Глава 16

— Ты с ума сошла⁈ Кто ж деньгами вот так разбрасывается, а⁈ — возмущался кот, тараща и без того немаленькие глаза и картинно прикладывая лапы к сердцу. Правда сердце у него почему-то находилось в желудке, что в общем-то было похоже на правду.

Кот даже сбегал на крыльцо, но кошель с монетами, который оставил ректор, словно сквозь землю провалился.

— Укр-рали! Спер-рли! Мр-ряу! — возмущался домовой. — Денежки! Деньжищи наши!

— Яш, да какие это деньги? — всхлипнула я, не выдержав психологического давления. — Это ж не трудом заработанные, а за… разбойников убитых.

Честно сказать, та ночь до сих пор снились мне в кошмарах. Пастух, с перерезанным горлом. Оранжевое зарево в ночном небе от горящих деревенских домов и двое заросших мужиков с тесаками в руках. От них почему-то ужасно воняло козами и прокисшим пивом.

А еще их мысли и много-много эмоций. Какой-то азарт, адреналин, бьющий в голову, бахвальство и возбуждение. Возбуждение добычей, кровью и девицей, на которую они неожиданно нарвались после грабежа.

Вот только девица неожиданно для самой себя и для них оказалась магом эфира…

Дальше вспоминать я не хотела и не могла. Слишком все грязно и страшно было. Я помотала головой, отгоняя воспоминания и вернулась мыслями на кухню в родной бубнеж кота.

— Очень даже нормальные деньги! — Никак не сдавался хозяйственный домовой. — Это ж официальная награда. Да ты считай еще сотню людей спасла, которых эти душегубы могли бы в будущем прихлопнуть. Мы бы за них крышу починили. Знаешь скока хороший плотник стоит? А ты их вот так вот на крыльце бросила.

— Так, все! — я зло хлопнула по столу, косплея ректора. — Не хотела и не взяла. А деньги на крышу я и нормальным способом заработаю. Понятно? Ты, в конце-концов, домовой дух Алхимической Лавки или фамилиар охотника за головами? Хочешь у Барга спрошу, он тебя к какому-нибудь ведьмаку пристроит? Будешь вместе с ним по урочищам шастать и денежки за убитых болотниц пересчитывать?

— Не-не! Ты чо⁈ — испугался кот и пошел на попятную. — Алхимический я, конечно! Домашний!.. Не сердись, Златочка. Хочешь кексик?

— Спасибо, наелась, — буркнула я, все еще сердясь и на ректора и на кота, да и на себя тоже. — А то, что кошель исчез, значит так надо было.

Я действительно испытала облегчение, узнав, что кошель пропал. А так бы мучилась, переступала его на крыльце или думала как вернуть ректору.

С другой стороны. Не своими же ногами он ушел. Значит, ночью кто-то шастал вокруг лавки… Или может это Нейтан вернулся и забрал? Но не спрашивать же у него об этом. Я вчера с Его Светлостью на месяц вперед наговорилась и в ближайшее время повторять не хочу.

Ладно, пропал и пропал. Туда ему и дорога. Кошель, конечно же. Хотя если бы ректор пропал, я бы тоже страдать не стала.

— А что с Хани? — вспомнила я, что с утра так и не видела свою новую подопечную.

— Спит еще вроде как, — пожал плечами домовой.

Однако к моему удивлению в комнате девочки не оказалось. Не было ее и в ванной комнате и в гостиной. Когда я уже начала паниковать, пропажа неожиданно отыскалась в… лаборатории.

Малышка с любопытством рассматривала реторты, тигли и колбы с химическими элементами. Перебирала пальчиками кристаллы на специальной подставке и глядела на свое отражение в начищенном до блеска перегонном кубе.

— Хани! Как ты сюда попала⁈ — я окликнула девочку и она тут же испуганно отдернула руки от приглянувшегося ей кристалла висмута. Еще и нахохлилась как воробышек под дождем.

— Пришла ногами? — хохотнул за мой спиной кот.

— Очень смешно! — закатилась я глаза на пушистого шутника. — Это вообще-то твой косяк. Здесь куча опасных кислот и веществ, а у нас дети в лаборатории бродят как по игровой комнате.

Домовой смутился и принялся клятвенно божится, что будет бдить в четыре глаза, чтобы в лабораторию даже муха не проскочила.

И тут же, не отходя от кассы создал себе на лбу по два дополнительных зрачка.

Четырехглазый кот впечатлил даже меня, что уж говорить про Хани. Она расплакалась и… упала на колени.

— Яшка, ты совсем дурак⁈ Ребенка испугал! — рявкнула я и бросила поднимать девочку. — Эй, детка, не обращай на него внимания.

Кот моментально обезглазился, смущенно убрав лишние органы зрения и, а я вдруг услышала детские мысли: «Хочу здесь! Не хочу в комнату».

— О… — сообразила я. — Так ты просто не хочешь уходить? Поэтому плачешь?

Слезы тут же высохли и Хани закивала, а вдобавок еще и ладошки сложила, умоляя, мол: да-да, буду вести себя как зайка.

— Ладно, оставайся, — сдалась я. — Будешь сидеть в уголочке и мне не мешать. Договорились? Но только после завтрака.

Она вновь счастливо закивала с такой скоростью, что я побоялась, что эта рыжая голова сейчас оторвется от цыплячьей шейки.

Не успела я скормить девочке тарелку овсянки, как в дверь забарабанили. На пороге оказалась управляющая одной из самых крупных в городе прачечных.

— Ахимики в городе совсем обнаглели! — возмущалась она. — В четыре раза цены задрали. За что? За моющие и отбеливающие средства⁈ Спасибо, саэра Вингольд, что взялись за наш заказ!

Буквально следом за ней появилось еще трое заказчиков. Одна смущенная дамочка в шляпке с вуалью просила зелье слежения для охоты за неверным мужем. Судя по мыслям — это было правдой.

Вторым был почтенный седой господин в дорогом шерстяном костюме, с тростью и в шелковом цилиндре. Господин по-деловому огляделся и заявил, что ему требуется надежное средство от грызунов. Которые его, владельца портовых складов, уже достали до самой печенки. А все что ему продавали другие алхимики помогало лишь на пару дней.

Крысиный яд я еще не делала в своей карьере, но Яшка неожиданно ухмыльнулся и пообещал устроить все в лучшем виде. Поэтому заказ я все же взяла. Тем более платил господин более чем щедро.

А последним неожиданно оказался ведьмак. Коренастый русоволосый крепыш в легком кожаном доспехе, который не сковывал движения, сообщил, что его прислал Барг, по старой дружбе. И предложил поставлять магические ингредиенты в обмен на скидку на ведьмачьи зелья. Торговались мы почти десять минут, но к общему удовольствию договор был заключен.

— Четыре заказа только за это утро! — радовалась я, складывая в шкатулку аванс за заказы. — Видишь, Яшка, проживем и без ректора с его подачками.

Следующие несколько часов я провела в лаборатории. Растворяя, нагревая, выделяя компоненты или, наоборот, смешивая. Яшка привычно дрых на своем любимом месте, изредка поглядывая за мной А вот Хани неожиданно оказалась очень смышленой и полезной. Она быстро запомнила расположение ингредиентов и инструментов и через пару часов уже могла мне помогать как заправский подмастерье.

Прервалась я уже далеко за полдень, сообразив, что работа-работой, но ребенка нужно покормить. Кот тоже уже полчаса как намекал на обед, притворяясь умирающим от голода.

Не успела я разлить по тарелкам ароматный куриный бульон, как в дверь вновь забарабанили. Это оказались те же студенты, для которых я делала зелье защиты от стихий.

— Госпожа, алхимик! — едва не плача сказал один из парней. — То зелье, что вы нам сделали…

— И что с ним?

Молодежь переглянулась и вперед выступил долговязый шатен в круглых очках. Помялся и пояснил:

— Дело в том, что оно защищает не только от основных стихий, но и от пятой… Магии эфира.

— Вот-вот, — добила меня та самая языкастая брюнетка. — И теперь саэра Лифшиц требует объяснить как мы сделали такое зелье.

— Так это… чего нам сказать преподу? — настырно повторил вопрос парень в очках, нервно поправляя дужки за смешными оттопыренными ушами.

— Сказать, что в зелье добавлено два грамма порошка толченого грозового камня, — раздался неожиданно знакомый ворчливый голос.

Сердце стукнуло раз-другой и замерло.

Не может быть⁈

Студенты расступились, оглядываясь назад и я увидела за их спинами… мастера Шарля Вингольда!

В шляпе-котелке, старом потрепанном костюме из коричневого твида, один рукав которого был подрезан под плечо. У ног старинная, видавшая виды ковровая сумка.

Дедуля выглядел уставшим с дороги, но его глаза лучились удовольствием, а в уголках собрались знакомые смешливые морщинки.

— Зелье защиты от стихий всегда так и делалось: от всех пяти стихий разом, — продолжал выговаривать адептам мастер. — А вы сами, балбесы, когда делали заказ, уточняли, что вам нужен усеченный вариант, а⁈ Ну так кто вам виноват? Мысли тут читать никто не умеет.

Я смущенно потупилась на последнюю фразу, а студенты виновато засуетились и сбежали от греха подальше. Зато на крыльцо выскочил Яшка. Мяукнул, вытаращил глаза и, задрав хвост, ломанулся к старому хозяину, наворачивая круги вокруг его ног и мурлыкая на разные лады.

Впрочем, я не отставала.

— Дедуля Шарль! — я бросилась обнимать такого родного для меня человека, которым успел стать в этом мире для меня мастер, и всхлипнула. — Как?.. Как вы тут оказались⁈

— Как-как?.. — пробурчал алхимик. — Гончар наш Дюк, помнишь его? На ярмарку ехал в Глиртон, ну я к нему напросился по дороге. А на большаке сошел и там с попутными торговцами добирался. Охо-хо…

— Да я же не про это. Зачем? Это же далеко, а с вашим здоровьем…

— Ну-ка, цыц! — прикрикнул дедуля. — Здоровье у меня ого еще какое! А тут вон дел сколько. Буду помогать тебе, чем смогу, конечно. Да и заскучал я что-то.

«И кому-то же надо от такой красавицы здешних драконов отгонять, — мысленно проворчал Шарль. — А то знаю я их. Глазом моргнуть не успеешь, как уже загребли и окольцевали. А в Лавке работать тогда кто будет?»

Я покраснела и потупившись сказала:

— Ой, вот кстати об этом…

— О чем?

— О драконах… Вы знаете ректора Академии Нейтана Ридара?

— Нет, девочка, — вздохнул мастер. — Я ж тут десять лет не появлялся. Герцога уже без меня назначили.

— В общем, так получилось… что он поставил мне брачную метку.

— Что-о-о⁈ Да я его в драконью колбасу сверну! — рявкнул алхимик. Потом, видимо, мысленно сравнил несравнимое и поправился. — В перегонный куб запихаю, расщеплю, поджарю на горелке и… и!

— Ну да, но он сам об этом не знает, — прервала я страшные угрозы в адрес Его Светлости. — Честное слово.

— Опять магией эфира баловалась⁈ — сурово вопросил дедуля Шарль, сдвигая густые кустистые брови.

— Ага, — покаялась я.

— Случайно, конечно же.

— Ага…

— Ну что ж ты будешь делать? — покачал головой Шарль.

— М-м-м… обедать? — предложила я. И подхватив одну единственную дорожную сумку, потащила ее в дом. СЛедом за мной направился и мастер с домовым.

— Хани, иди сюда! — крикнула я и из лаборатории выскочила моя юная помощница. — Познакомься. Это дедушка Шарль — самый лучший алхимик Таласа.

— Еще одна девочка? — расплылся в широкой улыбке мастер Вингольд и неловко погладил единственной рукой рыжие кудряшки.

— И не только, — я заметила в окно, как по дорожке к нам направляется бабуля Эльжбета с фирменным пирогом в руках. — Кажется, сегодня у нас будет гостей полон дом.

Шарль Вингольд моментально вписался в жизнь Алхимической лавки, словно так и должно было быть изначально. Хотя почему «словно»? Именно так и было правильно.

Мастер активно взялся воспитывать меня, Хани и кота за компанию. Буквально за пару дней он навел в доме почти армейский порядок. Придирчиво проверял пыль под диваном, снимал пробу с яшиных кастрюль и практически ночевал в лаборатории, дотошно проверяя мою работу. Накосячить с таким контролем было почти нереально.

Разве что с тетушкой Бетти у них пока явно было все сложно и непонятно. Увидев друг друга они буквально оторопели, а после засмущались как юные влюбленные, застуканные родителями в амбаре за поцелуями.

С того дня у нас буквально не переводились пирожки тетушки Эльжбеты, а дедуля Шарль каждое утро начинал с тщательного бритья и дотошного выбора камзола. Но пока что дело дальше традиционного пожелания «доброго утро» не заходило.

Как дети, честное слово!

Хотя чья бы корова мычала. Прошло почти пять дней с того злополучного ужина и с того момента, как мы в последний раз виделись с Нейтом. К моей радости и ужасу одновременно больше о ректоре не было ни слуху ни духу. Хотя первые два дня я без конца дергалась, ожидая, что герцог передумает и сдаст меня, но так и не дождалась ни саэра Ридара, ни дознавателей.

Интересно, чем таким занят Высший маг? Я с досадой прикусила губу. Может как раз готовиться к свадьбе со своей ненаглядной мымрой Жаклин?..

— Злата! В каких облаках ты витаешь? — вырвал меня из мыслей недовольный голос Шарля. — Осадок давно кристаллизовался, скорей добавляй русалочий жемчуг!

Торопливо ойкнув, я покраснела и потянулась за ступкой, в которой до того растолкла десяток жемчужин, превратив хрупкий перламутр в порошок.

Пожилой мастер осуждающе покачал головой, но больше комментировать не стал. Да я и сама понимала, что веду себя глупо.

Отвлекаться во время любой работы плохая идея, а уж в химической, то есть алхимической лаборатории, еще и смертельно опасно.

И это при том, что у нас наконец-то появились действительно стоящие и платежеспособные клиенты. После того случая с зельем для студентов по городу со скоростью молнии разлетелся слух, что в алхимической лавке в Академии умеют готовить старинные надежные и могущественные зелья, смеси и алхимические элементы.

— Ну вот, можешь, когда захочешь, — старый мастер придирчиво осмотрел на просвет готовое зелье, осторожно держа раскаленную реторту лабораторными щипцами. — Цвет ровный однородный, взвеси нет. Что у нас дальше на сегодня?

— М-м-м… — я заглянула в тетрадь, в которой вела запись заказов. — Из срочных зелье роста для фермера. Ему нужно обработать землю перед посевной. Остальное можем оставить на завтра. Но тут нужен большой объем. Почти двадцать литров концентрата.

— Лады, — Шарль хлопнул единственной ладонью по столу. — Начинай готовить основу, а я тебе пока магические компоненты разложу. Хм… кажется, кто-то стучит? Или это уже у меня, дурака старого, уже в голове бухает?..

Оказалось, что не казалось.

Я выскочила на порог лавки и почти уперлась в делегацию, которую возглавлял глава городской гильдии алхимиков Ингвар Гаюс. Вместе с ним был уже знакомый мне работник магистрата, пожилой саэр Хайнц с густыми кавалерийскими усами, которому я оплачивала пошлину за работу. Замыкали шествие еще пятеро незнакомых мне мужчин.

— Почтенные саэры, чему обязана таким визитом? — вежливо осведомилась я у сборища, но мой вопрос просто самым наглым образом проигнорировали.

— Вот, уважаемый, только взгляните, — обратился Ингвар Гаюс к работнику магистрата. — Эта, с позволения сказать алхимичка, позволяет себе производить сложносоставные зелья и элементы без лицензии! Мало того, у нее еще и малолетний ребенок проживает. А согласно постановлению сорок восемь «бэ» дети до десяти лет не могут проживать рядом с потенциально взрывоопасным алхимическим производством. Требую немедленно прикрыть этот вертеп, а несчастную малютку о срочно изъять и поместить в приют.

— А вот я требую объяснений! — повысила я голос. — Что здесь происходит?

— Саэра Вингольд, — вперед выступил чиновник магистрата. — На работу вашей Алхимической лавки поступил целый ряд жалоб на нарушения законодательства. Позвольте мы осмотрим лабораторию.

— Не позволю, — встала я в позу, демонстративно складывая руки на груди. — Саэр Хайнц, насколько я знаю алхимия, как и производство артефактов, а также магических кристаллов отнесено к «тайной» деятельности. И согласно Указу его Величества, мастера могут никого не впускать, чтобы не выдать свои секреты и рецепты. Или у вас есть постановление суда или прокурора?

— Ага! — вновь завелся крикливый конкурент. — Отпирается!

— А хоть бы и так!

— Ингвар-Ингвар, а ты все никак не угомонишься… — за моей спиной прозвучал пожилой, но все еще звучный голос Шарля Вингольда. — Зря я пытался из дерьма человека сделать. Такое как ты только и умеет что вонять и другим гадить. Что, думаешь, не догадался я, из-за кого в тот день взрыв в лаборатории произошел?

— М-мастер⁈ — воскликнул конкурент неожиданно тонким фальцетом. — Ч-что⁈ К-как вы тут… И это не я был! У вас нет доказательств!

— Ты-ты, — хмыкнул дедуля. — А я тут обыкновенно. Приехал вот, внучку свою премудростям алхимическим учу, в подмастерья взял. Работаем помаленьку, заказы берем. Лицензия моя в порядке. Проверяйте хоть обпроверяйтесь все.

Этот момент мы успели обсудить с первого дня появления дедули Шарля. Лицензия алхимику выдавалась пожизненно и хотя ее могли отозвать, скажем, за совершение преступления, но у мастера Вингольда она, естественно, все еще была действующая.

— Допустим, — согласился саэр Хайнц, делая себе какую-то отметку и бросая злой взгляд на Ингвара, мол «Во что ты тут меня втягиваешь⁈» — А что на счет некой Хани Поттер? У вас в Алхимической Лавке действительно проживает малолетний ребенок?

— Не совсем, — пробормотала я.

— Не совсем ребенок или не совсем живет?

— Хани Поттер находится под опекой Академии и находится в Лавке как воспитанница этого учебного заведения. А в законе сказано лишь о личных и приемных детях. Можете уточнить этот момент у ректора Нейтана Ридара.

— Всенепременно, саэра Вингольд, — согласился бюрократ из Ратуши. — Более не смеем вас задерживать.

Делегация удалилась, а мы вновь вернулись к своим ретортам и перегонному кубу. Точнее просто толкнула почему-то незапертую дверь в лабораторию и с порога поняла, почему маленьким детям запретили находится рядом с лабораторией.

Вначале я краем глаза увидела, как Хани едва не ныряет в чан с синильной кислотой, а после бросается к другому, в котором ждала своего часа ртуть.

Боже мой! Пары и одного и второго вещества смертельно ядовиты.

Но прежде чем я успела бросится к девочке, она сама к нам повернулась и я замерла увидев ее глаза. В них не было ни белка, ни радужки, ни зрачка. Ее глаза полностью затопило расплавленным магическим золотом.

— Хм… — кашлянул рядом дедуля Шарль.

— Вы знаете, что это такое? — прошептала я, оторопело наблюдая за малышкой.

— О, да! Кажется к нам попала одна маленькая рыженькая драконица.