Глава 29. Астарот. Признание

В ответ девушка отрицательно помотала головой.

— Я много раз задавалась этим вопросом. Не встречала никого похожего, даже мельком. Во всяком случае в той жизни, которую мы обсуждаем. Я бы тебя не забыла.

Пока Астарот размышлял, стоит ли рассматривать эти слова как комплимент, в разговор вклинилась Ичитау. Гадюка всегда говорила по существу, и сейчас, когда трое остальных были заметно ошеломлены, не высказывала признаков волнения.

— Опрометчиво с вашей стороны общаться на такие темы в зале. Хотя каминная воронка в ад прикрыта, в этом помещении полно вентиляционных отверстий, которые ведут в глубокие шахты, а те в свою очередь…

— Да, ты, как всегда права, — вскинулся герцог. — Набериус обязан бы подумать об этом первым, но его только что обвинили в половине смертных грехов. Он отвлекся.

Настя истолковала его иронию на свой лад:

— Моя смерть и внезапное перемещение организованы тобой? Ты так убедительно сыграл неведение. Мда, кто я такая, чтобы определять по глазам, когда высший демон лжет, а когда говорит правду.

Астарот на этот раз и бровью не повел. Он проследил, как через двери проплыл поднос, заставленный блюдами с фруктами. Пиалы меда и двух лепешек, пожалуй, будет достаточно, решил он и отправил еду вверх по лестнице. Туда, где располагалось крыло с его кабинетом, а также столовой.

Однако на Настиной физиономии не отразилось ни капли интереса. Видимо, ему следует объясниться.

— Нет. Я первый раз об этом слышу. Могу повторить это столько, сколько потребуется, чтобы ты мне поверила. Принести клятву. И я не согласен с твоими выводами. Если кто-то из моих людей совершил подобное за моей спиной, тем самым он осмелился вершить судьбу своего господина, управлять мной, как пешкой, преследуя, возможно, свои интересы. Я более чем уверен, что это невозможно.

Набериус сильнее вжался в кресло, но его почти двухметровая фигура не могла испариться из него, как дым. Под пристальными взорами трех пар глаз стать невидимкой он был не в состоянии. Ичитау же изогнула одно плечо дугой, качнула вторым по той же траектории и тут же оказалась за спиной маркиза.

Астарот еще раз убедился, что, сколько он ни наблюдай этот фокус, загадку того, каким образом Гадюка, без всякой магии, перемещается так же стремительно, как верховные демоны, ему не разрешить.

— Я расскажу все, что знаю. И не отказываюсь подтвердить слова кровью. Думаю, что и Набериус готов к тому же. Только не будем давать врагам оружие против нас. Имейте в виду, что война развязана с того момента, как герцог попытался сжечь послание.

Набериус протяжно застонал. На полке над камином разгоралось золотое свечение: искра наливалась и от нежного розово-золотистого цвета быстро перешла к золотисто-ореховому. Герцог не сразу сообразил, что реакция маркиза и новое магическое излитие между собой не связаны, а Ичитау уже подавала пачку бумаг. Свет исходил от них.

Астарот быстро пробежал глазами, увидел знакомые подписи. Бароны отреагировали почти мгновенно. Уже четверо прислали уведомления о расторжении вассальных отношений: они отказывались от дарованных Астроном земель и платили ему чистым золотом за возможность откупиться от своих обязательств. По текущему курсу получалось по два мешка с носа. Очень неплохо.

Набериус прав. У каждого демона, кто заботился о собственной безопасности, имелись осведомители за столом у владыки. И, хотя герцог считал себя выше подобной возни, тем не менее, маркиз подкармливал для надежности двух-трех и снабжал информацией своего патрона.

— Началось? — спросил Набериус. — Сколько раз я повторял, что уход в отставку для демона с головой не означает, что он растерял нюх или инстинкт самосохранения. Последнее у вас с невестой отсутствует напрочь. Сначала ты выкидываешь часть ресурса в космос, чтобы соблюсти выдуманные ритуалы. Потом твоя половина запалила костер — не исключено, что будет набирать форму медленнее. Может, вы всесильны и я зря нервничаю?

— Соглашусь, известие распространяется по аду, как весенний паводок, — хмыкнул Астарот. — Но в данном случае это нам на руку. Не хотел бы я получить за спиной баронов, которые ударят по приказу властелина. Хотя и такие обязательно найдутся.

Анастасия увидела, что разговор окончательно свернул не туда. Ее мнения больше никто не спрашивал. Мужчины как будто успокоились, что она остается и переключились на свою войнушку. Неужели герцог проигнорирует тот факт, что ее появление здесь подстроил Набериус?

— Мальчики, эй! Там, на капитанском мостике! Я не закончила с ультиматумом и, более того, не получила извинений в своем убийстве. Если что, Набериус, ты не боишься, что повернешься ко мне спиной, а я тебя сожгу? Или Астарота сожгу?

Герцог опять насмешливо вскинул брови, демонстрируя, что невесте придется хорошенько постараться. Они с Ичитау переглянулись, и Гадюка громко хлопнула в ладоши два раза. Из ниоткуда появился полупрозрачный купол, который отрезал их всех в центральной части залы. Вместе с парой стульев, креслом и частью стола, на который ту же уселась Настя.

Астарот отметил про себя, что она не подает признаков превращения в демона — несмотря на злость, над головой не начинал клубиться пар. И до сих пор непонятно, к какой расе девушка принадлежала изначально. Несомненно, ее человеческая сущность пришла уже потом, после нескольких воплощений.

— Я очень боюсь тебя, Настя, — не покривив душой, заявил маркиз. — Это как находится у жерла вулкана, который активен и периодически извергается. Причем не иметь возможности убежать. — Он развел руками. — Да, это я открыл тебе проход сюда, но у меня не было выбора. И я тебя не убивал, мне не за что каяться. Ты явилась сама. И сделала все сама.

Анастасия расхохоталась и про себя отметила, что смех прозвучал излишне экзальтированно.

— Так говорят все преступники, оправдывая насилие… Не по своей воле, сопротивлялся, пришлось.

Девушка ожидала, что герцог хотя бы теперь отреагирует, но вместо этого он в упор смотрел на Набериуса. Обмена мыслями между ними она не улавливала. Через недолгое время уголки губ Астарота слегка дрогнули, словно он сдержал улыбку. Напряжение исчезло из глаз.

— Слово Набериуса чрезвычайно легко проверить. Убийца, каким бы закоренелым он ни был, всегда несет на себе клеймо того, чью жизнь забрал. Соедините ладони, и все станет ясно.

— Гадюка, это лишнее! — воскликнул маркиз. — Герцог мне поверил, со временем и Настя сможет это сделать. Это очень личный обряд, я отказываюсь. Имею на это право!

Ичитау взмахнула длинными ресницами в его сторону.

— Госпожа убьет тебя раньше. Не сегодня, так завтра. И ты это знаешь. Мы оба служим Астароту, и значит…

— Хорошо, нет, отлично! Когда собственная жена меня выгонит, я поселюсь в вашей спальне и буду стенать, как приведение.