Глава 40

— Хватит, Настя, — говорит Вова, наблюдая за тем, как я сервирую стол и по сотому кругу проверяю, ничего ли не забыла. — Все пройдет хорошо. — Он подходит вплотную и опускает руки мне на плечи, заставляя отвлечься от важного дела.

— Хочу, чтобы прошло идеально. Ума не приложу, как было принято у вас дома, — отвечаю растерянно. — О том, как живут обеспеченные люди, я знаю мало, да и у нас все очень просто.

— Я предлагал взять помощницу, ты же сама отказалась.

— Потому что мы недавно закончили ремонт. Толпы людей жутко нервировали. После рождения Даши обязательно кого-нибудь подыщу, а пока хочу тишины и уединения. Клининг для поддержания чистоты меня более чем устраивает. Все остальное умею сама. Мне нравится о вас заботиться.

— Делай, как тебе комфортно. — Вова целует меня в макушку. — Я поехал встречать мать. Скоро будем.

Киваю, пытаясь побороть волнение. Напоминаю себе, что сама настаивала на том, чтобы Ольга Георгиевна приехала до родов, а не после. К тому же отцу Вовы стало значительно лучше. Как знать, может, рассказ жены вдохновит его приехать в следующий раз вместе? Как бы там ни было, ни одна женщина не останется равнодушной к детям единственного сына. По крайней мере, я очень хочу на это надеяться.

Вова уходит. Еще раз окинув кухню внимательным взглядом, я иду к Денису. Сын, как всегда, сидит за столом и увлеченно рисует. На этот раз картину, которую они начали вчера с Вовой. Татьяна Павловна советовала подыскать Денису нового учителя, чтобы помочь развить талант. Похоже, мы нашли своего наставника. У папы и сына в этом плане полное взаимопонимание.

У меня перед глазами не было примера, какой должна быть настоящая семья, но я всегда точно знала, что отец и мать обязаны одинаково участвовать в жизни своего ребенка. Независимо от того, кто и какой вклад вносит в семью, кто и сколько зарабатывает, как сильно устает. После рождения сына переживала, что буду воспитывать Дениса одна и он не узнает отцовского тепла. Хорошо, что это не так.

— Красиво, мам? — спрашивает Денис и тычет пальцем в картинку.

— Да. — Я глажу его по волосам и сажусь рядом.

Беру чистый листок и тоже пытаюсь чем-то себя занять, иначе сойду с ума от ожидания.

— Что это? — спрашивает Денис, взглянув на мой рисунок.

— Кот. Разве не похоже?

— Нет, — хохочет сын. — Это мало похоже на кота.

— Не умею я рисовать, — пожимаю плечами. — Зато пою хорошо.

— Это да, — довольно кивает Денис. — Люблю, когда ты поешь мне перед сном.

— Ну вот видишь. У каждого свой талант.

— А бабушка скоро приедет? — интересуется Денис, отложив карандаши в сторону. — Это мы для нее с папой рисуем.

— Домик на берегу моря? — удивляюсь я.

— Да, папа сказал, что это секрет, но у меня от тебя их нет, ты же знаешь, — со всей своей детской непосредственностью произносит Денис. — Когда родится сестренка, мы на лето все вместе поедем отдыхать в наш дом на берегу моря.

Сомневаюсь, что Вова сказал это просто так: Третьяков не бросает слов на ветер. Скорее всего, дом и правда есть. Или в планах. Я расплываюсь в широкой улыбке.

Порой происходящее кажется прекрасным сном. Особенно в последние несколько месяцев. Они наполнены теплом, лаской, нежностью и что самое главное, уверенностью. Я мечтала о крепкой семье, как у Алены и Нелли, но и подумать не могла, что буду такой же счастливой, как они.

— А какая моя бабушка, мам? — отвлекает меня Денис от размышлений.

— Сейчас увидим. Ты только сразу ее бабулей называй. Ей будет приятно.

Надеюсь, действительно будет приятно и Ольга Георгиевна откликнется на ласку ребенка.

— Если она мне понравится, то я и обниму ее, — заверяет Денис.

Я опять улыбаюсь, глядя на сына. Он копия Вовы. Никогда не делает то, что не нравится.

Брак Третьякова с Полиной был его осознанным решением, а не кем-то ему навязанным. Потому что, узнав Вову ближе, я поняла, что жить с человеком, к которому нет никаких чувств или хотя бы симпатии, да даже жалости, он бы не смог. Следовательно, мне достался самый чуткий, самый добрый и умный мужчина, который в итоге выбрал не положение в обществе и деньги, а меня и нашу семью.

Через сорок минут открывается дверь. Мы с Денисом идем в прихожую. Волнение достигает пика, когда я вижу ухоженную женщину. У Ольги Георгиевны приятный голос, хорошая осанка, длинные вьющиеся волосы. Выглядит она потрясающе — будто только что сошла со страницы известного журнала мод.

Мама Вовы не сразу замечает наше присутствие. Повернувшись, замолкает. Оценивающе рассматривает меня, задержавшись на выпирающем животе.

— Здравствуйте, — приветствую я ее, ощущая гулкие удары сердца.

Почему-то эта встреча оказалась для меня такой же будоражащей, как и предложение Третьякова стать его женой, которое Вова недавно мне сделал. Мы праздновали новоселье, когда он достал из кармана брюк коробочку с кольцом и при гостях попросил моей руки.

— Добрый вечер, — сдержанно отвечает Ольга Георгиевна и переводит глаза на внука.

Денис тоже не сводит с бабушки цепкого взгляда, а потом подходит ближе.

— Привет! Ты моя бабушка Оля? — спрашивает он простодушно и, не дожидаясь реакции Ольги Георгиевны, обнимает ее.

Та несколько секунд в замешательстве смотрит на Дениса, а потом наклоняется и обнимает его в ответ. Ее руки при этом сильно дрожат, и вид больше не такой отчужденный. Пусть я подтолкнула сына к этому шагу, подсказав, как себя вести, но ни о чем не жалею. Кажется, я все делаю правильно.

Поджимаю губы, давя приглушенное всхлипывание. Будь бабуля сейчас жива, она обрадовалась бы тому, что поселила в моей голове крупицу мудрости. Непонимание и обида на Вовиных родителей остались в прошлом. Надеюсь, их отношение ко мне тоже изменится. Бывает, с возрастом люди становятся принципиальнее и строже, ни за что не сделают шаги навстречу. Я решила проявить инициативу, а время обязательно расставит все по своим местам.

— Идем, я тебе кое-что покажу. — Денис берет Ольгу Георгиевну за руку и ведет в свою комнату.

Я отхожу в сторону, пропуская сына и его бабушку. Поднимаю глаза и смотрю на Вову. Он выглядит довольным. Некоторые слова по понятным причинам я не могла произнести при его матери, но теперь никто не мешает.

— Вроде бы они понравились друг другу, да?

— Я даже не сомневался в этом. И от тебя мама придет в восторг. Если не сразу, то со временем точно оценит.

— Когда я нарожаю тебе с десяток детей?

— Думаю, раньше. Денис у нас взрослый, а вот мелкая… — Вова подходит ко мне. — Уверен, дочь никого не оставит равнодушным.

Я улыбаюсь и, опустив голову, наблюдаю, как Вова, положив руку на мой круглый живот, поглаживает его.

— Может, минут через десять позовешь маму к столу?

— Обязательно позову. — Вова наклоняется и быстро целует меня в губы.

Через полчаса мы все располагаемся в гостиной. Все блюда я сама готовила с раннего утра.

— Как добрались? — интересуюсь у Ольги Георгиевны, чтобы хоть как-то начать беседу.

— Дороги были пустые. Мы немного проехались по окрестностям, потом Вова показал ваш дом. Оказывается, его друг живет поблизости. Хорошая у вас компания подобралась. Сколько у Яниса уже детей? — Ольга Георгиевна переводит взгляд на сына.

— Двое. Андрей и Арсений, — отзывается Вова.

— С Денисом часто играют? — Она задает четкие и прямые вопросы.

— «Играют» — неподходящее слово, мама, — улыбается Володя. — Правильно: сносят дом.

— А помощница у вас есть? — обращается Ольга Георгиевна уже ко мне. — Сложно ведь содержать такой большой дом?

— Пока справляюсь, — отвечаю я. — Но после родов кого-нибудь обязательно подыщу.

— И правильно. Лучше уделять внимание себе и своей семье.

Разговор все время держится в мирном русле. Лишь однажды касается Игоря, но Вова тут же приходит на подмогу, закрыв тему.

К концу вечера я чувствую сильную усталость, даже голова болит. Ольга Георгиевна помогает убрать со стола, я показываю ее комнату, которая рядом с детской Дениса, и иду отдыхать.

Вова ненадолго заглядывает в нашу спальню, а потом отправляется в кабинет за ноутбуком, получив мое разрешение поработать в кровати.

Третьяков, как и раньше, часто ездит в командировки, мало бывает дома, но примерно к такому ритму я была готова. Да и не хочу, чтобы Володя менял привычный образ жизни. Достаточно того, что он вписал в него нас и уделяет мне и Денису все свое свободное время, проводит с нами выходные, ездит на прогулки и в курсе важных новостей.

Поздним вечером я выхожу из спальни попить воды. Прежде чем идти на кухню, решаю заглянуть в комнату сына. Это привычка. Люблю смотреть, как Денис спит. Но, остановившись у приоткрытой двери, понимаю, что не я одна решила за этим понаблюдать. Ольга Георгиевна, в пижаме и с распущенными волосами, сидит на кровати внука и гладит его по голове. Смотрит с нежностью и что-то тихо приговаривает, как- будто напевает.

Думала, меня уже ничем невозможно удивить и тронуть, но эта картина вызывает слезы на глазах. К горлу подкатывает ком. Забываю, зачем и куда шла. Усилием воли я заставляю себя отойти и не мешать новоиспеченной бабушке наслаждаться единением с внуком. Ольга Георгиевна столько всего пропустила из его жизни. И, по-моему, для полной картины не хватает лишь одного человека. Надеюсь, Вовин отец когда-нибудь одумается и тоже приедет познакомиться с внуком и внучкой. Я не буду этому препятствовать.