Глава 44. Анастасия. Наш выход
Мы с герцогом стояли на верхних ступенях лестницы. Со стороны могло показаться, что мы приветствовали гостей и заодно давали полюбоваться нашей парой. Зрелище, кстати, величественное. Астарот и без рогов выше меня на целую голову, а я, как утверждали маркиз с Гадюкой, тоже подросла за последние дни. Будущий супруг поддерживал меня за локоть. Мы начали спускаться по черной ковровой дорожке. Абсолютно уверена, что вчера ее здесь не было.
Довольно неожиданно, но я не чувствовала волнения. Как будто холодное спокойствие Астарота передалось и мне. Единственное, что нервировало, — смогу ли я в этом теле держать такую же идеальную осанку, как та, что отличала меня с юности. Шпильки не мешали. На них я бы даже сумела пробежать короткую дистанцию. Это же любимые туфли для особых случаев.
Я все-так влезла в платье баронессы. Астарот помог его зашнуровать. Перчатку взяла только одну и натянула на левую руку. Пускай к публике выйдет небрежная невеста великого герцога: заставить себя быть серьезной я не сумела. Обстоятельства требовали треша.
На шее сияло колье из темного жемчуга, затмевающего блеском электрические лампы. Еще две крупные жемчужины при каждом шаге колебались у меня в ушах. Я впервые примерила сережки с креплением в виде петель. Благодаря ему украшение получалось удлиненным, жемчужины держались на цепочке из белого золота.
Всю эту красоту Астарот принес чуть позже, когда зашел ко мне в комнату второй раз. Объяснил, что нашел футляр у себя на письменном столе. Он настаивал, что проникнуть к нему в кабинет не в силах даже существо с самыми чистыми намерениями, то есть друг. Магического следа украшения не имели. Отсюда он сделал вывод, что это подарок замка новой хозяйке. Я фыркнула, но спорить не рискнула.
Осмотр в зеркале дал неоднозначный результат. С момента пробуждения в Эдвине ко мне вернулись многие собственные черты: цвет глаз, цвет волос, пухлые и капризные губы. Впрочем, к тандему добавился и кто-то третий. Например, мое телосложение более крепкое, чем у миниатюрной девушки, но новая невеста поражала статью. Особенно спереди. Я про себя порадовалась, что хоть толстой не назвать, чересчур крупной тоже, правильнее — выдающейся. Портной, если когда-нибудь до меня доберется, станет лучшим другом на несколько месяцев.
Красавица со светлыми непослушными волосами по возрасту соответствовала юной Эдвине больше, чем мне. У нее белоснежная кожа, легко загорающаяся румянцем. Небольшой прямой носик, упрямый подбородок и, повезло, мой размер ноги. С этим можно жить, решила я. Такая девушка не потеряется на фоне импозантного герцога.
Не знаю, с какими чувствами разглядывали нас гости. На лице каждого я читала если не восхищение, то уважение как минимум. Последовали приветствия, причем Набериус представлял мне каждого незнакомца:
— Ауэрилиэль, посланник Кристальных чертогов на землях Изнанки.
Высокий беловолосый эльф — ну, как еще описать существо с характерными ушами, — вышел вперед и поклонился. Меня немного шокировали его короткие, словно из горного хрусталя, рожки.
— Шипохват, один из членов Совета пяти, правящих нейтральными территориями.
Я бы сказала, что к нам явился суровый викинг. С топором, с торчащей из-под шлема косицей. Напрягало, что одет он был во фрак, сзади которого разлетались фалды, и белые брюки. К такому меня не готовили. Я подавила желание расхохотаться. Да рядом с ним моя единственная перчатка — сама уместность.
Когда каждый из прибывших поцеловал мне руку, я уже не удивлялась ни длинному хвосту, больше подходящему для тушканчика, ни выдающимся клыкам, нависающим над нижней губой, ни глазам, если им не досталось зрачков. У каждого гостя нашлась своя необычность. По земным меркам, разумеется. В затылок мне дышал Астарот, и я вела себя как подобает герцогине. Улыбалась и вежливо кивала.
Клитва увивался вокруг, не находя себе места. Астрию вместо меня нести отказался. Чуть не раскричался на мое предложение.
— У невест всегда есть хвост. Я на картинках видел, — пискнул он. — Тогда его должен кто-то подобрать, чтобы не мести пол.
Он еще раз заглянул мне за спину. Я, конечно, возмутилась.
— И многих невест со шлейфом ты сопровождал?
Астарот положил руку на мое обнаженное плечо. Под кожу словно запустили жидкий огонь, который толчками расходился в другие части тела. Я подняла лицо, чтобы заглянуть ему в глаза, и мы чуть не стукнулись носами. Гости одобрительно загомонили.
— Дорогая, тсс. Клитва прав. Невесте полагается шлейф, он же трен. И я заверяю, что с ним у тебя все в порядке.
Бесенок запищал теперь уже от радости. Позади меня метра на два расходились вспененные волны бордового тюля. Кто-то изумленно присвистнул. Я продолжала озадаченно смотреть на герцога. Вряди ли это такое невероятно сложное колдовство, но я ни разу не видела, как он творил что-то по хозяйству. Астарот отрицательно покачал головой на мой немой вопрос.
Если в доме появился доброхот, готовый разбираться с бытовыми сложностями, то где он был раньше? Когда приходилось в простыне в туалет ходить и надеяться, что никто из обитателей замка, которые в моей комнате проводили больше времени, чем в собственных, в этот момент не заявится.
Наша процессия гордо шла к длинному столу. Я с Астаротом под ручку и с цветком в руке. Гадюка справа от герцога, Набериус слева от меня, Клитва — сзади, преисполненный величия собственной миссии. Как объяснил мне жених, церемония предполагала, что гости поднимут бокалы в нашу честь. Потом они останутся пировать, а мы с герцогом проследуем к алтарю в замурованной где-то глубоко в подземелье часовне.
— А почему она внизу? — помню, что тогда я не утерпела и задала очередной вопрос — Бездне поклоняются во мраке?
— Чтобы ни солнце, ни звезды этого мира не отвлекали от созерцания бесконечной череды других миров, — на полном серьезе объяснял мне Астарот. Как если бы в моем мире телескоп держали в подвале.
К чести собравшихся, они торопились отправить нас восвояси. Поэтому встретили стоя и с поднятыми вверх бокалами. Но герцог не торопился хвататься за свой.
— А где Вельзевул? Запрос от него поступил несколько минут назад, когда ты сигнализировал в Ад, что мы спускаемся, — Астарот обращался к маркизу, который и на этом мероприятии крутил организационные шестеренки.
— Должен быть уже в камине, — коротко рапортовал Набериус.
Он оставил честную компанию, двинулся в указанном направлении и едва успел отскочить, когда каминную решетку сорвало. Вернее, ее выломал настоящий амбал, который сейчас неподвижно лежал на коврике у очага. Я заметила витые черные рога, такие же здоровые, как у Астарота, аккуратную клиновидную бородку — ее еще называют козлиной. И пятно расползавшееся на груди демона, поверх антрацитового камзола. Сколько же в нем крови…