Глава 17. Астарот. Ну, началось

Герцог в глубине души не выносил перемены, иначе как бы он сумел тысячелетиями поддерживать им же установленный порядок в адском хозяйстве: войны гремели и затихали, его же хозяйственный талант требовался владыке ни чуть не меньше, чем дар командующего. Хотелось бы в это верить.

Сейчас повелитель демонов призвал все запасенное впрок терпение, чтобы не сорваться и не жахнуть молнией обратно в небо.

Сначала пришлось проигнорировать, что у невесты проявилась неправильная печать —золотая вместо алой и с другим узором исходящих из центра лучей. Это не помешало подтвердить клятву, но Астарот не мог объяснить, откуда при виде этой видоизмененной звезды у него взялось чувство острого узнавания. И, главное, чем это грозит Изнанке. Потом прямо им на головы разверзлись хляби небесные.

За время, проведенное без солнца, герцог привык, что каждый выброс осадков инициировал он лично. Их мир подогревался адским пламенем, поэтому тепла хватало, вода свободно испарялась с поверхности в атмосферу, однако дальше циркулирование потоков замедлялось и в дело вступал он, хозяин.

Но стоило будущей герцогине продрать глаза, разогнать скрывавшую светило пелену, как прошло несколько часов и дождь пошел без всякого его разрешение. На мгновение Астарот заподозрил, что отныне Настя будет по своему настроению решать, когда портиться погоде, но потом отбросил эту мысль. Просто мир торопился вернуться к своему естественному состоянию.

Лететь было неудобно. Он сводил крылья высоко над их головами, и скорее планировал с высоты, потому что не пристало великому герцогу явиться к подчиненным в виде мокрой курицы. То же самое относилось и к будущей супруге. Астарот создал купол из кожистых крыл и следил, чтобы хитрые капли не били девушку наотмашь сбоку. Если она вымокнет, то платье окончательно облепит ее далеко не плоские формы.

Весь путь туда-обратно герцог старался это игнорировать, но изменились не только размер стопы и цвет глаз: плечи стали шире, округлости внушительнее. Эдвина в свое время совсем не выглядела подростком, скорее изящной нежной лозой. Но в полете домой он, определенно, прижимал к себе очень женственную особу. Упирался бедром в упругие ягодицы, а его локоть как раз проходил под… вот об этом лучше точно не думать.

Он ощущал себя юнцом, который с нуля учится контролировать инстинкты. Это было бы даже забавно, однако Астарот не собирался дарить этой упертой девице еще один инструмент воздействия. Он постарался вспомнить, когда последний раз был с женщиной — возможно, все дело в этом.

Как обычно, в процессе подготовки к церемонии обретения невесты он погружался в настолько мрачное состояние, что интерес к плотским играм исчезал. Иногда, если невеста настаивала, он шел на близкий контакт, — давным-давно пару раз пробовал по-настоящему увлечься и даже рассчитывал, что это спасет несчастную от гибели — но в случае с Эдвиной он не позволил себе ни единой пошлой мысли.

Зато с явлением Анастасии он уже сбился со счета, сколько раз посмотрел на ее губы. То плотно сжатые, то удивленно приоткрытые. О, врата ада!

После скрепления клятвы девушка наконец замолчала и, словно прочитав его смятение, перестала дергаться в его руках, пытаться менять позу и напоминать о себе. Наконец-то. Он нарочно смягчил приземление, на пару секунд зависнув над газоном, но, увидев, какие подтеки образовались на дорожках, передумал ставить босую Анастасию на ноги.

Маркиз и Гадюка встречали их у парадного входа. Оба взволнованные и подобравшиеся. Похоже, не ждали от их совместной с Настей вылазки ничего хорошего. При виде девушки глаза Набериуса непроизвольно расширились, Ичитау тоже заметно изумилась.

После того, как герцог опустил невесту на мощеную лестницу, наступила его очередь ахнуть. Кажется, клятва ускорила метаморфозы с ее внешностью, но как сказать об этом Насте, которая относится к этому вопросу с чисто женской щепетильностью?

На них троих смотрела чуточку курносая особа с копной непослушных светло-русых волос. Герцог опять застрял на ее губах — одни они достойны того, чтобы немедленно писать с них портрет. Греховная Бездна, что за чушь лезет ему в голову? Хотя у нее всего в достатке. Вот Набериус тоже не может отвести взгляд, уставился ниже.

Герцог моментально сообразил следующее — раз, он готов дать оплеуху лучшему другу, и два, он никогда не видел настолько идеально сложенной женщины. Ни одна гурия не могла сравниться с ней. Ранее Астарот не придавал такого значения женским формам: тут больше или меньше, какая разница, ведь всяк прекрасно, но сейчас…

Красавица возмущенно взирала на них с нечеловеческим синим огнем в глазах. Того и гляди шарахнет молнией с непредсказуемым эффектом. Астарот не представлял, на что способен разряд цвета индиго, и не считал момент наиболее подходящим для выяснения.

— Как видите, госпожа согласилась на замужество. Это большая честь и все такое. Ичитау, проводи нашу леди отдохнуть, я буду у себя в кабинете. Необходимо подготовить все уточняющие клятву бумаги и подписать их до ужина. Ты известил соседей, Набериус?

— Баронет, маркиз и виконт ожидают, что завтра нанесете визиты. Молодого баронета не застал. Его дворецкий сообщил, что его три дня назад вызывали в самое пекло, и он пока не возвращался, — отчитался свободный демон.

— А ничего, что на мне платье расходится… Из пальцев и из глаз струятся непонятные теплые волны? Это никого не смущает. Мне даже не в чем прийти на ужин! — Анастасия недолго хранила молчание.

— Госпожа, — примирительно забормотал Набериус. — Ичитау вам поможет. Это вполне нормально, я так предполагаю. Миры обретают великую герцогиню, вы не могли остаться глухи к магии, которой вскоре станете управлять.

Он так аккуратно пятился назад, что Астарот бы не удивился, если бы маркиз испарился у них на виду. И, как хозяину, ему снова необходимо продемонстрировать, кто здесь главный. Похоже, он посвятит этому остаток жизни.

— С вашей настырностью, предполагаю, вы изучите каждую запятую в бумагах, которые вам вскоре предоставлю. И это прекрасно. У вас столько энергии, миледи, ее необходимо испарять.

— А куда вы будет девать свою? Или ночью хозяину миров всегда есть, чем заняться?

Но до того, как сама Настя или герцог успели обдумать, на что именно прозвучал намек, и имелась ли там хотя бы минимальная доля приглашения, Астарот и Набериус ретировались, растаяв в темноте холла, как дым.

— Теперь так будет всегда? Он сможет исчезать ровно посередине разговора?

— Сомневаюсь, — улыбнулась Ичитау. — Наверняка, вы доходчиво и быстро объясните герцогу, что это невежливо.