Глава 5

Пентхаус Алекса находился в элитной высотке на Кутузовском. Панорамные окна от пола до потолка, через которые открывался вид на ночную Москву — россыпь огней, река, мосты. Интерьер — минимализм, тёмные тона, дорогая мебель. Всё как в барбершопе: стильно, сдержанно, мужественно. И совершенно не похоже на мою крохотную квартиру-студию на окраине. — Вау, — выдохнула я, замирая у окна. — Вид ничего? — Алекс прошёл на кухню, открыл холодильник. — Вино? Виски? Или ты из тех, кто предпочитает чай? Я обернулась. Он стоял в проёме кухни, подсвеченный мягким светом, всё такой же взъерошенный после поцелуя на парковке. Рубашка расстёгнута, волосы растрёпаны. И смотрел на меня так, будто я была самой важной вещью в этом огромном пентхаусе. — Вино, — прошептала я. Он разлил по двум бокалам, протянул один мне. Наши пальцы соприкоснулись, и между нами снова проскочила искра. — За что пьём? — спросил он тихо. — За случайности? Его губы тронула улыбка. — За неизбежности. Мы выпили, не отрывая взглядов друг от друга. Алекс поставил бокал на столик, шагнул ближе. Его рука легла мне на талию, притягивая к себе. — Я хочу тебя поцеловать снова, — прошептал он. — Но на этот раз без свидетелей. Без Карины. Без всего мира. — Тогда целуй, — выдохнула я. И он поцеловал. Медленно. Глубоко. Его губы исследовали мои, языком требуя большего. Я обвила руками его шею, прижимаясь ближе, и он застонал — низко, гортанно — прижимая меня к стеклу. — Виктория, — выдохнул он в губы. — Если ты скажешь «стоп», я остановлюсь. Но скажи сейчас. Потому что через минуту я не смогу. — Не останавливайся, — прошептала я. *** Я проснулась от солнца, бьющего в лицо через панорамные окна. На мгновение я не поняла, где нахожусь. Потом почувствовала тепло рядом — сильную руку на моей талии, размеренное дыхание у затылка. Алекс. Воспоминания о ночи нахлынули разом — его губы, его руки, его шёпот на ухо, моё имя, произнесённое хрипло и отчаянно... Я осторожно повернула голову. Он спал, лицом к подушке, волосы растрёпаны. Красивый. Чёрт возьми, такой красивый. Я хотела выскользнуть из постели, не разбудив его, но его рука сжала мою талию крепче. — Не смей, — пробормотал он сонно. — Я думала, ты спишь. — Думала неправильно, — он приоткрыл один глаз, усмехнулся. — Доброе утро. — Доброе, — я почувствовала, как краснею. Он перевернулся на спину, потянулся, и простыня съехала ниже, открывая торс. Я отвела взгляд, стараясь не пялиться. — Кофе? — предложил он, поднимаясь с кровати. — Или завтрак? Я неплохо готовлю яичницу. Ну, если не считать тот раз, когда спалил сковородку. Я рассмеялась: — Ты спалил сковородку* — Отвлёкся на звонок, — он натянул джинсы, протянул мне свою рубашку. — Надень. А то я не смогу сосредоточиться на готовке. Я натянула рубашку и пошла следом на кухню. Алекс действительно готовил. Неловко, но старательно. Разбивал яйца (одно упало мимо сковородки), нарезал помидоры (криво), включил кофемашину (с третьей попытки). Я сидела на барном стуле, обхватив колени, и наблюдала, улыбаясь. — Ты смеёшься надо мной, — констатировал он, не оборачиваясь. — Нет. Просто... ты неожиданный. — В каком смысле? — Ну, — я пожала плечами, — успешный бизнесмен, владелец премиум-барбершопов, пентхаус на Кутузовском... а готовишь как студент на первом курсе. Он обернулся, прислонившись к столешнице: — Зато искренне. Наши взгляды встретились, и что-то тёплое разлилось в груди. — Это правда, — прошептала я. Он подошёл, встал между моих коленей, обхватил лицо ладонями и поцеловал, нежно, без спешки. — Я рад, что ты здесь, — сказал он тихо. — Я не планировал... этого. Тебя. Но ты ворвалась в мою жизнь, как ураган. И теперь я не знаю, как жить иначе. Сердце сжалось. — Алекс... Зазвонил его телефон. Он выругался, глянул на экран и замер. — Регина. — Бери, — я сползла со стула. — Это важно. Он взял трубку, отошёл к окну. Я слышала обрывки разговора: — Да, тётя... Да, всё прошло отлично... Что? Серьёзно?.. Конечно, я передам... Спасибо. Он повесил, обернулся ко мне. — Она готова подписать контракт. С тобой. На эксклюзивную линейку украшений для бутика. Я замерла. — Серьёзно? — Вполне. Велела приехать в понедельник, — он подошёл, обнял меня. — Ты сделала это, Виктория. Сама. — Мы, — поправила я, обнимая его в ответ. — Мы сделали это. Он расцеловал меня — в щёку, в висок, в губы — и я смеялась, счастливая, невесомая. А потом его телефон зазвонил снова. — Чёрт, — он глянул на экран. — Лондон. Я должен взять. Он отошёл, заговорил по-английски — быстро, сухо, по-деловому. Я наблюдала, как его лицо становится всё серьёзнее. Когда он повесил, на лице была гримаса. — Проблемы? — Срочная деловая поездка. В Лондон. Важный контракт, без меня не обойтись, — он провёл рукой по волосам. — Вылетаю послезавтра. На три недели. — О, — только и смогла выдавить я. Три недели. Это много. Слишком много для... чего? Для отношений, которым всего одна ночь? — Поехали со мной, — сказал он неожиданно. Я моргнула: — Что? — В Лондон. Поехали со мной, — он подошёл, взял мои руки в свои. — Мы сможем быть вместе. Я покажу тебе город, познакомлю с партнёрами. Ты сможешь работать там, у тебя ноутбук, эскизы... — Алекс, — я попыталась высвободить руки, — у меня заказы. Дедлайны. Контракт с Региной — мне нужно подготовить коллекцию. Я не могу просто взять и бросить всё ради... — Ради чего? — его голос стал холоднее. — Ради нас? — Мы встречаемся один день! — вырвалось у меня. — Мы толком не знаем друг друга! Я не могу бросить работу, карьеру, всё, ради отношений, которые только начались! — А ты не хочешь узнать, куда они приведут? — он отступил на шаг. — Или ты боишься? — Я не боюсь! — Боишься, — его глаза потемнели. — Ты боишься близости. Боишься довериться. Боишься, что если впустишь меня в жизнь, я её разрушу. — А ты боишься потерять контроль! — выпалила я. — Ты привык, что всё идёт по твоему плану. Но я — не твоя очередная бизнес-сделка, Алекс. Я не могу быть частью твоего расписания! Мы стояли друг напротив друга — задыхаясь, раненые. — Понял, — выдохнул он наконец. — Тогда, думаю, нам не о чем больше говорить. Он развернулся, ушёл в спальню. Я осталась стоять на кухне, с комом в горле и разбитым сердцем. Через десять минут я оделась и ушла. Он не останавливал.