ГЛАВА 48

Мирьям …мчусь с огромной скоростью по узкому тоннелю, в конце которого такой яркий свет, что почти невыносимо смотреть. Передо мной начинают мелькать картинки из прошлого. Я будто вижу фильм, снятый великим режиссёром, где в главной роли – я. Вот трехлетняя малышка, которую везет в частный сад отец. Вот я – подросток, кричу о необходимости личного пространства и хлопаю дверью перед расстроенным лицом мамы. А вот мои первые слезы ревности из-за Давида… Прошлое крутится, словно цветной калейдоскопом, пока неожиданно все не исчезает. Теперь я вижу только одного человека – Максима Садулаева. Он стоит, опустив голову. В абсолютно белом помещении его черные, словно смоль, волосы кажутся ярким акцентом. По обнажённому мощному торсу тоненькой струйкой течет бордовая, почти черная, кровь. Она берет начало там, где должно быть сердце, только вот вместо него зияет страшная открытая рана. – Ангелина… Максим поднимает голову, и я вижу прекрасные, как штормовое море, абсолютно пустые синие глаза. В руке у брата Давида рвано бьется, едва трепеща, вырванное сердце. Его собственное. Максим смотрит сквозь меня. Затем, будто адским огнем, обжигает хриплый мужской голос. – Ангелина… Как же ему больно! Душа испуганно сжимается от ужаса. Не могу вынести это ни секундой больше! Словно по щелчку пальцев оказываюсь в другой – темной комнате. В одно мгновение вся боль уходит. Только покой… Меня будто качает на волнах. Медленно, плавно. Нет! Нет, не хочу я этого покоя! Верните назад. Немедленно! Меня ждут мой Давид и сынок. Пожалуйста… Ласковый ветерок касается кожи, как будто желая успокоить, отвести панику. Внезапно ощущаю теплые объятия и такой родной аромат мамы. Его не спутать ни с чем… Но почти тут же ласковое тепло исчезает и с моих губ отчаянно срывается: – Мама?! – тянусь вперед рукой. – Не уходи! Я так скучаю! Сердце запинается, когда прямо в ушах слышу мягкий мамин голос: – Еще не пора. Тебя ждут, доченька, – ее голос растворяется и последнее, что я слышу: – Я всегда рядом. Прикладываю огромное усилие и дергаюсь, словно от толчка. Тьма начинает постепенно рассеиваться, и я слышу, словно сквозь толщу воды голоса: – Она приходит в себя. Тяжело моргаю и наконец открываю глаза. Веки набрякшие, как после тяжелого глубокого сна. Чувствую себя ужасно! По мне будто проехался тяжелый каток, сломав каждую косточку. Но что-то древнее и инстинктивное заставляет слабо, но настойчиво приказать хриплым голосом: – Дайте моего ребенка! Где мой сын? Медсестра поспешно кидается ко мне и помогает приподняться на кровати. Все болит, особенно низ живота и я, прикусив губу, откидываюсь без сил на высокую подушку. Только сейчас я замечаю Давида. Он стоит у окна. В могучих руках любимого, запелёнатый малыш. Такой крохотный! Сердце заполняется вибрирующей материнской нежностью. Мой Русланчик! Давид в три шага оказывается рядом, и я настойчиво тяну руки к ребенку: – Кажется, я чуть не умерла и не попала в ад, – морщу нос, вспоминая дикие видения. – Чтобы я еще когда-нибудь позволила сделать мне наркоз. Ни за что! Аккуратно прижимаю к груди теплый белый сверток и не могу до конца поверить в происходящее. Мой сынок! Руслан… Семь месяцев я носила его под сердцем. Столько всего МЫ ВДВОЕМ пережили. Страх, отчаянье, радость! А теперь я тебя вижу. Крохотное личико такое безмятежное во сне, что мне даже страшно дотронуться до светлой атласной щечки. А ресницы какие! – Ну да, – отвлекает меня Давид от первого знакомства с малышом. Несмотря на улыбку любимого, под глазами у него замечаю темные круги от усталости и переживаний. – Ты готова сбежать от меня куда угодно, только вот теперь ничего не выйдет, – целует меня в лоб и добавляет нежно: – Спасибо за дочку, милая. Еще секунду я улыбаюсь, не до конца осознавая сказанное. – Дочку? – непонимающе повторяю за Давидом. Тут же опускаю взгляд и внимательно вглядываюсь в невинное личико младенца. Черты такие милые – пухлый ротик бантиком, маленький носик и длиннющие черные ресницы. Одним словом – чудо! Куколка! – У нас дочка, – усмехается Давид. Любимый трогает большим пальцем темные кудрявые волоски на голове крохи. – Никто не ожидал такого сюрприза. Инстинктивно прижимаю дочь к себе сильнее и потрясенно вскидываю глаза на будущего мужа. – Давид… С ужасом боюсь заметить в отражении любимых карих глаз горькое разочарование. Но вместо него слышу: – Она само совершенство, – спокойно говорит Давид, и я осторожно, словно щупая почву, произношу: – Это девочка. Ты хотел…? Мое сердце сжимается от тоски и ужаса в ожидании ответа. «Доченька, ты будешь самая любимая. Я никогда не дам тебя в обиду, никому! Моя девочка…» Глотаю тяжелый ком в горле, вспоминая слова мамы, которыми она оправдывала грубость отца по отношению ко мне: «Мужчины хотят сыновей – так уж устроен мир». – Глупышка, – снисходительно успокаивает Давид. – Я не обменяю свою Каролину* и на десять сыновей, – в голосе любимого звучит ничем не прикрытая гордость. – Каролина? – медленно повторю имя, словно пробуя его на вкус. Опускаю взгляд на крошечную малышку, которая так и не соизволила открыть глазки. – Она так требовательно кричала, когда родилась, словно царская особа, – усмехается Давид, поправляя заботливо пеленку возле шейки крохи. – Ей подходит, – соглашаюсь, довольная тем, что муж сам выбрал имя для нашей дочери. Прикасаюсь к темным неожиданно густым волоскам Каролины. Такие мягкие, как шелк. В груди начинает зарождаться такое сильное чувство, что на глаза набегают слезы счастья. Улыбаюсь, наблюдая за тем, как трепещут длинные загнутые реснички. Каролина будет сильной девочкой. Я уверена! Там, где мне хватало сил лишь на то, чтобы ставить запятые и пробелы, ей хватит духа ставить точки. Мы с Давидом всегда будем рядом и поможем нашей девочке во всем. – Давид, – поднимаю сияющий взгляд, встречаясь с такими родными полными нежности и любви глазами. – Я люблю тебя. Давид на мгновение прикрывает глаза. Жилка на шее любимого бьется с неистовой силой. Темные глаза подозрительно блестят, когда уголок четко очерченного рта приподнимается и моей руки касается теплая сильная ладонь. Поддаюсь душевному порыву и целую его в кисть, а затем подношу ее к своему лбу. Эти руки… Я им готова доверить все! Себя, свое дыхание, свою жизнь. Спасибо, что нашла меня, ЛЮБОВЬ! *Каролина – имя древнегерманского происхождения. В переводе с древнегерманского языка означает «королева».