Глава 11

Арина

«Да быть этого не может! Ну почему я?» – именно это пронеслось у меня в мозгах, когда я ранним пасмурным утром увидела перед собой довольную физиономию Лохматова, довольно сопящего носом в мою ладонь. Как он снова проник в мой дом? Почему я его ночью не услышала? Я покосилась на подоконник. Ни одна кнопка с него не была сдвинута.

Вчера я пытала Евсея на предмет того, что он пустил в дом постороннего человека.

– Так, хозяйка, я же и дом, и тебя охраняю. А в оборотне злого умысла не было. Грабить он не хотел, тебя не тронул. Чего его обижать-то? – Дух явно не понимал, в чем проблема.

А я не смогла объяснить. Сижу вот теперь на кровати, смотрю на спящего в моей кровати мужика, который даже одеться не удосужился. Мда, это явно нездоровая ситуация. Я пошевелила пальцами, но руку только крепче сжали. Что теперь делать?

И ведь мужик-то красивый. Очень даже. Ему даже шла легкая небритость и чрезмерная лохматость. И черты лица такие… мужественные, острые, опасные. Хищные даже немного. И сам он высокий, мускулистый, спортивный. Все, как в романтических фильмах или на обложках романов.

Но ведь кроме красоты в человеке должно присутствовать и что-то еще! Например, уважение. И… нормальный мужчина не должен приходить ночью незваным гостем в дом девушки и без разрешения спать в ее кровати. И хамить мне он тоже должен перестать! И должен начать учитывать мои интересы…

Я тихо ойкнула, когда поняла, что начала перечислять в голове условия, на которых соглашусь… встречаться с ним. С чего я взяла, что ему это интересно? Он же сам сказал, что его в этот дом тянет какая-то сила по ночам. Или как оно там было? Но мне же никто ничего такого не предлагал.

Я все-таки отобрала свою руку и тихо слезла с кровати. Мышкой скользнула в ванную, чтобы привести себя в божеский вид. Взглянув на время, поняла, что встала в обычное для себя время, а к школе нужно явиться только к девяти часам.

– Евсей, – позвала, пробравшись на кухню.

– Чаво? – Раздалось от окна.

– Ты чего там делаешь? – Удивилась, услышав возню.

– Окно чиню. Ирод твой попортил сегодня, – проворчал дух и снова принялся за дело.

– Ну вот, – обрадовалась я. – Теперь появился повод его к нам домой не пускать. Он же… имущество испортил, значит этот…, вандал настоящий.

– Думаешь? – Задумался он. – Так-то идея хорошая… Но я ему ночью вообще-то дверь открыл, а он до нее даже не дошел. Может быть, просто дверь не запирать и ему сказать, чтобы ничего не ломал? – Уточнило миролюбивое нечто.

Я тут же накуксилась.

– А меня ты чуть не извел, когда я случайно ряженку на пол выплеснула, – это вообще-то мой дом.

Евсей тут же прекратил заниматься окном и принялся выкладывать на стол еду. Задобрить, наверное, решил. Я на самом деле была голодной. После вчерашнего кусок в горло не лез, да еще и боялась, что Лохматова ночью принесет. Не зря боялась.

– Завтракай, хозяюшка, – благожелательно посоветовал мне дух, расставив на столе горячие оладушки и стакан крепкого бодрящего отвара.

– Спасибо, – подобрела я. Но так как тема была животрепещущей, то вопрос требовалось обсудить обстоятельно. – Кстати, ты почему Лохматова отвадить от дома не хочешь? – Снова пристала я, прожевав первую порцию.

– Потому что он меня из дома выгнать может. Силы в ём много, духом он тоже вышел. Вот приоритеты иногда страдают, а так неплохой мужик, – вдруг принялся рассуждать он. – Может быть, себе возьмешь?

Я чуть не подавилась.

– Кого? – Переспросила.

– Так мужика ентово, который в твоей кровати валяется, – Евсей, наконец, захлопнул окно.

– Он что, товар в магазине, чтобы его брать? – Возмутилась я. – Он же живой. Он не хочет, чтобы я с ним…, чтобы он со мной…

– Если бы не хотел, то не ходил бы, – резонно заметил дух.

Я подумала пару секунд и справедливо решила, что лучше есть, чем говорить. Этак мы Бог знает до чего дойдем в своих рассуждениях на тему привалившего нам ночью несчастья.

Лохматов явился на кухню, когда я уже позавтракала и теперь собирала в сумку еды в дорогу. Бог его знает, когда я вернусь домой. А вот детишек Вера Родионовна обещала, что покормят.

– Доброе утро, – хмуро произнес он, совершенно не стесняясь того, что разгуливает в моем доме в одних трусах.

– Доброе, – я закрыла сумку, решив, что все взяла.

– Как домового зовут? – Вдруг уточнил ночной гость, плюхаясь на стул.

Я замерла. Домового?

– Эмм, с чего ты взял…?

– Да брось! Ты с Клавкой дружишь, а она с Алкой. Не могли они эту нечисть тебе не притащить. Так как? – Сегодня он почему-то старался на меня не смотреть.

– Евсей, – сказала.

– Так, Евсей, корми меня быстренько, мне некогда, – распорядился этот хам. Разве так можно себя вести? – Ты меня услышал? – Угрожающе спросил он, когда ничего не произошло.

– Надо волшебное слово сказать, – хмыкнула я.

Оборотень посмотрел на меня, как на ненормальную, потом снова осмотрел кухню.

– Обращусь к Антону, он тебя обратно в пещеру утащит и развеет, – он так ничего и не понял.

Евсей не издал ни звука.

– Это не волшебные слова, – мне стало совсем весело.

Лохматов скрипнул зубами и посмотрел на часы.

– Ладно, – процедил он сквозь зубы. – Евсей, покорми меня, пожалуйста.

Так-то!

– Евсей, можешь обозначить себя и покормить гостя, – хихикнула я.

Мужчина поджал губы и склонил голову набок, рассматривая меня так, будто только впервые увидел.

– Мне нужен твой телефон, – вдруг сказал он, не обращая внимания на летающие по кухне тарелки. Теперь уже я нахмурилась. Зачем ему это мой телефон? – Пожалуйста, – добавил он вполне искренне.

Пожав плечами, я вытащила из кармана телефон, разблокировала и протянула оборотню. Тот осторожно взял, набрал номер и поднес трубку к уху.

– Одежду и обувь на Ольховую, – распорядился он и, прервав звонок, отдал мне телефон.

Я тут же проверила исходящие. Он что, Клавдии звонил? Ой, мне уже одеваться пора. Выходить минут через пятнадцать нужно.

Я быстренько сбежала на второй этаж, где и переоделась в свои поношенные, но любимые джинсы, и вполне приличную белую футболку. Все равно в теплицы же едем, вдруг испачкаюсь, а этих вещей не жалко.

Вниз спустилась, когда услышала стук в дверь. Евсей уже впускал в дом Клавдию, когда я сбегала по лестнице.

– Вижу, твое утро добрым не было, – фыркнула девушка и потрясла передо мной сумкой.

В прихожую выглянул Лохматов и, забрав свои вещи, отправился в гостиную одеваться. Клава пошла следом. Ну, и я тоже.

– Клим, а ты не расскажешь, почему Лёня сегодня спинку от твоей кровати посреди Березкино нашел? – Начала она издалека.

Я удивленно вскинула брови. Как, оказывается, много всего ночью происходило.

– Клыков унес ее домой? – Лохматов ничуть не смутился.

– Да, но тебе определенно потребуется помощь столяра. Захара можешь попросить об одолжении. У него руки из нормального места растут. Просто рядом со спинкой валялась веревка, – девушка многозначительно усмехнулась.

– Это всё? – Кажется, оборотня было совершенно не прошибить.

– Не всё. Неподалеку от твоего дома я нашла штаны. Тебя к нудизму, смотрю, потянуло, – Клавдия едва сдерживала смех.

– Я был в трусах, – огрызнулся Лохматов, одевшись.

– На клей приклеил? – Оскалилась девушка.

– Клавка, я сейчас тебе шею сверну, потому что в голове у тебя все равно ничего приличного нет, – беззлобно рыкнул он и посмотрел на меня. – Идем, иначе автобус без нас уедет, – он подхватил приготовленную мной сумку и вышел из дома.

– Без нас? – Выбежала я следом.

Дом закрывать не стала. Грабителей Евсей все равно не пустит.

– Я еду с тобой. И это не обсуждается, – он зачем-то схватил мою ладонь и буквально потащил меня к Клавкиной машине. Впихнул меня на заднее сиденье, сам сел рядом и скомандовал девушке: – Поехали!

Клавдия только скептически хмыкнула и тронула машину. Я же тихо сидела и пыталась вырвать ладонь из хватки этого неотесанного оборотня. Не тут-то было. Руку мою он держал крепко, но больно мне не делал и на мои дерганья никак не реагировал.

Автобус уже стоял у школы. Если честно, то я впервые видела такой странный автобус. Он весь был какой-то… слишком обтекаемый и зеркальный. Это не убитый школьный автобус, который ездил в мою деревню, когда я сама училась в школе.

– Ого, новый, – восхитилась я и тут же поймала на себе полный жалости взгляд Лохматова.

Я закрыла рот и принялась ждать прихода детей. И нечего на меня так смотреть! Мне, между прочим, его дом тоже не очень понравился. Живет, как не знаю кто, а еще глава поселка. Я думала, что такие люди нормальную зарплату получают и живут, если не в хоромах, то, по крайней мере, в уюте и достатке. А этот…

Ой, а вдруг он алкоголик? Или наркоман? Интересно, бывают вообще оборотни-наркоманы? Куда-то же он тратит деньги, которые зарабатывает? Хотя, у него машина большая. И дорогая, наверное. Плохо, что я в машинах не разбираюсь. Мирку бы сюда, она бы все мне рассказала и объяснила.

Все дети подошли к автобусу почти одновременно и благополучно загрузились внутрь под присмотром шофера (тот представился Захаром и выглядел вполне обычно). Я пересчитала всех детей и, выдохнув, уселась на заднее сиденье, чтобы видеть макушки всех учеников. Рядом примостился Лохматов, отчего дети постоянно оборачивались, и снова вял меня за руку.

– У тебя совсем родственников не осталось? – Тихо задал он вопрос, когда автобус пошуршал шинами по дороге.

Я удивленно посмотрела на него. И дались ему мои родственники.

– Ну, почему же. Остались где-то, – пожала я плечами. – Бабушка говорила о некоторых, – не стала я конкретизировать.

Мужчина нахмурился сильнее обычного.

– Тогда почему они тебе не помогли устроиться в жизни? – С угрозой спросил он.

– Я устроилась, – я вообще не поняла, о чем он говорит.

Он скрипнул зубами и замолчал, осознав, что я даже сообразить не могу, что он имеет ввиду. В тишине мы проехали минуты три.

– Я ложки купил, – зачем-то поведал он мне.

– Поздравляю, – выдавила из себя, не зная, как реагировать. Зачем мне эта информация?

– И шторы, – он отвернулся и принялся смотреть в боковое окно.

Я не стала отвечать. Очевидно же, что точек соприкосновения у нас ничтожно мало. Ну вот, снова мысли не туда свернули. Эх, и ведь красивый мужик, хоть и немного пугающий. Жалко, что хам и я ему не нравлюсь. Вот кто бы по-человечески объяснил, что вообще происходит, потому что я почти ничего не понимаю в этом странном отрицательном уровне взаимоотношении.

– А ты животных любишь? – Снова ожил он, когда я уже перестала думать о его странном поведении.

– Да, – кивнула.

На самом деле, я никогда не задумывалась над этим вопросом. Не до животных было. Но, думаю, Евсею банальный кот бы пришелся по душе.

Лохматов тяжело вздохнул и взъерошил и так лежащие в беспорядке волосы.

– А почему ты учительницей стала? – Он, видимо, решил-таки докопаться до меня по полной программе.

– Так дети же, – кивнула я на своих учеников. – А почему вы стали главой поселка? – Решила ответить ему тем же.

Оборотень хмыкнул, но ответить соизволил.

– Потому что по праву рождения и доставшемуся набору функций я идеально подходил на эту должность. Да и Хозяин заставил, – он так скривился, будто никогда не хотел заниматься тем, чем занимается сейчас.

– Заставил? – Я плохо себе представляла, как Лохматова можно заставить что-то делать, но потом вспомнила свою реакцию на Хозяина и поняла, что, скорее всего, у оборотней все же нет иммунитета перед страхом. Хотя Клавка и вела себя храбрее, чем я.

– Да, – он кивнул. – Я бы лучше сборщиком пошел, или молодняк обучать. А так… Оборотни меня слушаются, это все и решило. Пришлось учиться руководить. Потом Градов появился, но он еще молодой совсем. Дурной немного. Кровь играет, многое считает необязательным, – зачем-то принялся он рассказывать мне о своей жизни.

– А я просто пошла в педагогический, потому что проходной балл позволил, – поделилась я. Да уж! Оказывается, высокие должности тоже могут быть не по душе. Потом подумала, что не хотела бы быть директором школы ни в коем случае. Вон, Фома Измаилович совсем не выглядит счастливым. Скорее, слегка измученным. – Да и работа обычно есть почти всегда.

– И поэтому ты поехала в Березкино, – с сарказмом закончил он.

Я смутилась и попыталась вырвать свою ладонь из его руки. Ладонь снова не отпустили.

– Я поехала сюда, потому что здесь тоже кому-то нужно учить детей, – выпятила подбородок.

Лохматов снова тяжело вздохнул и, видимо, все же решил молчать, чем благополучно занимался ровно до тех пор, пока мы не заехали в Май. Автобус мягко проехал КПП и повернул в сторону высокой серой стены, за которой, я так понимаю, были нужные нам теплицы.

Ехать пришлось недолго. Автобус заехал в первые же кованые ворота и остановился посреди просторной площадки. Нас там уже ждали. Алла нетерпеливо подпрыгивала, в ожидании детей. При виде нее сидящий рядом со мной оборотень сильно напрягся. Рядом с ней стоял… стоял…

– Ого, – второй раз за день восхитилась я, разглядывая безумно красивого молодого человека. Он как с обложки журнала сошел, настолько был ослепительно красив.

– Это Алкин муж, – услышала недовольное ворчание над ухом.

Я удивленно посмотрела на оборотня, зло сверлящего глазами красивого парня. Чего это с ним? Пожав плечами, поднялась и прошла вперед к двери, чтобы организовать детей. Хотя, те и без меня отлично справились. Разбились на пары, чтобы не потеряться и аккуратно выбирались из автобуса, чтобы не споткнуться и не расквасить носы.

– Привет, – Алла, судя по виду, была очень довольна нашим приездом. – Так, я – Алла, а это Стас. Мы вам все здесь покажем. Сейчас только подождем экскурсовода, – обратилась она к нам всем.

– Приятно познакомиться, – улыбнулась я красавчику-мужу Аллы.

Передо мной тут же оказалась спина Лохматова, который что-то рыкнул парню, а потом повернулся ко мне.

– Не смотри на него, – заявил.

– На кого? – Спросила, глядя, как Алла отводит детей подальше от нас.

– На Белова. И вообще, ни на кого не смотри, – скрипнул он зубами.

– Чего это? – Прищурилась я. – На кого хочу, на того и буду смотреть.

Еще чего! Будет он мне запрещать людей разглядывать. Причем Алкин муж мне просто понравился внешне… Как фото с журнала, или картинка. Не более. Каких-либо эмоций, кроме восхищения красотой, он у меня не вызывал.

– Не будешь, – рыкнул Лохматов, но тут из здания вышел еще один парень и поманил нас за собой.

Экскурсия была интересной. Я сама заслушивалась информацией про вроде бы обычные и давно мне известные растения, но столько нового узнала, что жалела, что у меня нет энциклопедии подобного формата. Детям было безумно интересно изучать живые растения, трогать их, нюхать…, пачкать друг-другу носы пыльцой. Экскурсовод с умилением наблюдал за детишками, а после повернулся ко мне и подмигнул, мол, понимаю, чего ты учительницей работаешь. Не то, что некоторые непонятливые… Лохматов тут же шагнул в его сторону, отчего парень быстро сделал вид, что меня не существует и прошествовал в начало колонны.

– Неандерталец, – хмыкнула Алла, стукнув оборотня по плечу. – Ты бы не на соперников кидался, а за девушкой ухаживал.

– Не лезь, – прищурился он.

Алла вскинула бровь.

– Я не лезь? – Четко проговорила она. – Я? Да я вам тут всем жизнь облегчаю, а вы…

– Лохматов!

Я резко повернула голову и увидела, как, бросив детей на экскурсовода, к нам несется Стас. Решив, что это мой шанс, чтобы выбраться из этого дурдома, я попыталась затеряться среди детей. Ну, насколько это возможно. Слава богу, дети не заметили намечающегося конфликта и спокойно слушали экскурсовода. Лохматов и Алла присоединились к нам минут через пять. Стаса в теплице уже не было.

Через два часа уставшие дети были посажены на автобус и увезены в кафе, хозяйкой которого являлась Алла. Более того, девушка пообещала, что сопроводит детей до Березкино. А мне же…

– Не пойду, – заупрямилась я, узнав, куда меня ведут по зданию завода.

– Мы туда буквально на пару минут. Хозяин приказал явиться, значит, надо там быть обязательно, – Лохматов упорно пытался сдвинуть меня с места в каком-то коридоре.

– Я туда не хочу. Я его боюсь, – я сложила руки на груди. – И Стас сказал, что нужно явиться только вам, а не мне.

– Зато Рада хочет видеть тебя, а отвезу тебя к ней я, – он расплел мои руки и потащил меня за собой.

– Это на чем же? – Мы вообще-то вместе приехали на автобусе.

– Клыков пригнал машину, – оборотень явно не был доволен моим поведением и расспросами, но вроде бы пока терпел.

Пройдя по какой-то нелепой системе коридоров, мы очутились в просторном холле, где за массивным столом сидела симпатичная девушка, которая остервенело стучала по клавишам компьютера.

– Глафира, Хозяин у себя? – Лохматов подошел к столу со мной на буксире.

Девушка подняла голову и, осознав, кто перед ней стоит, тут же улыбнулась.

– Здравствуй, Клим, – глубоким голосом поздоровалась она.

– Глаш, мне некогда, – оборотень потряс рукой, на которой практически болталась я. – Мне нужно к Николаю Николаевичу.

Девушка с удивлением уставилась на меня, потом медленно перевела взгляд на наши руки, и улыбка ее увяла. Даже не так, было совершенно ясно, что Лохматов ей нравится, но он, видимо, не отвечал ей такой же взаимностью. Мне вдруг стало ее жаль. С другой стороны, она красивая, найдет себе того, кто на нее наглядеться не сможет. Почему-то возможность, что Лохматов будет к ней более лояльно расположен, я не рассматривала.

– Хозяин у себя. Только что закончил переговоры с Кавериным по поставкам…., – девушка покосилась на меня и замолчала. Встала из-за стола, прошествовала к двери и, шумно вдохнув, постучалась и вошла внутрь. Через три секунды вышла. – Он ждет.

Ломатов кивнул и потащил меня к двери.

– Спасибо, – успела шепнуть я (вежливость прежде всего), прежде чем меня заволокли в кабинет.

– Привет, – Хозяин сидел и просматривал какие-то бумаги и даже не поднял головы, когда мы вошли.

– Добрый день, – отозвался Лохматов, а я даже рот открыть не смогла от волны страха и ужаса, вновь обрушившейся на меня.

Оборотень подвел меня к стулу, располагавшемуся почти у входной двери, а сам подошел к столу этого жуткого мужчины. Мне ничего другого не оставалось, кроме как сесть.

Хозяин отложил документы в сторону, посмотрел на Лохматова, потом на меня и снова его взгляд вернулся к оборотню.

– Так, место застройки мы определили. Градова завтра туда отправишь, – начал он вещать про какие-то свои дела, и я немного успокоилась. – …Арину Владимировну, чтобы посмотрела место под школу. Нужно учесть все нюансы. Карапетов сказал, что у нее прекрасная интуиция и все в порядке с инстинктом самосохранения.

Я стушевалась под тяжелым взглядом этого Николая Николаевича. Что я там опять прослушала? В какое место мне надо? У меня конец года на носу, детей доучить нужно.

– Мы съездим через неделю, все осмотрим, – зачем-то заверил его Лохматов.

– Теперь другой вопрос, – голос Хозяина стал чуть более… угрожающим. У меня волосы на загривке дыбом встали от его тона. – Мне тут сказали, что ты Дыя из себя вывел.

Лохматов напрягся и побледнел, но все же кивнул.

– Я просил его об одолжении, а он… решил меня наказать, – проговорил он.

– И как же? – Тут же полюбопытствовал муж Веры Родионовны.

– Я теперь каждое утро… просыпаюсь рядом с ней, – оборотень кивнул на меня. – Тело вообще не слушается.

Хозяин задумчиво помолчал пару минут.

– Знаешь, возможно тебя и наказали, но пострадали все мы. Из пещеры куда-то делись все домовые два дня назад, и в соседних регионах поговаривают о появлении всякой нечисти. Я уже Антона с Георгием отправил, чтобы проверили. В таких делах женщина нужна, но парни хотя бы территорию исследуют, – поделился он своими соображениями.

– Алка пусть съездит, – перевел стрелки Лохматов.

– Алла пока нужна здесь, – жестко ответил глава Мая. – А так как все это случилось по твоей вине, то сам и будешь эту ситуацию курировать.

– Как? Я даже из Березкино нормально выхать не могу, – вспылил оборотень.

– Клим! – От этого рыка у меня сердце резко остановилось и я, помимо своей воли, стала заваливаться со стула набок.

Очнулась все же на стуле. Точнее, в кресле. Рядом со мной суетилась Глафира, которая нервно поглядывала на закрытую дверь кабинета. На столе стакан с водой, в руке вата с нашатырем.

– Господи, как вы его выносите? – Простонала я, когда кабинет секретаря перестал так сильно качаться перед глазами.

– Он не такой страшный, каким кажется, – нервно хихикнула девушка и тут же сделала серьезное лицо. – Эмм, а у вас с Климом всё серьезно? – Вдруг шепотом спросила она.

– В каком плане? – Я постаралась максимально сосредоточиться.

– Ну…, он на тебя среагировал? – Она все так же выжидающе смотрела на меня.

Я задумалась. Откуда я знаю, что это значит.

– Какая-то нечистая сила заставляет его каждую ночь пролезать в мой дом, – пожаловалась. – Сегодня ночью окно сломал. Можно это как-то вылечить? – Я вдруг поняла, что у меня теперь есть собеседник, который может мне многое рассказать, а не увиливать от ответов, как Клавка.

– В каком смысле, приходит? – Удивилась девушка.

– В таком. Приходит и засыпает. Утром удивленно просыпается. Вот, – развела я руками.

– Понятно, – Глафира погрустнела. – Значит, ухаживает за тобой.

У меня глаза на лоб полезли.

– Нет, не ухаживает. Просто спит рядом. И хамит. А еще всех вокруг пугает. И меня иногда, – вздохнула.