Глава 21

— Кто там? — опасливо спросила я, прижимаясь ухом к дверной щели.

Вряд ли это мог быть Дед Мороз, скорее один клыкастый и чешуйчатый ректор. Спрашивала я скорее для того, чтобы еще минуту-другую потянуть время.

За дверью озадачились и спустя паузу в ответ прозвучало насмешливое:

— Мужчина из твоих фантазий.

— Тогда почему один? — ляпнула я и тут же услышала, как смешок перерастает в яростное горловое рычание.

Дверь открылась так резко, что я едва не вывалилась наружу, от неожиданности сделав шаг вперед и потеряв равновесие. Точнее, непременно рухнула бы, если бы не ткнулась носом в широкую мужскую грудь.

— А сколько должно быть? — зло поинтересовался Нейтан Ридар, буквально вталкивая меня внутрь и не оставляя ни единого шанса оставить «муженька» за порогом.

Ой… Так себе начало вечера, да?

Я не нашла ничего лучше, как скосить глаза и наигранно восхититься:

— Какой потрясающий веник… олепный букет!

«Веник» и впрямь потрясал. Клянусь, нормальный человек не смог бы «ЭТО» даже поднять. Но дракону с его сверхчеловеческой силой ничего не стоило притащить огромную кадку, в которой чего только не было: лук-порей, кинза, укроп, любисток и даже розмарин и руккола. И это я еще молчу про десяток неизвестных мне местных растений.

— Базилик в марте? — удивилась я, выдергивая из букета ароматную веточку.

— Магия — круглый год, — пожал плечами герцог Ридар, проходя за мной и пристраивая кадку в темной, прохладной кладовке.

Он выпрямился и я неожиданно оказалась зажата между массивной мужской фигурой и стеной кладовки. Мы оба замерли, кажется, даже мое сердце стало стучать тише, а вот дыхание напротив стало тяжелым, прерывистым. Меня будто окутало его теплом и ароматами мха и амбры с нотами специй. Пусть мы не стояли в объятиях, но полумрак тесной комнатки создавал ту самую интимную обстановку, когда хочется сделать шаг вперед, положить ладони на его литые плечи, поднять голову, подставляя лицо под его умелые губы, а после…

— А че это вы тут делаете, э-э-э?.. — раздался от двери чей-то ехидный голос с узнаваемым акцентом.

— Обсуждаем, не вернуть ли старую традицию, когда одного из пятикурсников в Ночь выпуска приносили в жертву Эламиту, — ледяным тоном пояснил ректор, выходя из тени иповорачиваясь к адептам с выражением лица «Мне нужна ваша одежда, мотоцикл… Тьфу, то есть, зачетки и диплом».

— Ой! Ректор! — пискнула Линда, опознав начальство.

— А вы ожидали увидеть кого-то другого, адепт Рейси?

Студенты мгновенно заткнулись, стушевались и попытались незаметно уползти обратно. Я уж думала, что они вовсе попробуют сбежать, но Пит неожиданно опознал знакомую вещь.

— О-о-о! — с восторгом воскликнул студент, — а это не та кадка с кафедры земли? У нас сегодня вместо темы «магические разумные растения» внезапно была лабораторная работа по «сезонным фермерским растениям». Эй, Джан, это ж у тебя получилась кусачая петрушка?

— Кусачая петрушка⁈ — я испуганно отшатнулась от зеленого букета.

— Не волнуйся, я сам отбирал образцы, — отозвался Нейтан.

— Это, конечно, успокаивает… — покивала я с недоверием и не сдержала ироничный вопрос. — Так вы, господин ректор, эксплуататор детского труда?

— Скорее воспитатель малолетних лентяев, которые к концу пятого курса едва смогли запомнить формулу ускоренного роста стихии земли, — поморщился Нейтан.

— Чей-то не смогли, очень даже смогли, — забурчал Джан, но получил острым локтем в бок от своей подружки и замолчал, скрываясь за дверью, но мы все равно слышали его придушенный шепот. — И че сразу я крайний?

Откуда-то из-за стены тут же раздался оглушительный грохот и яростный вопль оскорбленного кота, которому только что наступили на хвост. Почти тут же заорал уже кто-то другой, которому Яшка, как пить дать, отомстил всеми когтями и зубами.

— Какой интересный семейный ужин намечается, — хмыкнул Нейт куда-то в пространство

На это замечание я только нервно улыбнулась и пожала плечами:

— Добро пожаловать домой, милый.

Несмотря на весьма позитивную встречу, начало ужина выглядело так, словно мы подростки, которые в пионерском лагере играли в тайных культистов, нарисовали пентаграмму, сперли черного петуха в соседней деревне и случайно призвали демона.

В итоге из-за пентаграммы сгорели штормы, петух сожрал все просо из защитного круга и нагадил на кровать, а демон пьет чаек с бубликами и интересуется нет ли добавки.

— Добавки можно?

— Что⁈

Я встрепенулась, возвращаясь в жарко натопленную гостиную Алхимической лавки и встречаясь взглядом с демоном, то есть ректором.

Большую часть ужина все были о-о-очень вежливые, молчаливые и деликатные. Изредка бросали реплики про погоду-природу или обсуждали достоинства сегодняшнего меню. Вот как сейчас.

— Рыба выше всяких похвал, — повторил Нейтан, насмешливо сверкнув глазами. Он сидел напротив меня и я могла от души любоваться его мужественным лицом, широкими плечами и красивыми руками.

— О, благодарю, саэр Ридар! — смутилась тетушка Бетти, суетливо оправляя подол платья, но ей явно была приятна похвала. — Вы мне льстите, Ваша Светлость. Сейчас-сейчас, я за добавочкой.

Она тут же подскочила со стула, но сделала это слишком быстро и резко. Неловко дернула рукой и вся соль, из стоявшей рядом полной солонки, рассыпалась по столу.

— Батюшки! — всплеснула руками кухарка. — Соль развернула, косорукая! Это ж к беде! Да еще на свадебном вечере. Точно быть ссоре!

— Ой, да подумаешь, ерунда, — недовольно буркнула я, не уточняя, впрочем о чем я. О примете или о свадьбе.

— Нет-нет, надо срочно все исправить! Это магия ваша — ерунда, а приметы народные — дело верное.

Бабуля Эльжбета схватила стоявшую рядом сахарницу и вывалила сверху на соляную горку весь сахарный песок. Еще и постучала по донышку для надежности.

— Вот, другое дело.

— Какое? — меланхолично поинтересовался Нейт.

— Хорошее. Рассыпать сахар — это к деньгам.

— Потерянным?

— Почему потерянным?

— Так ведь теперь придется заново покупать и соль и сахар.

— Э… — такой расклад тетушке явно в голову не приходил.

— Я сейчас все уберу, — я подскочила с места, собираясь отправиться за веником в кладовку.

— Не нужно, — остановил меня дракон. — Магией быстрее.

— О! Точно! — оживились вдруг студенты. И, видимо, решили блеснуть перед ректором в неофициальной обстановке. Но что-то вновь пошло не так. Скорее всего потому, что убирать все же нужно было кому-то одному, а не сразу троим одновременно.

Скатерть вспыхнула огненным заревом, охотно занимаясь ярко-оранжевым пламенем. Почти тут же примчалась саламандра Берга, радостно скручиваясь на сахарно-соляной горке. Похоже, она решила, что для нее устроили настоящий спа-центр. Теперь уже плавился даже сахар, воняя на всю комнату жженой карамелью.

Все вскочили. Заливисто захохотала Хани, усиливая суматоху и тут сверху обрушился… потоп.

— Ой! — пискнул кто-то из студенческих рядов женским голосом. — Простите, я хотела потушить огонь.

Взглядом, которым наградил несчастных двоечников, можно было поджечь не только скатерть, а небольшой такой лес, размером с Тайгу.

— Та-а-ак, — процедил ректор. Выдохнул, скрипнул зубами так, что я испуганно прикрыла глаза.

А когда рискнула вновь посмотреть: вокруг был идеальный порядок. Учиненное безобразие исчезло, все что было мокрое — высохло, а горелое — восстановилось. Правда есть все равно больше никому не хотелось.

— Ну, мы пойдем, пожалуй, — тут же нашелся Пит, вытягивая к двери и друга с подружкой.

— Ыгым, — согласился бывший ведьмак, забирая недовольную саламандру, которой категорически не понравился тропический душ.

— Да и я домой, — покивала Бетти. — Поздно уже.

Гости ушли, Шарль тоже ушел провожать Эльжбетту до корпуса Академии. А я принялась разбирать со стола посуду. К моему удивлению, Нейтан принялся мне помогать. Без дополнительных просьб, кокетства или наигранной показушности.

И лишь в самом конце подошел ближе, становясь напротив и упираясь ладонями в столешницу.

— Так что, дорогая женушка, мужа накормила, пора и спать уложить.

— Эй-эй! — возмутился пушистый поборник нравственности, выкатываясь нам под ноги пушистым клубком. — А не рановато ты ли ты свой хвост в башню принцессы сунешь, хвостатый?

— Яш, успокойся! — прикрикнула я на кота, а после повернулась к… мужу. — Я постелю вам… тебе в гостиной. Там не слишком удобно, но лишней гостевой комнаты у нас нет.

— Кажется, ты не поняла, — нахмурился Нейтан. — Жить вместе — это как минимум находиться в одном помещении в радиусе трех метров, а еще лучше максимально близко.

— Я не буду с тобой спать! — рявкнула я, упирая руки в бока и всем видом показывая, что не для этого ящера мама фиалку растила.

Но вместо того, чтобы разозлиться, дракон усмехнулся:

— М-м-м, значит, ты уже об этом думаешь? Приятно. Но пока что я тебя разочарую. Это нужно для дела. Точнее, для того, чтобы я мог влиять на твою магию, нам нужно проводить рядом хотя бы десять-двенадцать часов. А поскольку мы оба работаем, днем это сделать невозможно. Значит, остается только ночь. А что касается секса… Он будет когда ты сама захочешь.

— О, если так… Тогда, ладно, — растерянно согласилась я и сообразила. — Стоп! Что значит «когда»⁈ Никогда!

В ответ дракон усмехнулся краешком губ, явно показывая, что он думает по поводу «никогда» и предложил:

— Идем?

Неожиданно передо мной вдруг возникла Хани. Вцепилась в мое платье обеими руками, сердито зыркая на Нейта и надулась как мышь на крупу.

— Что с ней? — удивленно спросил мужчина.

— Она боится спать одна, ее мучают кошмары, — пояснила я, поглаживая девочку по тугим рыжим кудряшкам. — Поэтому часто спит со мной. Но раз так нужно, то мы можем спать втроем. Я с девочкой на кровати, а тебе постелю на диване в комнате.

А может он все же откажется? Если это был лишь предлог, чтобы попасть ко мне в спальню, то присутствие ребенка его точно отпугнет. Но к моей досаде дракон согласился:

— Так и быть. На диване, — и спокойно направился за мной по лестнице. А после еще принялся сам расстилать постельное белье на небольшой тахте у окна.

Не представляю, как с его габаритами он будет там спать. Поместится, пожалуй, но вот повернуться уже будет проблема.

Хани уснула моментально. Я тоже, хотя некоторое время ворочалась под жарким одеялом. Прислушивалась, не крадется ли от дивана голодный и злой дракон. Как назло, ящер притворялся белым и пушистым цыпленком. Да еще вдобавок Шарль перестарался с магической печкой, натопив так, что от жара чесалась кожа. Благо, что была открыта форточка и комната немного проветривалась.

А после сама не заметила, как провалилась в сон.

Проснулась так же неожиданно от того, что возле меня что-то метнулось с пугающим звуком «фрррр»! Села на кровати и испуганно закрутила головой, ощущая как душа сползает куда-то в пятки или как минимум в ягодицы.

Черт! В комнате точно что-то есть. Хотела уже встать, но вдруг вспомнила, что вообще-то у меня теперь есть защитник и зашипела:

— Нейт! Проснись!

— Что случилось? — тут же отозвался мужчина бодрым голосом, словно и не спал вовсе.

— К нам что-то залетело.

— И?

— Мужчины существуют для борьбы с чудовищами! — прошипела я, натягивая одеяло до подбородка. — Вот и займись.

— Не знаю, — с сомнением протянул дракон, не торопясь вставать с дивана. — Охранные магические щиты молчат.

— Зато я не молчу!

— Я заметил.

Нехотя Нейт встал и пошел проверять периметр комнаты. Одновременно с этим вновь раздалось зловещее «фррр» и над моей головой вновь что-то пролетело.

— Ой!.. — приглушенно пискнула я, ныряя в одеяльные недра.

— Трусишка. Это голубь, — рассмеялся Нейтан. — Похоже залетел в открытое окно, а голубиных мозгов вылететь обратно ему уже не хватило.

— Скажи ему пускай уходит!

Мужчина откровенно зевнул и пошел показывать голубю выход. Вместо того, чтобы извиниться и улететь, голубь напрочь отказывался находить путь, только метался и срал, срал и метался.

Наконец, герцогу надоело махать руками, как ветряная мельница и он быстрым движением руки поймал голубя, а после ловко метнул его в форточку. Неизвестно выжил ли голубь, или схватил сердечный приступ, зато мы, наконец, заснули.

Утром нас ждал сюрприз.

Ну как ждал…

Герцогские сапоги, необдуманно оставленные за дверью комнаты грустно вопияли и воняли так, словно кожа из которой они были сделаны, сдохла пару дней назад, потом ожила и снова сдохла, разлагаясь на глазах.

— Я убью этого кота, — таким тоном сообщил Нейтан, что я всерьез испугалась за сохранность Яшкиной шкурки. Хоть он и домовой дух, но кто знает на что способен разъяренный дракон.

— Нет! — я встала грудью на защиту котика. — Он случайно!

— Случайно перепутал мои сапоги с лотком⁈

Похоже, что сапоги стали последней каплей, которая переполнила чашу терпения Его Светлости. Он с такой яростью. Его голос звучал резко, будто обрубал фразы.

— А теперь послушай меня. Вечером я жду тебя. У себя. В восемь. Одну и без твоего зверинца из тетушек, котов, детей и студентов-оболтусов.

— Все было… так плохо? — мой голос несчастно дрогнул, а на глазах появились слезы. — Это из-за этих сапог? Я куплю вам… тебе новые, правда.

— К худам эти сапоги! — рявкнул мужчина, но тут же, увидев, как я вздрогнула, тяжело вздохнул и неожиданно притянул к себе, обнимая за плечи. — Нет, плохо не было. Пожалуй, местами даже было забавно.

— Правда?…

— Правда. Но с меня достаточно. Я все же взял в жены не престарелую кухарку, домового духа или горца с языком без костей, а тебя.

— Они тоже часть моей жизни. И я думала, что мы договорились…

— Нет, золотце, не договорились. Это ты выставила свои условия на вчерашний вечер. Значит, сегодняшний — мой.

— Нейт…

— Уж не знаю, как заведено в твоем мире, но в нашем, жена обязана слушать мужа, — вновь перебил меня мужчина. — И только не надо говорить, что я не даю тебе выбора. Его не было с того дня, как мы встретились в зале Стихий. Так что жду тебя вечером в восемь, милая.

На этих словах его фигуру охватила серебристая магия телепорта и герцог Ридар исчез. Я осталась стоять, опершись о старые балки крыльца, и смотрела в голубое мартовское небо. А после горько прошептала:

— Не помог сахар, — и ушла в лабораторию.