35

Мелинда Кавалерский выпрыгнул из кареты и принялся оглядываться. «Надеюсь, тебе нравится то, что ты сейчас видишь, муженёк!» — подумала я мстительно и запнула под лавку мешок с запасными сапогами, которые по моей просьбе принёс генеральский ординарец. — «Недостойны вы моей заботы, господин Кавалерский! Ходите теперь по грязи в своих щегольских сапожках и страдайте от несовершенства мира и моего дурного настроения». Генерал продолжал оглядываться, а я смотреть на него и злиться. Надо же, не подходит ему моё предложение! Ещё и заявил, что не горел желанием жениться на мне. Можно подумать, я о вас мечтала, господин дракон! Конечно, когда он это сказал, я начала хлопать в ладоши, сиять улыбкой и всё такое, показывая, что очень рада. Да, рада и уверена, что это обстоятельство поможет мне без проблем освободиться от брачных уз. Но… Но сердце от его слов почему-то неприятно сдавило. Сразу вспомнились женщины, с которыми я несколько раз видела генерала: все, как одна, брюнетки с роскошными женственными формами. Томные, холеные, грациозные и очень, очень красивые. Наверняка я со своей щуплой долговязой фигурой и порывистыми движениями не в его вкусе. Ещё и белобрысая в придачу! Я со злостью дёрнула выпавшую из пучка на макушке светлую прядку, словно она была виновата, что Кавалерский меня бесит. Резкая боль обожгла голову и слегка отрезвила – правда, что я разошлась? Генерал мне никто, случайный муж, и думать о моём несоответствии его вкусам смешно. Просто странно, что его слова так задели меня… — Мели, ты выходишь? — налюбовавшись на окрестности, мужчина повернулся ко мне и протянул руку. — Позволь, помогу тебе спуститься. Захотелось отказаться и гордо заявить, что сама прекрасно справлюсь. Но вспомнила данное тётушке обещание быть паинькой и оперлась на мужскую руку. Ступила на землю и тоже огляделась... Мы были на конном рынке. Но не том, где опрятно одетые продавцы выставляют своих хорошеньких, с надраенными копытами и шелковыми лентами в гривах лошадок. Нет, «Старая переправа» была не тем местом, куда могут прийти аристократы, чтобы купить нового скакуна под седло, четвёрку для кареты или симпатичного пони для дочки. Здесь не было чистых, выложенных камнем дорожек и аккуратных стойл с табличками о породе, возрасте и родословной лошади. Не стояли уютные павильоны для оформления сделок, где клиентам подавали чай и сладости, а документы выписывали королевские чиновники: «всё должно быть законно и без обмана». На «Старой переправе» зверомаги не осматривали животных перед продажей. Жеребцы-чемпионы не стояли в отдельных стойлах, и на них не любовались важные мужчины и нарядные дамы, пришедшие на рынок скорее для развлечения, чем по делу. Нет, в этом месте царила грязь по колено, стояли лужи неизвестного происхождения и валялись трупы крыс, которые никому не приходило в голову убирать. Лошадей размещали во вре́менные загоны из гнилых досок, иногда просто привязывали к забитым в землю кольям. Здесь нас ждали шаткие навесы из деревянных шестов и тряпья, где сделки заключают в полутьме, чтобы не привлекать лишнего внимания. Документы выписывались почти на коленке, а подтверждающими сделку печатями служило простое рукопожатие. Да и процент от продажи, идущий в королевскую казну, собирал сидящий на грязном трехногом табурете одноглазый гном по имени Крафт. Никаких тебе киосков с гордой надписью «Сбор королевских податей» и приветливых улыбчивых кассиров. Про этот рынок никто и никогда не сказал бы, что здесь чинно, благородно, пахнет сеном и дорогими духами. На «Старой переправе» нас встречала вонь дешёвого вина, пота и гнилой соломы. Крики, ругань, иногда звуки драк, если кто-то не мог решить вопрос словами. Здесь на нас смотрели немытые лица, а деньги передавались руками с чёрными полукружьями грязи под ногтями. В этом месте до ваших ушей не доносились нежные звуки менуэтов, звучащих с помоста для музыкантов. Зато, если прислушаться, можно было уловить шепотки о «специальных товарах», не имеющих никакого отношения к торговле лошадьми… Да, место, в которое я привезла своего вре́менного мужа, выглядело ужасно. Зато цены здесь были минимум втрое ниже, чем на других рынках. Торги на «Старой переправе» проводились раз в месяц в третий понедельник, и здесь можно было купить чуть ли не даром настоящие драгоценности в лошадином обличье... — И как вам это место, генерал? — пропела я сладко, продолжая исполнять данное тётушке обещание, но злорадствуя в душе – прощайся со своими блестящими сапогами, дракон! — Ты часто бываешь в этом месте, Мели? — поинтересовался генерал вместо ответа, бросив быстрый взгляд на рыночную толпу. — Почти каждый месяц, — ответила честно. Да, мы с Джоном только здесь и покупали лошадей, потому что цены на других рынках благодаря «щедрости» дядюшки были мне не по карману. Последний раз я заглядывала сюда два месяца назад: за сущие гроши сторговала кобылу и двух отличных жеребят. Кавалерский перевел на меня испытующий взгляд, в глубине которого мне почему-то почудилась насмешка. — Сегодня ты ищешь что-то конкретное, или… Просто решила устроить для меня экскурсию в интересное место? — спросил он и вдруг широко улыбнулся. — Ну… э-э-э… ну… — замычала я, удивленно разглядывая его лицо. Святое Небо, как этому мужчине идёт улыбка! Вот такая открытая, от которой в темно-карих глазах вспыхнули золотые искры, а на правой щеке появилась трогательная ямочка. Ямочка у хмурого, вечно недовольного Главного королевского дознавателя! — Мели, ты меня слышишь? — прорвался сквозь моё изумление вопрос генерала. — Да… Мне нужно купить пару далмурских лошадок для виноградной фермы, — с большим трудом сумела выдавить что-то членораздельное. Ой, ещё ресницы у него длинющие! Легкомысленные с загнутыми кончиками... Нет, надо перестать так откровенно на них таращиться! Кое-как заставила себя перевести внимание на рыночную толпу и мой взгляд вдруг выхватил у одного из павильонов мужчину в ярко-голубом костюме. Я недоуменно всмотрелась в знакомую фигуру, такую нелепо нарядную на фоне окружающей грязи – да нет, этого не может быть. Откуда ему здесь взяться?! 36