Глава 13

— Давайте уже ваш чай, — буркнула обиженно.

Когда мы оказались в особняке, Арвин усадил меня на софу в гостиной, а сам направился на кухню. Вопреки моим ожиданиям он не стал беспокоить слуг, а заварил ароматнейший чай самостоятельно. Принёс его в гостиную на подносе, поставил на журнальный столик и элегантно наполнил две фаянсовые чашки в витиеватых узорах.

Присев рядом, Арвин довольно поглядывая то на меня, то на лилохвоста.

— Я думала, вы не хотите его никому отдавать… — озвучила мысль, которая беспокоила меня всю дорогу из замка.

— С чего вы взяли? — удивился Арвин.

— Ну как же… Когда к вам приходил господин Ронерс, ваш сосед, вы подумали, что он захотел отнять у вас Озрика и пришли в ярость. А на меня что-то не злитесь…

— Потому что вы не Ронерс, — ответил Арвин хмурясь.

— Тут не поспоришь, — пожала я плечами.

И вот вбил же себе в голову, что Орман Ронерс настоящий злодей. Даже страшно переубеждать, вдруг снова начнёт в ярости метать вокруг себя печати.

— Ну, ладно. Выбрал меня так выбрал, — смирилась с судьбой хозяйки лилохвоста. — А теперь-то мне что делать? Ему какой-то особый уход нужен?

— Да нет, — ответил Арвин. — Правда какое-то время он вас от себя ни на шаг отпускать не будет. Так что прогулки запрещать у меня уже не получится.

— Хвала небесам, — выдохнула я. — Хоть что-то хорошее.

— Эрна, не делайте из меня злодея, — пожаловался Арвин и вопреки напускной обиде улыбнулся. — Просто мне небезразлична судьба моих монстров.

— Да, это я уже поняла. Похоже люди в вас вызывают меньше сочувствия, — усмехнулась, отпивая из чашки.

— А разве этому стоит удивляться?

Хоть мне и не хотелось признавать, но я понимала, к чему Арвин вёл. Видимо, предательство Ормана Ронерса оставило в его душе слишком глубокий след. Но всё же не стоило после этого закрываться ото всех.

— Люди разные бывают, — сказала я глубокомысленно, но, судя по снисходительной улыбке Арвина, мои слова его не слишком убедили.

Успокоительный чай, который он заварил, оказался действенным. Когда моя чашка опустела, я чувствовала себя буквально окрылённой. Меня больше не беспокоило ни приобретение пожизненного питомца, ни работа с вечно недовольным начальником, ни даже попадение в магический мир. Всё это наоборот вызывало восторг и жажду приключений.

— Что за травки вы положили в тот чай? — поинтересовалась удивлённо.

— Секрет, — подмигнул Арвин. — Они растут только в Вейнирском лесу и в нашей замковой параллели.

— Что у вас ни спросишь — всё секрет, — попыталась воззвать к его совести, но и эта попытка не увенчалась успехом. Арвин всё так же загадочно улыбался и сохранял молчание.

— Ну и ладно, — пожала я плечами. — Что мне дела до ваших трав… А за чай спасибо. Он правда помог.

После нашего дружественного чаепития я поспешила вернуться в замок. На этот день у меня была запланирована уборка и усиленные размышления. Прежде всего хотелось бы найти способ избежать встречи с этим Горканом. Почему-то с самого начала он вызывал у меня опасения, а постепенно и необоснованную неприязнь.

— А может, завтра от него в замке спрятаться? — рассуждала я вслух. — Ну, а что? Скажу Арвину, что давно не убиралась. Целых полдня как… — усмехнулась сама себе. — А если они разгадают мою личность и придут сюда, выпущу из клетки льва и в довесок натравлю на них Мрака. А пока они будут разбираться, сбегу в город и оттуда в столицу. Чем многолюднее, тем сложнее будет меня найти. Жаль только, денег на этот случай не успела заработать.

Озрик, теперь не оставлявший меня ни на минуту, глубокомысленно слушал мои рассуждения и молчал.

— Мне бы твоё спокойствие, — посетовала, подманивая его к себе. Время близилось к вечеру, а у нас до наступления темноты была ещё запланирована прогулка. Благо Арвин больше не останавливал нас и не возмущался.

— А не позвать ли его с нами? — продолжала рассуждать, уже оказавшись в коридоре, ведущем в особняк. Наш вчерашний недопоцелуй никак не давал мне покоя. Показалось мне всё или правда было? А если было, то почему теперь я ничего подобного от Арвина не замечаю?

Идея совместной прогулки была прекрасна, да и погода тоже, а вот Арвин, в отличие от метеорологических условий, в лучшую сторону не менялся. Стоило мне произнести слово «прогулка», как он с серьёзным видом заявил, что занят и ему не до этого. Но что-то подсказывало мне, что во всём виноват вчерашний недослучай, тот самый, который беспокоил и меня.

— Ну, раз заняты… — пожала я плечами.

Гулять пришлось отправиться в гордом, ну или почти в гордом, одиночестве.

Мы с Озриком сделали традиционный круг по саду, обходя особняк против часовой стрелки, и уже собирались возвращаться домой, когда моё внимание привлёк хруст снега под чьими-то — явно не моими — ногами. Кто-то спешил к нам по главной дороге.

Внезапно охватившее меня дурное предчувствие заставило действовать проворно и плутовато. Я бросилась прочь от дома и прижалась к изгороди, отделявшей поместье Макроев от земли Ронерсов. Просунув голову между широко расставленными прутьями изгороди, я стала вглядываться в прогал между окружавшими участок соседей кустами, пытаясь хоть краем глаза рассмотреть, кто же шёл к нам по дороге.

К моему ужасу, гостя я узнала издалека. Горкан Шарлоу собственной персоной и к тому же на полдня раньше.

— Вот же принесла нелёгкая, — возмутилась я шёпотом и, схватив лилохвоста подмышку, стала красться в торец дома, туда, где Горкан меня не заметит.

Он, погружённый в свои мысли, действительно не обратил внимания ни на похрустывание снега, ни на вереницу свежих следов вдоль забора, и деловито позвонил в колокольчик, который я несколькими днями ранее выудила из сугроба. Сама оторвала, сама привязала обратно — чудо, а не работник.

Дверь скрипнула, открываясь, послышались голоса, снова грохот двери и тишина. Горкан зашёл в дом.

— Он-то зашёл, — прошептала я раздосадовано, — а нам с тобой что делать? — спросила беззаботного лилохвоста. — На улице не июнь поди…

Вздыхая и косясь на оккупированный пришельцем особняк, я почувствовала, как на нос мне упала снежинка.

— Не хватало нам ещё снегопада… — вздохнула я. — Интересно надолго этот Горкан пожаловал?

Близился вечер, небо постепенно начинало темнеть, потому гость в особняке вряд ли задержится. А значит, и нам с Озриком нет смысла никуда отходить, тем более перед сумерками. Не хватало ещё разгуливать с «бесценным лилохвостом» по темноте и вдали от дома.

Моё настроение мрачнело вместе с небом, а ноги и руки начинали замерзать. Чтобы согреться, я принялась ходить по кругу и мысленно готовила себя к худшему: что закоченею тут под забором и оставлю бедного Озрика сиротой. Мои мрачные мысли были прерваны стремительным и весьма болезненным снарядом. Сзади, исподтишка, кто-то зарядил мне снежком по затылку.

Едва не вскрикнув от испуга, я обернулась, готовясь дать отпор, и получила ещё одним снежком в грудь.

За забором стоял Орман Ронерс, радостно улыбаясь и подбрасывая ещё один снаряд.

— Что вы такое творите?! — возмутилась я шёпотом.

— Спасаю вас, — заявил он.

— От кого?

— А от кого вы тут прячетесь? — ответил вопросом на вопрос.

— Ни от кого я не прячусь. Мы тут с Озриком гуляем, разве не заметно? — Эти слова могли бы прозвучать убедительно, если бы не предательский стук моих зубов друг о друга.

— О-о-о, — протянул Орман понимающе, — идёмте-ка в дом.

— Нельзя мне в дом, — я опасливо обернулась.

— В мой тоже? — удивился Орман.

— Почему тоже? В ваш можно.

— Так я в свой и приглашаю, — подмигнул он.

На улице холодно, а у Ормана дома тепло. Я вздохнула, принимая единственное решение, которое могло спасти меня и от встречи с нежеланным гостем, и от замерзания под забором.

— Только Арвину ни слова, — предупредила, присматриваясь к прутьям забора. — Подсадите, а то я между ними не пролезу.

Орман одобрительно кивнул и, присев на колено, просунул между прутьями сложенные вместе ладони.

Более чем неловко вставать обутой на чьи-то ладони, но, выбирая между смертью от холода и неловкостью, я предпочла последнее.

Изгородь слегка покачнулась под моим весом, но в целом достойно перенесла эту проверку на стойкость. Орман ждал меня по другую сторону с распростёртыми объятьями и даже не дал выбора, хочу ли я в них падать. Подхватив меня за талию, аккуратно поставил на землю.

— А теперь пригнитесь и идём быстрее, — он махнул рукой, чтобы я следовала за ним к особняку.

Наше тайное отступление оказалось успешным, потому уже в тёплой прихожей я буквально прыгала от счастья.

— Как же Арвину повезло с соседом! — воскликнула радостно, за что удостоилась скептичного взгляда.

— Повторяйте ему это почаще, — посоветовал Орман, — может, тогда он поверит.

— Непременно, — согласилась я, — но в правильное время.

В конце концов наши с Арвином отношения только начали налаживаться, и мне не хотелось бы испортить их по неосторожности. Потому добрососедские отношения между Макроями и Ронерсами я буду налаживать несколько позже.

— Как долго вам нельзя появляться дома? — уточнил Орман.

Я пожала плечами.

— Полагаю, что до темна и на всякий случай чуть дольше.

— Отлично! — он потёр ладони, явно смакуя какую-то задумку или план.

— И что же в этом «отличного»? — поинтересовалась, вполне имея право на опасения. Что одному человеку хорошо, то другому — сплошные неприятности. Мало ли чему там Орман обрадовался.

— Хочу кое-что проверить, — ответил он загадочно и повёл меня в гостиную, где, к моему счастью, благодаря разожжённому камину было даже теплее, чем в прихожей. — Подождите здесь.

Усадив меня поближе к огню и удостоверившись, что Озрик не последует за ним в попытке изучить другую часть дома, Орман скрылся в коридоре.

По отдалённому звуку его шагов я поняла, что он отправился на второй этаж. Похоже загадочностью и непредсказуемостью отличался не только Арвин, но и вся местная аристократия.

Вернулся Орман спустя несколько минут, держа в руках сияющий металлический диск с выгравированными на нём символами. Внешне он очень напоминал магическую печать.

Едва Орман уложил диск на журнальный столик, он тут же погас.

— Что это? — поинтересовалась, разглядывая символы, многие из которых мне уже были знакомы.

— Магомер, — ответил Орман. — Измеряет магический потенциал. Вам же интересно, насколько вы способны к магии? — спросил он, лукаво улыбаясь.

Интересно ли мне?

— Возможно, — кивнула я растерянно. — А вам до моего магического потенциала какое дело?

— Кхм… — замялся Орман. — Предлагаю сначала проверить, а потом уже обсудить зачем.

Хитрый ход, ничего не скажешь. Я вздохнула и призадумалась. Так ли мне интересно узнать свою силу? И если да, то стоит ли делиться этой информацией с Орманом?

— Ну, допустим, вы проверите мой потенциал, а дальше что?

— А дальше, дорогая Эрна, — он сделал шаг и, оказавшись рядом, взял меня за руку. Весьма смелый и довольно бестактный жест, если судить по местным обычаям. — Дальше я, возможно, сделаю вам предложение, от которого вы не сможете отказаться.

— П-предложение? — всё, что я услышала из его речи.

— Да, — кивнул Орман, — именно предложение.

Не отпуская моей руки, он стал вести её ближе к диску и ослабил хватку, когда между моей ладонью и начерченными на металлической поверхности символами осталось всего несколько сантиметров.

— Нужно всего лишь прикоснуться, — подначивал меня Орман.

Страшно не было, зато было любопытно.

Покосившись на стоявшего рядом хитреца, который собирался сделать мне «предложение», я вздохнула и таки положила руку на диск. Поначалу ничего не происходило, но спустя несколько секунд диск начал нагреваться и сиять. Сперва слабо, потом — сильнее. В какой-то момент, накопив достаточное количество магии, он вспыхнул и выпустил из сердцевины яркий луч. Тот, ударившись о потолок, стал сокращаться, становясь не больше полуметра в высоту, а на его вершине начали появляться вращающиеся кольца. Одно, второе, третье — всего шесть.

Они пересекались в центре и двигались под одинаковым углом друг к другу, внешне напоминая изображение электронов, которое нам показывали на школьном уроке физики.

— Что это значит? — спросила я шёпотом, опасаясь каким-то образом помешать артефакту.

— Это ваши кольца силы, — ответил Орман. — У вас их целых шесть.

— А максимум сколько?

— Восемь. Но такое богатство достаётся единицам. Появись у вас даже седьмое, я был бы окончательно восхищён.

Пока он говорил, кольца силы закружились быстрее и разъехались в стороны, освобождая место для ещё одного. Но оно, в отличие от остальных, едва светилось и было почти прозрачным.

— Теперь вы поразили меня бесповоротно, — произнёс Орман, заворожено наблюдая, как кольца, теперь уже всемером, снова наладили размеренный, геометрически безупречный ход.

— Ну так что? Будете делать мне предложение? — спросила, поглядывая на Ормана с улыбкой.

— Однозначно, — заверил он. — Можете убирать руку, — показал на магический диск.

Стоило моим пальцам покинуть испещрённую символами поверхность артефакта, как он тут же погас.

— Присядем? — предложил Орман и, дождавшись, когда я займу место на софе, позвонил в колокольчик.

В гостиную заглянул слуга.

— Принеси нам чаю с печеньем, — попросил Орман.

Слуга кивнул и поспешил на кухню, а мы остались в напряжённой, наполненной моим любопытством тишине.

— Ну, что вы там хотели предложить? Не томите.

— Хм, — хмыкнул Орман самодовольно. — Как насчёт руки и сердца? — спросил ухмыляясь. Его голубые глаза искрились игривостью, придававшей общению приятную неформальность. Если бы с Арвином было так же легко общаться, возможно, мы понимали бы друг друга чуточку лучше.

— Бросьте. Неужели в вашем окружении больше некому предложить руку и сердце? Сомневаюсь, — покачала я головой. — Да и вряд ли вы проверяли мой магический потенциал именно для этого.

— А может, я всегда мечтал жениться на сильной магессе? — продолжал Орман свой неприкрытый флирт.

— А если серьёзно?

Он вздохнул.

— Похоже, Арвин на вас отрицательно влияет. Ещё немного и вы тоже перестанете улыбаться.

— Арвин хмурится только с вами, — вступилась за начальника. — И вообще, при чём здесь мой работодатель?

— В общем-то, об этом я и хотел поговорить, — начал Орман. — Станьте моей напарницей, Эрна.

— К-какой напарницей? — не поняла я.

— Деловой и магической… — прошептал Орман, многозначительно приподнимая брови. — О зарплате не переживайте. Сколько бы Арвин вам ни платил, я предложу вдвое больше.

Дожили. Вместо ухаживаний мне предлагают товарно-денежные отношения.

— Но почему я? — продолжала недоумевать.

— Потому что вы мне нравитесь и потому что у вас невероятный магический потенциал. Монстрологу он, конечно, тоже пригодится, но вот по-настоящему подходит только мастеру печатей.

— Но… я не училась на мастера печатей.

В общем-то я и на монстролога не училась тоже, но сейчас не об этом.

— За обучение не переживайте. Пройдёте у меня быструю практику, получите в академии диплом о переподготовке и сразу же оформим трудовой договор.

— Но у меня уже есть один договор, — продолжала недоумевать.

— От него мы обязательно избавимся.

На этих словах молчаливо слушавший наш диалог Озрик тоскливо и громко завыл. Перспектива переезда в особняк Ронерсов, куда он раньше сбегал с невероятным рвением, теперь почему-то пришлась ему не по душе.

— Я ещё ничего не решила, — принялась успокаивать остервеневшего лилохвоста, который, довыв свою партию, со злостью вцепился зубами в обшивку софы.

— А вы, — обратилась к Орману строго, — часто переманиваете работников у своих бывших друзей?

— Нет, — покачал он головой. — До тебя… — Орман осёкся. — Мы же можем на ты, правильно?

Я растерянно кивнула, не знаю зачем.

— Отлично, — обрадовался он. — Так вот… Я ещё ни разу и ни у кого не переманивал работников. Но за тебя, считаю, стоит побороться.

Как и многие девушки, я частенько фантазировала о том, как за меня будут бороться статные и обаятельные мужчины, желательно не обделённые властью. И вот сегодня моя фантазия наконец сбылась, но почему-то в происходящем чувствовался подвох. Возможно, дело было в том, что вместо беззаботной и обеспеченной жизни статные мужчины предлагали мне работу по найму.

— Очень заманчивое, конечно, предложение. Но, пожалуй, я возьму время подумать.

«И перечитать свой трудовой договор», — добавила я уже про себя.

В глазах Ормана читалось разочарование, но он с достоинством принял мой неопределённый ответ.

— Конечно. Мы можем вернуться к этому разговору позже. Но только обязательно подумай об этом, ладно?

— Обещаю.

И в момент моего обещания слуга торжественно занёс в гостиную поднос с чаем. За ним и за разговорами о детстве мы провели оставшееся до густых сумерек время.

— Думаю, на улице уже достаточно темно, — сказала я, поднимаясь с софы и подзывая к себе Озрика. — Ещё немного и за нами отправят поисковый отряд.

Мне мысленно уже виделось гневное выражение лица Арвина, за которым, конечно же, скрывалось беспокойство.

— Рад, что нам удалось поговорить, Эрна, — сказал Орман, протягивая мне руку. — Надеюсь, ты примешь моё предложение.

— Принять не обещаю, но подумаю точно.

Когда я вышла из особняка Ронерсов, на улице было уже совсем темно. На этот раз я решила обойтись без штурмов изгородей и, как нормальный человек, вышла через калитку. Для опасений причин уже не было, ведь Горкан Шарлоу наверняка находился на пути домой, а Арвин не так часто выглядывал из окна. Потому моё нахождение на территории Ронерсов, скорее всего, останется никем не замеченным.

Так я думала, когда шла к калитке Макроев. Но у моих похождений, как оказалось, был один очень вредный и бессовестный свидетель — магический фонарь, висевший у двери особняка. Он, как сторожевой пёс, встрепенулся при звуке моих шагов и направил на нас с Озриком яркий луч света. Мы стояли у калитки, как два преступника, пойманные с поличным. Захотелось поднять руки и крикнуть, что я сдаюсь и требую адвоката. Пришлось перебороть охвативший меня испуг и побыстрее войти в сад.

Фонарь бдел за нами со всей серьёзностью, поэтому луч провожал нас до самого крыльца, навязчиво светя в лицо.

— Да видно мне всё и без тебя. Отвернись, — взмолилась, когда от яркого света глазам стало больно.

Только тогда фонарь снисходительно снизил градус бдения и опустил свой луч, как положено, на снег.

Я облегчённо вздохнула, и моя рука потянулась к дверной ручке, но не успела её коснуться. Дверь скрипнула и отъехала в сторону. Я бы сказала, что это случилось по волшебству, если бы произошедшее не напоминало больше злой рок.

Не глядя на меня, полубоком к двери, в прихожей стоял Горкан Шарлоу, а напротив него — Арвин.

Горкан, отпустив дверную ручку, на прощание похлопал Арвина по плечу и зачем-то задержал на нём ладонь, будто пытаясь в чём-то удостовериться. В этот момент, честное слово, на его лице я прочитала разочарование.

— Что ж, мне пора, — сказал Горкан вздыхая. — Рад был повидаться.

Снова ухватившись за ручку, он распахнул дверь пошире и чуть было не налетел на меня.

— Ох извините, — выдохнул он, едва не заключив меня в объятья на ходу.

Озрик, увидев такое безобразие, зашёлся возмущённым лаем и влез между мной и Горканом.

— Всё в порядке, Озрик, — пыталась его успокоить, но он никак не унимался.

— Арвин, это то, о чём я думаю? — спросил Горкан, оборачиваясь удивлённо.

Арвин гордо кивнул в ответ, подтверждая, что Озрик выбрал меня своей хозяйкой. Его гордость за мои успехи пробудила в душе чувство стыда, ведь всего несколько минут назад я беззаботно выслушивала предложение Ормана о смене работодателя.

— Восхитительно! — всплеснул руками Горкан. — А где же метка?

Я вытянула вперёд руку, показывая заживший укус. Вместо того чтобы осмотреть метку издалека, Горкан бесцеремонно схватил мою ладонь и принялся ощупывать контур уже слабо заметного рубца.

Его прикосновение мне не понравилось. Возникло странное ощущение, будто кожу на шраме начало жечь. Слегка, но неприятно.

— Кхм… — я выдернула руку и, нагнувшись, подхватила не унимавшегося Озрика. — Мы, пожалуй, зайдём в дом.

Протиснувшись мимо Горкана, я нырнула в гостиную.

Вскоре, после нескольких прощальных фраз, за гостем наконец закрылась дверь.

— Что-то вы сегодня долго гуляли, — заметил Арвин.

— Угу, — кивнула я. — Погода отличная, тепло.

— Да? — удивился он. — Не заметил.

И я тоже…

— Что интересного рассказал ваш друг? — перевела тему.

— В столице всё спокойно, — ответил Арвин, подходя к камину и всматриваясь в пламя. — Я даже удивлён… Хотя заданий и вправду пока присылают мало. Может, с молохом был единичный случай?

— Может… — согласилась я, но не поверила собственным словам.