Глава 7

Лондон встретил меня дождём. Холодным, мелким, противным, прямо как в Москве в день нашей встречи. Я вышла из такси на Пикадилли, кутаясь в куртку, и поняла, что понятия не имею, что делать дальше. У меня не было адреса. Не было названия отеля. Только его номер телефона, и тот был недоступен с самого приземления. Гениально, Виктория. Прилетела в чужую страну без плана. Я бродила по центру Лондона уже два часа. Проверяла телефон каждые пять минут — никаких ответов. Писала ему снова: "Алекс, я в Лондоне. Пожалуйста, ответь". "Мне нужно тебя увидеть". "Я дура. Полная дура. И мне правда нужно поговорить". Тишина. Я зашла в какое-то кафе, чтобы согреться. Заказала капучино, села у окна и уставилась в экран телефона, как в последнюю надежду. Может, он не хочет отвечать? Может, я зря приехала? Я провела рукой по лицу, чувствуя, как накатывает отчаяние. И тут подняла взгляд. За столиком у окна, буквально в трёх метрах от меня, сидел Алекс. В сером свитере, с ноутбуком перед собой, с чашкой эспрессо в руке. Погруженный в какие-то документы на экране, даже не замечающий окружающих. Я застыла. Сердце колотилось так громко, что, казалось, сейчас разорвётся. Это невозможно. Лондон — огромный город. Миллионы людей. Тысячи кафе. И он — здесь. Прямо передо мной. Он поднял голову, собираясь отхлебнуть кофе, и наши взгляды встретились. Алекс замер. Чашка зависла в воздухе. Глаза расширились. — Виктория? — выдохнул он, словно не веря. Я встала. Ноги дрожали. — Привет. Он медленно поставил чашку, закрыл ноутбук, не отрывая взгляда. — Что ты... как ты... — Я прилетела, — голос дрожал. — Тебя искала. Не знала где. Просто бродила по городу и... зашла сюда. Он молчал. Смотрел на меня так, будто я была призраком. А потом встал и за три шага оказался рядом. И обнял. Крепко. Отчаянно. Зарывшись лицом в мои волосы. — Ты здесь, — прошептал он хрипло. — Ты правда здесь. Я обняла его в ответ, чувствуя, как по щекам текут слёзы. — Я здесь. Извини. Прости меня. Я была полной идиоткой... — Нет, — он отстранился, взял моё лицо в ладони. — Это я был идиотом. Я не должен был давить на тебя. Не должен был требовать, чтобы ты бросила всё и полетела со мной. Это было эгоистично. — Ты хотел быть рядом, — прошептала я. — А я испугалась. Испугалась, что если впущу тебя в свою жизнь полностью, то потеряю себя. Но без тебя... без тебя я и так потерялась. Его глаза потемнели. — Виктория... — Я люблю тебя, — выпалила я, и слова вырвались сами, без контроля. — Я полюбила тебя где-то между той лужей и твоим идиотским пиджаком в мастерской. И мне страшно. Безумно страшно. Но ещё страшнее — жить без тебя. Он смотрел на меня — долго, пристально — и по его щекам тоже скользнула влага. — Я тоже люблю тебя, — прошептал он. — Как сумасшедший. С первого взгляда, когда ты назвала меня хамом посреди улицы. Ты — самая упрямая, колючая, невозможная женщина, которую я встречал. И я не представляю свою жизнь без тебя. Он поцеловал меня. Нежно. Медленно. Как обещание. Вокруг захлопали. Посетители кафе, официанты — все смотрели на нас, улыбаясь. Какая-то пожилая англичанка прокричала: — True love! Алекс рассмеялся, прижав меня к себе. — Только ты могла найти меня в восьмимиллионном городе случайно. — Это не случайность, — прошептала я, целуя его в шею. — Это неизбежность. Мы вышли из кафе под дождём, не отпуская друг друга. — Где ты остановилась? — спросил он, накрывая меня своей курткой. — Нигде. Я прилетела и сразу начала тебя искать. Он покачал головой, улыбаясь: — Безумная. — Твоя безумная. — Моя, — он поцеловал меня в макушку. — Пойдём. Мой отель в десяти минутах. Нам нужно высушить тебя, накормить и поговорить. Нормально поговорить. В номере было тепло, уютно. Алекс заварил чай, укутал меня пледом, сел рядом на диване. — Расскажи, — попросил он тихо. — Что случилось за эти десять дней? Я рассказала. Про работу, которая не шла. Про контракт с Региной, который не принёс радости. Про записку в его пиджаке. Про разговор с Леной. Про то, как поняла, что без него — пустота. Он слушал, не перебивая, держа мою руку в своей. — Я тоже не мог работать, — признался он, когда я закончила. — Встречи, переговоры — всё казалось бессмысленным. Я смотрел на телефон каждые пять минут, надеясь, что ты напишешь. Но гордость не давала написать первому. — Глупая гордость, — прошептала я. — Самая глупая, — он притянул меня ближе. — Виктория, я не хочу контролировать твою жизнь. Я хочу быть её частью. Твоей работы, твоих планов, твоих побед. Рядом. Не вместо — рядом. — Я тоже хочу быть частью твоей, — призналась я. — И я больше не боюсь. Ну, почти. Немного боюсь, но я готова рискнуть. Он улыбнулся мягкой, настоящей улыбкой, которую я так любила. — Тогда рискнём вместе. Он поцеловал меня, и на этот раз в поцелуе не было отчаяния. Только уверенность. Нежность. Обещание. — Останься, — прошептал он в губы. — До конца недели. Побудь со мной. Я покажу тебе Лондон, познакомлю с партнёрами. А потом вернёмся вместе. И будем строить всё заново. Правильно. — Правильно, — повторила я. — Вместе. И мы остались. В тепле, под дождём за окном, с чаем и друг другом. Случайная встреча в огромном городе. Которая, как выяснилось, была совсем не случайной.