшихся надежд, я предупредила ребят. – Давайте условимся, лидерство не про меня. И ни с Эшем, ни с Аароном я вас обсуждать не буду. Слава вселенной, что брюнет отстутствовал, иначе я бы просто не переступила порог столовой. Харт не пропустил, улыбнулся мне, но увлекся разговором со своими приятелями. Тамила так и оставалась холодной ко мне. Это еще больше портило настроение. – Ладно, – потянула меня Сонни. – Белочка, собирайся. Сегодня у некромантов практическое занятие по менталистике. Господин Раду ненавидит, когда на него опаздывают. Второй повод, чтобы сегодня не просыпаться. В прошлый раз на лекцию Валахийского я не попала из-за его вампиров, а сегодня и подавно не хочется. Но пойти пришлось, и в пути я пожалела, что не отправилась сразу из спальни. Я опять заблудилась в этой башне, но спрашивать направление у бледных студентов Морока побоялась. Буду обходить их стороной. Отыскав нужную аудиторию, я распахнула дверь, отметив, что присутствует не только мой курс, но еще и старшие, в том числе и Эш. – Ммм, кто это тут у нас? – поднялся со своего места вампир, подходя поближе. – Адептка Веймарс, собственной персоной. – Извините, – выдавила из себя. – Что же вы? – очень красивый, очень впечатляющий преподаватель облизнул свои пухлые губы, словно я не его ученик, а праздничное, аппетитное блюдо. – В первый раз пропустили. – Простите… – Сегодня задержались, – не отвлекался на мои тихие извинения Валахийский. – Вы, милочка, опаздываете просто бесподобно. Могли бы опять не приходить. – Мне очень стыдно, но… – хотела я оправдаться, но оправдания не находились. Не признаваться же, что в прошлый раз это я развалила его долбанный деревянный ящик, усадила двух его студентов и пустила под откос, как партизан. – Усаживайтесь, – скривился господин Раду, – будем надеяться, что вы в менталистике искуснее, чем в пунктуальности. Что-то мне подсказывает, что не очень. Я Эндрю довела до ипостаси, а Аарона чуть не убила. Но благо ректор распорядился, чтобы меня не спрашивали. – Я специально собрал вас с новичками, – продолжил свое занятие Валахийский. – Хочу, чтобы старший курс потренировался на младшем добывать информацию. Младший может использовать техники, которые я показывал на прошлой лекции. Черт, в суматохе я позабыла о том, что мне следовало подтянуться. Меня нельзя «читать», там помимо клятого поцелуя в памяти много того, чего нельзя показывать окружающим. Я подняла руку в надежду, что вампир смилостивится. – Что? – он угрюмо уставился на меня. – Наш ректор предупреждал, чтобы я не участвовала в активностях, – проговорила я, но посматривая на Раду, теряла уверенность, голос становился все тоньше и тоньше. – Да, господин Вулф запретил… – подтвердил блондин и хищно обнажил зубы, – он запретил, чтобы над кем-то колдовали вы, а над вами, адептка Веймарс, – щелкнула его челюсть, а я дернулась, – магичить можно. Вот и будете первой подопытной. Запаниковав, я покраснела, почувствовала, как по спине бежит капелька пота. Кто-то проникнет в мое сознание и догадается, что я попаданка. Что же будет? – А можно мне? – узнала я интонацию Эша. – Ходжес? Ах, вы же… встречаетесь, – ухмыльнулся господин Валахийский. – Так и быть, разрешу вам, но это в честь вашей отличной учебы. И я, и Эш вышли вперед, где было приготовлено два стула. Я не совсем понимала процедуру, и что будет происходить. Нельзя, нельзя пропускать лекции. Я села, зажмурилась, мечтая, чтобы артефакты леди Винчестер помогли. И они помогли… кажется. Складывалось впечатление, что по моему затылку бьют маленьким молоточком. Неприятно, но терпимо. Эш смотрел на меня под одним углом, потом под другим… – Она закрыта, профессор, – обозначил он. – Серьезно? – оглянулся на меня Раду. – Первый курс, и уже закрывается. Дай, я заменю тебя. И вот с этого момента я осознала, что такое сильный и ментальный дар. Голова будто раскололась на две части, перед глазами замелькали образы и воспоминания. Я тихо пискнула, вызывая тревогу у Ходжеса. – Господин Валахийский, по-моему, Веймарс не по себе. – Потерпит, – отмахнулся вампир, пытая меня дальше. Я испугалась, что он добредет до моей прошлой жизни, но… Он вдруг остановился. Наткнулся на каменную стену и лицо Кэмпбелла. – Что же ты не сказала, идиотка, – вспылил Раду, – что общаешься с Его Величеством? Я чуть не нарушил его печать. Хочешь меня до преступления довести? Все в аудитории подобрались: и новоприбывшие, и выпускники. Я и раньше вызывала вопросы своей необычайной одаренностью, а сейчас белобрысый стервец ее подтвердил. Он выпалил что-то про короля, а студенты, естественно, услышали. «Сволочь, кровопийца, обычный козел», – ругала его про себя. На мнение большинства мне было плевать, но я глядела прямо в глаза Эша. В них читалось такое разочарование. Парень и так всегда был бледным, а в это мгновение особенно. Он отвернулся, сжал ладони в кулаки. – Эш, – тихо позвала его. Думала как-то объясниться, что-то сказать, но куда там. Он упрямо развернулся и побрел на свое место. Лицо держать он умел, никто бы не догадался, какой поток мыслей роется в его голове, но я все отлично «прочитала». Никакой ментальный дар не потребовался. Господин Валахийский, наблюдая за нами, странно улыбался. Будто знал, чем все завершится. У меня закралось одно сомнение. А что, если он сделал это специально? Его брат работает у короля, разговаривает с Мерлином. Похоже, что они почувствовали, как рыбка выпрыгивает с крючка, указали на мое место. Занятия у некромантов завершились раньше, чем у других факультетов. Вампир милостиво всех отпустил, когда допытал еще одну парочку. Но они не были такими красочными и занимательными, как я и Ходжес. Покидая аудиторию, я позвала выпускника. – Эш, удели мне две минутки? – Что? – очень резко и громко взревел выпускник. – Чего тебе еще? После нашего сближения, после проклятого поцелуя, я забыла, какую опасность несет в себе некромант. Он подхватил меня за шею, потащил в нишу с окном, чтобы нас никто не видел. Нас, естественно, видели, но его не останавливали. Вжал меня в стену, а уже потом, тяжело дыша, произнес: – Чего тебе, предательница? Сколько донесла Кэмпбеллу? Я засипела, болтая ногами. Мне было больно и… по-настоящему страшно. – Эш… Слава местным богам, он меня отпустил, расслабил пальцы, а я дернулась проверять, не остался ли синяк. Таким разгневанным я не видела его ни разу, даже когда мы встретились в стационаре. С другой стороны, я его так еще не доводила. –Ты хотела что-то сказать? – холодно бросил он. – Говори. – Я ничем не выдала тебя. Сказала, что ищешь, как снять заклятие. – И снова почувствовала его рваное дыхание и жесткий захват. – Разве это не очевидно? – промямлила ему в лицо. – Все адепты мечтают его снять. Ни один мускул не дрогнул. – Вали отсюда, Веймарс, – процедил Эш сквозь зубы. – Спрячься в такой дыре, чтобы я тебя не нашел. И забудь о моем предложении. Обо всем забудь. А на занятиях. – Он очень жутко улыбнулся, – пощады не жди. Выпустив меня, он поправил сумку на плече и ускользнул по лестнице, обгоняя других ребят. Кто-то сочувствующе потрепал меня по плечу: – Расстались? – Мы и не встречались! – психанула я. И пусть. Ходжес меня разозлил. Ему легко рассуждать о том, какая я плохая, как ужасно предала его. А он разве лучше? Он избалованный мальчишка, мечтающий вернуть, что ему принадлежит, а у меня куча обстоятельств. Не согласись я на сделку с Мерлином, жила бы на вокзале, понятия не имея, будет ли у меня обед. По-моему, это пострашнее, чем его проблемы. Правда, я все равно страдала. В отличие от Эша я обладала совестью. Маленьким, бедным попаданкам это понятие знакомо, а всяким наследным принцам не очень. Так, размышляя, я притопала на лекцию леди Горгон. Не вслушивалась, думала о своем. Но пока я сидела за партой, слухи о нашей ссоре опять облетели всю академию. Найдется лишнее время, выясню, кто этим занимается. На обеде все странно смотрели на меня, как и друзья, как и Тамила. Шептались, гул стоял невообразимый. Где-то хохотала Мадина и Эльза, громко рассуждая про развратницу Веймарс. Аарон не приближался. – Эх, жаль, – вертелся Рубен, – что вы расстались. И что нам теперь делать? Во все банды кандидатов почти разобрали. В к книгочеям и к лабораторникам я не хочу. Это позорнее, чем, вообще, не поступить куда-то. Были и такие сообщества. Там собирались отличники. Их не доставали, потому что, собравшись вместе, они давали отпор. Но и популярностью не обзаводились. Суровая правда жизни. Мозги становятся завлекательным объектом, когда завлекающемуся исполнится больше двадцати пяти. – Эй, – одернул его адепт Ллойд. – Ты не видишь, Белка и без тебя страдает. Белка, – ласково обратился он ко мне, – забудь. Подумаешь, Эш тебя бросил. За тобой и адепт Харт ухаживал. – Точно, Башмачники, – просиял Рубен. – Надежда еще есть. – Хочешь, я их тресну? – повернулась Мария. Видимо, выгляжу я очень жалко. Раньше Мария подобного сочувствия не проявляла. Помимо моей ссоры с Ходжесом, в Мороке произошло еще одно событие, которое вызвало среди учащихся переполох. Господин Вулф в конце трапезы вышел вперед. – Как вы знаете, близятся наши игры в академии, – торжественно заговорил он. – По правилам могут участвовать только те, кто основал свои команды. Через неделю начнутся состязания, проверяющие вашу выдержку, выносливость, непоколебимость. Кто хочет участвовать, я принимаю заявки сегодня и завтра. Ну, – улыбался всем ректор, – кто будет первым? – Давайте, я, – встал с лавки Аарон и подмигнул… всем. – Башмаки участвуют. Паяц. – Отлично, – кивнул Бертран. – Кто-то еще? Вслед за Хартом потянулись Чародейки, ядоварки, оборотни. Каждый расписывался в пергаменте, обозначая свою команду. – Кто-то еще? – воззрился на Эша глава академии. Мрачный брюнет делал вид, что его подобная авантюра не занимает. – Кто-то должен стать победителем, – поморщился Ходжес. Скотина. Меня безумно раздражала его хладнокровность. Меня не занимала собственная репутация, плевать. Но в моем положении виноват он, и он практически не дал мне объясниться. Это можно было назвать порывом и… идиотизмом. Но я тоже встала. Медленно прошлась, вызывая новый шок у адептов. Не укрылся от меня и тихий лепет Эндрю. – Что она творит? – Можно гадать весь день, но наука даёт более логичное объяснение: в Белку вселился демон! – утверждал Рубен. Я дошла до главы академии, задумалась над названием и расписалась. – О, у нас новички, – изумлялся господин Вулф. – Отомстители? – посмотрел он на меня. – Да, есть такое желание, – я подтвердила. Наступила неожиданная тишина. Эш потирал костяшки на пальцах, Аарон глупо улыбался, Мадина накручивала волосы. – Да, я в банде. Слышите, я в банде отомстителей, – радостно оповещал всех и каждого сын главного казначея. – Веймарс в короли, ой, простите, то есть в победители. От общения с друзьями я отказалась. Хватило их поддержки и неумного желания участвовать в турнире. Немного смущало, что они вообще не боятся, что их убьют, покалечат, изобьют старшекурсники, но не мне вещать ребятам о правилах поведения в Мороке. То, что нас не убивает, добавляет строчку в резюме. Жизнь у меня интересная, но нервная. Поэтому я весела и злая. – Белка, Белка, – встретил меня в комнате Бугимен, – тут такое приключилось… Ты очумеешь. – У меня у самой приключилось, – не смотрела я на монстра. Я вообще впереди себя ничего не видела. – И что же? – Словами не передать, я приготовила танец, – забурчала я и рухнула на кровать, лицом в подушку. Ну, в этом весь мой танец и состоял. Правда, я быстро ощутила, как кто-то гладит меня по волосам. Это же явно не личное чудовище из шкафа, подобной любвеобильностью он не отличался. Перевернувшись, обнаружила перед собой Тамилу. – Чего? – подскочила я. – Пришла посмотреть на мой позор? Посмеяться? В глазах девушки заплескался ужас. – Нет, – она опустила голову. – Мне стыдно, и я пришла мириться. – Серьезно? – дернулась я. – Или это шутка от ядоварительниц? Нас отвлек Буги, выглядывая из гардеробной. – А я говорил, говорил, что что-то приключилась. Эта дура с повинной вернулась. А я ставил на тебя, Белка, ты же у нас Б… Б… Отмахнувшись от сожителя, вновь взглянула на подругу. – Веймарс, – она грустно вздохнула. – Я была неправа. Я так хотела попасть к ним, что забыла, что тебя эти движения совершенно не волнуют. Я не должна была тебя тащить туда… – А я не должна была подставлять, – признала я. – Мне очень стыдно. Я хотела прийти, но вышло так, как вышло, – развела руками, мрачно вспоминая, как заснула вместе с парнем, который в данный момент меня ненавидел. – Я понимаю… И она ничего не понимала. Тамила просто делала вид, что согласна с моим решением. Она искренне прощала, но не понимала, почему между ней и Эшем я выбрала Эша, а я не выбирала. А искренна она потому, что до сих пор не разболтала о моем попаданстве. А ведь могла бы. Осознав, что мое молчание привело к худшему исходу, чем я была способна предположить, я все-таки решилась ей рассказать то немногое, под что не распространялись мои клятвы. Объяснила, что сотрудничаю с королем, и что это жутко взбесило адепта Ходжеса. Слава местным богам, что Тамила была умной девочкой. – Вы хотите снять заклятие, – заключила она. – Почти все хотят, кроме меня, конечно. – Как ты догадалась? – Ну, ты сняла такое с Ллойда, а потом чуть не убила Харта, я местами туплю, не не постоянно же. У вас с Эшем все было серьезно, да? – задала она мне вопрос, от которого я закашлялась. – С чего ты решила? Он был виноват, вот и захотел исправиться. – То-то ты так разъярилась, – скептично произнесла девушка. – Да у тебя на лице написано, что ты расстроена. Естественно, я была расстроена. Во-первых, я запуталась, где я служу, а где допытываюсь до правды. Мерлин и король меня использовали, что логично. Впрочем, Эш и Аарон действовали ровно также. Сблизились со мной из-за своих проклятий и желания от них избавиться. Погружаясь в эти хитросплетения, выяснив немного подробностей про Черный ураган, я постепенно узнала, что Эш, в общем, парень неплохой. Язык скручивался в узелок, чтобы назвать его хорошим. Он импульсивный и взрывной, но это понятно, в виду его сложного детства и юности. И честный, а я подобным качеством похвастаться не могу. И еще мы поцеловались… Как реагировать на это, я не знала. Единственное, что обрадовало, это то, что дружба с Тамилой вновь возродилась. – Ладно, не хочешь отвечать, не надо, – приняла она по-своему затянувшуюся паузу. – А меня выгнали. – За что? – ахнула я. – Вот стервы. – И не говори, – скривилась адептка Маверик. – Но они меня недооценили. В отличие от многих первокурсников, я не буду терпеть их оскорбления и пытаться поступить во второй раз. – Конечно, не будешь, – подтвердила ее слова. – Тем более у нас отомстители образовались. – А хорошее название, – хищно улыбнулась Тамила, – говорящее. Ты чем намеревалась заняться в этот день? Особенных планов у меня не имелось, а желание выпустить кому-то крови бурлило, как кипяток на плите. Иногда ловлю в себе что-то такое… что я не только собираюсь в реку, в которую нельзя войти дважды, но и радостно ныряю там в поисках граблей. *** Свершилось важное – через несколько часов я проснулась в прекрасном расположении духа. Примерно в восемь утра. Обычно нам в обед надо вставать. Но в восемь, так в восемь. В общем, у меня снова оказался бессонный день, или день-ночь, или я окончательно запуталась в графиках. Когда академия Морок погрузилась в праведный сон, Тамила взяла с собой меня и подговорила Бугимена, потому что намеревалась отомстить за свой позор. Короче, мы несли возмездие во имя Солнца, или че тут светит? Как говорится: «хватит ненависти, пора переходить к насилию». Она с легкостью отыскала комнаты, где дрыхли ее товарки по учебе. Как водится у злых, сильных и самоуверенных, врага они недооценили. Просто не знали, что адептка Маверик, в отличие от остальных, не снесет оскорблений. – А зачем мы взяли с собой Буги? – недоумевала я, спрашивая шепотом друзей в коридоре. – Он-то чем полезен? – Такая мелкая, а такая вредная, – фыркнул он. – Я обещал Тамиле, что исполню ее голубую мечту. Она-то меня и журналами снабжает, и развлекает. Не как некоторые, которые только ныть в спальню приходят. – Мечту? – скривилась я, оглядываясь на девушку. – Ту самую, где все ядоварительницы вспыхивают синим пламенем? – Не будем действовать столь радикально, – осторожно произнес землистый монстр. – Цыц, – заткнула нас Тамила. – Эти дуры спят, потому что я подлила им снотворное, но если расшумитесь… Потерев переносицу, я не понимала, чего мы ждем. Впрочем, я не понимала, чего мы, собственно, и добиваемся. Заклинаний на разные подлости я не знала, а мазать стерв зубной пастой казалось очень мелочно и без фантазии, что ли… Приложив палец к губам, Маверик прошмыгнула в одну из спален. Распахнула там створку и убрала сетку, не пропускавшую мышей-кровопийц. Те, конечно, не упустили шанс забраться в девичью светелку. Мигом налетели, как мотыльки на свет. – Ты хочешь, чтобы их закусали до смерти? – слабо отозвалась я. – Глупо, мышки вреда не нанесут, – усмехнулась тихо Тамила, – а вот… Договаривать она не стала, делая нашу вылазку еще более загадочной. Снуя по комнатам, она проделывала ровно то же самое, что и в первой. Открывала ставни и тихо выкрадывалась обратно, ехидно вздыхая. И когда весь поток старшего курса мы навестили, она открыла последнее окно. – Да какой фигней мы маемся? – всплеснула я руками. В ответ Тамила залихватски свистнула, и с крыши замка, над общежитием, взметнулась стая… А что это за стая? – А хороший ход, – хмыкнул Бугимен и ударил себя по лбу. – Боги, как сам не догадался позвать гарпий на помощь. Я проигрываю какой-то юной девчонке. Помогли бы разобраться с ползучим клоуном. Этот козел намеревается увести у меня Тамару. Гарпий? Он сказал гарпий? Впрочем, присмотревшись, вспомнила древние мифы. Лица у нептиц были женскими, весьма уродливыми на мой взгляд. Рук у них не было, а вместо ног находились когтистые лапы. Брр, мне аж поплохело. – Это мне госпожа Горгон подсказала, – удовлетворенно отметила подруга. – Их призвать. Такие полезные, два раза мясом их покормила, пообещала с кухни доставку наладить, и они как ручные. – Ручные? – не шевелилась я, вслушиваясь в шорохи за стеной. Судя по звукам, гарпии что-то раздирали, очень надеялась, что не кого-то. – Эти создания ручные? – И полезные, – закивала адептка. – Если сцедить их яд, можно заставить всех сутки говорить одну правду. Вот девки взбесятся. – А они ядоварительниц и покусают? – уточнила на всякий случай. – И покусают, и поцарапают, – беспечно хлопнула меня по плечу Тамила. – Не истери, серьезных увечий не нанесут. Проснутся в нужный момент и будут лепетать, что в голову взбредет. Вау, а идея неплоха. Мы же все девочки, дружим мы громко и звонко, а ненавидим и завидуем по-тихому. Всегда держим язык за зубами, помня, о ком трещал за спиной. Шикарная месть. – Ты ведь их усыпила. Как проснутся. – А для этого нужен я, – горделиво приосанился наш комнатный монстр. – Отойдите, – вытянул он ладони, скрестил пальцы и похрустел ими. Я раньше никогда не видела, как Бугимен пугает людей. Нас он не кошмарил, но сегодня я осознала, с каким страшным чудовищем живу. И вообще, по сновидению он фору даст Крюджерсу. Он побелел, чуть ли не превратился в прозрачного, на моих глазах пересек дверь, будто призрак, а потом там раздался крик. Заорала первая жертва. – Ты, овца, почему мне приснилось, что тебе приснилось, как ты гуляешь с моим парнем? – донеслось в спальне. – Это сон, я не знаю. И опять визг, видно, Бугимен себя показал. С диким хохотом он словно перелетел в другое помещение, крики повторились. Девчонки переругивались между собой, но обнаруживая рядом гарпий, буквально сходили с ума. Наконец-то кто-то выскочил за дверь. – А это ты продумала? – нервно толкнула Тамилу в бок. – Что нас запалят? В коридоре собралась вся нечисть Морока: Кикиморы в изорванных ночнушках, Лешии с вороньим гнездом на башке, работницы паспортного стола со взглядом «не подходи, у меня обед». В смысле, что это были старшекурсницы со злого факультета. Потрепанные, честные, очень опасные, кстати. – А это я не продумала, – икнула подруга. – Тогда план простой, – подхватила она меня за руку, – бежим! Стоит запомнить, что, идя на дело колдовское, следует изобрести ход отступления. Мы увернулись от первых проклятий, обращенных в нас, но бывшие наперсницы Тамилы уж слишком разъярились. Схоронившись за какими-то доспехами на лестнице, я раздраженно бросила. – В толк не возьму, зачем я понадобилась? – А кто мне окажет аморальную поддержку? – вскинулась соседка, вслушиваясь в шаги и визгливые голоса. Складывалось впечатление, что по нашу душу отправились все. Возвращаться в спальню себе дороже. – Давай так, я побегу налево, а ты направо, нам следует разделиться. – Тебе следовало заранее предупредить, – выдохнула я. Но, признаться честно, я шла за Тамилой не потому, что ее идеи были хороши. Я шла, потому что это Тамила. Она моя подруга. Выдумает новую бредовую идею, затем она не сработает, потом еще одну. В ней я чувствовала невероятную поддержку. А еще тонко чувствовала, что она жутко тупит, но никогда не сдается. Рванув вправо, ощутила, как за мной побежало несколько человек. Не придумав ничего лучше, я вошла в библиотеку, которую не запирали на ночь. Поразительно, но за одним столом свет горел. И там сидел… Ну нет… Ну да… Мне капец. Ничего не объясняя, я устроилась под столом, где сидел Эш. Едва я грохнулась к нему в ноги, как целая стая обиженных ядоварительниц влетела в помещение. Сдаст или не сдаст?