Глава 11

Плечо жгло нещадно.

Я вновь оттянула ткань, хоть на секунду освобождая многострадальную кожу от давления. Хотя вместо привычной шерстяной туники даже надела мягкую нательную рубашку с рукавами фонариками, которую откопала в пыльном сундуке в чулане на втором этаже. А сверху платье из удивительно легкой кашемировой ткани со шнуровкой спереди. Похоже, когда-то оно стоило немаленьких денег, которые в ту пору у очередного хозяина лавки водились.

Но был и один минус. Выглядело все это так, словно я отстала от местной моды лет на сто. Хотя, возможно, так оно и было. По крайней мере из прогуливающихся по улицам города девушек ни у кого больше я такого фасона не видела. И судя по насмешливым улыбкам прохожих, мой внешний вид их тоже изрядно веселил.

Ну и ладно, подумаешь.

Устаревший наряд — это явно меньшее из моих зол. Куда большей проблемой является мой магический дар и… Нейтан Ридар, будь он неладен.

Я уже успела двадцать раз проклясть тот день, когда на моем пути встретился этот высокомерный аристократ. Как будто мало мне было попадания в чужой мир, так теперь и дракон на мою голову свалился. Да не абы какой. А могущественный, влиятельный и очень-очень злой… Если, конечно, он сможет вспомнить из-за чего собственно весь сыр-бор и в чем конкретно виновата одна маленькая невинная блондиночка.

Собственно тем, чтобы он никогда и ни за что не узнал, я и занималась все утро.

Точнее, готовила антимагическое средство, которым покрывают в лаборатории склянки и реторты. Благо, что все ингредиенты я нашла на полках. И все утро потратила на то, чтобы создать тягучую, похожую на расплавленную резину жижу, неожиданно красивого серебристого цвета.

Еще некоторое время я промаялась, собираясь с духом. Не так-то просто самой себе нанести увечье. Хотя вон был у нас однокурсник, так он себе перед первой же сессией решил руку сломать, чтобы откосить от экзаменов. Но у него был настолько «гениальный план» упасть с обледенелой лестницы, что в итоге он поймал джек-пот! И в добавок к руке сломал еще и ногу. До конца выпуска он так «Костылем» и остался.

— Эй, ее надо горячей использовать, а то застынет, — Яшка всунул свою морду между моей рукой и столом. — Обычно кисточкой там на всякую посуду наносят.

— Да, я читала, — буркнула я, внутренне холодея и глядя на реторту с серебряным содержимым.

Решительно встала и направилась к зеркалу. Стянула, выдохнула и… плеснула на драконью метку на оголенном плече.

Орала я так, что Яшка нырнул под стол, закрывая лапами уши.

Чертов ректор! Чертова метка!

Ох, как же больно…

Когда слезы перестали застилать глаза и я смогла вновь заинтересоваться реальностью, с трудом подняла голову, глядя на свое отражение в зеркале. Ну и видок! Краше только в гроб кладут. Бледная, с синяками под красными заплаканными глазами. И с уродливым пятном на месте волшебной драконьей метки. От магических завитушек не осталось и следа — все скрылось под серебристым «металлом».

Тьфу ты! Я как «Терминатор», которому оторвали кусок кожи. Жуть!

— Ну и стоило оно того? — мрачно поинтересовался кот, выползая из-под стола.

— Не знаю, — хрипло каркнула я. Ну вот, похоже, еще и голос сорвала. — Но надеюсь, он ее теперь не учует. А еще лучше, что она сгорела ко всем чертям и я свободна.

— Убираться.

— Куда? — удивился домовой.

— Где, — поправила я. Надеюсь, это отвлечет меня от боли и фантазий, в которых я изощренно мстю… отмщаю. Да тьфу ты, в общем

Но на деле оказалось, что обожженной рукой даже шевелить лишний раз было больно. Ох, и как же я работать-то буду?

На этой мысли я неожиданно провалилась в сон, едва добравшись до дивана в гостиной. И кажется, проспала добрый час.

Проснувшись, я поняла, что боль стала уходить. По крайней мере уже не была такой острой и невыносимой. Скорее что-то похожее на неудавшийся загар от южного солнышка, когда ты четыре часа кряду пролежала на пляже, а потом только и остается, что мазаться сметаной и собирать на себе сладострастные взгляды голодных мурзиков.

Я испугалась, что средство перестало действовать. Но нет, серебряная заплатка словно приклеилась к коже и «сидела» все так же крепко, скрывая брачную метку.

— Что ж… может не так все и плохо. Но переодеться все равно не помешает.

А еще мне нужно было срочно заняться заказом для студентов. Но как раз для этого мне не хватало ингредиентов. Откладывать некуда, пора приниматься за работу.

Переодевшись и прихватив с собой корзинку и деньги, я направилась в город. Торопливо и крадучись пробежала мимо входа в Академию и, поняв, что никто меня не караулит и никому я не сдалась, расправила плечи и уже уверенно отправилась за покупками.

И даже успела пройтись по парочке лавок, закупив часть ингредиентов, когда вдруг услышала за спиной мужской голос:

— Саэра Вингольд!.. Прогуливаетесь?

Я едва не застонала: Нейтан Ридар! И какие шудды сталкивают нас вместе раз за разом⁈

«И привязался же на мою голову!» — мысленно бубунела я как профессиональная бабка, глядя как ректор приближается ко мне уверенными быстрыми шагами.

Вот ведь красивый, притягательный мужчина. Если бы не был драконом — цены бы ему не было!

— Нет, Ваша Светлость. За покупками вышла, — я искренне попыталась быть вежливой и даже присела, имитируя что-то вроде книксена и попыталась ускользнуть.

Ха! Два раза! Нейт бесцеремонно заглянул в корзинку, которую я не успела прикрыть и прокомментировал:

— Хмм… Коренья ликаники и реаркацит. Недешевые ингредиенты. И проблему с налогами вы тоже уладили?..

Голос мужчины звучит ровно, но почему у меня ощущение, словно он меня в чем-то подозревает? Эх! Сейчас бы пригодились мои способности, чтобы понять, что он там себе думает. Хотя в последний раз они мне скорее «пригадились»…

— Так дела идут в гору, саэра?

— Скорее карабкаются на холмик, — буркнула я, натягивая сверху холщовую ткань и глядя, как мимо на бреющем полете пролетел упитанный шмель.

Надо же! Еще только март, а насекомые уже проснулись. Хотя в лесах и на придомовых участках уже распустились первоцветы, крокусы и подснежники. Похоже, что весна будет ранняя и теплая.

И еще, кажется, Нейтан все же не чувствует свою брачную метку под слоем антимагического состава. Аллилуйя! Пусть и дальше не чувствует, пока я не найду способ от не избавиться.

— А вы, саэр Ридар? — Желчь из меня так и перла, так, что на одну секунду даже самой стало стыдно. Но это не помешало поинтересоваться: — Заглядывали в ювелирную лавку купить украшение невесте?

— Нет, заглядывал на убийство, — иронично отмахнулся мужчина. — Местные дознаватели иногда привлекают меня в качестве консультанта.

— Ч-что⁈

— О, прошу прощения. Не подумал, что для девушки эта информация может быть шокирующей.

— А… кого убили? Саэра Бигси? — эх, пропала моя золотая жила если так. Да и ювелира по-человечески было жаль.

— Нет, — отмахнулся ректор. — Вряд ли его имя вам что-то скажет. Тем более вы не местная.

— И все же?

— Дик Поттер из района доков.

— Кто⁈ Это он был опекуном Хани Поттер.

— Да, Бертран что-то говорил про племянницу. Вы его знаете?

— Не его. Девочку, — я потерла горящие виски. — Что теперь с ней будет?

— Если больше нет родственников, то скорее всего отправят в приют.

Приют⁈ Ох… Перед глазами встали картинки из наших «земных» детских домов. И почему мне кажется, что здесь дела обстоят не лучше.

— А что с ним случилось? С Диком Поттером?

— Скорее всего что-то не поделили с каким-нибудь дружком из таких же маргиналов, — пожал плечами Нейтан.

— Если человек беден, это не значит, что он маргинал! — выпалила я возмущенно.

Хотя, что о бедности может знать лорд-дракон? О том, как иногда приходится выбирать между едой и лекарствами, или между квартплатой и зимними сапогами. Такие аристократы как он скорее делают «сложнейший» выбор между фуа-гра и тартаром.

И все же, сейчас он — мой единственный источник информации.

— Ваша Светлость, а вы… случайно не знаете адреса погибшего?

— Случайно, нет, — задумчиво отозвался Нейт, глядя на меня непроницаемыми холодными глазами. — Но могу поинтересоваться. Зачем вам эта информация, Злата?

— Хочу узнать о судьбе девочки.

Неловкое молчание повисло между нами, словно я сказала что-то странное или неприличное. Хотя что такого в том, что меня волнует жизнь ребенка⁈

Когда я уже собираюсь молча по-английски уйти, ректор вдруг размораживается и сухо кивает:

— Хорошо, саэра Вингольд, я уточню про племянницу Поттера.

— Спасибо, Ваша Светлость, — облегченно выдыхаю я.

По крайней мере не отказал. А ведь мог и послать. Какое дело Высшему магу до какой-то там сиротки и просьб простолюдинки-алхимика?

— Достаточно просто «Нейтан», — неожиданно предлагает мужчина.

Э-э-э… Что? В первое мгновение я даже теряюсь, а после торопливо качаю головой.

— Не думаю, что такое обращение будет уместно, саэр Ридар, — я опускаю голову, скрывая взгляд.

Нет-нет! Мне точно не нужно сближаться с господином драконом. Достаточно того, что на мне его именное клеймо.

— Что ж… Идите за мной, Злата, — после паузы решает мужчина и первым куда-то идет быстрыми шагами.

Мы вновь возвращаемся к ювелирной мастерской Бигси. Точнее к заднему входу, который прячется в тупичке. Здесь прохладно от гуляющих сквозняков, а еще не по себе от количества людей в форме. Мрачных, сосредоточенных, деловых. Но совсем мне становится худо, когда я вижу, как двое стражников выносят из переулка завернутое в ткань тело.

— Бертран! — окликает он темноволосого дознавателя в форменном камзоле спецслужб, а после приказывает. — Обождите здесь, саэра.

Мужчины о чем-то долго говорят, спорят на повышенных тонах, но слов не разобрать, слишком много шума вокруг. Неизвестный мне Бертран то и дело бросает взгляды в мою сторону и это вызываетДа и сама обстановка нервирует, как и удивленные взгляды стражников. Я стараюсь не смотреть на бравых молодцев, нервно топчусь на месте и перекладываю корзинку из руки в руку.

Кажется, что проходит вечность пока Нейт наконец возвращается.

— Да, погибший жил в доках, в Хемпстеде. Идем, я на экипаже.

— Вы совсем не обязаны… — Пытаюсь протестовать, хотя внутренне чувствую облегчение.

Честно говоря, мне совсем не хочется шататься по трущобам в одиночестве. Да и мой магический резерв на нуле. Случись что, я вряд ли смогу отбиться одной корзинкой и наглостью.

С другой стороны, хорошо, что на нуле. Так я хотя бы не слышу мысли Нейта и он точно не сможет учуять во мне мага.

Знакомая карета действительно ждет нас за углом, а зевающий кучер мгновенно встряхивается и учтиво открывает дверцу с личным гербом Его Светлости герцога Ридара.

Черт, какая же здесь высокая подножка! Но прежде, чем я успеваю сообразить, как на нее залезть в платье и с корзиной, сильные мужские руки подхватывают меня за талию и легко, как пушинку подсаживают в экипаж. По телу проходит дрожь, меня бросает в жар, а по спине стекает капля пота. Одновременно хочется, чтобы он быстрее отпустил и так же внизу живота разливается странное томительное удовольствие.

Ох, какие же у него горячие ладони! Я чувствую его касание даже через плотную ткань шерстяного платья.

Чокнутая, да?.. А может это просто брачная метка так действует?

Мужчина тоже не торопится сам разжимать руки и мы застываем в странном оцепенении, ровно до того момента, пока с улицы вдруг не доносится громкий вопль:

— Нейт⁈ Это еще что за чучело ты садишь в свою карету⁈

Нейтан отпускает, наконец, мою талию и поворачивается. Я торопливо падаю на скамейку и выглядываю в окошко. Ого! Я же ее знаю. Это та самая эффектная брюнетка — невеста герцога. Рядом с ней стоит дама в возрасте. Явно родственница — сходство налицо, разве что невеста молода, а у пожилой явные возрастные брыли и двойной подбородок. Но главное отталкивающее впечатление производили ее тонкие губы, брезгливо поджатые «куриной жопкой».

— Не пробовала для начала поздороваться, Жаклин?

— И с твой шлюхой тоже⁈ Я не собираюсь смотреть на это сквозь пальцы, Нейт! — продолжает орать девушка. — Постыдился хотя бы делать это на виду у всего города! Да еще в присутствии епископа!

— Жаклин, ты ведешь себя неприлично, — цедит сквозь зубы Нейтан и тут же спокойным тоном с кем-то здоровается. — Добрый день, Ваше Преосвященство.

— Приветствую, герцог Ридар, — звучит в ответ мелодичный красивый голос. — Да хранит тебя Эламит, сын мой.

Я только сейчас замечаю за спинами женщин священника лет пятидесяти. Высокий, подтянутый и все еще моложавый, в дорогих одеждах, расшитых золотыми нитями, драгоценными камнями и вычурными узорами. А также с золотым солнечном диском на груди — символом Эламита, местного Бога Создателя.

За несколько месяцев моего пребывания в этом мире я так ни разу и не столкнулась со служителями местного культа. В деревеньке, где жил дедуля Шарль Вингольд, церкви не было. По большим праздникам селяне выбирались в соседний город на службу или вовсе отмечали дома, смешивая молитвы с народными приметами и «забабонами».

— Это отец Захария, епископ Ажерский, — грудным, я бы даже сказала прокуренным голосом, если бы в этом мире курили, пояснила дама в возрасте. — Его прислал мой брат, чтобы засвидетельствовать ваше бракосочетание с моей дочерью, герцог.

О! Все понятно. Значит эта особа с лицом болеющего насморком бульдога — мамаша невесты. А вот ректора эта новость приводит в бешенство. Даже без магии я чувствую как от него исходят волны злости и презрения.

— Что-то не припомню, чтобы я назначал дату свадьбы, саэра Блумфилд, — цедит сквозь зубы Нейтан.

Но мамашу невесты не так-то просто испугать и она, уперев мясистые руки в бока, не менее надменно отвечает:

— Вот именно, герцог! Уже полтора года вы тянете с браком. А моя дочь, завидная невеста, между прочим, вынуждена терпеть ваше холодное отношение и издевки всего Высшего Света! Поэтому двадцатого июня в день летнего солнцестояния, с благословения Создателя Эламита указом Его Величества назначена ваша с Жаклин свадьба.

Ох-х!.. Меня почти подбрасывает от этих слов. Рука сама собой касается плеча, там, где спрятана брачная метка герцога. Не знаю, что сейчас чувствовал мужчина, но я… Словно весь мир окрасился в бордовый, а меня все глубже тянет на дно болота, где нет ни света, ни воздуха. Только беспросветная темнота и гниль.

Приходится мысленно отвесить самой себе затрещину: «Да, Златочка, у него есть невеста. Настоящая, а не та, которой он поставил метку для того, чтобы найти и наказать»

С трудом, но удается подать голос:

— Ваша Светлость, мне неловко быть причиной ваших разногласий с невестой и… я пойду, хорошо?..

— Сидеть!!! — приказывает Нейтан с такой яростью, что я буквально цепенею под его взглядом и вновь тихо замираю на сиденье как мышка. А мужчина вновь поворачивается к сияющим от злорадства женщинам и желает. — Счастливой подготовки к свадьбе, саэры.

Нейт буквально взлетает по подножке, захлопывает дверь и карета тут же начинает движение. Мужчина садится напротив, заняв своей массивной фигурой почти все пространство экипажа. Кладет руки на изголовья сиденья и молчит, нахмурив брови и глядя куда-то сквозь стену кареты. А иногда я чувствую его испытующий, тяжелый взгляд буквально всей кожей.

Даже без моей ментальной магии его присутствие давит той самой драконьей энергетикой. Мельком смотрю на него из-под ресниц, одергиваю платье и раз за разом суетливо заправляю за ухо выбившуюся прядь.

И как никогда ощущаю себя жалко и нелепо в своем устаревшем на столетие шерстяном платье, со старой корзинкой из которой там-сям торчат прутья, в сравнении с роскошным аристократом и его настоящей невестой.

Ох!.. Вот сейчас я бы не отказалась послушать, что же он там обо мне и всем этом думает.

— Приехали, Ваша Светлость! — Минут через десять раздается окрик кучера и экипаж останавливается.

С облегчением выдыхаю и первой выскакиваю из кареты, едва не свалившись в лужу. Брусчаткой в этом районе города и не пахло. Под ногами была каша из грязи и остатков снега. А вокруг — серые унылые дома бедняков и работяг, которые в основном трудились в доках и на тяжелых грязных работах, вроде чистки дымоходов.

— Девятый дом, — безошибочно указывает герцог Ридар на покосившуюся деревянную дверь.

Почти тут же откуда-то из дома доносится приглушенный, полный ярости вопль:

— Ай!!! Ах ты, маленькая дрянь! Она меня укусила!

А через паузу еще один мужской голос советует:

— Да по голове ей врежь, чтоб не рыпалась.

Спустя секунду раздается испуганный крик и детский плач, но так же резко обрывается. Да что там происходит⁈

Быстрее, чем успеваю подумать, бросаюсь внутрь, со всей силы налегая на дверь и едва не проваливаюсь внутрь от неожиданности, когда дверь податливо открывается.

Маленький темный коридорчик пролетаю на одном дыхании и попадаю в комнату, которая явно была одновременно и спальней и гостиной.

На полу лежит бесчувственная Хани. Малышку невозможно не узнать: все то же потрепанное старое платье и рыжие кудряшки на бледном лице. А над ней стоят двое мужчин с не обезображенными интеллектом лицами и такими габаритами, что лошади-тяжеловесы отдыхают.

— Ты еще что за курица? — удивляется один из них, а второй демонстративно машет метровой железякой: то ли кочерга, то ли лом.

— Гля, Камыш, сегодня у нас две цыпочки вместо одной. Это мы удачно зашли!