44

Генерал Август Кавалерский Отложив последний отчёт от своих агентов, я откинулся в кресле и устало потёр переносицу: с запланированными на сегодня делами наконец покончено. И, как ни печально, расследование творящихся в королевстве дел подтвердило мою первоначальную версию, хотя сначала едва не зашло в тупик. Пропавшие крестьяне, странные знаки на стенах заброшенных домов, слухи о запретной магии и чёрных ритуалах... Всё смешалось в кучу, искажая картину творимого преступления и уводя внимание от главного. И всё это под самым носом короля... Если бы Тайлан сразу сказал правду... Но нет, предпочёл морочить мне голову. Признайся он откровенно, для чего ему так спешно понадобился дознаватель моего уровня, мог бы существенно облегчить мне работу. Не было бы потеряно столько времени в попытках разгадать реальную причину королевского приглашения. Обнаглевший и зарвавшийся подонок, всё это затеявший, уже получил бы по носу и, возможно, оказался в тюрьме. А я… Я не женился бы на Мелинде Ульрин. В этом месте моих размышлений губы сами разъехались в улыбке. Усталость сегодняшнего дня, лежавшая на плечах, стекла с них, стоило вспомнить свою бедовую красавицу. Мелинда… Это имя засело в сознании, как заноза под чешую. Почти восемнадцать лет девочке, а обходить стороной проблемы так и не научилась. Вчерашний инцидент на чёрном рынке, маскирующимся под лошадиную ярмарку, тому подтверждение. Кто ещё, какая аристократка, кроме моей жены, чуть ли не в драку полезет из-за каких-то кляч? Я усмехнулся, вспомнив Мели в тот момент – вся перепачканная грязью, раскрасневшаяся, с растрёпанными волосами, но с таким непримиримым огнём в глазах... Языкастая, безрассудная, бесстрашная герцогиня Ульрин. Да, спасибо, Ваше Величество Тайлан, что ваши требования к соблюдению приличий привели нас с Мели к заключению брачного контракта. Хотя я и не планировал такого поворота событий, но судьба и магия решили по-своему. Осталось только приручить Мели к себе и к мысли, что наш брак нерасторжим… Вызов маготачера оборвал мои мысли. На матовой чёрной панели артефакта высветилось имя «Эсме». Следом на экране появилось румяное щекастое лицо с улыбкой от уха до уха. — Август, мальчик мой, как приятно видеть в твоих глазах это мечтательное выражение. Могу поспорить, ты влюбился, и, кажется, я знаю в кого! — Воздух в кабинете ощутимо завибрировал, когда помещение наполнил сочный раскатистый бас. — Что-то случилось? — проигнорировав наглое заявление, поинтересовался я. Чтобы не оглохнуть, вдвое уменьшил громкость артефакта. Заодно снизил яркость изображения – не ослепнуть бы от бьющего в глаза алого великолепия наряда «экономки». — Да-а… У нас здесь тако-о-е! Родственнички в гости нагрянули, всё как ты предполагал. — Кто именно? Неужели я ошибся и прибыл Говер Ульрин? Или всё-таки его жена? — уточнил я. — Ни разу не угадал. Заявилась одна из падчериц-близняшек по имени Лира. Прибыла утром, едва вы со Славием уехали из дома. С ней притащился блондинистый прыщ, племянник Маргеритти, и с ходу начал охмурять леди Мелинду. Вторая падчерица должна прибыть вечером. Ты бы тоже приехал, а, котик? А то у нас тут тако-ое… — Подробнее! — рыкнул я. — Какой ещё, к фулловой бездне, прыщ-племянник?! — Думаю, не настоящий племянник, а засланец от семейства глупого дядюшки Ульрина. И не надо на меня рычать, господин дракон! Я нынче дама нервная, могу и расплакаться, — прогудело в ответ нахальное создание. — Эсме, развоплощу! — пригрозил я злобно, уже представляя, как сверну шею «прыщу», посмевшему «охмурять» мою жену. Значит, её «милейшая» родня со стороны Говера Ульрина не успокоилась и решила надавить на Мели и с этой стороны... — Не развеешь, не развоплотишь, права такого не имеешь, — между тем захихикало чудовище в алом чепце и зашептало, понизив голос до еле слышного: — Значит так, сейчас сестрица отлёживается в своей комнате. Страдает, после того как лошадка ей на голову горшок с землёй и цветочками надела. Блондинистый прыщ где-то заховался, пока мы с милейшей Мирабеллой вкушали по чашечке кофея с ликёром. Чем блондин сейчас занимается, пока не знаю. Красавица Мелинда тоже у себя в комнате. Если хочешь, через десять минут буду знать, что она там делает. — Не надо! — Как скажешь. Просто вдруг она книжечку читает про то, как стать самой страстной женой в мире, а? Я ведь и совет мудрый могу дать... — Так, стоп! — остановил я нескончаемый поток слов. — Какая лошадка гостье горшок на голову надела? — Жеребёнок, которого принц Корнель прислал нашей леди Мелинде. Доставили его вместе с матерью и ещё одним подарком от наследника – украшением ценой примерно как табун таких кобылок с жеребятами. Как думаешь, скоро мы самого принца с проверкой, как его подарочки поживают, лицезреть у себя удостоимся? — Думаю, скоро, — ответил я и отключился: всё, что мне нужно было, уже узнал. Отправил сообщение ординарцу и вышел из кабинета, собираясь сменить ипостась и вернуться в дом жены на крыльях. Ну что же, Корнель, все твои прежние проделки – это дело твоего отца, ему с ними и разбираться. Но моя жена – это моё дело, и, проявляя к Мели интерес, ты совершаешь свою самую большую ошибку. 45